Don't ever let it end

Странно, но... тогда, когда я пытался покончить жизнь самоубийством, мне почти не было страшно. Но теперь, когда меня хотят убить эти ведьмы... Черт возьми. Я боюсь не только за свою жизнь. Больше всего я боюсь за Клауса. Черт. Почему все так хреново?.. Я испуган. Даже не так, я просто перепуган до смерти. Мне очень-очень страшно! Клаус, конечно же, чувствует мой страх, да и видит, как я весь трясусь. И в эту же секунду он меня обнимает. Притягивает к себе, гладит по спине, реально пытаясь успокоить. Боже мой. Какие же это крутые ощущения... - Я не дам им тебя тронуть хотя бы пальцем. Выживем. Оба выживем, - уверенно заявил первородный. Мне бы его уверенность сейчас... черт возьми... Вот жил же себе до этого, и все было абсолютно нормально. А теперь... слишком много всего произошло... слишком много всего навалилось... А я уже не справляюсь. Я человек, у меня просто-напросто сдают нервы! Боже мой... - Я же... не... за себя боюсь... - едва слышно прошептал я, крайне неуверенно обнимая первородного в ответ. - Я боюсь... что... тебя... убьют... Да... я же ведь тебя реально... очень... сильно... люблю... очень... давно... черт, Клаус... Я... тебя... люблю... Да, он знает об этом, уже давно знает. Но теперь ситуация немного другая, наши отношения улучшились, да и к тому же - этот секс. Тогда, в его мастерской, реакция Майклсона была неопределенной - просто попросил быть сдержаннее, вот и все. Типа - и не отшил, и не кинулся признаваться в любви. А теперь... Теперь просто не было никакой реакции. Он просто молчал. Он просто взял и промолчал, даже слова мне не сказал, черт возьми! Нервы правда сдавали, и, кажется, это молчание стало последней каплей. Почти в истерике я резко отстранился от него и сорвался с места, планируя свалить к себе в комнату. Забиться опять в какой-нибудь угол, прореветься хорошенько, а потом уже решать, что мне делать. Точнее - просто продолжить истерить, как и всегда. Это же у меня теперь любимое занятие, черт возьми. Боже. Да, я гребанная истеричка, но я уже просто устал от этой чертовой неизвестности! Я устал! То он дает понять, что нихрена между нами не будет, то этот секс и вечные милости. Я устал не знать, пусть уже просто открытым текстом все скажет, но нет же, Клаус молчит, он всегда молчит! Я не сразу понимаю, что ноги занесли меня совсем не в мою комнату. Я в комнате Клауса, если быть точным - стою возле его стола. Там лежит куча листов - рисунки, кажется. Словно как зомби, я медленно подхожу к столу, беру в руки всю эту стопку. До мозга не сразу доходит, что нарисован там... Я. На каждом листе. Не Кэролайн. Я. Улыбающийся, как идиот, сидящий с книжкой, и вид у меня при этом - крайне задумчивый... Этот список можно продолжать вечно. Клаус меня рисует... Я буквально чувствую, что он зашел в комнату. Подошел ближе, резко развернул к себе. У него на лице - абсолютная уверенность. Да. Я был бы удивлен, увидев на лице Клауса Майклсона какие-либо другие эмоции. Не удержавшись, я снова прислушался к своим ощущениям. Черт. Ему весело. - В отличие от тебя - я умею быть сдержанным. Ты даже ничего не почувствовал. Абсолютно ничего. Ты даже не догадался о том, что я тебя люблю. Да-да, Джо. Я. Тебя. Люблю.