ВКУС ТВОИХ СЛЁЗ

Ночь наступила как-то сразу. Чимин помнил, как заехал на заправку и залил полный бак бензина, помнил, как вставлял наушники и включал на повторе трек, который ранее запрещал себе слушать, потому что слова били больно. Помнил яркие огни на фоне первых закатных лучей. Дальше Чимин не помнил ничего. Он давил на педаль газа и выкручивал руль. Центральные районы города давно остались позади, и многополосная автострада позволяла маневрировать в потоке автомобилей, не сбрасывая скорости. Чимин не боялся того, что завтра ему прилетит множество штрафов за превышение. У того Чимина, который сегодня закончился, больше не будет завтра. Он его не хочет. Не хочет и уже давно готов не встретить рассвет. Его долготерпение обнулилось. Обнулилось в моменте, когда единственный, кто всколыхнул в душе Чимина хоть какие-то эмоции, неожиданно вонзил в сердце обидное — «Ты шлюха». Юнги не дотронулся до него и пальцем, а словно пощечину влепил. Чимин был не готов. У него до сих пор звенело в ушах. Он поджимал губы, крепко держался за руль и давил на педаль газа так, словно если он её отпустит, то тут же и закончится. А он и закончился. Сегодня. Нет больше слов, которые могут заставить его жить. Больше нет. Когда Чимин сделав большой круг, вернулся на улицы ночного города, на капот машины упала первая большая капля. Ливень хлынул, отрезая дома и полупустые улицы друг от друга завесой дождя. Чимин дождь игнорировал. Он выкручивал руль, и его пару раз занесло. Шины автомобиля протестующе визжали, но Омега их не слышал. Петляя по улицам, он ехал в район, где в прошлом так круто изменилась его жизнь. Омега знал, что около пяти лет назад нужный ему квартал выгорел дотла. Знал, потому что собственными руками и совершил поджог. Две канистры бензина, перерезанные в нужном месте провода и безлунная ночь сделали своё дело, и от нескольких улочек, где мелкие преступные группировки сортировали по небольшим пакетам героин, остались лишь обгоревшие стены. Именно тут располагался подпольный игровой клуб, в котором Тэхён проиграл своё право на счастье, вместе с жизнью Чимина. Чимин жизнь свою сохранил, а, оправившись от удара судьбы, нашел в себе силы вернуться и сделать то, на что многие бы на его месте не решились. Район наркоторговцев вспыхнул как факел. Чимин не боялся, что пострадавшие хозяева выйдут на его след. Ему было всё равно. Но за Чимином никто не пришел. Каким-то удивительным образом его след затерялся. Может от того, что лишённые своих притонов наркодилеры даже и подумать не могли, что к произошедшему причастен молодой беременный Омега, тело которого не так давно увозили отсюда на скорой помощи. Те, кто был тогда причастен к насилию над Омегой, думали, что тот давно умер. Но Чимин не умер. Он вышел из больницы, хладнокровно подготовился, вернулся и отомстил. Отомстил и тем же вечером порезал себе вены. Чимина спас Чонгук. Альфа по просьбе Тэхёна прилетел в Гонконг и добрался до квартиры Омеги вовремя. Когда Чимина привели в чувство, и он обнаружил у своей кровати того, кто ещё в детстве дул на его разбитые об асфальт коленки и чьего запаха он считать не мог, Омега расплакался. Друг детства оказался именно той поддержкой, в которой Чимин так нуждался. И сколько потом Чимин не предлагал Чонгуку съехать от него, чтобы наладить свою личную жизнь, тот всегда отшучивался и оставался. Чонгук говорил, что они с Чимином эксклюзивные версии, и пока не найдутся эксклюзивные для них Альфа и Омега, им стоит держаться вместе. В чем-то он был прав, и вскоре Чимин принял как данность, что Чонгук так и остался с ним жить. Только это, пожалуй, Чимина и удерживало от того, чтобы больше не причинять себе вреда. Омега смирился и начал потихоньку жить. Жить и искать ту самую свою парную эксклюзивную версию. Только она никак не находилась, а сегодня у Чимина закончились как силы, так и терпение. Терпение и желание бороться. Теперь Чимину хотелось только одного — закончить свою жизнь там, где она, по сути, и оборвалась, оставив от него прежнего только красивую оболочку. Пришла пора избавиться от этой оболочки, в которой находилась его душа. Душа эта давно выгорела, как и старые здания, которые он когда-то поджёг. Омега добрался до места к полуночи. Квартал давно восстановили, построив на пепелище серию многоэтажек с маленькими дешевыми квартирами. От прежнего тут мало что осталось. Но самое главное сохранилось. Это была стена из красного кирпича, на которой кто-то написал чёрной краской корявое: «Смерть — есть избавление». Раньше эта стена являлась частью здания, в подвале которого Чимина так хладнокровно насиловали, теперь же она всего лишь примыкала к арке, которая вела во внутренние дворы. Когда Чимин добрался до этого места, он с абсолютным равнодушием и совершенно не колеблясь, ещё сильнее вдавил в пол педаль газа.

