Молоток 🔨 + французская булочка = 🍑

Описание: Стереотипная история о стереотипных персонажах. Арми Хаммер - двадцатичетырёхлетний раздолбай-байкер в потёртой кожанке, с прокуренным голосом, условным сроком и отличным знанием всего пласта нецензурной лексики. Тимоти - двадцатидвухлетний робкий парнишка, живущий в том же районе и учащийся дистанционно на дизайнера. А ещё он немой. Что, казалось бы, может связать настолько непохожих людей? Предупреждения и метки: анальный секс, немота, байкеры, флафф. А ещё нецензурная лексика, здесь её много. *** Арманд Хаммер, двадцати четырёх лет от роду, в кожаной куртке, которая, казалось, уже приросла к телу, размышлял о том, что он навсегда въелся в бар, к которому гнал сейчас на высоких скоростях, чтобы припарковать поблизости свой верный мотоцикл, открыть обветренной рукой тяжёлую деревянную дверь с давно изученными трещинами на косяке, подойти к стойке, а потом бахнуть пару банок безалкогольного пива. Безалкогольного - потому что молодой байкер ещё вынужден был отмечаться по суду, и заявляться под очи правоохранительных органов с новостью, что он по пьяни сбил какого-нибудь придурка, очень сильно не хотелось. Хотя грозе района много чего с рук сходило. Мда, какие-то философские мысли обуревали его блондинистую голову, когда он легонько толкнул увесистую дверь. Бар, как он и думал, совсем не поменялся. Эта музыка, этот запах, эти нетрезвые разговоры навсегда въелись Хаммеру под кожу, как он и сам въелся в эту атмосферу. - Терри, - обратился Арманд к бармену, - три банки пиздатого пойла без алкашки. Бармен кивнул и извлёк откуда-то три запотевшие банки с подписью «0%». Безалкогольное пиво было скучноватым. Но давало Хаммеру желаемый вкус. - Не хворай, Терри, - Арми швырнул деньги на прилавок и потопал к столику. «Не хворай, Терри» означало, что Хаммер в на редкость хорошем настроении и посетители могли слегка успокоиться, что на них не выльется поток отборного мата. Если парня не злить, конечно. Эти кулаки били умело и прицельно. Вот и сейчас люди провожали его до столика испуганными взглядами, боясь, что этот грозный беспринципный шкаф до них сейчас докопается и стребует последнюю мелочь. Кроме одного, которого Арманд почему-то раньше здесь не видел. Потянув за колечко второй банки, он понял, что наблюдает боковым зрением за субтильным парнишкой, который полностью погружён в свой ноутбук и на автомате помешивает кофе. Нет, в бар часто ходили и приличные люди, а сейчас самым опасным типом здесь был сам Арми. Но что такой хрупкий темноволосый барашек забыл в этом помещении? Наконец-то тот поднялся со стула и закопошился, неосознанно демонстрируя Арми гибкую спину, скрытую футболкой, маленькие ягодицы, обтянутые брюками, и забросил свои вещи в сумку. Арманд заглотил третье пиво в миг. Не упускать, сказал он себе, уже неприкрыто и жадно таращась на парнишку. И тут произошло нечто странное. На входе на зеленоглазого барашка налетел бармен, пришедший на ночную смену вместо Терри. Юноша распахнул рот, увидев, как сумка с ноутбуком стукнулась о дощатый пол. - Упс, извини, Тимми, надеюсь, там ничего ценного не было. «Тимми» покачал головой с неловкой улыбкой, и тут изобразил на пальцах то, что Арманд, неплохо знавший язык жестов, с удивлением истолковал как: Идиот неуклюжий, да пошёл ты нахуй, чуть ноут мне не засхреначил. И с невинной улыбкой покинул помещение. Арманд смял банки в кулаке с лёгкостью и швырнул их на стол, направляясь за Тимми следом. Кто-то сочувственно ахнул за его спиной: «Ну всё, пропал парнишка». *** Мальчик