Don't stop

      Из приоткрытого окна тянет прохладой. Вечерний воздух скользит по спине, бодрит Хонджуна, который сидит за работой уже не первый час. Звуковые дорожки скачут перед глазами разноцветными пятнами, заставляя в очередной раз зевнуть. Сегодня он в студии один, поэтому сонливость накатывает с большей силой, чем обычно.       Из мыслей выдёргивает тихий стук в дверь. Хонджун мотает головой в разные стороны, пытаясь откинуть усталость.       — Сонхва?       За спиной раздаётся щелчок ручки и приглушённые шаги. Ну губах лидера расцветает мягкая улыбка, когда его догадки подтверждаются. Не то чтобы кому-то ещё могла понадобиться их студия сегодня, а Сонхва иногда заглядывал сюда. Наверное убедиться, что Хонджун не заснул прямо за монитором.       — Весь в работе, мой хороший? — старший перегибается через спинку кресла, оставляя на русой макушке поцелуй. По телу проходит волна тепла, а Хонджун чувствует себя урчащим от удовольствия котом.       — Ждал тебя, — он вмиг оказывается в кресле лицом к Сонхва, переплетая пальцы и откидываясь на спинку. Сил подняться, чтобы после упасть в объятия к любимому совсем нет. — Хотел остаться с тобой наедине.       — Мог просто попросить прийти, — улыбается Сонхва, глядя на разомлевшего лидера, а после опускается на один с ним уровень. Чувствует на плечах тяжесть чужих рук и сам льнёт ближе.       — Так неинтересно, — рука Хонджуна ныряет в волосы старшего, массируя затылок и мягко оглаживая шею. Они давно не виделись, а от того лидер, обычно не падкий на тактильность, лезет сам. На губах Хонджуна мелькает хитрая ухмылка, когда он утыкается носом в висок Сонхва и едва слышно шепчет: — Я записал демо-версию песни, хочешь послушать?       Разве младшему можно отказать? Сонхва и так слишком слаб перед таким сонным и жаждующим внимания Хонджуном. Он не замечает, как сам оказывается в кресле, а на голове появляются наушники. Лидер нажимает на кнопку воспроизведения, а сам облокачивается бедром на подлокотник.       — Знаешь, я думал о тебе, когда писал текст, — кидает Хонджун невозмутимо, не давая сосредоточиться на строчках. Сонхва пару секунд вслушивается в знакомый голос в наушниках, пока до него не начинает доходить смысл лирики.       «Сильнейшее желание становится       зависимостью       Голова идёт кругом»       Старший недоверчиво поднимает взгляд на Хонджуна, а тот лишь скрещивает на груди руки, делая такое непричастное лицо, на которое только способен.       «Инстинкты, которые невозможно скрывать,       будят меня       Не могу остановить это»       Сонхва чувствует на своём плече горячую ладонь младшего, которая забирается под майку, а после скользит к ключице. И с этим точно надо что-то сделать, но всё, что получается — это слушать дальше.       «Ты можешь лучше       Двигайся быстрее       Да, ты точно можешь лучше»       Хонджун может поклясться, что на щеках старшего проступает румянец, когда отодвигает один из наушников и наклоняется к его уху. Сонхва всё ещё старается держаться, не поддаваясь на провокации, хотя оба прекрасно знают, что они — лишь секунды до взрыва.       Это выше его сил, Сонхва откидывает голову, закрывая глаза и стараясь посчитать до десяти, если вдруг Хонджун решит передумать и отправиться прямо сейчас домой спать. Старший ему бы не простил такого предательства, и они вдвоём это знают. Хонджун шепчет, вторя своему же голосу, приглушённому звукоизоляцией наушников.       «Не останавливайся       Ни за что не щади меня       сегодняшней ночью…»       Остаток фразы тонет в поцелуе, превращаясь на губах Сонхва во что-то совсем непонятное. Хонджун легко помещается на коленях старшего, сталкиваясь зубами, с напором проталкивая язык в его рот. Руки Сонхва находят место на чужой талии, залезая под свободную майку и оглаживая бока.       Хонджун мычит на это, прижимается ближе и трётся своим пахом о слои одежды Сонхва. Крышу сносит у обоих, что младший подтверждает укусом в губу.       «Никаких передышек       Даже если перехватит дыхание       Я буду придерживаться своего темпа…» — раздаётся из наушников, перед тем, как они оказываются снятыми и брошенными на стол.       — Какие двусмысленные текста. Обо мне думал, значит? — находит в себе силы разорвать поцелуй Сонхва, тяжело дыша в перерывах. У Хонджуна глаза расширяются и замирают на шее старшего, следя за перекатыванием кадыка под тонким слоем кожи. — Уверен, что хватит сил придерживаться своего темпа?       — Конечно, ты ведь прекрасно знаешь, какой темп я люблю и поможешь мне в этом, — Хонджун ещё раз двигает бёдрами, всхлипывая, а после всё же припадает к чужой шее и медленно, почти испытывающе, проводит языком по ней. Поднимает голову и видит плотно сведённые от удовольствия брови и приоткрытый в тихом стоне рот. Не успевает Хонджун обрадоваться, как ощущает плотно сжатые на рёбрах пальцы и в один миг чуть ли не сгорает от желания почувствовать Сонхва ещё ближе.       