Договор

***

Пиз-дец. Только этим коротким и емким словом я мог описать только что произошедшее. Перед глазами до сих пор стояло изумленное лицо отца, а в ушах звенели крики мамы, бросившейся за ним вслед, кричавшей что она «все ему объяснит» и что «все это совсем не то, чем кажется». «Бум!» - в голове снова грохнул удар захлопнутой отцом двери, который за одну секунду получил ответ на все странности в поведении его жены, которые не давали ему покоя в последнее время. «Интересно, что же она хотела в итоге «объяснить» папе и «чем же тогда окажется все то, что было совсем не так»? – подумал я про себя. «Очень сомневаюсь, что нам как-то удастся объяснить тот факт, как моя мама оказалась в моей комнате и в моей постели посреди ночи и, что наиболее важно, с моим членом во рту, который она так страстно вылизывала в тот самый момент, когда отец решил зачем-то завалиться в мою комнату». - Господи, какой же я идиот! – простонал я снова, понимая, что только что разрушил свою жизнь и жизнь всей семьи ради минутной похоти. Я ведь слышал шаги за дверью, слышал, что кто-то вроде как собирается войти, но поток спермы внутри меня был уже на полпути от моих яиц в нежный мамин ротик и мне показалось что пронесет, также, как проносило и множество раз до этого. Но нет. Дверь открылась и отец увидел маму в моей постели отнюдь не в позе целомудренной материнской любви… Я болезненно простонал, прикрывая глаза, в сотый раз вспоминая изумленное лицо отца с полезшими на лоб глазами, пораженно наблюдавшего, как мама жадно вылизывает мой член словно самый сладкий в мире леденец. Да, похоже произошедшее вчера теперь станет моим самым страшным кошмаром, мучающим меня в ближайшую пару лет. «И если бы это было хотя бы только во сне!» - с горечью подумал я, вновь проматывая в голове как мама бежит за отцом по коридору… Я пустыми глазами посмотрел в открытое окно – на улице уже рассвело, мне пора вставать и идти в школу. С одной стороны хотелось остаться в кровати и тупо проваляться весь день, ведь после произошедшего школьная рутина казалась абсолютно пустой и бессмысленной, учитывая, что в ближайшее время всем нам будет явно не до нее. С другой же… может быть хотя бы школа поможет немного отвлечься. … Через полчаса я сидел на кухне и доедал то, что нашел в холодильнике. Вскоре за спиной раздались быстрые шаги: - Блин, я же в школу опоздаю! – обиженно возмутилась Сара. – Почему мама меня не разбудила? И где она? – сонно поинтересовалась моя младшая сестренка, на ходу протирая глаза. - Не знаю, - честно признался я. - Блиин… - Сара подхватила тост с моей тарелки и также поспешно рванула в ванну… Через пять минут история повторилась и с Кэролайн. Единственная разница, в том, что старшая моя сестра так сильно не торопилась, все-таки свободный график в личном магазине имеет свои плюсы. А я все также сидел на кухне и с ужасом думал, как моя глупость в будущем разрушит не только мою, но и их жизни тоже. Господи, какой же я все-таки идиот!

***

В школу я все-таки пошел. Не сказать, что это сильно помогло – я схлопотал пару неудов, но мне на это было абсолютно плевать. Мои мысли в этот момент были далеко от происходящего в классе. … домой я вернулся поздно. Почти до темноты я просто шатался по городу, идя куда глаза глядят. Когда я вернулся, внутри было тихо. Сара сидела в своей комнате, а Кэролайн дома не было, также как и мамы с папой. Я попытался сесть за телевизор, а потом за компьютер, но не то, не другое не смогло меня отвлечь, поэтому, устав от долгой прогулки, я вскоре просто плюхнулся на кровать и закрыл глаза… - Кевин? Кевин? Тихий голос прозвучал откуда-то поблизости. - Ма… мама?! – вскрикнул я, прогоняя сон, рывком приподнявшись с постели. – Я… Она быстро поднесла палец к губам и жестом показала идти за ней. Вскочив, я бросился следом, стараясь при этом не шуметь. Судя по виду за окном, на улице была уже глубокая ночь. Мама ничего больше не сказала, мне же очень хотелось посмотреть ей в лицо, чтобы понять, что происходит, но до родительской спальни (а шли мы именно к ней), мы дошли прежде, чем я успел что-то сказать или предпринять. Она приоткрыла дверь, и мы прошли в комнату. На кресле в углу сидел папа. В комнате горел тусклый свет от небольшой ночной лампы. Когда мы вошли, отец ничего не сказал. Его лицо ничего не выражало, будучи абсолютно безучастным и пустым. Он не закричал, не бросился на меня с кулаками… И это пугало меня намного больше. - Садись, - кивнула мама, присаживаясь на краю кровати. Я немного помедлил, но видя, что она ждет, последовал ее указанию, сев рядом с ней напротив отца. - Держи, - произнесла она, протягивая мне несколько листов бумаги. – Читай. - Что это? – непонимающе переспросил я. - Читай. «Может они хотят избавиться от меня? Выкинуть из дома?» - с ужасом предположил я. В душе понимая, что в принципе, это будет вполне справедливым наказанием. Но все же заставил себя сосредоточиться и начать читать.

