Может быть тебе помочь?

      Дотторе устало свалился на кровать. Снова эта херня. Как же он ненавидел течку. — Я могу помочь, если хочешь… — дверь приоткрылась и в проем просунулась голова клона. — Давай как в тот раз?       Предвестник бросил на него злобный взгляд и тот сразу же закрыл дверь. Как в тот раз… Ха. «Тот раз» был своего рода экспериментом, течка тогда была сильнейшей и Дотторе решил воспользоваться клонами, тем более что они не особо то и возражали. Но трахаться с ними еще раз, хоть они все и были не фертильны… До такого омега не опустится. Не в этой жизни. Слабо простонав из-за очередной порции вытекшей смазки, он снял с себя промокшие штаны с бельем и кинул их на пол, поглаживая влажный член. Дотторе опустил вторую руку и вставил пальцы в мокрую дырку, трахая себя. Пальцы, игрушки, клоны — будь они неладны, все это было хорошо, но омежья сущность требовала альфу. Требовала его запах рядом, его узел внутри… его метку. Предвестник чуть ли не всхлипнул, двигая пальцами быстрее. Он не хотел принадлежать кому-то, не хотел зависеть от кого-либо, но на время течки все это отходило на второй план, особенно если он проходил мимо мест, где недавно находились альфы.       Мужчина оторвался от своего занятия, но лишь затем, чтобы достать из ящика тумбы пару длинных черных перчаток. Он поднес их к носу, вдыхая остатки запаха дорогого одеколона, дерева и чего-то еще, что Дотторе никак не мог распознать. Запах альфы. Запах Панталоне. Эти самые перчатки девятый предвестник снял, когда однажды пришел посмотреть, на какие именно эксперименты идут его деньги. Он снял их всего на минуту, но за это время самый младший клон успел незаметно стащить их и спрятать, чтобы потом отдать добытое омеге.       И сейчас он прикрыл глаза, жадно вдыхая запах и продолжая трахать себя, пока воображение рисовало картинку в мозгу. Вот альфа целует его за ухом, ведя носом по шее ниже, чуть прикусывает ее — метку он поставит позже, оглаживает уже голые бедра, слегка сжимая их. Затем одним движением входит в него, заполняя собой полностью, пока Дотторе под ним тихо охает от размера. Панталоне трахает размеренно и глубоко, попадая по всем возможным чувствительным местам. Омега под ним плавится от удовольствия, сжимаясь на его члене. С последним толчком альфа загоняет член особенно глубоко, кончая в него и основательно заполняя разбухшим узлом, пока зубы вгрызаются в основание шеи, помечая как свое. Дотторе хрипло стонет, распахивая глаза и кончая, чувствуя на щеке потекшую слюну. Он моргает, тяжело дыша и вновь закрывает глаза, вдыхая запах альфы. Так приятно…       Он слишком расслабился, не заметив, что запах усилился. Более того он медленно приближался. — Кхм. — Раздалось деликатно где-то со стороны двери. Дотторе тут же посмотрел туда и чуть ли не вскочил. Что он тут делает…       Панталоне тактично не смотрел в его сторону, сверля взглядом стену, но омега прекрасно видел, как глубоко тот дышит, вдыхая пропитанный омежьим запахом воздух. И как давно он тут стоит…? Панталоне снова тихо кашлянул, все еще не поворачивая головы в его сторону. — Что? — не выдержал Дотторе. — Птичка напела, что тебе нужна помощь, но… — он слегка ухмыляется, когда продолжает. — Я вижу, что ты и сам справляешься. — Какая еще… — предвестник цыкает, догадываясь о какой «птичке» шла речь. Он чувствует, что между ног снова становится мокро. Нехорошо. — Помощь не нужна, ты прав. Уходи.       