Безумие, которого мы жаждем

Ему восемнадцать лет

Ей пятнадцать лет

Аврора

Моя мама больше не смотрит на меня, как раньше. Но я стараюсь не обращать внимания на это, делая вид, что всё хорошо. Телефон, лежащий на скамейке рядом с полотенцем, вибрирует. — Здравствуй, мама. Она сияет. — Ты в школе? — Конечно, только что было плаванье. Я была лучшей, — усмешка играет на моих губах. — Молодец. Ты же сегодня ночуешь дома? — её голос встревожен. — Вчера ты ночевала у Сесилии. — У нас школьный проект с Сайласом, поэтому лучше, если и сегодня я переночую там. Но завтра я точно буду дома, и мы посмотрим твои любимые телешоу. Избегаю ли я дома? Немного, да. — Хорошо, — мама соглашается, но я слышу нотку грусти в голосе. — Вчера я ждала твоего звонка. — Была занята уроками, — я улыбаюсь экрану. — Мне нужно на следующий урок. Передай привет папе и Давиде. — Передам. Удачи на уроках,принцесса. На этом я заканчиваю наш разговор с матерью, надеюсь, мне удалось её успокоить. После того случая, когда мне было тринадцать лет, мама настояла на том, чтобы обратиться к специалистам. Мне поставили диагноз «антисоциальное расстройство». Я ясно помню мамино лицо, на котором отражались грусть и растерянность. Она по-прежнему видела во мне свою дочь, но её постоянные переживания и вопросы начинали раздражать. Это было так нечестно с её стороны. Она знала, кто её муж, и смотрела на него с обожанием, не замечая, чем он занимается вне дома. А вот меня она сразу повела к врачам. Мне пришлось ходить на терапию, где я притворялась, что произошедшее меня испугало. Члены семьи Фальконе относились ко мне как обычно, и это меня радовало. Даже папа стал внимательнее смотреть на меня, словно пытаясь понять, что я чувствую. — Хороший был заплыв, Аврора, — слышу я голос Арианны Ди Лауро, дочь самого трусливого человека на свете — Марио Ди Лауро, который уже как два года является членом Каморры, как и его семья. — Поздравляю с первым местом. — Спасибо, — говорю я, поворачиваясь к ней лицом. Мы находимся в школьной раздевалке, и, как оказалось, здесь остались только мы вдвоём. Я уже полностью одета в школьную форму: серую юбку и пиджак того же цвета, под которым скрывается классическая белая рубашка. А она, словно только что из душа, лишь в одном полотенце, обернутом вокруг её тела. Полчаса назад закончился урок, и, по идее, уже начался следующий. Можно сказать, что я уже пропустила его. И, похоже, она тоже. Мы с Арианной очень похожи внешне. Нас часто сравнивают с классической куклой Барби — у нас светлые волосы и голубые глаза. Однако, в то время как я могу показаться суровой и безэмоциональной, она всегда улыбается и излучает милую ауру. Из-за частых тренировок моя фигура выглядит более спортивной, а Арианна кажется довольно худой, словно она не всегда достаточно ест. Интересно, замечают ли это её родители? Арианна всегда старается быть милой и тихой, боясь сказать что-то лишнее. В обществе её не очень любят, как и всю её семью. Моя семья не отличается от остальных и тоже не доверяет им. Однако, несмотря на это, мы с ней никогда не конфликтовали и почти не разговаривали. Мне было всё равно, что они сбежали из Канады, потому что это меня не касалось. Только в тот день, но я не хочу зацикливаться на прошлом. Когда она поворачивается ко мне спиной, я замечаю едва заметные синяки на её локтях. Видно, что они оставлены чьими-то пальцами, как будто её крепко держали. — Откуда синяки? — спрашиваю я и она вздрагивает. Вот почему мылась последняя, чтобы никто этого не увидел. — Я упала, — тихо прошептала она. — Ну да, конечно, — я качаю головой. — Правду. Арианна дрожит. В школе меня немного боятся из-за того, что знают о моём отце и его деятельности. И, возможно, она испытывает подобное. — Я не могу сказать. — Это от твоего брат? Дарио Ди Лауро. Он, как и она учится здесь. Мы тоже никогда не разговаривали. — Нет, конечно же нет. Он бы никогда, — Арианна поворачивается ко мне лицом. Её лицо точно отображает грусть и