***

Юнги дёрнулся и проснулся. Его словно током ударило и тут же бросило в пот. Он уснул прямо в кресле за столом, на котором стоял его старенький ноутбук. Только в студии у Юнги имелось новое оборудование, дома же он обходился малым. В данный момент на ноутбуке была открыта карта города, помеченная красными точками. Друг Юнги, служивший в полиции, скинул ему эту карту несколько часов назад с припиской, что именно в этих местах камеры слежения зафиксировали номер машины Чимина. Далее Омега заехал в район, над которым полиция была не властна, потому что сколько бы служители порядка ни вешали камер, те неизменно оказывались разбитыми. Наркоторговцам было не с руки наблюдение за кварталом, где они промышляли, поэтому те пресекали любые попытки контроля. Именно в "слепом" квартале, как его между собой называли служители порядка, след Чимина и затерялся. Зачем Омега поехал именно в этот район, никто не знал, но факт был на лицо: Чимин покружил по окраинам города, а потом пропал в квартале, где не было возможности отследить его дальнейшее движение. Друг Юнги обещал отправить туда патруль, и Альфа замер с телефоном в руке, отсчитывая секунды и минуты. Время тянулось бесконечно, и Юнги не заметил, как уснул. Что именно его разбудило, Альфа не понял. Возможно выпавший из руки телефон. Юнги потянулся за ним, и именно в этот момент тот зазвонил. — Слушаю, — хрипло проговорил он. — Мы нашли его. Вернее его автомобиль, — проговорил на том конце голос Альфы. Юнги поднялся с кресла. — Где именно? Я сейчас подъеду. — Кидаю адрес, но тут такое дело… У Юнги похолодело в груди. — Что такое? — спросил он. — Несколько очевидцев, которых мы смогли найти, рассказали, что Омега на довольно большой скорости въехал в стену. Его спасло только то, что он в последнюю секунду вывернул руль, однако машина с одного бока сильно помята, а в салоне лужа крови. Скорее всего, твой друг ударился о руль и разбил голову. Эксперты работают над этим. — А где он сам? Вы его нашли? — Нет, не нашли. Людей на улице почти не было, только один бездомный на углу и старик владеющий табачной лавкой. Оба не видели момента аварии, но услышали визг тормозов и звук битого стекла. Тут такой район, что вмешиваться никто не будет. Если бы произошедшее случилось днём, возможно, кто-то среагировал бы, но сейчас ночь и дождь льёт как из ведра. Что один, что второй свидетель подумали, что это просто пьяный водитель, и после того, как твой Чимин вылез из автомобиля, никто не стал интересоваться, куда он направился. — Но он должен же где-то объявиться. Есть рядом какая-нибудь больница? — Есть одна, и мы уже отправили туда наших людей. Может тебе нет смысла приезжать? Как будут новости, я тебе отзвонюсь. — Я приеду. Диктуй адрес. Черкнув ручкой на листе бумаги название района и номер дома, где произошла авария, Юнги взял свою куртку и быстрым шагом покинул квартиру. Прежде чем сесть в машину, он позвонил Чонгуку. Альфа моментально взял трубку. Юнги быстро описал ему ситуацию, и Чонгук решил обзвонить больницы расположенные на границе района в котором нашли машину Чимина . К тому моменту, когда Юнги добрался до места, Чонгук успел выяснить, что ни в одну из них Чимин не обращался. Когда ночь закончилась, оба Альфы всё ещё не имели не малейшего понятия, куда пропал Омега. Им оставалось надеяться на полицейские сводки и патруль, который прочесывал улочки неблагополучного района. Новый день наступил, а Юнги вернулся домой ни с чем. Он устало снял ботинки и кинул ключи на комод. Чимин, где же ты? Только сейчас Юнги начал до конца понимать, насколько дорогим стал для него этот Омега. Он зацепил не своей красотой или загадочной натурой, не тягучим запахом феромонов, а опустошающей болью, которую Юнги увидел в том последнем, брошенном на него взгляде. Увидел, прочувствовал и теперь не сможет забыть никогда.

