Пустошь

"Дорога…тебе посвящаю я эти записки… Дорога… приведи обратно домой… Дорога… от несчастья и бед береги… Дорога… по которой тебе суждено пройти… Лишь только избранный правду найдет. Лишь только избранный домой принесет…" Этот детский стишок, который мне читала мама по ночам. А я росла. Я ждала этого момента, когда настанет час и мне отправляться в путь. В манящую всех людей неизвестность, в бесконечное путешествие, из которого никто и никогда не возвращался. Так говорили. Так знали. О равнине за пределами города рассказывали легенды. Но я буду первой, кто сможет донести до людей истинный свет и знания. Пять лет. Пять лет я прожила вне общества, скитаясь по свету. В поисках истинной правды. И я ее нашла. Она свалилась на меня в самый обычный день, озарив ласковым сиянием и заставив мою душу открыться ветру. Я получила ее благословение. Я познала ее, возвращаясь домой к родителям. К друзьям. К обычной повседневной жизни человека. И теперь, все будет по-другому. Все будет совсем иначе. Все поменяется. Я уже узнавала дорогу. Россыпь золотой кель-травы на лугу, блестевшая на солнце, наполняющая все вокруг запахом свежести и чего-то загадочного. Деревья, арками посаженные рядом с покрытой булыжником дороге, на котором в особо жаркие дни плавилась подошва обуви. «Раз, два, три, через камень пробеги». Детская считалочка. Мы брали тазик с водой, ставили его около дороги, а сами снимали сандалии и прыгали по камням. Победит тот, кто последний обмакнет свои ноги в водяную прохладу. Марк почти всегда выигрывал. Потому что прыгал выше всех. Пение птиц. Шелест листьев. Мой рюкзак на спине. Такой тяжелый, но сейчас такой легкий. А я ведь впервые встречу родителей за долгое время… что я им скажу? «Привет, а я вернулась!». Мама кинется на встречу и начнет меня обнимать. Папа пойдет рассказывать всем жителям города о счастливой новости. Мы накроем стол, а я начну рассказывать о своих приключениях. Они будут внимательно слушать, сверчки будут стрекотать под лавками, а мы просидим до поздней ночи. Затем, кто-то уснет. Мы выключим фонарь, поставим в вазу ароматной травы, для лучшего сна, а я залезу на крышу и буду лежать там, смотря на догорающие звезды в небе. Я втянула носом свежий запах пустоши. Наверное, я больше не вернусь на равнину. Я заживу спокойной жизнью в деревне, выйду замуж, заведу детей, буду трудиться в поле вместе с остальными жителями. Наконец-то научусь вязать, буду шить одежду и по праздникам готовить вкусные блюда, которые будут хвалить соседи и ругать родные. Но я буду стараться. Вдалеке появилась точка. С каждым приближением она все больше росла, приобретая очертания ворот, наливалась красками замшелости и старости. Они изменились. Столбы, обозначающие вход в город. Ветер постепенно раздувал их вершины, обрушая их и ломая. Мох и плющи разрастались густой зеленой пеленой внизу. Я подошла еще ближе, постепенно ускоряя шаг. Когда я перешагну эту заветную черту, черту невозврата – мое путешествие закончится. Я вернусь. Я исполню свою миссию. Я уже бежала навстречу дому, пение птиц оставалось где-то вдали, кель-трава сменялась на городские сорняки, деревья обступили тропику плотней, листья хлестали по лицу, пытаясь замедлить мой ход. Но я не сдавалась. Я чувствовала, как с каждым шагом становлюсь все ближе и ближе к своей цели. Я первая. Я первая, мама и папа! Я первая, Марк и Люси! Я доказала, что за пределами каменного города можно выжить! Щелчок. Путешествие закончилось. Город огромной лавиной захлестнул и накрыл меня с головой. Много людей. Очень много людей, каждый спешил со своим каким-то делом. Ребенок с игрушечным мечом, женщина с огромной банкой молока, городской барыга с поддельными артефактами. Все вроде бы как и было раньше. Но очень по другому… Некоторые ларьки исчезли. Некоторые появились. Незнакомые для меня лица окружали меня повсюду. Они рассматривали меня… для них, я