Договор.

Пункт первый. Настоящим я, Кевин Макалистер, признаю безоговорочный авторитет своего отца и обязуюсь полностью поддерживать его на благо всей семьи. Я обещаю никогда и при каких обстоятельствах не нарушать условия данного договора. Все финансовые и все бытовые вопросы, касающиеся блага семьи находятся под его полным неоспоримым контролем (совместно с моей матерью Линдой Макалистер) и не оспариваются мною не при каких условиях до момента, пока я проживаю в данном доме и не имею собственных доходов, позволяющих мне обеспечить собственное независимое существование. Пункт второй. Я подтверждаю, что данный договор является строго конфиденциальным и любое его опубликование или разглашение его содержания третьим лицам приведет к последствиям, вплоть до полного исключения моего финансирования (в том числе и наследования) и исключения меня из списка проживающих в данном доме. «Уф, меня не вышвырнут на улицу, по крайней мере прямо сейчас», - с облегчением подумал я. Пункт третий. Также я, Кевин Макалистер, обещаю соблюдать обязательства, условий соглашения между Бобом и Линдой Макалистер, перечисленных ниже, а именно: Я подтверждаю, что беру на себя все обязательства, взятые ранее на себя Бобом Макалистером (моим отцом) при вступлении им в брак с Линдой Макалистер (моей матерью), касающиеся их интимной близости. «Ч… что?!» … Я обязуюсь удовлетворять все сексуальные потребности моей матери взамен ее супруга в качестве ее сексуального партнера в полной мере, на условиях обоюдного согласия. Три раза в неделю я имею безоговорочное право потребовать Боба Макалистера (моего отца), покинуть спальню (в которой он обычно проводит ночное время суток вместе с моей матерью Линдой Макалистер) и уступить мне его место для выполнения мною супружеских обязанностей. Со своей стороны, мистер Боб Макалистер обязуется выполнять данное обязательство по первому моему требованию и после этого имеет право находиться в спальне только по обоюдному согласию, полученному от меня и моей матери Линды Макалистер, в независимости от того, совершается, между нами, половой акт в этот момент или нет. Данное правило распространяется на время от 11 вечера до 7 утра. С наступлением данного момента времени, Боб Макалистер имеет право вернуться в комнату… Я не верил своим глазам. Также не веря, я перевел взгляд на маму. - Читай дальше, - тихо сказала она. И да, она старалась оставаться максимально серьезной, но в глубине ее голубых глаз я видел, что ей чертовски нравится мое изумление и то, как меняется мое выражение лица при чтение этого договора. Все способы получения/достижения сексуального удовольствия и вариации интимной близости выбираются исключительно мною и моей матерью Линдой Макалистер. Боб Макалистер не имеет никакого права препятствовать или же комментировать внешний вид и действия участников (Кевина и Линды Макалистер) в моменты, когда они собираются/вступают в интимную связь друг с другом согласно данному договору. Средства и решения о необходимости применения средств контрацепции принимается Линдой Макалистер, также как и о средствах, применяемых для достижения сексуального удовольствия (в рамках законодательства). Данные средства и затрачиваемые на них расходы не касаются Боба Макалистера. В перечень данных средств входят: 1) Все средства, касающиеся возможной контрацепции 2) Смазки и лубриканты (в том числе и для анального секса) 3) Эротическое нижнее белье, туфли и прочие аксессуары, позволяющие партнерам усилить и сделать более ярким процесс сексуальной близости (в том числе украшений и одежды стоимостью до тысячи долларов, не используемых в повседневной жизни. Примечание для примера – прозрачные чулки с поясом и подвязками стоимостью двести долларов относятся к данному списку, так как Линда Макалистер может их использовать для достижения дополнительного сексуального возбуждения Кевина Макалистера и они не выходят