всегда хотел быть ангелом

Сириус никогда этого не скрывал. Просто никто его не спрашивал. Кому вообще он мог это сказать? Да и зачем?.. Он устал. Это просто невыносимо. Быть человеком. Чёртовым охотником. Простой пешкой, весь путь которой заранее прописан каким-то там Богом. Богом, которому вовсе наплевать на него. Но это так… не столь важно. Особенно, если считать, что не только люди — пешки в руках этого поехавшего. Сириус, лёжа на кровати, после всех этих мыслей (или вернее сказать — чувств и ощущений — думать об этом он тоже устал, но осадок оставался) не мог уснуть. Он пялился в потолок — думал о нём. О нём думать всегда было приятно. Однажды случилось так, что Мародеры были вынуждены узнать больше о мире. Узнать о тех, кто выше. Об ангелах. Римус. С самой их первой встречи Сириус удивлялся, как этот ангел… существует?.. Он и в самом деле был настолько правильным и… черт возьми, идеальным, что это просто-напросто противоречило образам других ангелов, вмиг, в прямом смысле, выжигавшим людям глаза при первой же встрече с ними. Римус был не таким. Он мог помочь каждому, абсолютно, человеку, который попал в беду. Иногда казалось, что он — их с Мародёрами удача. Ну, так и было. Кто ещё бы помог им, когда нужно было связаться с Небесами? а с демонами? Да уж… а Сириус сначала его недолюбливал. Римус даже почти не убивал. Серьёзно — на его счету не так много душ. Особенно, если вычеркнуть мерзких негодяев и чудовищ вроде тех, что пытались убить его самого — и Мародеров. Ах, да: и об этом Сириус тоже никому не говорил. И в один день он поймал себя на одной очень наивной и детской мысли. Сириус был бы не против стать ангелом. Быть и там, и здесь. Никогда не умирать. Быть в состоянии излечить других. Не спать, чтобы быть всегда начеку. Защищать всех, кто ему дорог. Да, мечта нвивная, конечно, но… Сириус стал слишком много думать и об этом. Его перестала бесить эта его, римусовская, серьёзность. Он понял, что теперь переживает не только за Джеймса и Питера, Лили и Рега, но и за него. Сириус переживал за Римуса всякий раз, когда тот уходил. Сириус боялся, что Римус просто не вернётся. Сириус очень привязался к нему. К его чувству юмора, которое, между прочим, в особенности для ангела у него было, что надо. К его спокойному (но иногда — встревоженному) голосу. Да черт возьми, даже к этому его дурацкому учительскому свитеру с разноцветными полосами. И даже больше… к одолженному у владельца этого свитера телу. Сириус видел во всем этом стимул идти дальше, не опуская руки. Римус буквально его подталкивал. Усталость на миг проходила. Взамен ей — желание. Всё это было странно. Сириус… одержим ангелом?.. Он просто чувствовал себя в безопасности. Бывает ли такое в жизни охотников? — Римус, ты можешь сегодня никуда не уходить? — спрашивал Сириус. — Конечно, — отвечал тот и присаживался на кресло рядом с кроватью Сириуса. Его взгляд всю недолгую для Сириуса (он привык спать мало) ночь был прикован к постели Блэка. Он о чем-то думал. И, естественно, никогда не спал: ангел ведь. Сириусу это нравилось. Иногда он задумывался, а, может, Римус чувствует то же? Такое возможно? — Я хочу быть ангелом, — напившись на пару с Римусом, который пьянеет очень медленно, шептал Сириус. — Сириус… — Быть мной — дерьмо. — Быть мной ещё хуже, — говорил Римус, и голос его дрожал, — я потерял почти всю благодать. На пьяную голову соображать было туго. Сириус не сразу понял, что тот имел в виду. — Я почти стал человеком. — Попытался улыбнуться Римус. — А я всегда мечтал перестать им быть.