торопился идти по улице, потому что стемнело уже весьма прилично. Ощущал Тимми себя некомфортно, поэтому постоянно обхватывал плечики ладошками. Не только холод опустился на город, но и сомнительные личности вроде Арманда начали вылезать из тени. Юноша явно боялся попасть в лапы таких личностей, и опасения были не напрасными, когда Арми, готовясь повернуть за парнишкой за угол, услышал поблизости наглый хохот. - Какая киска вышла погулять, - заулюлюкали совсем рядом. - Волосики-то какие. Как думаешь, дырка у него б/у или нераспечатанная? - Да пошёл ты нахуй со своими дырками, - рассмеялся другой поддатый голос. - У малыша-то техника в сумке. Детка, мы тебя не обидим. Доставай вещи из сумки, а Ленни тебя потом порадует своим хуём. Куда, блядь, отодвигаешься? А это мальчик попытался попятиться назад, но тут же был остановлен рукой пьяного мудака, да ещё и спиной налетел на торс Арманда, вышедшего из-за угла. Страх и обречённость - первая эмоция Тимми, обращённая на Арми лично. Наверное, он подумал, что этот огромный парень заодно с грабителями, а может быть вообще тот самый «Ленни», который, по обещаниям, должен его «порадовать»… К счастью для Тимми, это было совсем не так. - Что вы там, говномесы толстожопые, захотели проверить и порадовать? - громко и гневно начал Арманд, надвигаясь на парней. Это было несложно, ибо жилистые полупьяные подростки с заплывшими глазами даже вместе взятые не могли дотянуть до массы тела байкера. - Отъебитесь отсюда, пока я ваши вонючие сраки не сделал б/у. Один из них предпочёл мигом свалить, пока не нашёл неприятностей, а второй остался, поддато и нагло таращась на Арми. - Ну и чё ты мне сделаешь? Дверца антикварной лавки на противоположной стороне улицы открылась. Оттуда выбежал молодой мужчина в костюме, с испугом взирающий на происходящее. - Ты по-английски, блядь, разговариваешь, гнилой писюн? - байкер спокойно прихватил пьянь за воротник и подтянул к себе, как пушинку. - Если я ещё раз учую вонь твоих тараканьих яиц поблизости от него, - кивнул на кудрявого юношу, - то ты куски своей ёбаной челюсти будешь собирать по всему району нахуй. Дальше блондин не стал распространяться, просто зарядил худощавому в подбородок. А потом ещё раз. И ещё. - Арманд, не связывайся, - дрожащим голосом пробормотал тот самый человек в костюме, - тебе же условку заменят на реальный срок. - Ебал я в рот этот срок, - стиснул зубы байкер. Подошёл к бледному, как бумага, темноволосому барашку, подобрал с земли его сумку. - Не перепугался? Идти можешь? - постарался смягчить голос Хаммер. Тот неуверенно кивнул. - Ты не разговариваешь? - уточнил Арманд, и юноша испуганно закивал головой. - Арми, брат, не докапывайся до него, бога ради, - взмолился мужчина в костюме. - Тимоти, не хочешь выпить чаю? Молодой человек, Тимми, Тимоти, слабо улыбнулся, закивал и пошёл в лавку, прижимая сумку к груди. - Тимоти не так давно поселился в соседнем доме, - шепнул Виктор брату, - он немой и очень добрый мальчик, так что, прошу тебя, не делай ему ничего плохого. Арманд прошипел сквозь зубы ругательство. Не в адрес Тимоти, в адрес брата. Хаммер не был безобидным парнем, ему приписывали мелкое недоказанное воровство, избиения, но невинного парнишку обижать… брат его монстром считает? В детстве Арми по настоянию матери ходил в католическую церковь, и там постоянно находился глухонемой мальчик, с которым Хаммер подружился. С тех пор он и помнил язык жестов, во всяком случае, вспомнить не составило труда. - Я понимаю твои жесты, - объяснил байкер вслух, сопровождая