за предел указанной суммы. В свою очередь, бриллиантовые серьги стоимостью три тысячи долларов не относятся к данному списку, так как не являются действительно необходимым аксессуаром для достижения указанной выше цели. Соответственно, данная покупка должна быть согласована совместно с Бобом Макалистером в рамках семейного бюджета). Стоимость указанных выше средств не должна превышать тысячи долларов в месяц. Продолжительность и частота сексуальных актов между партнерами за одну ночь не регламентируется данным договором. Пункт четвертый. Боб Макалистер обязуется не предпринимать никаких действий, которых могут уменьшить сексуальную активность Линды и Кевина Макалистера или же повлиять на их сексуальную удовлетворенность в физическом и эмоциональном плане. В том числе на мужское здоровье и эрекцию его сына, Кевина Макалистера. Также, для заботы о мужском здоровье и поддержании необходимой потенции и эрекции ее сына для удовлетворения ее сексуальных нужд, Кевина Макалистера, Линда Макалистер может корректировать его питание, без возражений со стороны Кевина Макалистера. «Блин, мама…» - подумал я про себя. «Даже здесь умудрилась впихнуть свое здоровое питание», - вздохнул я. «Хотя, мысль о том, что мне придется кушать кашки чтобы у меня член на нее постоянно стоял, в таком свете не кажется такой уж печальной. Хотя… он и так на нее всегда стоит, хе-хе». Пункт пятый. Боб Макалистер обязуется полностью прекратить любые сексуальные действия относительно Линды Макалистер. С момента подписания данного договора (срок действия бессрочный), он признает, что обязанности мужа в вопросах сексуальной жизни Линды Макалистер полностью переходят к его сыну, как указано выше. Любые жесты, связанные с романтической привязанностью, разрешаются только в случае публичной необходимости и только при условиях, когда они не переходят границы публичной морали. Любые действия, со стороны Боба Макалистера относительно Линды Макалистер, которые могут продемонстрировать Кевину Макалистеру что она не является исключительно его сексуальным партнером, полностью запрещены, как в его присутствии, так и без него. В свою очередь, Кевин Макалистер и Линда Макалистер имеют право проявлять любые жесты интимной и эмоциональной близости без присутствия лиц, не являющимися сторонами данного договора (в первую очередь Сары и Кэролайн Макалистер) и не противоречащих требованиям конфиденциальности, указанных выше. Присутствие Боба Макалистера в данные моменты не является фактором, требующим прекращения данных действий. Примечание в качестве примера –если Кевин Макалистер в момент просмотра телевизионной программы продемонстрирует любыми своими действиями сексуальное желание относительно Линды Макалистер и это желание будет обоюдным, находящийся рядом Боб Макалистер не должен препятствовать данным действиям. В независимости от того, будет это только оральные или предварительные ласки или же они в последствии перейдут в половой акт. Однако, если действия будут происходить за пределами спальни в указанное выше время (третий пункт), Боб Макалистер в случае собственного желания может продолжать находиться рядом, не мешая процессу или же игнорируя его. Как указано выше, со стороны Боба Макалистера проявления привязанности к Линде Макалистер должны быть сокращены до минимума (поцелуй в щеку допускается не чаще раза в неделю, также как и объятия выше пояса. Объятия с прикосновениями ниже пояса и прикосновения к груди запрещены. Поцелуи в губы допускаются не более двух раз в год на публичных мероприятиях в случаях крайней необходимости и должны быть максимально платоническими, а желательно исключены полностью). Пункт шестой. Условия договора могут быть дополнены и скорректированы в случае согласия всех трёх сторон. - Дочитал? – спросила мама, увидев, что мой взгляд дошел до конца последней страницы. - Ага, - кивнул я ошарашенно. Блин, все-таки когда