Девятый предвестник наконец переводит взгляд со стены на мужчину и его глаза блестят за стеклами очков. Он неспешно подошел к нему, рассматривая. Взгляд задержался на влажной промежности. Голубые глаза наполнились голодом. Дотторе охватило желание сжаться под этим взглядом, скрыться куда подальше. Уж слишком пристально чужие глаза бродили по его телу. Панталоне забрал из руки доктора перчатки и хмыкнул. — «Клоны развлекаются», значит? — повторил он сказанные тогда Дотторе слова.       Омега хмыкает в ответ, ничего не отвечая. Значит, он все видел. Видел, как Дотторе нюхал его перчатки и трахал себя. Панталоне мягко нависает над мужчиной, обнюхивая воздух рядом с ним, и не сдерживает ухмылки. — Я все же помогу тебе, Дотторе… — почти что мурлычет он, поглаживая чужой подбородок.       Дотторе нахмурился. Ему же четко сказали проваливать, что непонятного в таких простых словах? Он дернулся, когда чужая ладонь легла ему на живот, оглаживая. Взгляд Панталоне был твердым. Он всем своим видом говорил, что не стоит рыпаться. — Будь добр, сними с себя одежду, — альфа окинул взглядом верхнюю часть тела предвестника.       Дотторе пару секунд колеблется, прежде чем снять с себя остатки одежды. Теперь он был полностью раскрыт перед Панталоне: обнаженный, мокрый и возбужденный от течки. Мужчина еще раз осмотрел омегу под собой. Его запах уже основательно пропитал комнату — такой кисловатый, но отдающий нотками чего-то теплого и медового. Панталоне снял свои перчатки, чтобы наконец прикоснуться к горячей коже голыми руками, ощутить напрягшиеся и тут же расслабившиеся мышцы под ладонью. Запах альфы заполнил легкие, от чего тело стало вырабатывать больше смазки, подготавливаясь к спариванию. Омежья сущность ликовала — альфа! Да еще так жадно трогающий и смотрящий на него! Внезапно Панталоне залез на кровать, полностью нависая над омегой. Он наклонился к нему и уткнулся лицом в его шею. Дотторе замер, чувствуя, как чужое дыхание щекочет и обжигает нежную кожу. Предвестник вдыхал запах течной омеги и зверь внутри него нетерпеливо зарычал: Дотторе был таким доступным сейчас, было бы преступлением не трахнуть его. Альфа неосознанно потерся бедрами о мужчину и тот тихо охнул, ощущая трение не только бедер, но и твердого стояка. — Дотторе… — прозвучало низко и хрипло в самое ухо, вызывая мурашки. Глаза банкира наполнились похотью.       Доктор сглотнул. О боги, он был готов отдаться ему прямо сейчас и плевать, как это будет. Панталоне накрыл губы омеги, целуя его и сразу проталкивая язык внутрь чужого рта. Дотторе не сдержал стона, когда их языки столкнулись друг с другом, танцуя. Он заерзал, сжимая плечи альфы и отвечая на поцелуй со всей отдачей. Как же хотелось, чтобы его выебали… Словно прочитав его мысли, мужчина оторвался от его губ и начал раздеваться. Красные глаза загорелись нетерпеливым огнем, внимательно рассматривая каждый обнажающийся участок кожи. Дотторе накрыло волной возбуждения, стоило альфе полностью снять с себя одежду. Он сглотнул, не в силах отвести взгляд от члена между мускулистых бедер. О боже. Панталоне самодовольно хмыкнул, видя такую реакцию. Он устроился между ног омеги, оглаживая стройные бедра. Руки спустились ниже к мокрому входу и подергивающемуся члену. — Уже так течешь, — пальцы коснулись мокрой дырки, надавливая. — Мгхх, — Дотторе громко выдохнул, когда два пальца легко скользнули внутрь, растягивая.       