Интерны, попавшие в ад

Принцип главного врача – «Старайся изо всех сил» Принцип его подчиненных – «Старайся к нам не попасть». Частная клиника «Мидара» в любое время суток выглядит как фешенебельный отель, окруженный высоким забором, покрытым терновником и виноградной лозой, подставляющей солнцу неспелые дикие ягоды, которые никогда не дозреют. Частная подземная парковка, десятки камер видеонаблюдения, бывшие военные в службе безопасности, первоклассные специалисты и красивые медсестры – грубо говоря все, что нужно для комфортного лечения богатых и очень богатых клиентов. Попасть сюда в качестве интерна практически невозможно, только если у тебя в кармане блестящая характеристика с места учебы и хорошие денежные связи в придачу. Нечего скрывать, что у трех наших героев было все из вышеперечисленного, поэтому они смиренно ждали в холле свое будущее руководство. - Привет! Меня зовут Нацу! – паренек с белоснежными волосами положил рюкзак на ноги и весело помахал рукой остальным двум ожидающим. Все его естество выглядело очень взволнованным, будто он думал, что может не пройти это испытание. – Теперь будем вместе стажироваться! Я знаю некоторых врачей клиники, это блестящие профессионалы своего дела. И бла-бла-бла, блондинчик болтал без умолку. Он уже успел поведать, что в клинике работают его братья и еще кто-то из очень дальних родственников, и кажется, рассказал бы намного больше, если бы перед троицей не появился высокий худой мужчина в наглухо застегнутом длинном белом халате. - Доброе утро! – мужчина чуть поклонился. – меня зовут Цунагу Хакамата и я рад приветствовать вас в лучшей клинике города. Прошу пройти за мной, я отведу вас к кураторам стажировки. - Наконец-то. – фыркнул второй интерн – среднего роста худощавый до невозможности юноша с длинными взъерошенными волосами. Общий его вид говорил о том, что паренек либо встал после месячного запоя и решил пойти на врача, либо просто очень мало спит. Кто знает. Вся троица смиренно шла за мужчиной, попутно разглядывая коридоры, палаты и персонал клиники. «Этаж 2. Терапия». За стойкой информации сидел молодой человек с растрепанными черными волосами и в черных очках. Издалека могло показаться, что на его лице и руках была замысловатая татуировка, но, чем ближе он становился, тем явнее казалось, что это декоративные хирургические скобы и еще с полкило пирсинга украшали его тело. Парень скучающе изучал стекла своих очков, крутясь на стуле. К слову, он явно являлся кем-то из персонала, поскольку на нем была надета медицинская форма, состоящая из кофты с коротким рукавом поверх белой футболки и длинных плотных штанов, которые пока что скрывала стойка. - Может займешься уже работой, - требовательно произнес Хакамата, отвешивая брюнету легкую затрещину. – я кажется просил тебя встретить интернов. Парень привстал с места, поднимая очки на лоб. На его шее болталась длинная толстая цепочка с бейджем «Тодороки Тойя». - А чего их вообще встречать. – буркнул парень. – Нацу здесь все как свои пять пальцев знает. Да, братиш? - Какого черта ты тут делаешь? – блондин скривился в удивленной гримасе, будто пристыженный. - А ты думал, что папашка только тебя сюда пристроил? – Тойя пожал плечами, подмигивая. – Думаю, в один прекрасный день он притащил сюда и маму, и Фуюми. - Я не знал, что тебя уже выпустили из-под стражи. – промычал Нацу. – а со стороны отца очень глупо давать тебе работу здесь, хотя ты имел приводы за наркотики. - Эй, Джинс, скажи моему бестолковому братишке, что я твой самый ценный сотрудник. Ты без меня и шагу же сделать не можешь, да? – брюнет расплылся в широкой кошачьей улыбке, потирая двумя пальцами серьги на ухе. - Определенно! – сухо бросил в ответ Хакамата, а после перевел взгляд на открывающуюся дверь кабинета заведующего