боль. — Тогда отец, да? Она не отрицает и не подтверждает мои слова. Просто молчит. Но мне не нужен ответ. Марио Ди Лауро оказался не только трусливым, но и жестоким человеком, который бьет свою дочь и, возможно, всех членов семьи. Он думает, что таким образом демонстрирует свою силу и превосходство? Но он лишь демонстрирует, что такие люди не должны существовать. Арианна дрожит и переминается с ноги на ногу, с опаской глядя на меня, словно ожидает, что я немедленно убегу и начну рассказывать всем о том, что узнала. — Не хочешь переночевать сегодня со мной и моими друзьями? Её страх сменяется на удивления. — Ч-что? — Ночевка. Познакомлю тебя со своими друзьями, — я поворачиваюсь к своей сумке и кладу полотенце внутрь. — Я знаю твоих друзей, —их знают все, но не важно.— Мне не разрешат. У меня вырывается смешок. — О, ещё как разрешат, — её слова меня позабавили. — Твой отец давно пытается сблизиться с моей семьей и Фальконе. Подлизываясь. Разве новость о том, что ты подружилась со мной, его не порадует? Она пристально смотрит на меня с непроницаемым выражением лица, не двигаясь, словно в трансе. Возможно, это так и есть, ведь она даже не моргает. — Зачем тебе это? — Мне не нравятся люди, которые применяют силу к тем, кого должны защищать. Обязан защищать, — я перекидываю сумку через плечо и направляюсь к выходу из раздевалки. — Я буду ждать тебя на парковке. Если хочешь поехать со мной, собирайся и приходи туда. Я выхожу, не дожидаясь её ответа. Мне интересно пообщаться с ней. Хотелось бы узнать больше о её семье. Почему меня это волнует? Мне нравится быть в курсе всего, особенно о семьях, которые входят в Каморру. Мне любопытно узнать о их тайнах, которые можно было бы использовать для создания общественного скандала. Но я не стремлюсь к этому. Мне очень скучно, и, возможно, она поможет мне развеять эту скуку. — Ну наконец-то, крестьянка, — прокричал Киллиан, чуть ли не вылезая через окно переднего сиденья автомобиля. На его скуле был небольшой синяк, а губа разбита. — Как ты можешь заставлять нас столько ждать? Пора веселиться! Он всегда такогой драматичный и громкий. — Меньше криков, Килл, — в голосе Николо слышались шутливые нотки. Он развалился на задних сиденьях. Все окна чёрного пикапа Сайласа были опущены, и я могла видеть их. Киллиан прыгал на сиденьях, как будто не мог сдержать свою энергию. Сайлас же сидел на водительском месте, не отрывая взгляда от телефона. — Пересаживайся, — говорю я, открывая пассажирскую дверь, и указала на Киллиана. — Торопись давай. Его лицо озаряется издевательской улыбкой, которая выводит меня из себя. — Если ты не пересядешь, я сяду к тебе на колени и буду всю дорогу выдирать твои волосы. Николо тихо смеётся. Когда за рулём был Сайлас, я занимала переднее сиденье. Если же машину вёл Николо, Киллиан садился рядом. У нас есть свои правила. Угроза сработала, и он, пожалев свои «прекрасные» волосы, вышел из машины. Киллиан открыл дверь заднего сиденья, и в салоне вновь поднялся шум. — Что ты разлёгся, Ник? Сядь нормально и уступи мне место, — он с шумом приземляется на сиденье, когда Николо отодвигается, и закрывает дверцу. — Поехали! — Ещё нет, — говорю я, садясь в машину. — Мы ждём Арианну. — Кого-кого? Маленькую мисс тихоню? — насмешливо спрашивает Киллиан. — Она ещё хуже Карлотты. Ужасно тихая и скучная. Разворачиваюсь на сиденье и смотрю на него. — Ещё раз что-то скажешь насчёт Карлотты и пострадают не только твои волосы. Он откидывает спиной на сиденье и обиженно дуется. — Зачем ты позвала Арианну? — интересуется Ник и Сайлас заинтересованно смотрит на меня. — Захотелось, — отмахиваюсь я от них и смотрю через окно на школу. — Родители уже надоедают вам насчёт колледжа? — сразу меняю я тему. Сайлас, вздохнув, вытащил сигарету из пачки, лежавшей в бардачке, и поднёс её к губам. — Отец завалил меня буклетами о разных колледжах, которые находятся в Неваде, но мы оба предпочитаем, чтоб я учился здесь, — говорит Киллиан. — Сайлас, ты до сих