Теория чувств

      Вода все шумела в ванной, и казалось, что это будет продолжаться бесконечно. Можно было уже и со скуки помереть, ожидая, пока Йегер закончит свои водные процедуры. Теперь, когда его временно не было рядом, Аккерман смогла наконец расслабиться. Улыбка сошла с ее лица, и взгляд пусто прожигал экран телефона. Легкое чувство вины неприятно кололо в грудной клетке. Экран телефона загорелся, уведомляя о том, что ей пришло сообщение.       — Как твоя прогулка с подругой? Надеюсь ты помнишь заповеди бо…Господи! — шепотом воскликнула она, даже не желая читать дальше. Типичный бред, который несет мама. Закатив глаза, Микаса быстро ответила на сообщение заранее заготовленной фотографией парка. Этого было достаточно, чтобы на сегодня она отстала. То, что будет завтра — не особо ее волновало. Теперь быть одной в этой комнате стало невыносимее. Ей срочно нужно было на кого-то отвлечься, иначе ее съедят собственные мысли. — Эрен, ты там утопился?       — Прости, я привык мыться долго. Мне нравится. — Эрен вышел из ванной уже в штанах и, быстро чмокнув Микасу в щеку, сел за стол, сразу налегая на бутерброды. — Офигеть, вкусно. Не вру, просто с утра голодный, как черт. Ничего не успел. Так что ты там говорила про деньги? Извини, я не особо понял.       Почесав затылок, он чуть рассеянно улыбнулся, тут же возвращаясь к поглощению еды. Она всматривалась в его безмятежность, и легкое чувство зависти вновь начало биться где-то в потаенных уголках ее разума. Зачем он вообще во все это вмешался? У него нет особой нужды в этом.       — Я говорила шутя, но имела в виду, что потенциал есть. — Микаса натянуто улыбнулась, стараясь не развивать дальше свои мысли. Этим можно заняться потом. — Улавливаешь информацию на ходу, умеешь слушать. Думаю, много нам не нужно, чтобы понять друг друга. Можно что-нибудь заснять скоро. Я придумаю, с чего лучше начинать.       Заметно приободрившись, Эрен выпрямился, но тут же задумался, уставившись на последний бутерброд. Разговор, вроде, шел неплохо. Да и такое важное дело начали!.. Но что-то словно было не так. Не хватало чего-то очень важного, он хоть и пытался сейчас разобраться, но в итоге пришел к выводу, что им определенно нужно получше узнать друг друга.       — Тебя что, вообще никогда не отпускают с ночевкой? В смысле, не то, чтобы я прям на секс намекаю тебе сейчас. Конечно, не без этого, но… Я бы мог пригласить тебя к себе.       — Я и не спрашивала, могу ли. Мне было не к кому. — Микаса нахмурилась, вырисовывая ногтем узоры на столешнице. Это могло считаться приглашением на свидание? — Но будет день, когда их точно не будет дома, конечно. Рискованно.       — Понял. — Кивнув, Йегер вдруг улыбнулся, выпив сок. — Тогда можно было бы и не ждать воскресенья. Ну, или просто после посидеть, отметить первую выручку. Теперь ведь есть к кому идти. Ну, это так. Все мелочи. У меня есть все же для тебя подарок. Чисто символический.       — Какой? — Она удивленно глянула на него. — Только не говори, что это подвеска с фразой «с началом партнерских отношений», мне будет некуда ее деть.       — Ну, и за кого ты меня принимаешь? Еще бы предположила, что открытка «Спасибо, что занялась со мной сексом». — Эрен фыркнул, закатив глаза. — Нет. Просто Хиса согласилась взглянуть на форму. Если ей понравится, то примерит. Она бывает вредной, но наверняка в итоге скажет «Да». Да и ты ведь наверняка сделаешь все красиво.       — Главное, чтобы она не съела меня потом морально. Маленький убийца. — Микаса рассмеялась, вспоминая, какой заносчивой с ней была иногда Хистория. Когда замечала, конечно. — Женскую я уже придумала. Нужно просто подобрать хорошую ткань и сделать чертежи. С мужской сложнее, она больше, и много сложных элементов. Слава богу, конкурс выделяет участникам деньги на материалы, иначе я бы разорилась.       — Главное, не давать Хисе намёка, что между нами что-то. Она хоть и моя подруга, но язык ее предать может. Забудется, скажет что-нибудь… И все. — Пытаясь пригладить взъерошенные волосы, Эрен только хмурился. — Из-за этого шлема черти что на башке всегда.       — Я не собираюсь никому об этом говорить. Даже Саше, хоть мы, кажется, и начинаем с ней хорошо дружить. — Микаса нахмурилась. — Это не то, о чем разбазаривают каждому первому встречному, знаешь ли.       — Хорошо. Тогда точно можешь радоваться, потому что донимать в школе тебя будет некому. — Усмехнувшись, Йегер совершенно бесцеремонно прошелся ладонью по ее волосам. — Иначе как-то несправедливо было.       — Как некому? А как же Райнер — король скунсов? — Она слегка поморщилась, вспоминая, что он подписан на ее аккаунт.       — Он не подойдет. — Рассмеявшись, Эрен уложил несколько прядей, но после поцеловал Аккерман в макушку, зарываясь в ее волосы, и глубоко вдохнул. — А мне нравится, когда ты так выглядишь. Но я не скажу, что это мило.       Легко, словно она и не весила ничего, он поднял ее над собой и прижал, вынуждая обхватить себя ногами, улыбаясь при этом уже иначе. Сейчас будто получилось взглянуть на Микасу с другой стороны. Она изменилась? Или он был таким слепцом? Почему же тогда он прикосновения с ней так быстро заколотилось в груди?       — Тебе так сложно это сказать? Что я милая? — Аккерман ухмыльнулась, удобнее обхватывая его плечи руками. Ее действия выглядели так однозначно... — Давай, скажи это. Ми-ла-шка. Это не так сложно.       — Только когда признаешь, что я тебя не бешу, а потом… Слишком много условий, Аккерман, для одного слова от меня. — Пришлось вернуться в спальню, чтобы прихватить презерватив, но, подумав, оставаться здесь Эрен не стал, усадив Микасу на столешницу, встав ровно между ее ног. — Ты знала, что я крайне долго могу держать вес намного больший, чем твой, на руках?       — Это намек на то, что чтобы меня держать, тебе придется прилагать усилия? Я чей-то рабочий вес? — Микаса распутала ремень на халате, сбрасывая его с плеч на локти. — Или ты просто хвастаешься? Слишком большая вариативность.       — Я похож на того, кто назовет девушку толстой? Это удел обиженных идиотов. — Упершись руками по обе стороны от Микасы, он четко дал понять, что выбраться не получится. — Когда-нибудь. Если вдруг захочется. Ты приходи на тренировку как-нибудь, посмотри на мою выдержку.       После усмешки Эрен аккуратно коснулся груди Микасы, действуя намного мягче, чем в первый раз. Теперь он уже имел некую практику, пусть и единичную, поэтому сориентироваться стало в разы легче. Такая мягкая грудь, нежная... Хотелось касаться, изучать, и он не удержался от поцелуя в районе ключицы.       — Ну, раз уж меня официально пригласили… Может, и приду. — Она пододвинулась к нему, перехватывая его руку, чтобы опустить ниже, начиная водить его пальцами по клитору. — Я надеюсь, тебе хватит сообразительности не потерять его.       — Я знаю, что это и для чего. Анатомия и подобное мне легко дается. — Не прерывая движений, он уже сам утянул Микасу в поцелуй, продолжая ласкать ее грудь, иногда ухмыляясь, начиная ощущать, как в его груди колотилось все быстрее. — Так что тебе нравится, Аккерман?       — Хочешь разговорить меня — начинай действовать посмелее. — Она выгнулась так, чтобы ему было удобнее ее трогать, и придвинула ногами его ближе. — Я не укушу. Может быть.       — Думаешь, испугаешь укусами? Меня? Мне нос разбивали. — Он отстранился только чтобы взглянуть в глаза Микасы, но сразу вернулся к делу.       Ему определенно нравилось все это, поэтому Йегер, получив разрешение на дальнейшие действия, продолжил уже активнее. Не сдержавшись, он все-таки прикусил легко ее сосок, но моментально поцеловал и несколько раз провел по нему языком. Большой палец оставался на клиторе, пока средний скользнул внутрь, начиная двигаться увереннее. Закусив губу, она непроизвольно сжала бедра, двигаясь навстречу его пальцу. Стянула свои волосы в низкий хвост резинкой и провела рукой по его торсу, Аккерман спустила с его бедер штаны, начиная водить пальцами по члену.       — Эй, будешь так делать, я ведь опять… Не сдержусь. — Он сильнее сжал зубы на ее груди, хмурясь. — А я хочу дольше. Продержаться.       Чуть отстранившись, Йегер раскрыл упаковку и, подумав, все же вложил ее в руку Микасы. Она аккуратно открыла упаковку, повторила все снова. Конечно, ему самому хотелось попробовать, но заняться еще разок сексом хотелось еще больше. Взвесив все риски от неправильного обращения с презервативом, вариант довериться вновь Микасе стал единственным верным.       — А я думала, что ты возьмешь больше.       — Надо предупреждать о таком. Ладно, я просто думал, что и до первого не дойду, перенервничав. — Говорить стало сложнее, из-за чего каждое слово давалось непросто, и звучало более жестко. — Принесу потом пачку, приду с самого утра… Выживешь?       