ВКУС ТВОИХ СЛЁЗ

С того момента, как Тэхён поставил Джину метку, прошло две недели, и Омега расцвел словно цветок по весне. Они сходили с Тэхёном на могилу Намджуна, где оставили большой красивый букет цветов. Джин утёр пару набежавших слезинок, затем повернулся к Альфе и несмело ему улыбнулся. — У нас всё будет хорошо? — спросил он. Тэхён обнял Омегу за плечи. — Я тебе обещаю. Они ещё немного постояли в обнимку, а затем вернулись домой. Там Джин развил бурную деятельность, решив переехать из спальни Намджуна, в которой он жил последние месяцы, в новую комнату. Для переезда Омега выбрал ту, которую сам лично когда-то определил для Тэхёна. Когда Альфа увидел, как слуги вешают к нему в шкаф коллекцию кигуруми, а следом заносят в комнату изящное трюмо, только покачал головой, не комментируя. Пусть Джин делает всё, что он хочет. Тэхён ему препятствовать не будет. Через неделю в дом Кимов пришло приглашение от Чимина на совместное посещение ярмарки. Обсудив с Омегой, что подобная прогулка будет ему только на пользу, Тэхён дал своё согласие. Любуясь тем, как Джин уплетает за обе щёки свежие пирожки с выставленных прямо под открытым небом лотков, Тэхён и сам проникся аппетитом, которого у него давно не было, и с наслаждением стал налегать на еду. Рядом на еду налегал Чонгук. — Может, захватить пару порций домой? — сказал он с набитым ртом. Хосок, стоявший неподалёку, шутливо подтрунил: — Успокойся уже. Я тебе не хуже приготовлю. Джин потянулся за янтарным соусом и щедро полил им лапшу. Хосок удивлённо распахнул глаза: — Он же сладкий, — заметил Омега. Следивший за своим супругом, Тэхён, снисходительно улыбнулся: — Не удивляйся. Пиццу Джин вообще ест с мёдом. — Серьёзно? Тогда скоро он и сам станет словно медовая коврижка, — пошутил Хосок. Тэхён засмеялся. Распробовав Омегу, он и правда начал думать, что тот сладкий во всех смыслах этого слова. Ему понравилась близость с Джином. Тот так самозабвенно Тэхёну отдавался, так по-настоящему сиял от счастья сразу после того, как они уставшие лежали рядом, что не проникнуться этим было просто невозможно. Это было именно тем, что он когда-то сам для себя желал. Его совершенно не раздражали причуды довольно капризного Омеги. После того, как Тэхён поставил ему метку, тот стал гораздо менее вспыльчивым и более сговорчивым. Казалось, что теперь Джину вообще больше ничего от этой жизни не надо, только бы получить от Тэхёна похвалу и поцелуй. Он на них постоянно напрашивался и Тэхён ему в этом не отказывал. Последние месяцы до родов пролетели незаметно, и когда Омеге пришло время произвести на свет малыша, Джин с Альфой чувствовали себя так, словно полжизни провели вместе. А когда взволнованный Тэхён взял на руки крошечного Омегу и увидел в нём свои черты, то его сердце пропустило удар. Именно в этот момент он понял, что дороже этого комочка счастья, в котором бежала кровь его брата, у него никого не будет. Судьба смиловалась и подарила ему второй шанс и теперь Тэхён постарается сделать всё, чтобы сохранить своё, наконец-таки обретённое счастье.