чуть неуверенными, но верными движениями пальцев. Большое спасибо, что помог, - мальчик был чуть удивлён, но светился благодарностью. - Если бы не ты, они бы меня ограбили… - Думаю, Виктор вызвал бы полицию, и ничего серьёзного не случилось бы, - ответил Арми, но благодарный взгляд мальчика ему понравился. Блондин сейчас решал две задачи: внимательно изучал черты лица приглянувшегося парня, - тонкие, даже в чём-то женственные, - а также старался фильтровать речь. Этот Тимоти был первым за этот год, кто так сильно заинтересовал его с первого взгляда, не хотелось напугать мальчишку. Твой брат помогает мне с дипломной работой, - объяснил Тимоти, привычно артикулируя хрупкими бледными ладонями. - Консультирует меня по антиквариату. Я учусь на дизайнера. Пауза. Он не сказал, что у него есть брат, - добавил Тимоти. «Потому что Виктор - приличный парень, а его брат - выродок и байкер-похуист», - мысленно объяснил сам себе Арманд. Но тут упомянутый владелец магазинчика вышел с чайником, и Тимоти поспешил за небольшой стол в подсобке, махнув своему спасителю рукой в знак приглашения. *** Завязать общение с мальчиком оказалось не так-то и легко. Они были приблизительно ровесниками, но что может быть общего у настолько разных людей? Тем более, что нежный барашек, наверное, уже услышал о Хаммере всяческие неприятные слухи, их много ходило. Но Виктор подметил, что брат уж очень часто стал наведываться к нему в магазинчик, особенно когда и Тимми туда заскакивал. - Брат, не опускайся до низости, - Виктор неодобрительно скрестил руки на груди. - О чём это ты? - фыркнул Арми. - Крутишься вокруг мальчика с голодным взглядом, как акула. - Мёртвого заебёшь. Ты что, его мамка? - Не хочу, чтобы мой брат творил дичь и дурно влиял на такого милого парнишку, - молодой мужчина посмотрел на Арманда с предупреждением и вновь отправился копошиться за прилавком. - Он ведь даже не курит. Для тебя это слишком экзотика. Арми закатил глаза, буркнул что-то и вышел из магазинчика. И кто из них, братьев, вообще был старше, мать твою? А ещё Виктор оказался очень упрямым и отказался давать Арми номер телефона Тимоти. Арми даже задумался, а не хотел ли брат приберечь кудрявого котёнка для себя, но знал, что тот всегда интересовался исключительно женщинами. Значит, Виктор рвался помочь невинному мальчику из благородных побуждений. Нужна ли была такая помощь взрослому самостоятельному парню, которому Арманд не собирался делать ничего плохого, - вопрос открытый. Или немота считалась в глазах Виктора особым ангельским признаком? Благо, Тимми жил поблизости и постоянно мелькал то в магазине, то в кафе. Через две недели Арманд случайно поймал парнишку за углом мини-маркета. И что бы вы думали, делал «даже не курящий» юноша? С наслаждением отводя сигарету от нежных губ, он медленно, прикрывая глаза, выдыхал дым. - Самокруткой балуешься? - усмехнулся Хаммер. Тимоти завертелся, понял, что за ним наблюдали, начал прелестно розоветь, а ещё тщетно попытался запрятать компромат за спину. Арми только беззлобно хмыкнул, увидев его замешательство. - Я не осуждаю, - сказал он, - ты же взрослый мальчик. И часто ты куришь? Бывает, - ответил Тим, - обычно когда никто не видит. Чтобы на неприятности не нарываться. - Ещё не найдётся? - поинтересовался Хаммер. Хрупкие пальчики положили толстую самокрутку ему на ладонь. Арманд подпалил её и с наслаждением затянулся. Теперь они вместе дымили в укромном месте, откинувшись на кирпичную стену и уставившись в темнеющее небо. «Травка», - подумал байкер весело. Виктор подавился