***

Намджун задумчиво потирал подбородок. Он удвоил охрану и перестал выпускать Джина из дома без сопровождения. Омеге это не нравилось, и он капризничал. Капризничал не просто так, не от дурного характера, дело в том, что беременного Омегу стали раздражать запахи чужих Альф. И если рядом с Намджуном Джину было плевать на всех, то в его отсутствие Омегу буквально выворачивало от чужих феромонов. Сидя в кресле, Намджун размышлял, как ему решить эту проблему, потому как быть с Омегой двадцать четыре на семь он не мог. Бизнес требовал внимания. Но и его супруг тоже. Намджун разрывался. Намджун переживал. А потом он вспомнил о том, чей аромат был похож на его собственный настолько, что Джин мог спокойно им дышать. Дышать и находиться рядом, испытывая особое удовольствие в компании Тэхёна. Значит так тому и быть. Намджун перестал колебаться и решил просить помощи у брата. Он нетерпеливо постукивал пальцами о подлокотник и ждал, когда тот закончит с завтраком и присоединится к нему в его рабочем кабинете. Когда в комнату своим мягким шагом вошёл Тэхён, Намджун начал без предисловий: — Тэхён. Я хочу чтобы ты остался в Гонконге, — сказал он. Тэхён поднял голову и удивлённо посмотрел на брата. — Зачем? — спросил он и присел в кресло. Намджун не собирался больше скрывать так неожиданно навалившиеся неприятности. — Джи Су объявился, — произнёс он мрачно. Тэхён задумался. Он помнил ту неприятную историю, когда Намджуну понадобился адвокат, чтобы доказать свою непричастность к смерти Омеги, который являлся братом сурового и неприятного Альфы по имени Джи Су. — Он всё ещё точит на тебя зуб? — спросил Тэхён. — Всё ещё. И я боюсь за Джина. — Ты думаешь, он осмелится? Намджун сцепил руки в замок. — Он не в себе. И боюсь, способен на всё. Тэхён помолчал. — Нужно усилить охрану, — сказал он. — Я уже это сделал, — ответил Намджун и добавил: — Пожалуйста, не оставляй Джина ни на секунду. Ему нужен свежий воздух, прогулки в парке и походы по магазинам. Врачи прописали Джину больше двигаться. Я сам настаивал на этом, а теперь, получается, сам же и ограничиваю. — А ты? Тебе тоже не помешает отвлечься от работы. Намджун встал и прошелся по кабинету. Остановился у стола и посмотрел на пейзаж за окном. Он бы с радостью проводил всё своё время с Джином, но не всегда можно делать так, как того хочется. — Я буду рядом с ним столько, сколько возможно, — ответил он наконец. — Но у меня сейчас два новых контракта, и я разрываюсь. С каждым днём Джин становится все более капризным. Вчера он устроил мне истерику из-за охраны. После того как он съездил с ними за покупками, его тошнило остаток дня. Сегодня он мне заявил, что без моего сопровождения не собирается и носа из дома высовывать. Он заказал себе два килограмма клубники, кучу сладостей, включил сериалы и заперся в спальне, — Намджун вздохнул и добавил: — Такое времяпровождение ему вредно. Ну день, ну два. Не более того. Альфа повернулся лицом к брату. — Так уж вышло, что твой аромат Джин может терпеть без ущерба для здоровья. И если бы ты мог присмотреть за ним, сопровождать его, то, возможно, это смягчило бы реакцию на чужие запахи. Тэхён внимательно слушал. Он хорошо относился к Джину и радовался за брата, что в его семье всё наладилось. Кроме того, мысль стать дядей малышу будоражила давно забытые чувства, которые Тэхён и сам когда-то испытывал, когда Чимин носил его детей. Ко всему прочему, Намджун никогда не просил у него помощи, и Тэхён часто чувствовал себя бесполезным и ненужным, ни на что не пригодным, а тут вдруг в нём появилась необходимость. Конечно, Тэхён не откажет брату. — Хорошо, я присмотрю за Джином, — сказал он. Тэхён сказал, а Намджун выдохнул. Согласие брата решало хотя бы часть проблем. Чуть позже Намджун разберётся и с остальным. Альфа подошёл к Тэхёну и сжал его плечо. Тот положил свою руку поверх большой ладони брата. Они семья и должны держаться вместе.