Повседневность

Чонгука будит шипение масла на сковороде. Такой странный звук, будто лопается сто шариков разом. Это шипение разносится эхом по дому. Тэхён снова не закрыл дверь в спальню. Чонгук поднимается с кровати, натягивая свободную домашнюю рубашку на голое тело, пока идёт в сторону кухни. Он принюхивается по пути, определяя какой у него завтрак. Тэхён готовит яичницу. Чонгук обнимает себя за плечи, думая о том, что это… это комфорт. Когда он идёт к своему парню сразу, прежде чем умыться, привести себя в порядок, почистить зубы или одеться нормально. Это комфорт, когда ты ощущаешь себя полностью уверенным, сразу направляясь после пробуждения к нему. На кухне приятный бардак. Тэхён как раз заряжает тостер. Чонгук идёт в его сторону. Он настигает, замедляясь на пути. — Доброе утро, — говорит Тэхён, улыбаясь. Он поднимает руку, накрывая ладонью щеку Чонгука. Тот прижимается к ладони, сонно выдыхая ответное «доброе». — Подожди немного. Сейчас всё будет готово. — Хорошо, — шепчет Чонгук, немного отстраняясь, чтобы опереться на край стола. — Как сон? — Приятно, — Чонгук причмокивает. — А ты почему так рано проснулся? — Кто любит больше — просыпается раньше. — Нечестно, — качает головой. — Ты сам придумал. — Да. Чонгук цокает языком, но тут же приобнимает за спину, оставляя на шее поцелуй. Тэхён пахнет душем и бальзамом с огурцом. Вкусно. Тэхён заканчивает с яичницей, накладывая на тарелки. Он ставит их на стол, прижимая при этом Чонгука к нему. Парень сонно моргает, смотря на него. Тэхён внезапно поднимает его за бёдра, усаживая на поверхность. Чонгук держится за его плечи. Он привычно тянется за поцелуем. — Еде место на столе, — шепчет Тэхён. Чонгук улыбается сначала, в сонном состоянии не до конца понимая, что говорит парень. Тэхён целует его в шею. Чонгук открывается для ласк. Когда до него доходит смысл сказанного, то он удивлённо охает. — Хён, — шипит. Тэхён смеётся, пока Чонгук бьёт его в грудь, бурча что-то и краснея. Он моментально просыпается из-за смущения.