Мужчина обхватил влажный член омеги, оглаживая большим пальцем головку. Доктор вскинул бедра навстречу ласкающей ладони. Чужая рука ощущалась лучше, чем собственная, даже лучше, чем руки клонов. Перед глазами немного поплыло от мысли, что уже совсем скоро его заполнят, быть может даже с узлом. Панталоне добавил еще два пальца, трахая Дотторе уже четырьмя. — Какой игрушкой ты игрался, раз так легко принимаешь почти всю руку? — насмешливо поинтересовался предвестник, продолжая растягивать уже хлюпающую от смазки дырку. — З-заткнись. — Дотторе едва не задохнулся от ощущения почти всей ладони в себе. Он застонал, стоило пальцам начать тереть чувствительное место внутри.       Панталоне вытащил мокрые пальцы, смазывая ими себя. Затем он за бедра притянул омегу к себе и вошел в него почти что рывком. Дотторе ахнул и откинулся на кровать, слегка подергиваясь. Это ощущалось так восхитительно. Так правильно. Так приятно. Мужчина чувствовал легкое головокружение от переизбытка ощущений. Альфа не без удовольствия наблюдал за тяжело дышащим доктором. А ведь он только вошел в него, а тот уже выглядел так, будто был готов потерять сознание. Панталоне начал двигаться, удерживая омегу за бедра на месте. Он прикрыл глаза, наслаждаясь окружившим его теплом и теснотой. Внутри Дотторе был восхитительно мокрым и узким, несмотря на то, что принял в себя четыре пальца. Омега тихо постанывал, чувствуя растягивающий его член. Он протянул руки к чужой шее, заставляя предвестника наклониться, чтобы получить поцелуй. Оба простонали в унисон, стоило альфе ускориться. Панталоне коротко прорычал, чувствуя, как горячие стенки плотнее сжались вокруг него. Доктор хрипло застонал и лихорадочно замотал головой по подушке. Он чувствовал, что скоро кончит, он был таким мокрым от течки и запаха альфы, таким чувствительным… Он сглотнул, сильнее сжимаясь на члене Панталоне и тяжело дыша. — Блять, — сквозь зубы выдохнул мужчина, толкаясь в податливое тело сильнее и глубже. Было так туго и так хорошо, что было невозможно сдерживаться дольше. Он с трудом заставил себя замедлиться, только чтобы сказать: — Я кончу в тебя, Дотторе. — Да, — отозвался предвестник, облизывая губы. Он чуть ли не заскулил от удовольствия, слыша эти слова. Он давно хотел этого, а с последствиями можно разобраться позже.       Панталоне хищно улыбнулся, услышав ответ, вновь наращивая темп. Сказанное им было фактом, он бы все равно кончил в него, просто хотел посмотреть на реакцию, и она его более чем устроила. Он яростно втрахивал омегу в кровать, от чего тот практически сразу с коротким стоном кончил себе на живот, сжимаясь вокруг члена альфы. И это стало последней каплей для него — через пару толчков мужчина вогнал член максимально глубоко, изливаясь внутрь Дотторе. Панталоне тяжело дышал, чувствуя быстро распухающий узел. Он посмотрел на округлившиеся глаза доктора под ним — о да, узел был гораздо шире, чем сам член. — Боже… мгхх… — омега ловил ртом воздух, ощущая себя максимально растянутым и заполненным.       Он чувствовал себя великолепно, даже боль от узла была вполне терпимой, хоть задница после такого и будет болеть. Дотторе повернул голову в сторону, открывая доступ к своей шее. Все будет еще лучше, если альфа пометит его. Предвестник жадно посмотрел на открытую шею, а затем перевел взгляд на Дотторе, тот выжидающе глядел в ответ. На губах мужчины расцвела улыбка, ну, раз ему позволяют… Панталоне наклонился к шее, облизывая небольшой участок, прежде чем впиться в него клыками, помечая. Альфа прикрыл глаза, вновь впитывая в себя запах омеги. После пометки он осторожно лег на бок, прижимая доктора к себе. Тот не возражал от слова совсем, омега внутри него счастливо урчала, чувствуя уют в кольце теплых рук.