Мишка, Пашка, пирожки и кубинские закаты

Их трио дружило с самого детства. И роли распределялись как сильный (Васек), умный (Мишка) и красивый (Олег). Причем Олег красив был искренней свежей красотой весны: белокурый, зеленоглазый мальчик, внушавший всем взрослым умиление, а ровесникам — восхищение. Мишка был малость попроще, черноволосый, синеглазый, но тоже по-своему очаровательный. Темноволосый и сероглазый Васек с ними в сравнение не шел, самый обычный парень. Принц и два его рыцаря, послушно за ним следующие. Прелестная картинка. Но время, как и всегда, все решило расставить по своим местам. Олег и Мишка работали вместе в отделе продаж в фирме по производству упаковки. Васек, который всю эту «пиздобратскую говорильню» не любил, впахивал на заводе токарем. Однако дружба их сомнению не поддавалась. Они встречались в одном и том же кафе, пили, кому что нравилось, делились смешными случаями с работы (Мишка) и услышанными анекдотами (Васек). Олег обычно пил и помалкивал, только кивал и иногда смеялся. И было так до одного дня, когда Олег пришел без Мишки в кафе. — Здорово, — обрадовался Васек, махнув рукой. — А Миха где? — Кончился, — улыбнулся Олег. И сквозило в этой улыбке что-то такое, змеиное, Васька аж передернуло, но он свалил впечатление на уже употребленное пиво. — Ты в курсе, что Михаил предпочитает в постели мужчин? — обронил Олег. Васек засопел, переваривая новость. Сам он был женат уже год как, супруга его, внушительных объемов хохотушка Люська, работала вахтершей на заводе, где Васька и встретила. Олег менял девушек с легкостью и изяществом. А вот Мишку и впрямь ни с кем не видели. — Миха — «голубой»… — Васек срочно запил новость пивом. Олег снова улыбнулся своей улыбкой, которая сейчас напоминала уже не змеиную, а откровенно крокодилью. Не в плане зубов причем, с зубами у Олега все было отлично, благодаря дорогому стоматологу. — Поэтому я и организовал избавление от него. — Погоди, — пробубнил Васек, пытаясь вдуматься. — Ты че сделал? — Написал докладную записку, — терпеливо повторил Олег. — Сказал, что мне мои моральные правила не позволяют работать в одном коллективе с извращенцем. Васек немного посопел. — Типа, ты уволился? — «догадался» он. — Раз в одном коллективе не хочешь работать с Мишкой? Олег раздраженно фыркнул, удивляясь тупости друга. — Нет. Михаила уволили. За ориентацию. Потому что в нашей фирме такие не нужны. Васек еще немного подумал, потом все осознал, угрюмо набычился и без затей двинул Олегу в глаз. — Мишка, конечно, «голубок», но человек хороший. А вот ты — хуже навоза, да и то, от навоза хоть польза бывает, — в сердцах сплюнул он и пошел прочь, не слушая, что там ему кричит в спину теперь уже точно бывший друг. — Ой, Васенька, — навстречу из магазина выскочила жена, залилась смехом. — Вот так встреча. А что случилось? — она заметила угрюмость мужа. — Пиво теплое подали? Куплю тебе бутылочку. Люська ничего зазорного не видела в том, что супруг иногда выпивает с друзьями. Васек меру знал, домой приходил с пивным духом, но на своих ногах, в рабочие дни не употреблял. Да и Люське приносил то конфеты, то цветы, свято памятуя, что когда выпивший, надо повиниться перед женой. Люська для порядка грозила ему скалкой, на том все и кончалось. — Да тут такое, — промямлил Васек. — Короче, я Олегу в глаз дал… — Раз дал, значит, за дело, — безоговорочно одобрила Люська. — А за что? — Да тут такое… — повторил Васек, перехватывая у жены сумки с продуктами. И вкратце косноязычно рассказал, в чем дело. Люська тут же заахала, заохала. — Вот же сволочь, — в сердцах сказала она. — Как же можно так? Вот что, ты зови Мишку к нам, я стол накрою. Не спорь! Ему сейчас первое дело, чтобы кто-то поддержал. Ты же поддерживаешь? — она встала посреди тротуара, уперла руки в бока, возвышаясь монументальной статуей. — Не поддерживаю, я