Сборник по ТМ

- Это неуважительно по отношению к принцессе! – пролепетала Химе, осматривая глубоко и сладко спящего Ханму. – Неужели я настолько переусердствовала с анестезией вчера… - девушка легонько толкнула указательным пальцем парня между лопаток, на что поучила лишь недовольный вздох. – уже одиннадцать утра, а ты все спишь! – принцесса еще пару минут покрутилась над двумя метрами, призванными осветить ее безрадостное существование в этом бренном мире, и, сдавшись, озадаченно побрела в сад, продолжая сетовать на то, что принцессы всегда вынуждены страдать. Однако, ее драматический монолог был безбожно сбит явлением двух очень милых новых котиков, что часто приходят к храму, чтобы получить порцию вкусняшек. Первый был рослый, мускулистый угольно черный кот с красивыми белоснежными клыками и длинной, искрящейся на солнце шерсткой. Второй же, совсем еще котенок, который забавно мяукал, будто оскаливаясь в широкой улыбке. Принцесса не хотела спугнуть новенькую парочку, поэтому аккуратно наблюдала за ними, заняв удобную позицию на теплых ступеньках, ведущих из сада в ее покои, укрывшись за небольшим деревцем. Возле храма всегда было много кошек, принцесса и экзекутор проводили немало времени, подкармливая пушистых хвостатых, можно считать, что большая часть подношений храма уходило на дорогой корм и свежайшее мясо. Не мудрено, что в скором времени численность кошачьих нахлебников возросла в десятки раз. Однако, чем приманить таких котиков, принцесса пока не знала: может раменом? - Химе, ты сегодня припозднилась! – начала было Гин-сан, как в ответ резко получила настойчивое «шшшш» от принцессы, которая в двух незамысловатых жестах демонической руки, попросила сесть и посмотреть на новеньких. Демонесса со всей любовью в глазах, наполненных мольбой и нечеловеческой симпатией, посмотрела на экзекутора, почти одними губами шепча: - Гин-сан, давай оставим их жить в храме! – Химе состроила милую мордочку, складывая кулачки под подбородком. - Моя милая Химе, эти котики домашние. – со вздохом ответила Гинзоку, наблюдая за тем, с каким упоением Баджи и Чифую кормят пушистиков. - Но они такие миленькие. – простонала Химе, как ребенок, которому отказались купить леденец. - Не поспоришь, не каждый мужчина способен согреть мое сердце одним своим присутствием. – чуть отрешенно произнесла Рюдза, не отрывая глаз от парней. Теплую, хоть и немного странную картину развеял грубый, недовольный после пробуждения голос Ханмы, который успел уже не только проснуться, но и порядком напугать половину работников храма. Служки бегали за ним с десятком пепельниц и благовониями, а охрана хваталась за сердце, будто увидела призрака. На любой его вопрос все разбегались с благоговейным жужжанием, что бесило еще сильнее. Вокруг было много народу, но никто не мог пояснить, какого хрена здесь происходит. Вернувшись в покои Химе, парень закурил вновь и увидел еще один выход из спальни, ведущий прямо в сад. - Химе-чан, я набросала тебе пару вариантов. – Гин протянула девушке тонкую папку с личными делами. – мирок здесь так себе, но может кто-то из них заинтересует. - Ась? – демонесса удивленно посмотрела на Гинзоку, вопросительно поднимая бровку. – зачем мне еще один свет? - Еще один? – здесь уже удивление коснулась лица самой Гин. «Когда ты успела-то, радость моя, вроде только вчера…» - Какого мать вашу хера… - раздался почти звериный голос Ханмы за спинами девушек. Несмотря на свой рост, передвигался парень бесшумно, как кот. Однако, тут же получив укорительное «шшшш», от принцессы, впадает в некое замешательство, которое читалось еще и на лице Гин. – Не шипи на меня! - Тише говорю, глупенький. – она