«Звезда Праймуса: Падение Заветов»

Рэтчет — В сердце Пылающего Ковчега "Запись. Бортовой журнал: Рэтчет. Медицинский офицер. Состояние: нестабильное. Система поддержки жизнеобеспечения — критическое. Энергон — на исходе. Количество выживших: неизвестно." Глухой рёв повреждённых двигателей Ковчега разрывал тишину пустоты. Звёзды за иллюминаторами напоминали мне пульсации Искры — такие же далекие, почти угасающие. Мы летим, но куда? Даже Телетрон-1 затрудняется с анализом. Я сижу у одного из капсулов с крио-сном, держа руку на обожжённом корпусе Бамблби. Его искра ещё тлеет. Надеюсь. Уж слишком много искр я потерял за эту войну. Мы бежали. Я не горжусь этим. Ни один трансформер не должен покидать свой дом вот так, в пламени и крови. Но что ещё мы могли сделать, когда Оптимус приказал? Я не одобряю всех его решений, но он верит... Искренне верит. В Праймуса, в Сенат, в старые идеалы. Может, он и есть наш последний шанс, если Ковчег доживёт до нового рассвета. Телетрон-1 сообщает о гравитационном искажение вблизи неизвестного звёздного объекта. Мы приближаемся к планете, на которую не было карт звёздной навигации. Сканирование показывает следы гармонической энергии... Очень похожей на примитивный, но чистый аналог энергона. Может, это наш шанс. Или… наше проклятие. Я провожу осмотр нескольких капсул. Айронхайд. Джаз. Арси. У всех критические повреждения. Времени почти нет. Я подключаю их к резервной линии энергона, питая остатками. Выживание одного может спасти всех. — Рэтчет… — голос Оптимуса, тихий, почти сломленный, раздаётся из динамиков. — Мы приближаемся. Надо готовиться к приземлению. "Запись приостановлена. Автоматическая коррекция курса активна. Внимание: приближение к атмосфере неизвестного мира. Экипажу приготовиться к аварийной посадке." Я только надеюсь, что никто не проснётся в аду. --- Саундвейв — Тишина глубже звука Звук — это жизнь. Молекулы, вибрации, смысл. Тишина — это смерть. Но между ними существует нечто… большее. Резонанс истины. Я Саундвейв. Аналитик. Связной. Шпион. Я — голос, который не говорит, но знает всё. Внутри меня — Лазербик, Рэвидж, и мои мысли, как топтер, вращаются над полем разума. Мы следим за Ковчегом. Мегатрон отдал приказ: не уничтожать. Пока. Смотреть. Ждать. Мой альтмод — топтер: гибкий, острый, бесшумный. Я парю над обломками мира, даже когда его уже нет. Я помню звуки Кибертрона до падения: когда металл пел, а не кричал. Я помню, как Мегатрон, шахтёр, пророк, воин, дал мне имя и цель. Мы не хотим хаоса. Мы хотим порядка. Истинного порядка. Без ложных Праймов и лживых Сенаторов. Без масок. Мегатрон… Он не зол. Он — логика, очищенная от лжи. Его жестокость — математическая. Его справедливость — неизбежна. Те, кто называют его тираном, боятся порядка. Сейчас мы в тени кольца из обломков спутника. Я наблюдаю. Я слышу. Передаю данные. Ковчег теряет высоту. Сканирование нового мира говорит о наличии биоэнергетических сигналов. Нечто, что мы не классифицировали. Мягкие формы жизни. Они дышат магией. И они чувствуют резонанс Искры. Командир Мегатрон находится на флагмане "Немезиде", следуя на безопасной дистанции. Я слышу его приказ в резонансной волне: — Саундвейв. Анализировать. Ожидать. Не вмешиваться. Пока. Сквозь вибрации пустоты, я чувствую приближение... великой перемены. Она звучит как шёпот Искры, ускользающей, но не угасающей. Я слушаю. Я храню. Я запоминаю. --- Принцесса Луна — Сон Звёздного Камня "Моя сестра спит… и я снова одна среди звёзд." Луна стояла на балконе своей башни, когда её охватила дрожь. Ночь была спокойной — слишком спокойной. Луна знала эту тишину. Она не была благословением. В её сне... Огромная тень закрыла небеса. Металл, как гора, падал сквозь облака, а внутри — странные существа. Искры. Не магия. Не жизнь. И всё же… живые. Их тела были не из плоти. Их разум — холодный, как бескрайний космос. Но в их глазах горело то, что Луна узнала. Один — весь в синем и серебре — нёс в груди пылающую Искру. Его душа кричала. Он не герой. Он ищет смысл. Его имя — Оптимус. Другой был зверем , с ярко красными глазами , что с пронзительным холодным взглядом . Он ищет справедливость для угнетённых. Его имя — Мегатрон. И над ними... голос. Зов. Древний, знакомый, как ритм древнего сердца. Праймус... Луна пробудилась с криком. Взгляд её метнулся к небу, где уже мерцали потоки, похожие на горящий след. Она направилась к залу звёздных карт, хранящему древние пророчества. Среди них был один свиток, почти забытый. В нём говорилось: "Когда Искра падёт с небес, дети Творения обретут дом, но принесут с собой и великое испытание." Луна знала: пора говорить с Селестией. --- Зекора — Предсказание Искры На краю леса стояла зебра. Её хвост, украшенный перьями, колыхался в ночном воздухе. Она смотрела в огонь, и пепел говорил с ней на языке, который пони забыли. — Сломан круг, Искра пришла, — тихо прошептала она. — Дети Звёздных Врат спустятся вновь. Слова древних оживут. Сломанный мир найдёт отражение… в наших. Пламя взметнулось. В нём она увидела лицо… металлическое, покрытое шрамами, с глазами цвета горящего энергона. Оно смотрело не на неё, а сквозь неё. И шептало: "Новая Искра. Новый Праймус. Или конец всех звёзд." Она достала древнюю маску из резного дерева, хранящую образы тех, кто приходил раньше. На её обратной стороне были выжжены символы. Символы Праймуса. Символы звёзд, что открывают врата. Скоро она пойдёт в Кантерлот. Принцессы должны знать: Эквестрия уже не та. И скоро она станет ареной древней войны. --- Продолжение следует...