пор отказываешься от идеи учиться в колледже? — Я могу обучаться всему сам, — безразлично протянул тот. Сайлас — настоящий гений. Он смог выучить французский язык всего за две недели, не прекращая занятия. И всё это потому, что Сесилия однажды сказала, что хочет, чтобы он овладел этим языком. Удивительно, правда? Николо, устав от всего, достает из рюкзака буклет и бросает его рядом с собой. — Мама нашла какой-то колледж в Лос-Анджелесе, говорит, там хорошая программа. — Ах, как же прекрасна твоя мама, — мечтательно произнес Киллиан, и Сайлас неодобрительно покачал головой. — Я до сих пор помню тот её купальник. Николо резко толкнул его. — Замолчи! Мой отец запомнил, как ты восхищался моей мамой. — Она была в купальнике! — воскликнул Киллиан. — Я не мог отвести от неё глаз... — Я оторву тебе член, — с угрозой произнёс Николо, а затем, задумавшись, постучал пальцем по подбородку. — Что насчёт твоей младшей сестры, Килл? Не забывай, я могу в любой момент добраться до неё. День Киллиана полон угроз. Я не обращаю внимания на их дальнейшие споры, как и Сайлас. Киллиан и Николо шумят, пинаются и кричат, поэтому я достаю телефон и просматриваю ленту в Instagram. Там я замечаю новую фотографию Алессио, которую он опубликовал. На снимке изображена вся троица, позирующая возле бассейна. Алессио улыбается, удерживая в объятиях сопротивляющегося Невио, а Массимо равнодушно смотрит в камеру, давая понять, что его участие в съёмке было вынужденным. «Не благодарите за фото, дамы.» Гласит надпись под фотографией. Я открываю его профиль, всё ещё удивляясь, что у него есть страница в Instagram, которую он создал всего несколько месяцев назад. У него уже десятки тысяч подписчиков. А вот у Массимо и Невио, конечно, нет аккаунтов в этой социальной сети. В профиле Алессио царит атмосфера «хорошего мальчика». Он полон фотографий города, еды и его самого, среди которых есть и семейные снимки. Даже не верится, что этот человек является членом Каморры и способен хладнокровно убить человека. Внешность обманчива. Перелистываю фотографии, и мне кажется, что Невио на них гораздо чаще, чем Массимо. Они всегда вместе, словно неразлучны. В детстве я завидовала их отношениям и мечтала, чтобы они относились ко мне так же. Я хотела быть с ними рядом. Да, они принимают меня и в какой-то степени заботятся и защищают. Но за последние несколько лет мы отдалились, возможно, даже по моей вине. В последнее время я стараюсь избегать дома и встреч с близкими из-за их постоянных вопросов. Мне там неспокойно. Они смотрят на меня, ожидая, что я наконец-то решусь на что-то. В доме Сесилии я ощущаю безмятежность. Я могу часами проводить время в её оранжерее, и никто не нарушит мою сосредоточенность. Или же я могу погрузиться в мир творчества в её мастерской, где никто не помешает моему процессу. После того дня я никогда не забуду, как дядя Римо поддерживал меня. Он говорил: «Быть не такой, как все — это нормально, принцесса. Отличаться от остальных — это удивительно». Дядя Нино иногда просто сидел рядом и молчал. Это было его способом показать, что я не одна и всегда могу рассчитывать на его помощь. Алессио часто приходил ко мне тайком от всех и заводил разговоры обо всём на свете, чтобы заполнить ту удушающую тишину, которая меня окружала. На экране появляется сообщение: Карлотта:Куда вы едете? Захожу в наш с ней чат. Аврора:О чем ты? Я на уроке. Карлотта:Если бы я не увидела через окна в классе тебя в машине, то поверила бы. Ты пропускаешь урок. Куда вы? Аврора:Давай без нотаций. Я лучшая в классе, мне ничего не будет. Карлотта:Леона расстроиться, если узнает. Аврора:Она не узнает. Если Савио спросит тебя обо мне, когда поедет тебя забирать, скажи, что я сразу после уроков уехала. Карлотта:Ты не ночуешь дома? Аврора:Нет. Я кладу телефон обратно в сумку, зная, что Карлотта будет продолжать писать. Сегодня Хэллоуин, и это означает, что я могу делать всё, что захочу, без лишних вопросов и препятствий со стороны моей семьи.