бы прямо на месте, увидев эту картину. - Ты пропал, - вскользь заметил Хаммер, - тебя нигде не видно последние пару недель. Экзамены, - объяснил юноша c нерадостным вздохом. - Я думал, ты в восторге от дизайна? - удивился Арми. Тот покачал головой и объяснил жестами: У нас есть и другие предметы. Экономика. Это просто ужас! - Понимаю, мозгоёбство для гуманитариев, - привычно вырвалось у Арманда. Он даже не хотел смотреть, какое там выражение лица сейчас было у Тимоти, но тот, видимо, совсем не оскорбился. Если бы ещё нормально вели, я бы что-то и понял, - пожал он плечами. Пальцы, между которыми была зажата самокрутка, ловко танцевали, выражая мысли парня. Не в первый раз Арми задумался, как эти нежные пальчики ощущались бы на его, Хаммера, огрубевшей коже. Не в первый раз он представил себе, как держит хрупкого барашка за талию и подхватывает на руки, чтобы отнести в постель. В этот раз Арми смог получить, наконец-то, номер телефона Тимми, но, когда расстался с ним, проводив до дома, то пребывал уже в очень весёлом настроении. Разговоры об учёбе были ему неприятны. Жизнь Арманда пошла по большой пизде по многим причинам, и одной из них было то, что он не смог в своё время поступить, куда хотелось. Не то что бы многие верили, что у него получится, скорее, поднимали на смех. Арми шестнадцатилетнего образца не был таким разгильдяем, как сейчас, даже наоборот, считал себя много читающим и вдумчивым парнем, хоть и с характером. Наблюдая сейчас за другим человеком, носящим гордый статус студента, Арманд вспоминал, какой же у него был шок, когда стали известны поразительно низкие баллы за экзамены. А ведь он считал себя смышлёным парнем и часто зачитывался далеко за полночь. Арми вспоминал, как он стащил у отца алкоголь и набрался в тот же вечер, а потом по пьяни расхерачил стул о дверь. Как отец вытаскивал ремень из брюк, Арми тоже запомнил. Не забыл он и про то, как пытался смириться, что не видать ему бюджетной учёбы ни на факультете литературы, ни на факультете философии, ведь денег родители ему давать не собирались. Не хотелось вспоминать и то, как юный Хаммер устраивался пахать в шиномонтаж, надеясь подкопить денег, а в итоге приятели с работы дали ему попробовать лёгкие наркотики, под которыми он быстро поддался уговорам своровать какую-то технику из ближайшего магазина. И никогда не выбросить из памяти, что на каждом из этих этапов родители и знакомые бросали в лучшем случае сочувствующие взгляды, но чаще качали головой и подпиздывали: - Что произошло с этим ребёнком! Так и знали, что этот парень пойдёт по наклонной! Что с него взять-то? Арми злился и гневался, слыша это, но ничего поделать не мог. Всеобщее осуждение окончательно погрузило двадцатилетнего парня в уныние. Жизнь привела его к тусовкам в сомнительных компаниях, пиву, лёгкой наркоте, условному сроку за попытку кражи той самой техники, а потом и к любимым мотоциклу и чёрной кожанке. Огромный рост, гневный взгляд, мутные знакомства способствовали тому, что скоро Хаммера стали считать грозой района. Даже Виктор, его братишка, который изначально пытался его поддержать, вскоре смирился с этим. Наверное, Арми изначально было суждено пойти по мутной дорожке со своим крутым характером. Но воспоминания о том, что когда-то он действительно пытался сделать со своей жизнью что-то путное, продолжали ранить. С усталостью Хаммер затушил самокрутку о ближайший камень, думая, что Тимоти, может быть, не относится к нему предвзято. *** На следующий же день Арми набрал номер телефона Тимоти, стуча своими