Они постоянно ведут эту игру, полную упрямства и соперничества. Каждый старается удивить сильнее, заставить замереть, а после выбить как можно больше сладостных стонов из другого. Хонджун всегда нападает первый, доводит до точки кипения, оголяет нервы и делает что-то, что полностью выбивает из колеи. И каждый раз знает, что в ответ получит распалившегося от этого Сонхва, кусающего до ярко видных следов и сжимающего до хруста костей, потому что младшему так нравится.       — Нарвёшься когда-нибудь, — практически рычит, дёргая Хонджуна на себя. Сонхва кладёт руку на чужой затылок, углубляя поцелуй и заставляя лидера громко промычать от ощущения языка, исследующего его рот. — Я ведь могу быть и медленным.       — Нет, пожалуйста, быстрее, — хнычет младший, из-за чего дыхание окончательно сбивается.       Сонхва реагирует моментально, его ладони скользят ниже, избавляя Хонджуна от шорт, а потом и боксеров. Лидера как будто током прошибает, стоит почувствовать на своём члене тонкие пальцы, дразнящие головку. Он мечется из стороны в сторону, стараясь потереться о бёдра Сонхва своими, но всё что может — еле слышно просить не останавливаться.       Старший, оглаживая каждую венку, спускается к основанию и получает уткнувшегося своим лбом ему в плечо Хонджуна. Ладонь начинает двигаться быстрее, возвращаясь в головке и дразня отверстие уретры. Сонхва чувствует красноречивый укус в ключицу, улыбаясь уголками губ, а после стягивая с младшего и его майку. Смотрит на голое тело с обожанием, пальцами спускаясь от лопаток к ягодицам, и сжимает их, вызывая громкий выдох.       Хонджун резко ныряет вниз, заставляя старшего развести ноги сильнее. Это поражает Сонхва в лидере больше всего, — ещё секунду назад тот был таким нуждающимся и жаждал ласки, а сейчас расстёгивает чужую ширинку и стягивает слои одежды. Язык накрывает стояк, вылизывая длину, пока Хонджун стреляет в старшего озорным взглядом. Всё-таки никто в их маленькой игре не был готов сдаться так быстро.       Сонхва очень старается держать зрительный контакт, но когда почти весь орган скрывается во рту Хонджуна, не выдерживает, резко запрокидывая голову. Внезапно тепло пропадает, а снизу слышится хриплый голос.       — Ну уж нет, на меня смотри.       Знает же, как вывести Сонхва. Старший старается разлепить ресницы и даже встречается глазами с Хонджуном, но когда тот берёт в рот до основания и мычит, создавая вибрации, то его дугой выгибает. В этот раз никто не останавливается. Наоборот, лидер заставляет Сонхва положить руку ему на затылок, что он и делает, сразу же сжимая русые пряди.       — Ты такой чувствительный сегодня, — отстраняется Хонджун, ожидая, пока на него посмотрят. Дразнит своими словами, а оттого оказывается полностью готовым, когда его снова насаживают на член. Одна ладонь массирует основание, вызывая у Сонхва ещё более частые рваные стоны, другая же опускается к собственному органу, начиная двигаться в темпе с толчками во рту.       В уголках губ скапливается слюна, неприятно стекая по подбородку, а горло начинает саднить от быстрого темпа, но всё это приносит Хонджуну такое извращённое удовольствие, что он лишь закатывает глаза, давясь всхлипами. Сонхва смотрит на младшего, быстро водящего рукой по своему члену, и ещё сильнее сжимает чужие волосы.       Хонджун не выдерживает первый, размашистыми движениями доводит себя до разрядки и сжимает стенками горла Сонхва. Тот и сам чувствует приближающийся оргазм, стараясь отстраниться, но лидер втягивает щёки, что моментально заставляет старшего выгнуться от прострелившей вспышки удовольствия. Горячая сперма оказывается на языке и губах Хонджуна, который не спешит её вытирать. Он тяжело дышит, кладя голову на бедро Сонхва и потираясь об него щекой.       Старший тянется к чужому лицу, большим пальцем размазывая по губе своё семя вперемешку со слюной. Хонджун следит лениво, зарываясь носом в мягкую кожу и вдыхая такой родной запах тела.       — И правда собираешься оставить это в песне? — Сонхва тянется за салфеткой и аккуратно вытирает лицо младшего. Ловит на себе непонимающий взгляд и сонное моргание. Улыбается тому, как энергичный и жаждущий внимания минуту назад Хонджун стал мягким и уютным.       — Почему нет? Тебе же нравится? — всё же находит в себе силы подняться и вытереть руку лидер. Хонджун натягивает на себя одежду и подаёт вещи возлюбленному. Ответа решает не дожидаться, ведь знает его и так. — Решил попробовать что-то новое, но не мог перестать думать о тебе. Я очень скучал.       Последнее предложение вызывает на губах обоих тёплую улыбку. Сонхва одевается, а после вновь падает в кресло, утягивая за собой младшего. Тот наигранно возмущается, но быстро сдаётся и утыкается носом в чужую ключицу.       — Главное, что сейчас мы вместе. — Выдаёт Сонхва, успокаивающе водя по спине лидера. — Пойдём домой?       — Ещё немного и обязательно пойдём, — шепчет уже задремавший Хонджун, прижимаясь ближе к любимому.