твоя мама адвокат это отражается во всем. - Все понятно? - Мм… вроде, - немного неуверенно кивнул я. - Хорошо, - улыбнулась она. – Мы потратили немало времени с папой на это соглашение. Если все устраивает, держи ручку, осталась только твоя подпись. - Х… хорошо, - я взял ручку из ее ладони и быстрым росчерком оставил подпись напротив своей фамилии. - Ну вот и все, Боб, - обратилась мама к отцу. – Вроде все утрясли, - отец едва заметно кивнул головой в ответ. – Все пункты соглашения равносильны и одинаково важны, - добавила она, глядя на меня. – Но от тебя требуется особое внимание к первым двум из них. Запомни, твой папа остается для тебя абсолютным авторитетом. И ни Сара, ни Кэролайн никогда не должны об этом узнать, ясно? - Да… да-да, конечно, - активно закивал я в ответ. - Папа уберет это соглашение в сейф, в секретное отделение. Как его открыть знаем только я и он. Если вдруг захочешь его перечитать, скажи кому-нибудь из нас. - Да, понятно. - Что ж, на этом вроде все. - А… - неуверенно произнес я. – Когда начинает действовать соглашение? - М? Я думала ты внимательно прочитал? – мама вскинула бровь, слегка ухмыльнувшись. - Да, просто… - Мы с твоим отцом все понимаем. Непросто переварить такую информацию, - улыбнулась она. – Вступает в силу с момента подписания. То есть действует уже полминуты. - Это значит? Я… - я облизнул пересохшие губы, чувствуя, как в трусах начинает расти напряжение. – Мы можем… - я неуверенно посмотрел на отца, но тот сидел также, ничего не говоря. – Прямо сейчас? – у меня еще было множество вопросов, и я понимал, что нам еще безусловно есть что обсудить, но это было первое, что пришло мне в голову. - Ну… в принципе да. Я не против, - обезоруживающе улыбнулась мама. – Время уже за полночь. Папу спрашивать не надо, согласно договору, - мама бросила игривый взгляд на отца. – Так что… если хочешь… - Хочу, - выдохнул я. Все происходящее все еще казалось каким-то нереальным сном. Но я знал, что это не сон. - Хе, - улыбка мамы стала шире. – Какой ты быстрый. Берем быка за рога, значит? Что ж, тогда приступим. Может мне переодеться во что-нибудь поинтереснее, м? – спросила она, игриво вытягивая ножку. Я чувствовал, что член в трусах стоит уже колом и от возможностей кружилась голова, но я все же не стал бросаться на нее как голодное животное. Это показалось неправильным, не хотелось портить момент, да и отца я все же немного боялся, поэтому не спешил, да и само желание все же получить от происходящего максимальное удовольствие все же было чертовски сильно. - Да, надень те чулки и туфли, в которых ты была в домике на пляже, - произнес я, едва дыша. «Блин, отец ведь наверное не знает, что она изменяла ему со мной уже тогда, три месяца назад!» - испуганно подумал я, бросив на него взгляд. Но он ничего не сказал, продолжая оставаться молчаливым наблюдателем. Мама же еще раз соблазнительно улыбнулась и поднялась с постели, неспешно направившись к гардеробу. После недолгого поиска она вернулась и ничем не проявляя смущения, сняла с себя ночнушку с трусиками, оставшись совершенно голой, а затем, довольно глядя в мои восхищенные глаза, натянула на свои широкие бедра пояс для чулок. Я молча сглотнул. Стройная ножка мамы, став на носок, опустилась в десятке сантиметров от меня, и она неспешно начала надевать чулки, расправляя их на бедрах уверенными движениями. Когда чулки оказались пристегнутыми к поясу, а ее ножки оказались обуты в элегантные туфли на остром каблуке, я понял, что не могу больше просто сидеть на месте. Поднявшись с кровати, я подошел к ней и приобнял, сжав ладонями ее попку. - Ого, - хихикнула мама. – Я смотрю ты не пропустил мимо ушей мои слова, что женщинам нравятся уверенные в себе мужчины, - ее взгляд опустился ниже. – Особенно с таким прекрасным дополнением в штанах. В этот момент я понял, что мой член находится в полной боевой готовности и бесстыдно буравит мои