грубыми пальцами по экрану. Свой любимый мотоцикл он отправил в ремонт, а пока с ним возились, хотелось связаться с Тимми. Тот сбросил звонок мгновенно, а потом написал: «Я не могу отвечать голосом на телефон, ты не забыл? :)» Арманду стало грустно, когда он увидел улыбающийся смайлик в конце предложения. «Конечно, нет. Не хочешь увидеться?» Он сейчас ощущал себя мальчиком, который нервничает, приглашая кого-то на первое свидание после уроков. Он обдрочился с хуеву тучу в последние две недели, не переставая думать об острых скулах и прелестных глазках. А то, что мальчик был не таким уж ангелочком, судя по ругательствам на жестах и курению травки, ещё больше раззадоривало парня. «Может, у тебя?» - написал Тимоти. «Твой брат зае… крутиться рядом», - дописал он с угорающим смайликом. Сердце Арманда потихоньку продолжало таять. Не было холостяцкое жильё Арми подходящим местом для Тимми. Блоки сигарет, холодос, забитый банками пива, детали для мотоцикла у стены, диван, на котором спал Арми, но впрочем, было одно место, где прелестный барашек явно зависнет надолго. Место из глубин прошлого. *** Как Хаммер и думал, мальчик, неловко скинув кроссовки, с любопытством глянув на детали от мотоцикла у стены, принял у Арми банку безалкогольного пива, но стоило ему только увидеть полки с художественной литературой и философией, слегка запылившиеся, с восторгом подошёл к ним, начиная исследовать взглядом и пальчиками. Как много всего! - всплеснул он руками. - Можно взять? - Бери, конечно, - Арми окончательно растаял. Шаламе с улыбкой кивнул на томик Канта. Ничего себе, ты любишь философию! - удивился он. А потом ещё оглядел полки, находя и Ницше, и Достоевского, и Дарвина… С каждой секундой удивление на точёном личике превращалось в чистый восторг. Я так думал, что у тебя должно быть много книг, - весело зажестикулировал парень. - Почему? - замер Хаммер. Тимоти подошёл к нему и посмотрел в глаза. У тебя речь богатая, - объяснил он. - Большой словарный запас. - И грязный рот, - хмыкнул байкер. А мат меня не смущает. Даже Стивен Фрай ругается, а у этого парня интеллект ого-го… - пожал плечами Тим. - Опять же: чем больше ума, тем больше мата может выдать человек. Ты очень умный, - с тёплой улыбкой сообщил он Арманду. - В чём смысл философии, если эти мои знания никому не сдались нахуй? - поднял бровь Арми. Тимоти же только слабо улыбнулся. Разве ты читаешь это не для себя? Знаешь, я долго не мог смириться, что не могу сказать ничего миру. Так может, и не стоит ничего ему говорить? Говори себе, говори близким. Этого достаточно. На этих словах худая ручка юноши погладила плечо Хаммера через кожанку. Тебе не жарко? - Тимми еле слышно задышал возле уха блондина. Арми мог бы вообразить, как тот произносит это мягким голосом, возбужденным голосом. Но и без этого взгляд юноши говорил о многом. - Если не носить кожу, на высоких скоростях продует, - хмыкнул байкер. Ругнись-ка необычно, - попросил юноша, возвращаясь к поглаживанию плеча. - На тебя? Нет, просто. - Скотоёбины, - неохотно проговорил Хаммер. - Хочу распиздошить чё-нибудь. Грязный рот, грязный рот, - сказал жестами Тимми и нежно обвёл обветренные губы подушечкой пальца. А потом прильнул к ним своими губами, сам тут же открываясь Арми и позволяя себя целовать. Они изучали друг друга медленно, иногда уступая очередь другому исследовать рот партнёра, на пробу играясь губами и языками. Тим, очевидно, был не особо искушён в поцелуях, но компенсировал недостаток опыта любопытством и самоотдачей. Когда Арми и Тимоти, наконец, оторвались