***

— Почему ты так долго молчал? — Юнги нахмурил брови. Чимин сидел на их любимом диване в студии, обняв руками колени и устремив свой взгляд куда-то мимо Альфы. Он действительно тянул до последнего. Однако сегодня настал тот самый день, когда ему необходимо снова встать лицом к новому испытанию. Последние анализы, присланные из клиники, были не утешительными и если он не перестанет пить блокаторы, то его организм начнёт разрушаться. Ещё немного и процесс будет невозможно обернуть вспять. Чимин и так позволил себе целое море счастья в объятиях Юнги, но реальность хлестнула больно, отрезвляя. — Значит, мы совсем скоро узнаем, сможет ли твой организм принять меня, — произнёс Юнги. — А если нет? — Чимин поднял глаза, на дне зрачков которых плескалось отчаяние. Юнги выдержал его взгляд. — Я тебе обещаю, что мы в любом случае останемся вместе, — сказал он. — Но ты не сможешь постоянно принимать блокаторы, в моменте, когда у меня будет течка. Это может негативно отразиться на твоём здоровье. А если ты потеряешь свою доминанту и станешь пустышкой как Чонгук? — Мне всё равно. Я выдержу. — Но я не хочу обрекать тебя на такую судьбу! — Мы уже говорили с тобой об этом. Это мой выбор, и ты не можешь у меня его отнимать. Я готов отпустить тебя только в том случае, если ты захочешь продолжить поиски. — Я не хочу. Чимин покачал головой, словно пытаясь отрицать реальность, которая опять и снова пыталась загнать его в свои рамки. — Значит, мы с тобой что-нибудь придумаем, — ответил решительно Альфа. — А пока у нас есть ещё немного времени в запасе. Как только всё выяснится, тогда и будем думать, как нам быть дальше. — Ты веришь в то, что всё будет хорошо? — Верю. Мой внутренний голос говорит, что ты для меня предназначен. — Как бы я хотел, чтобы и ты для меня, — вырвалось у Чимина. Упаковки с препаратами он выкинул в мусорное ведро в этот же вечер. Затем стиснул кулаки и помолился всем богам. Спал Чимин беспокойно и, несмотря на все усилия Юнги, следующий день для него прошёл словно в тумане. Они решили никуда не выходить из дома, заказали еду с доставкой и выбрали несколько незатейливых фильмов. Омега весь вечер прижимался к боку Юнги и бездумно смотрел на экран. Альфа не стал больше произносить слова поддержки. Он просто держал Чимина за руку, пытаясь передать тому часть своих сил и уверенности в том, что всё будет хорошо. Любовью они в этот вечер не занимались. Чимин был эмоционально выжат, находясь на грани, и ему требовалось нечто другое, нежели физическая близость. Перед сном они с Юнги немного поговорили, обсуждая возможную поездку на острова. Оказалось, что Альфа нигде не бывал, и Чимин рассказывал ему про свои путешествия, в которые он ездил до того, как вышел замуж за Тэхёна. Он так и уснул под созданные им самим картинки морского побережья с белоснежным песком и разноцветным ракушечником. Чимину снились крики чаек и запах морского бриза. Когда он проснулся, то Юнги рядом с собой не обнаружил. Он сонно потирал глаза, удивляясь, что ему всё же удалось крепко уснуть. Чимин встал и, сунув ноги в тапочки, побрел в ванную, но и там Альфы не оказалось. Юнги обнаружился на кухне. Он готовил кофе, и Чимина внезапно окутал аромат горячего напитка: ваниль, сливки и терпкая корица. Увидев слегка растрёпанного ото сна Омегу, Юнги улыбнулся. — Как спалось моему сладкому персику? — спросил он. Чимин застыл каменным изваянием, вспомнив о том, что теперь он не закрыт от мира щитом обнуляющим его восприимчивость к запахам. Омега затаил дыхание, испуганно распахнув глаза. Ароматы ворвались в его жизнь, сбивая с ног. Оглушительно пахли хризантемы, которые Юнги подарил ему на днях, ощущался запах кондиционера на пижаме и ароматизатор для дома, а ярче всех чувствовался запах свежести, которая бывает сразу после дождя. Чимин на инстинктах повернул голову к окну, но там светило солнце, а дождя не наблюдалось и в помине. Омега побледнел и схватился за горло. — Что случилось? — Спросил Юнги. Он не стал подходить, давая Чимину время осознать. — Я… — прохрипел Омега. — Я чувствую тебя. Альфа мягко улыбнулся. Он уже давно всё понял. Ещё ночью Чимин потянулся к нему и, прижавшись, довольно заурчал, реагируя на феромон Юнги так, как никогда до этого. — И чем я пахну? — спросил он негромко. — Ты пахнешь тёплым летним дождём, — прошептал Чимин, не веря тому, что говорит. На последнем слове голос Омеги задрожал. Он был растерян и слегка напуган. Юнги быстрым шагом пересёк разделяющее их пространство и заключил в свои объятия. Чимин уткнулся носом ему в район шеи. Сначала с осторожностью, а потом всё смелее вдыхая в себя природный запах Юнги. Счастье накрыло с головой. Получилось! Чимин почувствовал, как по его щекам потекли слёзы. Он поднял голову. — Я знаю. Теперь я знаю твой запах, — сказал он, дрожащим от переизбытка эмоций голосом. Юнги аккуратно провел большими пальцами по щекам Омеги, вытирая его слёзы. Заглянул в глаза, а потом наклонился и собрал губами мокрые, слегка солоноватые дорожки. — А я теперь знаю вкус твоих слёз, — прошептал он. — Вкус моих слёз? — переспросил, всхлипнув, Чимин. — И какой же у них вкус? Альфа с Омегой стояли друг напротив друга, испытывая лёгкий трепет. Они на всю жизнь запомнят этот миг. Вселенная наконец смиловалась и подарила им друг друга. — Вкус твоих слёз — это вкус моего счастья, — произнёс Юнги, а затем наклонился и поцеловал Чимина в губы, словно закрепляя своим поцелуем свершившееся. КОНЕЦ.