Множество ошибок

— Ну я ж хотел высказаться? Вот, высказался! — Подумал Антон, который лежал в своей комнате, думая о результатах прошлого дня: прогулял уроки, избили, Рома узнал, что он оборотень, ругань родителей, обездвиженный последствиями драки. Вообщем-то насыщенно.       Из-за сильной слабости Антон не мог спрятать свою оборотнивскую сущность и поэтому белые волчьи уши пытались спрятаться, прижавшись к волосам такого же цвета, что у них успешно получалось. А вот хвост, из-за того что не мог нигде спрятаться, решил в раздражение биться об кровать.       Данная картина называлась: «Тупой волк», авторства Антона Петрова. Единственная радость этого волчонка была в его сестре, которая так радостно отреагировала на него, ведь только-только узнала, что он оборотень. Да, он пытался скрыть это от всех, но увы не вышло.

***

— Ненавижу. — Не сдержавшись сказал Рома, который в это время тоже, побитый, но меньше чем Антон, лежал на кровати и тоже вспоминал события прошлого дня. И наконец-таки до него дошло, что Антон, тоже «Грёбаный волчара!»       Эта новость била гораздо сильнее чем Антон, так сильно что хотелось по своей же воле отлететь в стену и покончить со всем этим. Он хотел, опять быть в не ведение, того что Антон можно сказать «Идеальная пара, которую находят, лишь единицы!», но проблема в том, что тот был вовсе не девчонкой и эти рассуждения вырвали из рта Ромы ещё одно ругательство.       К сожалению думы об Антоне не дали Роме заснуть. К сожалению, для Антона, Рома шёл в школу с мыслю об убийстве, считая что иного выхода нет. Бяша узнавший причину агрессивности друга, был очень удивлён, но позже последовал смех и слова: «Ну ты и лох, на!». — Как же меня задрал этот идиот. — Сказал Рома, голосом который оповещает о все известном факте. — Смотри, чтобы он тебя в очко не выебал, на, — Говорил Бяша, — А то эти все ваши, только волк с волком, на! — Рассуждения Бяши прервались его ж смехом. — Точно. Поэтому, мы его и кокнем. — Сказал Рома, вспомнив свой единственный шанс, избавиться от этого позора. — Убить, не обещаю. Но выебать его кулаками помогу, ведь то, что он тоже волчара, это удар ниже пояса, на! — Сказал Бяша. — Договорились. — Ответил Рома с решением снизить приговор до простого избиения.

***

— Если, ударишь. Я всем покажу, что я волк! — Проговорил Антон, которого чуть ли не ударили. — Шантажист, на. — Сказал Бяша, убирая кулак, понимая, что этот сдержит своё обещание. — Я обычный человек. Давайте представим, что это так? Также как и было все эти четыре года. Как будто ничего не случилось. — Продолжал убеждать Антон, который понимал, что одним избиением не закончится, это будет всю его школьную жизнь или даже больше. Поэтому, надо провести новую черту, более чёткую чем старая. — Трус. — Проговорил Рома, получив ответ: — Тактик. — Ладно. Я ничего не видел и ничего не знаю. Так? — Насмешливо спросил Рома, ведь понимал, что Антон как обычно, просто не хочет «Лишних проблем».       Антон кивнул и ушёл с этого места постоянных побоищ, но впервые раз целый и невредимый. — Может быть убить и вправду легче, на. — Сказал Бяша, начиная курить сигарету.

***

      Полина перестала давать свою любовь, оставив Антона со своими не до намёками, как никак, а уже прошёл год и им уже по семнадцать. Было бы странно надеяться на что-то «большее», спустя целый год, — Решила она, поняв что это бесполезно.       Антон попытался исправится, дарив мелочные подарки, но было уже поздно. Это было больно, но в глубине души он понимал, что это заслужено.

***

      Послышался смех со спины и это были Рома и Бяша, которые увидели как Антона с букетом цветов и плюшевым медвежонком, отшила Полина. — Гиены, грёбаные! — Крикнул Антон, кидая в них свои «Припозднившиеся» подарки. — Что за манеры мистер, на! — Поуважительней! — Добавил Рома к замечанию Бяши, продолжая смеяться, от продолжающего возмущения Антона, который развернувшись, с раскрасневшимися щеками, пошёл в противоположную сторону от своих «друзей». — Смотри! Наш принц обиделся! — Крикнул Рома в след, удаляющемуся Антону, вызывая очередные смешки Бяши.       Но вся эта трагедия закончилась тем, что Бяша и Рома пришли к Антону, поиграть в приставку. И как бы сильно, Антон вначале не старался их прогнать, теперь он не собирался их отпускать, так-как лучше десять побед, а не девять и очередные возмущения от его «друзей».

***

      В комнате раздался тихий вздох, который резко оборвали, опять закрыв в поцелуе. Антон лежавший на кровати, был придавлен Ромой, решившим доказать, что «Если бы мы в теории бы встречались бы, то я б был бы сверху!». — Я, верю. — На выдохе, тихо, почти не слышно, сказал Антон. Белые волчьи уши были прижаты к голове, ресницы дрожали, а щёки продолжали розоветь. — Ты сейчас, выглядишь как пидр. — Сказал Рома и не дожидаясь колкого ответа Антона, опять накрыл его губы, заставляя вновь окунуться в забытье, предоставив свой штурвал телу, которое старалось быть всё ближе и ближе, и Рома был не против. Это было забавно, что вечно стойкий и холодный Антон, теперь чуть ли не задыхается от его поцелуев, стараясь поймать больше воздуха. — Отъебись! — Сказал Антон, пытаясь не опьянеть окончательно, от этих ласк, но слова Ромы: «Скажи, ещё раз и я перестану», произносимые с усмешкой и звучащие как вызов, отбили это желание, отдавая остатки стыда на растерзание Ромы, который начал кусать шею и спускался всё ниже и ниже, заставляя прерывисто дышать.       Прикосновения рук с острыми когтями, скользящими от талии к бёдрам и останавливающимися на ногах, оставляли царапки и вызывали мурашки, сопровождающиеся слабым стоном. — Согни колени. — Проговорил Рома, опять нагнувшись к раскрасневшимся губам Антон, которые немели от новых ощущений. — Ненавижу. — Резко сказал Антон, делая как ему сказали и опять начиная тонуть в пошлых звуках, причмокивающих и влажных губ.       Рома начал медленно двигаться, создавая трение между его и Атона членом, глотая стон Антона, не ожидавшего внезапной волны наслаждений. Верх и вниз, пока не создался темп, пока с губ не начали срываться звонкие стоны и пока это не закончилось когтями Антона, вцепившимися в спину Ромы, пытаясь удержаться на плаву после того как он кончил. — У меня есть право ударить тебя? — Сказал Антон, вспомнив как его чуть ли не избили, из-за того, что его персона в теории угрожала очку Ромы. — У меня есть право поцеловать тебя? — С улыбкой сказал Рома, губы которого, теперь накрыл Антон, стараясь остановить бред влюблённого.