друг от друга, между их губами протянулась прозрачная ниточка слюны. - Ты целовался с парнем когда-нибудь? - игриво уточнил Арми. Тимоти раскраснелся и помотал головой. - Что ж, тебе нужно набираться опыта. - Хаммер снова атаковал его мягкие и пухлые губы, Тимми только приоткрыл рот и неумело отвечал ему. Спустя несколько минут невинного наслаждения Арми застонал и кинул взгляд на свой пах. - Что ты творишь со мной, - выдохнул Хаммер. Зеленоглазый барашек слегка порозовел и положил ладошку на каменную твёрдость за джинсовой тканью. Арми переполнился энтузиазма: он не ожидал от юноши такой инициативы, учитывая, что они только первый раз пробуют друг друга. Но мерцающие глазки Тимми говорили ему: мне стыдно, но ты меня пьянишь. Неужели это я тебя так завёл? Тонкие пальчики юноши начали исследовать новую, интимную территорию. Его рот при этом продолжали зацеловывать, пока Арми не оторвался с глухим стоном. - Блядь… ты меня в рай решил отправить раньше времени? Тимми смутился. - Сладкий, - вздохнул молодой мужчина и поцеловал его ладонь. - Нежные пальчики. Тимоти прикрыл глаза и еле зашевелил руками: Это нормально… что я так хочу с тобой близости? А мы так мало друг друга знаем… Хаммер застонал. - И я, блядь, хочу чувствовать тебя максимально близко… Всё слишком быстро, мы ещё не готовы. Не волнуйся, Тимми. - Он осторожно погладил парня по лицу, чувствуя приливы нежности, которые никогда в нём так не бурлили. - Мы ещё успеем, всё успеем… *** Любимым занятием Тимоти оказалось гладить лицо Арми. Мужчина совершенно не возражал: раньше его кожи касался только суровый ветер на хайвее, когда он мчался на своём железном коне туда, где другие байкеры искали некую свободу. После таких поездок Арманд плескал ледяную воду в лицо в туалете на заправке. Этим и удовлетворялся. Но теперь в его жизни появился нежный ангелок с тонкими пальчиками, которому нравилось неспешно исследовать тело молодого мужчины. Погладить по плечу, поцеловать висок у линии роста волос, восторженно оглядеть их разницу в росте в ближайшем зеркале. У тебя лицо совсем заветренное, - сказал Тимоти жестами. - Жалко, - добавил он. Они сейчас сидели на диванчике, курили сигареты, и Тимми в какой-то момент приступил к любимому занятию - поглаживать огрубевшую кожу. Сейчас, я принёс, - загадочно добавил юноша и вытащил из рюкзака синюю баночку Nivea. Арми не стал сопротивляться. Наоборот, нежные прикосновения Тимоти вкупе с ощущением мягкого крема на коже вызывали желание прикрыть от наслаждения глаза и откинуться на спинку дивана, что парень и сделал. А когда Тим закончил, Хаммер сгрёб его в охапку и поцеловал, смешивая их пахнущее сигаретами дыхание. - Ты прелесть… - пробормотал он. Тимоти зашевелился в крепких объятиях и кивнул на открытую баночку. - Хочешь ещё намазать… - не понял Арми, и тут ручка мальчика легла на его пах. - О… ты готов? - с восторгом проговорил Хаммер. Тимоти со смешком накинулся на изгиб его шеи, начиная нежно вылизывать и покусывать. *** Тимоти безмолвно открыл рот, готовый захныкать. - Всё хорошо, всё хорошо, детка… - Арми погладил его по волосам и поцеловал в щёку. - Я буду аккуратнее, - пробормотал он, сходя с ума от осознания, что они возбуждены, что он полностью внутри Тимми, что они обнимаются, будучи грёбаным единым целым. Мне не больно, - сказал взглядом Тимми. - Двигайся. Он шевельнул бёдрами, показав, что готов на активные действия. Арманд всё равно двигался осторожно, помня, что Тимми - очень хрупкий мальчик. Не задавить бы. Как такое сокровище нашло что-то хорошее в