Don't ever let it end

Спустя шесть лет В тот день я, собственно, не умер. Да-да, я не умер. Нож попал четко в сердце, но... Дело в том, что Ребекка Майклсон ведь - мисс хитрожопость. И в чем весь прикол? А весь прикол в том, что она все то время, пока я жил у Майклсонов... она подливала мне свою кровь в кофе, в чай, да куда угодно. А я даже ничего не почувствовал... Конечно, после этого я... ну, обратился. Да, я умер, да, я стал вампиром, первым вампиром, побаивающимся крови... Но черт, плевать на это все. Ведьмы мертвы. Связь разрушена. Все, проблема устранена. Можно жить спокойно... Да. Уже шесть лет мы с Клаусом живем абсолютно спокойно и счастливо. Кхм... ну как спокойно... - Папа, ну что он опять начинает?! - возмущенно верещала Ария, крайне оживленно продолжая лупить Люка его любимым медведем - в наказание, так сказать. Мальчик, кстати, сопротивлялся крайне вяло - он же у нас джентльмен, никогда девочку бить не будет. Но вот Ари - барышня боевая. Ее только кто обидит - та сразу колотить начнет. Ох. Явно не в меня характером пошла... - Это кто тут еще начинает? - явно не удержавшись, засмеялся Клаус, оттаскивая разбушевавшуюся мисс Майклсон-Форбс от бедного Люка. Ари, собственно, сразу же начала явно так возмущаться, и забрать дочку пришлось уже мне. Да. У нас абсолютно типичная семья - у нас у каждого, так сказать, есть свой ребенок. Ария - истинно моя дочка, а Люк - абсолютный сын Клауса. Идеально же ведь. - И вообще. Кое-кому уже давно пора спать, - театрально грозно заявил я, усаживая дочь себе на плечи. А двойняшкам - хоть бы хны. Черт. Я никогда не научусь быть страшным и грозным папочкой. Это у нас больше к муженьку моему, ага... - А у нас в комнате чудовище! - тут же воскликнул Люк, а я машинально бросил взгляд на Клауса - это же он у нас частенько таким образом детей усыпляет, типа "Если не уснете - вас чудовище съест", но моя зараза отрицательно качает головой, я тут не причем как бы. Понятно. Значит, это очередной коварный ход наших детей. - Мы к ва-а-а-ам хотим! - тут же подхватила Ария. И я снова взглянул на Клауса. Тот в ответ лишь кивнул, одновременно с этим беря Люка за руку. Окей. Сегодня, значит, будет очередная веселая ночка. Я... честно говоря, я уже даже не помню, с чего вдруг решил... решил попробовать уговорить Клауса завести детей. Придется, правда, обратиться к суррогатному материнству... да и плевать. А что? У нас ведь уже настоящая семья, да и к тому же, мы тогда только свадьбу сыграли... Что еще нужно нужно для полного счастья? Самое главное, тогда я был абсолютно уверен, что первородный мне откажет, тонко намекнет, что я идиот, да и все. Но... Он согласился. Согласился. А спустя девять месяцев у нас на руках уже были два этих чуда. Ария и Люк Майклсон-Форбс. Наши дети. Два наших маленьких чуда. Когда ты сам обзаводишься детьми... ты понимаешь, почему родители в детстве часто прощали тебе все грехи, почему они так волновались, когда ты болел. Когда твоему ребенку плохо, ты готов отдать все, чтобы только ему стало лучше... Режущиеся зубы - единственное, что я помню из того периода, так это только эти их жуткие крики, от которых и вправду сердце кровью обливалось, первые слова, первые шаги, первые двойки... Время летит слишком быстро. А теперь они - уже такие взрослые... Черт. Я правда сейчас всплакну. Ладно. В комнате первыми оказываются дети - отправляются в полет до кровати, заливисто при этом смеясь. Я ненавижу, когда Клаус их так... запускает, я боюсь, а этим троим - хоть бы хны, смеются всегда, да и только. Вот так всегда. Когда дело касается чего-то рискованного, они все на одной стороне. Вот так всегда... - Папочка, а вы нам расскажете, как вы познакомились? - уже так явно сонно попросил Люк, устраиваясь между мной и Клаусом. Его старшая сестра в этом плане оказалась немного наглее, и просто улеглась на меня, как, собственно, и делала всегда. А она же легкая такая, вес ее почти не чувствуется, а это значит, что мне сегодня ночью можно вообще не спать - я просто боюсь ее задавить, вот и все. - Вы же ее уже наизусть знаете, - справедливо заметил Клаус. - Ну пожа-а-алуйста! - с одинаковой мольбой в голосах воскликнули двойняшки. И конечно же. Как перед ними можно вообще устоять? Абсолютно никак... Забавно, но им ведь больше нравится слушать о том, как чувства развивались. Два мелких романтика... У нас всегда в таких случаях о том, как мы познакомились - одно-два предложения, остальное время рассказчик просто выкладывает все то, что чувствует... А начинать, кстати, опять мне. Я вот только открыл рот, чтобы хоть слово сказать, как... меня прервал Клаус. - Забавно, но я с вашим папочкой познакомился только после того, как начал встречаться с его сестрой. Джозеф Форбс. Тогда мне это имя не говорило толком ни о чем - просто мелкий пацан, который изредка появляется, когда не нужно. Но потом... Знаете, дети. Вы ведь еще даже понятия не имеете, насколько у нас Джо удивительный. Этот добрый, немного истеричный, но такой забавный ребенок. Сначала я его правда не замечал. А потом... я ухитрился влюбиться, как мальчишка. Влюбиться в него по уши, до дрожи, до реального сумасшествия. Знал бы кто-нибудь из вас, насколько мне когда-то было страшно, что я могу его потерять... Ария блаженно-восхищенно вздыхает, Люк уже вполне себе мирно сопит, прижав к себе любимого медведя, а у меня предательски краснеют щеки. Я до сих пор не привык быть таким счастливым. Это и счастье, и одновременно детский восторг, слишком сильно кружащий голову... Клаус продолжает свой рассказ - если Люк у нас только укутается в одеяло, обнимет своего мишку и сразу спит, то Ари усыпить крайне сложно, я уже не смог удержаться - вытянул руку вперед, коснулся его ладони, почти тут же переплетая наши пальцы. Древний даже не прекращает свой рассказ, но на секунду поднимает на меня взгляд и улыбается так чрезвычайно тепло. Боже... Какой же он у меня все же нереальный... Мне уже не нужна связь - да, на том ритуале Бонни и правда ее разрушила. Я прекрасно знаю, что он чувствует по отношению ко мне, и Клаус тоже знает все мои чувства, он прекрасно знает, насколько сильно я его люблю. А еще я знаю, насколько ему дороги наши дети. Я знаю, насколько ему дорога наша семья. А теперь, в эту секунду, я в очередной раз понимаю, насколько я сейчас счастлив. И самое главное... Я никогда не позволю нашему счастью закончиться. Никогда.