женат! — попробовал отшутиться Васек, схлопотал оплеуху и закивал. — Сейчас позову, — он сгрузил сумки на скамейку и полез за телефоном. Мишка на звонок ответил не сразу, а когда трубку снял, голос звучал устало: — Что, Олег похвастался уже? Звонишь, чтобы сказать, что тебе такой друг нахрен не нужен? — Ты, это, того, — опешил от такого напора Васек, — не майся херней. Приходи к нам часика через три. Люська салат сварганит, рыбки пожарит. Поревешь ей в сиськи. — Рыбке? — уже бодрее уточнил Мишка, даже неуверенно хохотнул. — Люське, — уточнил Васек. — Приходи, короче, помозгуем, что делать. Не перди, старик, сразу замуж не отдадим, — и сам хохотнул. Мишка пообещал явиться на ужин. Васек кивнул жене, мол, придет, взял сумки и потопал дальше до дому. — Может, водочки ему? — неуверенно сказала Люська. — Или мартиню? Я видела по телику, они, эти, мартиню уважают. Со льдом. — Не, Мишка не пьет, — Васек задумался. — Чаю нальем. — Я как раз тесто на пирожки завела, — вспомнила Люська. — Он пирожки мои уважает, особенно сладкие. Не то что та сволочь белобрысая… Жиры ему мои мешают, этот, как его, хуйлостеарин. Васек облизнулся. Кулинарию жены он очень уважал, безропотно взяв на себя всю уборку квартиры, лишь бы Люська готовила. Конечно, сперва Люське приходилось ему показывать и подсказывать, что и как пылесосить и протирать, но Васек был легко обучаемым, да и то, тряпкой елозить было полегче, чем детали точить на мудреном станке. — Я чай заварю, — решил он. На том они и порешили. Дома, разобрав сумки, Люська бросилась к плите, Васек, повозившись с чаем и накрыв чайник цветастой бабой, разложил стол и принялся доставать из шкафа блюда и салатники. — Васенька, рыбу почисти! Картошечку вариться поставь! — раздавала указания Люська. — О, родной сосед приехал. — Из семьдесят четвертой Павлуха? — Он. Васек вытер руки и пошел встречать соседа, прихватив пачку квитанций. Отношения у них были хорошие изначально, когда при переезде пришлось помогать с грузчиками, попытавшимися было облапошить соседа и потребовать деньги за подъем мебели. Тогда Васек разок лишь сунул им под нос кулак, как мгновенно нашлась квитанция об оплате. А потом Васек, прознав от всезнающих бабулек у подъезда, что сосед — сирота, взял над ним опеку. Люське не в тягость было наготовить еды побольше, Васек знал хороших сантехников да и сам кое-что мог. Пропасть Павлу не грозило. — Явился, Павлуха, — поприветствовал он соседа, спустившись вниз. — Добрый день, — кивнул тот, улыбаясь. — Держи, — Васек сунул ему квитанции. — У нас тут ворье ходит, ящики палит, чтобы видеть, кто в отпуске. Так я твои все собрал. Говорил же: нельзя оставлять пачками квитанции и письма. — Спасибо, — поблагодарил Павел, тут же принялся рыться в чемодане, распахнув тот. — Вот, это вам. И Людмиле Андреевне. И вручил Ваську огромную белую с коричневым нутром раковину и расписной шелковый шарф. — Да ты чего, — оторопел Васек. — Специально купил? — Выбирал еще, — застенчиво сказал Павел. Васек взял подарки, обменяв на квитанции. — Люська пироги печет, принесу, — сказал он. — А то загорел как мавр, а отощал как беговой страус на стадионе. Фотки покажешь? — Покажу, — засмеялся Павел. Кем он работает, Васек не знал, но догадывался, что сосед не бедствует. Ремонт у него был роскошный, делала целая бригада, на удивление почти бесшумно, да и в отпуска свои он летал на всякие тропические острова. И приносил на флешке Ваську и Люське фотографии, поняв, что те не завидуют ни капли, а лишь восторгаются диковинными птицами, рыбами и прочими кораллами. — Это как его клюв не перевешивает, — хохотала Люська при виде тукана. — Какая цыпа длинноногая, — кивал Васек на страуса. Конечно, это все они и по телевизору видели, но с фотографиями Павла было как-то ближе, словно сами там побывали. — Путевки недорогие, поедемте, — звал их Павел. — Я куплю на