была чем-то другим и чуждым. Я слышала шепот за своей спиной. Они что-то говорили и обсуждали… Глазели. Пялились. Мне не до них. Хотя, я ожидала более бурной реакции на мое возвращение… Напрягла уши и глаза. Искала в толпе знакомый взгляд или голос. Голос родителей. Искорка в глазах моей лучшей подруги. Я никогда этого не забывала. Я никогда этого не оставляла. Я снова ускорила свой шаг. За поворотом, за следующим поворотом должен быть мой дом. Мой родной дом, с потрескавшийся черепицей, замшелым булыжником и виноградной лозой на обветшалой стене. С небольшим серебряным звоночком у входа. Там, в огороде и в саду обычно работала моя мать, а в выходной день, на каменистых ступеньках отец читал свои книги и газеты. Там, висел мой гамак, стояла лестница, ведущая на крышу. Росли любимые мамины фиалки, лежал небольшой пенек, на котором мы с друзьями играли в шашки. Я повернула… Что-то пустое и острое вонзилось в мою грудь и проткнуло ее. Это был страх? Чувство, которое я в последний раз испытывала когда… когда отправлялась в путь. Дома… не было. Лишь одни заброшенные деревянные развалины. Я подошла чуть ближе. Камни валялись на траве. Клумба заросла сорняковой травой, которая была мне по полечи. Осы свили свое гнездо на одинокой балке. Калитки уже и подавно не было, на месте звонка сияла большая дыра. Мои родители… они переехали? Накопили денег на новый дом? Взгляд. На меня с интересом косилась какая-то старая женщина, наблюдающая за мной из-за угла. Иссушенная ветрами кожа, морщинистые руки и голубой огонек в глазах. В пальцах она вертела неизвестное мне устройство, которое теперь, в этом городе, встречалось чуть ли не на каждом шагу. Она, заметив, что я смотрю на нее, приковыляла ко мне поближе. - Ты что-то потеряла, дочка? -Да, если честно. Я еще раз взглянула на развалины, не в силах отвести от них мои глаза. В них было что-то пугающие, что-то одинокое и холодное. Это не тот дом, который я знала раньше. - Может быть, я чем-то могу тебе помочь? - Да, пожалуйста. Я силой отвела взгляд с развалин. Жуткий холодок прополз по моей спине и скрылся где-то под кожей, заставив меня вздрогнуть. Родители… Марк, Люси. Я вас найду. Я вам все расскажу. Я больше не буду умалчивать… - Вы не знайте, куда переехали жильцы этого дома? - Жильцы? – бабушка подошла ближе и покачала руками зубец от забора, тот, уже давно изгнивший, с громким стуком упал на землю. Я еще раз невольно вздрогнула, - Жильцы… Сколько себя помню, этот дом всегда пустовал. Что-то пустое возникло у меня внутри и начало расползаться по коже… Всегда.. такое страшное и длинное слово, которое возникло на этой улице. Пустовал… нет, но я ведь там жила! Я помню своих родителей, я помню какого цвета были обои у меня в комнате, помню рисунки за диваном, я все это помню, помню! Оно не могло просто так взять и исчезнуть, раствориться во времени и пропасть. Пустота... всегда. -А…хорошо, спасибо – кое-как выдавила я из себя, пытаясь прямо сейчас не рухнуть посередине дороги. Странное подозрение возникло у меня в груди… Она собиралась уже разворачиваться и уходить, когда я спросила ее: - Извините, возможно, очень странный вопрос, но какой сейчас год? Она обернулась. На ее старом и дряхлом лице возникла странная ослепляющая ухмылка, которая постепенно сводила с ума. Шаги прохожих умолкли и отошли на задний план. Мир напрягся в безмолвном ожидании чего-то большого и решающего. Я сжала руки в кулаки. - Уже как четырехсот восьмой закат луны? А что? - Да так, ничего…. - Надеюсь, ты найдешь, что искала. Знаешь, в мире есть только одна вещь, которую нельзя найти – время. И вскоре ты это поймешь. Шаги постепенно отдалялись от меня, оставляя меня одну на людной улице…. Четырехсот… восьмой….