ВКУС ТВОИХ СЛЁЗ

«Что бы ни случилось — поднимайся с колен и шагай»

Клуб сиял яркими огнями. Альфы и Омеги сливались в одну сплошную, бьющуюся в экстазе толпу. Сегодня в клубе проходило не только шикарное пати с самыми лучшими диджеями города, но и выступление довольно популярной звезды. Чимин следил глазами за фигурой на сцене, сшибающей с ног своей энергетикой. Омега был заинтригован. Уже давно он не испытывал подобных эмоций. Уже давно ему было пресно. Скучно, пресно, неинтересно. Неинтересно было жить, потому как жить было незачем. Чимин искривил свои пухлые губы. Что он тут делает? Очередной пустой вечер. Но пусть лучше будет этот клуб, переполненный шумной толпой, чем звенящая тишина квартиры. Принадлежавшие Чимину апартаменты класса люкс не могли компенсировать разъедающее душу чувство тоски. Поэтому Чимин не торопился возвращаться домой. Поэтому довольно часто посещал различные мероприятия, по праву считаясь самым отъявленным тусовщиком города. Дерзким на язык Омегой, о ночи с которым мечтали многие. Только вот приблизиться к Чимину не было никакой возможности, потому как рядом с ним всегда находилась не только внушительного вида охрана, но и его друг Альфа. С Чонгуком Чимин был знаком с детства, а сейчас тот был одним из немногих, кто знал, отчего так безуспешно пытается убежать Чимин. Отчего он рвёт зубами по ночам подушку. И если бы Чонгук мог хоть в чем-то помочь своему другу, он бы, не задумываясь, это сделал. Только он был бессилен. Прошлого не изменить. И как бы Чимин ни пытался, оно настигало его раз за разом, без пощады вгрызаясь в измученную болью душу. Чимин начинал проигрывать эту борьбу, и Чонгук боялся, что Омега вскоре не сможет найти в себе сил подняться с колен, на которые его то и дело опускала твердая рука судьбы. Альфа своими глазами видел, как пустота, в которой изо дня в день купается Чимин, затягивает Омегу в глубокий омут, и он старался хоть немного разбавить холод этой пустоты своим дружеским участием. В данную минуту они оба разбавляли своим присутствием VIP-ложу ночного клуба, куда допускались только самые обеспеченные Альфы и Омеги города. На Чимина посматривали с любопытством. Впрочем, как и всегда. Слава об этом Омеге бежала впереди него самого. Его считали роковым, загадочным и недоступным. Альфы, которым посчастливилось попасть к нему в постель, мечтали повторить ту единственную ночь, которую им подарил Чимин. Но тот никогда не спал с одним Альфой дважды, а тех, кого он допустил к своему телу, можно было по пальцам пересчитать. Причём это не были «денежные кошельки», потому как Чимин не гнался за богатством. Будучи ранее довольно популярным Айдолом, он имел на счету достаточно средств, чтобы обеспечить себе безбедную жизнь. Чимин не был расточителен. Он не любил драгоценности, не кичился брендовой одеждой или маркой телефона, а в еде был довольно скромен. Единственное, на что он не жалел денег, это на свой номер люкс, расположенный в одном из самых дорогих небоскребов города. Именно там он прятал себя настоящего, закрывая себя от мира на три полных оборота ключа. Электронные замки он презирал, заставив поменять их на обычные механические. Ему так было спокойнее. Ему так крепче спалось. Если спалось. Когда же Чимин выходил в свет, то был собран, сдержан и сногсшибательно прекрасен. Его тяжелый и холодный взгляд мог пронзить любого, однако, когда Чимин хотел, то был способен очаровать одной лишь своей улыбкой. Озорной, словно у нашкодившего ребенка. Пожалуй, только это в Чимине и осталось прежним. Всё остальное судьба нещадно перемолола, заставив закалиться, словно сталь. Те, кто рисковали этого Омегу под себя прогнуть, ломались сами. Чимин никогда не жалел тех, кто терял от него голову. Складывалось ощущение, что он с удовольствием шагает по их сердцам. Чимин не испытывал к ним сострадания. Но и восторга от своих побед тоже. Его в целом можно было назвать равнодушным, если бы не ненависть, помноженная на отчаянье. Ими он порой захлебывался. А когда невероятным усилием Чимину удавалось усмирить свои эмоции, то он впадал в звеневшее пустотой и поражающее своими размерами равнодушие. Порой Чимину казалось, что от него осталась одна оболочка. Её-то он и видел в отражении зеркала. Красивый ангел, которого Альфы мечтали заполучить в свою постель. Но ангел этот мог в одночасье превратиться в демона, который вначале дурманил своим невероятным тройным ароматом, срывавшим у Альф все тормоза, а затем, наигравшись вдоволь, уходил, ни разу не оглянувшись, убивая своим безразличием. Чимин был полон этого своего равнодушия. Пропитан им. Потому как только оно одно помогало ему смириться с необходимостью дышать. И он дышал. Пока ещё. Но уже почти нет. Чонгука с каждым днём всё больше беспокоило это состояние Чимина. Он сопереживал ему с того самого дня, когда этого Омегу сломали, но в последнее время Чонгуку стало ещё и страшно. Альфа чувствовал, что Чимин больше не хочет жить. Омега дошёл до своего предела, и Чонгук не представлял, что он может для него сделать. Однако, поймав этим вечером нечто новое во взгляде друга, Чонгук приободрился. Омега наметил себе очередную жертву. И пусть Чонгуку жаль Альфу, на которого Чимин нацелился в этот раз, но эта перемена давала ещё одну, пусть и крохотную, надежду. Чонгук уже даже и не помнил, когда в последний раз Омега проявлял подобный интерес. — Кто это? — громко спросил Чимин. Его голос заглушил грохот музыки, доносившейся со сцены. — Это Шуга, — ответил ему Чонгук и добавил: — Он крутой рэпер. Его ценят в определенных кругах. Выступает он редко, но публика его просто обожает. — Что ты ещё про него знаешь? — Говорят, он неплохой композитор. Пишет слова и музыку, а потом продаёт за очень большие деньги. Одним словом, личность он крутая. — Интересный… — Чимин прищурился и внимательно посмотрел на сцену. Темноволосый Альфа закончил выступление и под рёв публики бросил свой микрофон. Чимин оценил этот жест, одобрительно хмыкнув. С этого момента он своего взгляда от Альфы больше не отводил. А Чонгук, убедившись, что Чимин заинтересовался по-настоящему, успокоился. Чимин вышел на охоту, а значит, Чонгук в ближайшие дни мог за него не беспокоиться. Из глаз Омеги пропала пустота. Там загорелось то, что некоторые называли азартом, но Чонгук знал, что это крохотная искра надежды. Чимин ещё верит. А значит, не всё потеряно.