***

Арианна всё же решила присоединиться к нам сегодня, что стало для меня неожиданностью. Я думала, что она струсит, но вот она здесь. Мы все переоделись. Парни облачились в обычные чёрные толстовки и штаны, а их лица скрывали маски чёрно-красного цвета. У каждого был свой узор на маске, но цвета не отличались. Лишь моя маска имела небольшое вкрапление белого. Маска Сайласа была больше чёрной, с тонкими красными линиями. Маски Киллиана и Николо были почти одинаковыми, и их было трудно различить. Я выбрала для себя красный топ без бретелек и дополнила его кожаной курткой. Завершили образ чёрная обтягивающая юбка и чёрные кожаные сапоги. Арианна, которой я одолжила свой топ, попросила себе ещё обычную толстовку и джинсы. Она не хотела выделяться из толпы. Терпение и настойчивость — вот два моих главных достоинства, которые помогают мне добиваться любой цели. А знания, как известно, являются самым мощным оружием. Обладая ими, вы способны преодолеть любые преграды. Поэтому я всегда в полной готовности и храню множество тайн в своей голове. И вот мы здесь, у дома мальчика, который учится в нашей школе. До сегодняшнего дня я даже не подозревала о его существовании, но Карлотта случайно упомянула, что он приставал к ней в библиотеке и не реагировал на её просьбы «убери руки», пока не вмешался учитель. — Почему мы здесь, возле дома Лео Пироса? — спросила Арианна дрожащим голосом, не понимая, что происходит. — Что вы собираетесь делать? — Мы никому не причиним вреда, — заверил её Киллиан, выходя из машины. — Просто заставим его почувствовать страх в сердце, — с улыбкой добавил Николо, также покидая автомобиль. Я оборачиваюсь и смотрю на Арианну, размышляя, правильно ли поступила, пригласив её сюда. Конечно, я замечала, как Киллиан часто смотрит на Ари, хотя и подшучивает над ней. Каждый раз, когда она оказывалась в его поле зрения, он сразу же обращал на неё внимание. В машине он всё время уделял ей внимание, рассказывая свои обычные шутки и поглядывая на неё. За этим было интересно наблюдать. Но я могу сказать, что Сайласу не нравится присутствие Арианны. Он не любит новых людей и, возможно, чувствует себя некомфортно. Однако он молчит из-за меня, потому что именно я её пригласила. Сайлас всегда поддерживает все мои решения. — Если хочешь, оставайся в машине, — говорю я, надевая маску и открывая дверцу. — Мы не настаиваем, чтобы ты шла с нами. Это только твоё решение. Ещё одна маска есть в бардачке. Я закрываю дверь, отворачиваюсь от машины и смотрю на дом семьи Пирос. В этот момент я чувствую, как чья-то теплая и гладкая ладонь скользит под мою кисть. Резко повернув голову, я вижу Сайласа, стоящего рядом. Он переплетает свои пальцы с моими, нежно поглаживая большим пальцем мой указательный. Этот жест успокаивает меня. — Мы всегда готовы помочь тебе, — твердо говорит Сайлас, глядя вперёд. — Что бы ты ни попросила, мы сделаем это. Николо, стоя рядом, уверенно кивнул, глядя в телефон. — Всё чисто, — произнёс он, хищно улыбаясь. — Лео сейчас один в доме, ничего не подозревает, — Ник спрятал телефон в карман джинсов и, поклонившись, указал мне на дверь. — Прошу вас, дамы, вперёд! Осторожно открываю дверь, стараясь не шуметь. В коридоре царит тишина и темнота, лишь лунный свет, проникающий сквозь окна, рассеивает мрак. Оглядываясь по сторонам, я замечаю, что в комнатах тоже царит темнота, и лишь на кухне горит неяркий свет. Мои друзья, двигаясь бесшумно, разошлись в разные стороны. Лео Пирос, не подозревая о происходящем, стоял возле холодильника и что-то туда укладывал. Его короткие русые волосы были влажными, возможно, он только что вышел из душа. На нём были обычные серые пижамные штаны. Он был примерно моего возраста. В отличие от моих друзей, особенно Сайласа и Николо, которые активно занимались спортом, Лео не отличался такой же спортивной формой. Его тело не было таким накачанным, как у них. На его лице были видны следы недавней драки: синяк под глазом, кровоподтёки на скуле и разбитые костяшки пальцев. Эта драка произошла утром, когда он с Киллианом сцепились в школе. Я тихо достала из кармана куртки свой небольшой складной нож и, стараясь не шуметь, двинулась в его сторону. Я была уверена, что парни также окружили его с разных сторон. Лео выключил лампу и направился к лестнице, которая была совсем рядом со мной. Он остановился в нескольких шагах от меня и, увидев мой тёмный силуэт в маске, начал пристально рассматривать меня. Я подняла