прошло уже больше столетия, как я покинула этот город…. Мне не грустно. Мне не весело. Мне не страшно. Странное больное спокойствие резко захватило мое тело. Хочется смеяться. И плакать. И одновременно упасть в какую-то пропасть и никогда не просыпаться. Растерянность. Безнадежность… Отчаянье. В голове пусто. Ноги подкашиваются. Я уже не стою на дороге, а сижу в тени на асфальте. Люди останавливаются. Люди смотрят. Люди проходят мимо. Они не знают меня. Я не знаю их. Мы совершенно разные поколения. Они мои внуки, а может и правнуки. Что-то обжигающе холодное появилось в голове и начало ее заполнять. Глаза сами собой налились соленой влагой. А я все сидела на горячем тротуаре, пытаясь понять, где именно я совершила ошибку. Где именно… когда мне стоило остановиться. Когда…когда… Я резко засмеялась. Но не из-за того, что мне было весело. Просто… это так забавно, когда ты существуешь, но при этом и отсутствуешь. Когда ты совершаешь совершенно глупые и необдуманные поступки, это так забавно. Что хочется смеяться. Острая мысль на несколько мгновений пронзила мне сердце. Мои родители…мои друзья. Они ведь меня ждали. Они меня не дождались… Я пережила их всех. И теперь, я не знаю, что мне делать. Я не могу встать. Я не могу идти. Мои руки как будто бы присохли к этим старым развалинам, которые не хотели меня отпускать. Вся моя жизнь – это они. Они, это единственное напоминание меня и моих близких, которое осталось после стольких лет. Мы с ними связанны. Но они уже умерли… а я живу. Я встала. Резко, неосознанно для себя встала. Ноги сами собой понесли меня на окраину города, а всего лишь слепо доверилась им. В тот день… я ведь даже с ними не попрощалась. Я до сих пор помню свист ветра, ночью, когда огромные дождевые облака гонялись за луной по небу. Я пообещала себе, что расскажу им. Что все объясню, как только вернусь из своего путешествия. Я не смогла сказать им мое желание в лицо. Думала, что будет лучше, если я пропаду бесследно. Сбегу из города. Сбегу от них. Я не хотела слышать их отговорки и просьбы остаться. Я не хотела… Я думала, что еще успею наслушаться их голосов и насмотреться в их глаза… ….но я этого больше никогда не сделаю. Я шла. Шла не оглядываясь назад, шла средь белого дня по людной улице. Детский смех. Бормотание под нос пожилого мужчины, сидящего на скамейке. Запах жареного мяса. Яркие цветы, растущие на клумбах по обочинам дорог. Крики торговцев. Закат солнца. Захлопывание ставень и дверей. Зажигание тусклых фонарей человеком в черном плаще. Постепенное опустошение улиц. Меня для них нет. Я никто. Призрак прошлого, потерявшийся во времени и пространстве. Я не должна существовать. Стемнело. Я все еще упорно шла куда-то вдаль… Что толку, что я пришла…если меня уже никто не помнит? В чем был смысл моего путешествия? Моей жизни? Моего предательства? Я вскрикнула. Споткнувшись об что-то монотонно холодное и твердое. Это была могильная плита. Я огляделась. Темные деревья окружали кладбище. Мертвые, старые надгробья возвышались повсюду, выпирали из-под земли и звали к себе. Последнее пристанище всех людей. Все, что остается после смерти человека. Вся его жизнь, записанная всего в нескольких предложений: годы жизни и имя. Одинокое имя. Никому неизвестное и незнакомое. На старой табличке, потертой веками было написано: «Долина не вернувшихся». Это было место, где хоронили тех, кто уходил в пустошь и не возвращался. Ну как сказать хоронили… Скорее просто ставили могильную плиту, как напоминание о существовавшем когда-то человеке, потому что тело, логично никто не ходил искать. Опускали пустой сосуд, ставили несколько белых цветков, как положено и расходились по домам. Обычные похороны. Только без тела… Я бесцельно бродила среди мертвецов. Единственная живая. Новая плита. Которой не было, когда я еще жила в городе. Я подошла чуть ближе и смахнула пыль со старинных букв. «Покойся с миром, Маргарет Каринбейт. Годы жизни: 296-неизветсно». Мое имя. И моя дата рождения… я была не права, когда считала себя единственной живой в этом месте. Я тоже, уже давно мертва.