троих. — Не, ты катайся по своим островам, — отмахивался Васек. — А мы так, по-простому, в Сочи. — В Сочи дорого, — знающе говорил Павел. — Вот, например, в Турцию дешевле… — Страшно лететь, Пашенька, — говорила Люська и придвигала ему блюдо с пирожками. — Ты кушай, а то отощал на своих устрицах и фруктах. Так они и сосуществовали мирно. И сейчас Васек фотографиям обрадовался несказанно. Будет чем Мишку развлечь. — У вас кто-то гостит? — уточнил Павел. — А? Я вслух сболтнул? Да не, друг мой лучший придет. Неприятности у него. Вот и буду развлекать. Ты вещи разбирай, пирожки принесу потом. Павел кивнул и принялся открывать дверь квартиры. Васек поспешил домой, предъявил жене подарки. — Отнеси ему пока салату, что ли, — решила Люська. — Пока он там опять своих сушей не заказал. Васек щедро наложил угощение в маленький салатик, прихватил к нему хлеба и поспешил к Павлу. — Ой, ну вы чего, Василий Никанорович, — Павел засмеялся. — В самолете кормили. Но салат взял. И в этот самый момент у него зазвонил телефон. Павел скривился, глянув на имя вызывающего. — Принять, — буркнул он наушникам. — Да. Нет. Сказал: не звони мне больше. Все кончено. Нет, не передумаю! Я не кричу! Васек похлопал его по плечу и знаками показал, что уходит. Открыл дверь и лоб в лоб столкнулся с мелированной девицей. — А ты еще кто? — опешила она. Он… Васек мгновенно опознал в этом мелированном парня. — Васек, — представился он. — Новый парень моего Поля? — с вызовом поинтересовался парень. — Я же сказал, что мы расстались! — возмутился сзади Павел. — Полгода назад! «Да что за жизнь, одни геи кругом», — сумрачно подумал Васек и осклабился. — А что? Парень оценил стать Васька, сглотнул и поспешил удрать. Павел вздохнул, отводя глаза от повернувшегося соседа. — Как-то так, — тихо сказал он. — Не переживай, Павлуха, — миролюбиво сказал Васек. — Жри салат. И фотки готовь. А, на ужин приходи. Познакомлю с Мишкой. Павел издал нервный смешок. — Вы решили мне найти парня, Василий Никанорович? — А чего нет? — ляпнул Васек, который до этого времени ничего такого и не думал. — Вы оба с ним… того… — Пидоры, — помог Павел. — Пидоры в Госдуме сидят, а вы просто геи, — щегольнул Васек умной фразой, невесть откуда всплывшей в мозгу. В глазах Павла мелькнуло что-то, похожее на уважение. И предложение Васька он даже сразу не отклонил. — Сводник, — беззлобно обозвала мужа Люська, узнав о случившемся. — А вдруг получится? Павлуха тот еще растяпа, Мишка хоть серьезный парень, приглядит. Помнишь, как Павлуха решил яичницу пожарить, бухнул яйца со скорлупой вместе, еще и сжег. Мишка готовить умеет. И сам ничего так на морду. Да и пониже тоже. — Поговори у меня тут! — прикрикнула Люська, для порядка треснув мужа ложкой по лбу, и первая захохотала. Наконец, пирожки были готовы, как и салаты, рыба и чай. Еще запекла Люська тонко нарезанный картофель, золотистыми кругляшами с горкой наложила на блюдо, укропчиком присыпала. И словно на этот запах и явился Мишка. — Ну здорово, — Васек привычно его облапил, потряс всего. — Отощал в своей говорильне, один скелет остался! — привычно заворчал он. — Марш к столу. Мишка внезапно пару раз всхлипнул. Васек мгновенно его повернул к жене, которой Мишка и уткнулся лицом в те самые пышности, в которые и полагается выплакивать все обиды. Люська возмущаться не стала, гладила навзрыд ревущего Мишку по волосам и бормотала что-то ласковое, напевное. Наконец, Мишку малость попустило. — Умывайся, чучело, — напутствовал его Васек. — И к столу марш. К нам еще сосед заглянуть хотел на ужин. Детдомовский, голова светлая, а руки из жопы, вот и подкармливаем иногда. — Спасибо, Вась, за все, — Мишка вытер глаза ладонью и пошел в ванную. — А ты чего сопли вешаешь? — изумился Васек, глядя на жену. — Мишеньку жалко, — прохныкала Люська. — У тебя на кухне пироги горят, — серьезно сказал Васек. Люська