нож к стене и, медленно двигаясь, начала царапать её своим оружием. — К-какого хрен... Внезапно из одной из комнат появляется Николо. Он подходит к Лео сзади, обхватывает рукой его горло и подставляет нож к подбородку. В этот момент появляется Сайлас, который хватает Лео за кисть руки и начинает сильно выкручивать её, вызывая у того жалобные хныкающие звуки. — Представление начинается, — говорит Киллиан, поднимая телефон и включая камеру, чтобы зафиксировать происходящее. Я подхожу к ним и указываю парням на стул, который стоит на кухне, чтобы они усадили Лео на него. Он с паникой смотрит на каждого из нас. — Что вам нужно? Николо сжал его горло ещё сильнее, а нож в его руке оказался рядом с кожей. В результате на коже появился небольшой порез, из которого выступила капелька крови. — Нас никто не остановит, — прошептал Сайлас ему в ухо. — К-кто вы? — спрашивает он дрожащим голосом, не сводя глаз с маски Николо и его руки с ножом. Лео нас не узнал. Это хорошо. — Лео, тебе нужно кое-что сказать на камеру, — произношу я с невозмутимым спокойствием. Я беру его за подбородок, крепко сжимаю его щеки и указываю другой рукой в сторону Киллиана, который стоит позади и снимает его лицо на камеру телефона, стараясь не быть замеченным. — Скажи: «Прости, Карлотта. Я больше так не буду. Я больше тебя не трону». — П-пошли вы! Я ударил его по скуле, и от силы удара его голова дернулась вбок. — Неправильные слова, — произнесла я, повернув голову к Сайласу, и кивнул. Он достал свой нож и сделал порез вдоль запястья Лео. Порез был неглубоким, но болезненным, и Лео закричал. Он всхлипывал, дрожал и представлял собой ужасное зрелище, полное слез и соплей. — Вы же обещали, что не причините ему вреда, — раздался голос за нашими спинами, и мы обернулись. Я взглянула на Арианну, которая была в белой маске. Она всё же пришла и стала свидетелем этой сцены. — Если боишься, иди в машину, — сурово произнёс Сайлас, даже не посмотрев в её сторону. Но Арианна не ушла, а продолжала наблюдать за происходящим. — Продолжим, — говорю я, отворачиваясь от неё и обращаясь к Лео. — Говори, или веселье продолжится. Правда, веселиться будем мы, а тебе придётся испытать совсем другие эмоции. Он пытается покачать головой, но Николо убирает нож и достает из-за пояса пистолет. Затем он приставляет его к виску Лео. — Я сделаю это! Сделаю! — истерично кричит он, глядя на пистолет с чистым страхом. Николо убирает руку с пистолетом, чтобы он больше не попадал в кадр. — Говори, — твердо произношу я. — Карлотта, я сожалею! Очень сожалею. Такого больше не повториться, мне очень жаль...

***

Карлотта всегда была самой спокойной из нас. Она никогда не стремилась манипулировать другими или делать что-то нехорошее. Если я — вулкан, то Лотта — тихая земля, и у неё действительно есть сердце. Она не из тех, кто будет просто сидеть и смотреть, как кто-то страдает. Вот почему сегодня я сделала то, чего она бы никогда не сделала. Я ненавижу, когда люди наводят страх и боль тем, кто мне дорог. Лео не нападал на неё, но то, что он позволил себе сказать хоть одно мерзкое слово и прикоснуться к ней даже кончиками пальцев, меня невероятно разозлило. — Зачем вы это сделали? — спросила меня Арианна, подойдя ближе. — И почему мы здесь? Мы оставили маски в машине. Смотрю на людей на танцполе, которые двигаются в ритме музыки, и делаю небольшой глоток содовой. Я не пью алкоголь и, возможно, никогда не буду. Мне не нравится, как он затуманивает разум. А вот Киллиан и Николо, наоборот, любят заливать свои проблемы. Недавно дядя Карлос, отец Сайласа, открыл клуб, и теперь он очень популярен. Арианна присаживается рядом со мной на диване и с любопытством оглядывается по сторонам. Особенно её внимание привлекает Киллиан, который стоит у бара в компании Николо и увлечённо беседует с барменом. Сайлас, расположившийся с другой стороны от меня, не отрывает взгляд от своего телефона. — Слишком много вопросов, Арианна. — Зачем вы пришли к Лео Пиросу? — спрашивает она. — Он обидел мою подругу, — отвечаю я с лёгкой усталостью. — Лео сам напросился, и мы не сделали ничего серьёзного. Я поворачиваюсь к Сайласу: — Ты выложил видео? — Да, и я его отредактировал, чтобы убрать наши голоса, — отвечает он, показывая мне экран своего телефона. На экране я вижу то, что мы записали: его извинения. Видео уже набрало много просмотров и комментариев. — Аврора! — слышу я голос Киллиана, который подбегает к нам. — Фальконе тоже здесь!