боксеры, которые обтягивали его так, что фактически не только не скрывали, а подчеркивали эрекцию, полностью готового к действию органа. Мамы-то я, конечно, не стеснялся, для нее это зрелище было не только не новым, но как я знал и еще весьма приятным, но вот отец… Хотя договор и лежал в пару метре на тумбочке, но все же подсознательно я не был до конца уверен, что он прямо сейчас не вскочит со своего места и не надает мне тумаков, впервые увидев реакцию тела собственного сына на женщину, с которой он прожил столько лет. Но нет, ничего не изменилось. Мама, которая благодаря каблукам была немного повыше меня, наклонилась и наши губы слились в долгом и влажном поцелуе. В процессе я почувствовал, как ее ладонь, до этого лежавшая у меня на плече постепенно опустилась ниже, скользнув по низу моего живота и юркнула мне в трусы, извлекая на свет божий изрядно увлажнившийся от ожидания кол. - Мм… - простонал я, ощущая как ее ласковая ладонь скользит вперед и назад, надрачивая мое естество. Я уже нисколько не стеснялся отца, хоть и чувствовал его взгляд. Страх прошел, осталось лишь наслаждение. На мгновение я почувствовал легкую боль – мама рукой прижала мой член к своим трусикам, не разрывая поцелуя и нежная головка слегка оцарапалась об ажурную ткань, но мне было все равно. Головкой я почувствовал, что мама была уже вся влажная там, готовая пустить меня в свое самое приятное местечко. Резко разорвав поцелуй, она быстро опустилась на колени и одним движением спустила с меня трусы и мне оставалось только перешагнуть их и отпинуть в сторону. Стоя на корточках в своих элегантных туфлях, она замерла перед моим подрагивающим естеством, а затем мы одновременно повернули головы и посмотрели на отца. Я уже совсем не боялся. И мне не нужно было разрешение. Глядя на него, мы лишь показывали ему, что теперь все будет так и только так. Что старому льву пришло время уйти на покой. И отныне его место занято новым царем этой спальни. Что теперь, в этой постели я ее муж, а она моя жена. На его глазах мама, неспешно, скользя по нему губами, сантиметр за сантиметром, погрузила в свой ротик мой член. - Аах… да… - выдохнул я, положив маме руку на затылок и запустив ладонь в ее густые темные волосы. Как же хорошо, что он застал нас прошлой ночью. Если бы я знал, что все станет именно так, я б предъявил свои права на маму еще четыре месяца назад, тогда, когда мы впервые занялись любовью. Я почти что урчал от удовольствия, чувствуя, как по моему стволу скользят влажные, умелые губы, сопровождающие это действо громкими булькающими звуками. Мама не раз говорила, что природа наградила меня от души, подарив орган таких внушительных размеров, что даже ей поначалу было непривычно полностью погрузить в свой ротик. Но к сегодняшнему дню она уже давно справилась с этой задачей, мастерски демонстрируя искусство глубокого минета. И это было великолепно. В какой-то момент я окончательно почувствовал себя диким зверем – я отклонил свои бедра назад, с хлюпающим звуком вырвав свой член из сладкого плена маминых губ, а затем наклонился, подхватив ее под подмышки и швырнул на кровать, тут же прыгнув вслед и оказавшись сверху. Через мгновение ее ажурные трусики, брошенные моей рукой, мелькнули в воздухе и опустились где-то позади. Краем глаза я заметил, что они упали на колени отцу («Хотя бы не на голову» - хмыкнул я про себя»), после чего подхватил маму за бедра, приподнимая их выше и устраиваясь между них. - Уходи, - сухо бросил я назад, не глядя. Меня он уже абсолютно не интересовал, я был в своем праве и раздавшиеся за спиной шаги подтвердили его. Не дожидаясь, пока за ним захлопнется дверь, я дернул свои бедра вперед, входя внутрь, услышав в ответ довольный, глубокий стон. Стон, за которым следуя ритму моих бедер последовал еще один и еще, разнося по дому весть, что договор окончательно скреплен. И что отныне в этой спальне новый хозяин.