отделением. - Слушай сюда, пришибленный, мне нахрен не сдались три утырка. И мне плевать, чьи сперматозоиды их породили. Сам занимайся… У меня работы по горло, так еще и ты под ногами мешаешься. – из кабинета показался довольно мускулистый молодой мужчина. Его взгляд был полон ненависти и легкой усталости, может быть перманентной. В этот момент его взгляд упал на интернов. – Да ну нахрен! Да ты посмотри на них, я тупее взгляда в жизни не видел! И это я не про тебя, Даби. – мужчина тряхнул копной пшеничных волос и угрожающим шагом направился в сторону стойки информации. - Премного благодарен! – прыснул брюнет, удобнее усаживаясь в кресле. – жаль, что не взял попкорн. Следом за блондином вышел еще один врач, в привычном белом халате. Его прическа напоминала борщ со сметаной – одна половина волос была белой, другая красной. Персонал клиники конечно знал, что красная часть была выкрашена после спора с отцом, но не будем пока что вдаваться в подробности. «Пришибленный» имел чрезмерно спокойное лицо, холодный равнодушный взгляд и небольшой ожог вокруг глаза, придающий ему некую туповатую загадочность. - Доброе утро, интерны! – произнес мужчина. – я заведую отделением терапии, Тодороки Шото! - Не слишком ли много здесь Тодороки на квадратный метр. – спросил третий интерн, громко цокая. - И правда много. – задумчиво сказал Шото. – поэтому я спешно удаляюсь, оставляя вас на попечении лучшего терапевта клиники – Катсуки Бакуго, которого прошу любить и жаловать, хотя нет – прошу просто его выносить! Шото без каких-либо пауз после своей короткой речи направился дальше по коридору, предварительно легко похлопав Нацу по плечу. Со стороны лучшего терапевта послышалось недовольное рычание. - Я убью тебя, Тодороки! - Пф. – ответил Даби. – я уже пытался, у Шото слишком развито чувство собственного сохранения. - Господин Бакуго, позвольте передать вам информацию по интернам. И я еще раз напоминаю вам о принципах субординации. Вы не в праве так бесцеремонно высказываться в отношении начальства и других работников клиники. – отчеканил Хакамата, приглаживая в нервном порыве волосы на затылке широкой влажной ладонью. - Закройся, Джинс. – рявкнул Бакуго, вырывая поданные листы. – Что у нас тут. Ты! – блондин указал на Нацу. – с тобой все понятно, еще один отказ предохраняться от нашего главврача. Где я так накосячил, что вся моя жизнь так насыщена вашей семейкой. Дальше. Ты! – Бакуго перевел взгляд на второго интерна, вышеупомянутого длинноволосого субтильного самца, который успел откуда-то достать псп. – Шигараки Томура… Сын префекта что ли? Тебе не говорили, что наркоту надо покупать, ее не надо учиться готовить!!! – Бакуго взял третий листок. – Чисаки Кай. – глубокий вдох. – еще и сынок Восьми заветов смерти. - Советую спросить у Принцессы Смерти – где ты так сильно нагрешил в прошлой жизни. – не унимался Даби, пока не получил в лицо кипой бумаг, что держал в руках Бакуго. - Приятно познакомиться. – пропуская мимо ушей слова врача, сказал Нацу. Боже, сколько в нем светлой энергии. Кажется, Энджи-сама совершенно не умеет делать нормальных сыновей, все у него на грани крайности. Первый – беспробудный ублюдок, второй – божий одуванчик с ненормальным уровнем оптимизма. Третий… третий просто пришибленный. - Я сомневаюсь, что такого рода человека можно назвать лучшим терапевтом. – холодно произнес Чисаки. – у вас лицо беспросветного кретина. - Мне нравится твой подход, мафиозная шлендра. – усмехнулся Катсуки. – первое дежурство уже твое… Первый месяц дежурств. - Добро пожаловать! – развел руками Даби, наблюдая за уходящим Бакуго, который не переставал извергать из себя ругательства. - Я что-то пропустил? – с миллиграммом удивления в голосе спросил Томура, вынимая из ушей беспроводные наушники. Даби заржал.