подхватилась, бросилась на кухню, сообразила, что пироги уже вынуты. Но мужа полотенцем побить не успела: явился Павел. С ноутбуком, бутылкой вина и своим загаром. — О, ты как раз вовремя, проходи, — обрадовался Васек. — И винцо одобряю, будет, чем Мишку отпаивать. — Не надо меня отпаивать, лучше откармливайте! — тут же встрял Мишка, выходя из ванной. И осекся, глядя на Павла. Тот почему-то тоже таращился на Мишку так, что пришлось Ваську забрать ноутбук и вино, пока Павел их не выронил. — Привет, — сказал Павел. — Здрасте, — откликнулся Мишка. — Значит, вы — тот самый сосед? — А ты — тот самый Михаил, которого мне нужно развлекать фотографиями с отпуска? Васек и Люська непонимающе глядели на них. Первым опомнился Павел. — Мы знакомы с Мишей, — пояснил он. — В каком-то смысле вместе работаем вместе. — Уже нет, вы же меня уволили за ориентацию, — мгновенно ощетинился Мишка. Первой захохотала Люська, оценившая комизм ситуации. Васек вторил ей не менее громогласным хохотом. Наверное, будь Мишка чуть менее близок с Васьком, решил бы, что смеются над его словами. Но он друга знал хорошо, к тому же, Васек, любитель боевиков и тупых комедий, поддержал его, пригласил к себе, а вот от ценителя опер Олега прилетело под самый дых. Потому Мишка терпеливо ждал пояснений. — За что? — озадачился Павел. — Дружок наш бывший, Олег, стукачом оказался, — пояснил Васек. — Написал про Мишку, вот его и уволили из этой их пакетной фабрики за «голубизну». Этот их… Как там вашего директора, Мих? — Ярославцев Павел Викторович, — теперь уже и Мишка ухмылялся, сообразив, куда ветер дует. — Та-ак… Полные фамилию, имя и отчество соседа Васек знал, разумеется. — А ну за стол! — прикрикнула Люська. — Стынет все. Все потянулись за стол, причем Мишка старательно на Павла не смотрел, а тот краснел ушами и пытался отвешивать комплименты Люське и ее готовке. Васек похмыкивал и поедал картофель с безумно вкусной жирной рыбой, пока гости игнорировали друг друга. — Пашенька, кушай пирожки. Мишаня, тебя тоже касается. Вася, где чай? — невозмутимо отпускала реплики Люська. — А куда летал-то, Павлуха? — поинтересовался Васек, принеся чай. — На Кубу летал Павел Викторович, — ответил почему-то Мишка, донельзя ядовито. — А ты чего шипишь, что с собой не взял? — хохотнул Васек. — Ну так не тушуйся, хватай Пашу за хвост. — Михаил, — несколько нервно сказал Павел. — Твое увольнение — это недоразумение. Я разберусь. — И что, обратно восстановите? — огрызнулся Мишка. — Когда уже вся фирма в курсе, благодаря Олегу. — Не восстановлю, — сказал Павел. — Я против служебных романов. Помогу найти другую работу. Васек присвистнул, потом осмотрел обоих и хлопнул по столу ладонями: — Вот что, Павлуха. Включай нам этот адский агрегат и заряжай фотки. А потом бери вино и Мишку и дуй с ними к себе в квартиру. — А сказал, что сразу замуж не отдашь, — обвинил его Мишка, силясь согнать улыбку с губ. — Так я сразу и не отдаю. Сперва, так сказать, тест-драйв, — ухмыльнулся Васек. — Мы бедного Павлуху тоже кому попало не сдадим. — Да мы с тобой с пяти лет знакомы! — И что? Ты до сих пор плоскогубцы от пассатижей не отличаешь! В процессе беззлобного переругивания Мишки и Васька Люська собрала контейнеры с пирожками, Павел запустил ноутбук и воткнул туда флешку, трогательно краснея всеми ушами. Уже потом Васек выяснит историю влюбленности Мишки в подвезшего его в дождь парня, оказавшегося директором по месту Мишкиной работы. Историю Павла, который никак не мог подойти и заговорить, считая, что портить жизнь подчиненному своей ориентацией не следует. Послушает рассказ Мишки, как вылетал с работы замдиректора, подписавший приказ об увольнении. Узнает от Люськи, что Олегу пришлось уехать из города. А пока что они с Люськой смотрели на фотографии цветных ярких птиц и восторгались тем, как красиво выглядит на закате море.