таком отбитом хулигане, как Хаммер, не знал даже Хаммер. Но факт был фактом: встречи с милым юношей пробуждали в Арми светлую сторону. Хотелось окутать Тимми заботой, защитить. Грубый животный или просто случайный секс, которым Хаммер раньше баловался с легкодоступными девчонками, ему давно осточертел. Постоянные отношения оказались тем, чего грозе района не хватало. Тимми осторожно провёл ладонями по груди любовника и мягко направил его сесть, откинуться на спинку дивана. Теперь стало проще - мальчик пушинкой устроился на Арми и вновь нащупывал возбуждённый орган, успевший выскользнуть из него. - Осторожнее, малыш, - только и успел произнести Хаммер. Тимоти хитро улыбнулся и впустил в себя член, начав скользить на нём, прогибаясь в спине. Хаммер придерживал своего разгоряченного любовника за поясницу, любовался прилипшей ко лбу кудряшкой и, кажется, сейчас в первый раз подумал, что испытывает серьёзную любовь к этому юноше. *** И опять он ехал к привычному бару на привычных высоких скоростях. Ветер свободы хлестал Арми по лицу, но он совсем не тревожил парня. Куда приятнее было чувствовать нежные руки Тимми, обхватывающие Хаммера сзади за талию. Охуенное ощущение. Иногда, на светофорах, его барашек любил прильнуть кудрявой головой к спине байкера. Припарковавшись у бара, Арми снял кожаные перчатки и потрепал своего Тимоти по шёлковым волосам. - Будешь сладкое? - поинтересовался молодой мужчина. Шаламе радостно закивал. - Сейчас поедим, - Арманд вошёл в бар первым: Тимоти ненадолго задержался под козырьком, чтобы ответить на сообщения родителей. И опять Арми толкнул увесистую дверь, окунаясь в знакомые шумы и запахи. - Я буду вяленую рыбу, - сказал он бармену, кивая на витрину. - Пива, Арми? - уточнил бармен. Пока Хаммер не выдал ни одного матерного слова за вечер, что было удивительно. Все же в округе знали о манере Арманда общаться. Лингвисты могли просто идти к нему за материалом для исследований, ибо любое матерное словечко, появившееся в английском языке, мгновенно бралось им в оборот и выстреливалось везде, где Арми показывал своё обветренное лицо... которое в последнее время почему-то стало более ухоженным. - Терри, я ж, блядь, за рулём, - закатил глаза Хаммер, - только безалкогольное. Лучше посоветуй мне пиздатый десерт со своей витрины. Вяленая рыба и десерт? Что за приключение этот человек затеял для своего желудка? Сие так очевидно было написано на лице Терри, что Арманд закатил глаза. - Нет, я, блядь, не затеял обдристать улицу, пока рассекаю. Десерт для моего парня. После этого всё, что могло затихнуть поблизости, затихло. Брови Терри грозились взлететь в воздух. - Хорошо, - быстро пришёл он в себя под хмурым взглядом человека, который, между прочим, имеет крепкие кулаки и судимость. - Рекомендую черничный чизкейк. В бар еле слышно вплыл худенький парнишка. Местные привыкли видеть его в свитерках на два размера больше, чем он сам, с опущенной кудрявой головой и задумчиво поблёскивающими зелёными глазами. В этот раз что-то изменилось, потому что поверх свитера на Тимми была кожаная куртка. Смотрелось весьма комично. И гроза района, протягивающий Шаламе миниатюрную тарелочку с чизкейком, тоже смотрелся чуть комично и мило. Тимоти улыбнулся Арми и принялся радостно жестикулировать, увидев сладость. Взял чизкейк и принялся выискивать удобный столик. Арманд направился за ним, предварительно окинув бар убийственным взглядом. - Какого хуя ебальники разинули? - спокойно отчеканил грозный мотоциклист. Все замешкались и предпочли вернуться к своим делам.