указала ручкой в направлении двух парней, которые, услышав рев Ханмы, теперь тоже смотрели в сторону Химе и Гин. – ну вот, ты их напугал, а я хотела оставить их в храме, теперь они убегут! – застонала Химе, мурлыкая между словами, как голодный котенок. - Это гопники из Тосвы, ненормальная, а не коты, их нельзя просто взять и… - до Ханмы дошла позиция того, что с ним-то как раз так и поступили. – какого, мать вашу, хера! - Химе, а почему это недоразумение живо? – без какого-либо намека на уважение и тактичность, произнесла Гин, сталкиваясь непрошибаемым взглядом с охуевающим взглядом Ханмы. – что, даже для ужина не сгодился? Парень скривился в недоброжелательном оскале, но, как и Гин – ждал ответа от миленькой, но совершенно точно отбитой богини сего блядского цирка. - Ась? – Химе все же оторвалась от наблюдения за «гопниками Тосвы» и посмотрела на экзекутора и Ханму, протягивая первой обратно папку. – Это мой свет, Гин-сан, я не ем тех, кто светит. - Опять эта хуйня. – буркнул Ханма, на что Гин лишь облегченно выдохнула, все же добавив. - Вот он… - девушка смерила парня взглядом. – ты уверена? Точно? – хотя Гин понимала, что вопросы бессмысленны, лицо Химе выражало лишь любовь и доброжелательность в сторону смолящего, как паровоз, парня. - Демонесса не может ошибиться. – хихикнула Химе, помахивая ручкой двум котикам из Тосвы. – это удивительно яркий свет, Гин-сан, если бы ты только могла увидеть. - Поверю на слово. – выдохнула Рюдза, осознавая масштаб проблемы, да, демонесса нашла свет, но вот ужина у нее так и не было. Как бы не началось кровопролитие. - Что-то кушать хочется! – протянула Химе, усугубляя предположения Гин. *** Дверь кабинета Рюдзы открылась, точнее, чуть ли не слетела с петель, что, тем не менее, нисколько не оторвало девушку от рабочей волокиты. Гин подняла глаза вверх, потирая переносицу. - Заплутал в трех дверях? – холодно произнесла Рюдза. – ведь если ты целенаправленно шел ко мне с таким настроем, мне придется оторвать тебе руку. Это настоящий дуб, мальчик, твои руки должны касаться этой двери с чувством глубочайшего уважения и почитания. - Ты! – рыкнул Ханма, садясь в кресло перед столом Рюдзы. – у меня к тебе пара вопросов! - Попробуй задать. Холод ее слов прокатился щиплющей дрожью по спине парня. Рюдза ожидала что-то стандартное из утреннего репертуара, вроде – «Какого хрена» и еще более окрашенное «Какого, мать вашу, хрена». Однако, услышанное чуть сбило девушку с толку. - Кого нужно убить? – увидев интерес в глаза Гин, Ханма продолжил. – чтобы моя демонесса поела. - Это моя демонесса, - поправила Гин. - а для тебя – возлюбленная, богиня, госпожа. – Гин увидела, как глубоко Ханма может закатывать глаза, а после, медленно протянула руку к одной из папок на стеллаже, и, достав, передала парню. – Наиболее предпочтительны номера пять и семь. На лице Ханмы показалась надменная улыбка. - Предпочтительнее для тебя или для Химе? - Для нас обеих. – протянула Гин. - А что будет, если ее не покормить. – Ханма захлопнул папку, мысленно остановившись на номере семь из списка. - Кровавая бойня. - И всего-то? Ханма наблюдал за тем, как Гин расстегивает пуговицу на рукаве своей блузки. Едва заметное движение, и парня окутала кромешная тьма и картины лютейшего пиздеца, который может учинить принцесса, если ее свет не поторопится. - Забавно… это очень забавно! – усмехнулся Ханма, прекращая со страшной силой сжимать подлокотники кресла. – совершенно отбитые. – парень закурил. – Сервируй стол, жрица, вечером будет ужин. Гин убрала папку обратно. - Вероятно, это свет долбоебизма! – сказала она сама себе, а после продолжила заниматься бумажной работой.