Притянув ее к себе за бедра, Эрен припал к ее шее, целуя за ухом, спускаясь ниже, помогая себе при этом рукой входить медленно, неспешно.       — Может, и выживу. — Микаса обняла его, подставляя шею поцелуям. Она нетерпеливо заерзала, прижимаясь губами к его уху, шепча: — А может, и нет. Ты ведь такой сильный и выносливый… Да, для меня точно подготовили дополнительный котел в аду за такое.       — За совращение еще и добавить сверху могут. — Сглотнув, он улыбнулся, начиная ритмично, плавно двигаться. — Особенно за то, что мы точно не ограничимся именно этой позой. Интересно, что я считал тебя недотрогой, а на деле…       Он не стал говорить дальше, уткнувшись в шею Микасы, постепенно ускоряясь, но помня о том, чтобы не отнимать руку, вновь оказавшуюся между ними.       — Обещал ведь не терять.       Она застонала, упираясь головой в шкафчик. Аккерман сжала его плечи, впиваясь в них ногтями, а затем провела ладонями вверх по шее, слегка сжимая ее.       — Давай сменим позу, — быстро прошептала Мика, отстраняя его, чтобы повернуться к нему спиной и нагнуться, заставляя его приподнять ее правое бедро.       Ему потребовалось чуть больше времени, чтобы сориентироваться и подстроиться. Однако, прижав ладонь к ее лопаткам, Эрен вскоре уже задвигал бедрами, совершая уверенные толчки. Она сжала другой рукой столешницу, начиная громче стонать и краснеть сильнее.       — Не меняй темп! — сказала она, хватая ртом воздух.       — И что тогда? Неужели снова кончишь со мной? — Слегка сжав ее грудь одной рукой, он хмыкнул, но послушался. — Такому ведь точно не учат в церкви.       Задышав чаще, Эрен хмурился и закусывал губу, концентрируясь на собственных ощущениях, которые ему безумно нравились.       — Эрен, не смей бесить меня сейчас, — прошипела она, опуская одну руку вниз, чтобы начать самой массировать клитор. С каждым движением дышать становилось труднее, из-за чего она опустила голову.       — Мне нравится, как ты сейчас выглядишь, — тихо произнес он, словно извиняясь за сказанное ранее.       Методичные поступательные толчки стали чуть резче, глубже, и сдерживать сдавленные и хриплые стоны уже не получалось. Эрен с силой сжал бедра Микасы, ускоряясь, действуя иначе, чем раньше, больше прислушиваясь и к себе. Напряжение нарастало, как и сила, с которой он начал двигать бедрами. Продержаться так, как планировал Эрен, не вышло ровно по причине, что Микаса оказалась и в такой позе невероятно красивой. Хотя в большей степени роль сыграло то, как она задрожала, сжимаясь.       — Ощущаю себя идиотом, который по собственной глупости отказывался от того, что всегда было рядом. — Стянув презерватив, он выбросил его в мусорку и, натянув штаны, сел на стул, прижимая ладонь ко лбу.       — Забавно звучит. — Хмыкнула Аккерман, поправляя халат. — Я схожу в душ. Если хочешь — доешь все.       Она растрепала его волосы, усмехаясь, и скрылась в ванной.       — Ну, тут просить дважды меня не нужно. — Быстро прожевывая, Эрен запивал соком, не сразу сообразив. — А ты? Ты же почти ничего не ела. И в тот раз ведь тоже. Хочешь, я принесу тебе яблок в следующий раз? Мама постоянно отправляет, и мы уже не знаем, куда их девать.       Поднявшись, он прижался спиной к стене возле ванной, но не стал заходить внутрь.       — Я поем дома. Не особо сейчас хочется, знаешь ли. Да и куча яблок сгниет здесь за неделю. — Микаса улыбнулась, регулируя температуру воды. — Да и разница какая, ем я или нет… Это тебя прокормить сложно, а мне двух сэндвичей на весь день хватает.       — Я все равно принесу, оставлю их здесь. Мало ли. — Вздохнув, Йегер сомневался, пару раз едва не решившись присоединиться к ней, но ведь это было бы слишком личным. — Вдруг ты от голода на мне в обморок упадешь. Не боишься? Ладно, я не лезу. Но не нужно меня подкармливать. Привыкну еще…       — Котенок, мы с тобой тут работаем. Снятие видео — не один час. И ты будешь все это время голодный? — Микаса строго на него глянула, убрав шторку. — Так дело не пойдет. Дают — ешь.       — Тут тебе виднее. Это вообще только по воскресеньям я обычно голодный. Утром не успеваю, потом тренировка, а столовая закрыта, вот и получается. — Он пожал плечами, рассматривая кран над раковиной. — Между прочим. Ты ошибалась, когда говорила, что я буду пыхтеть. Видишь, я был прав.       — Ну, а ты говорил… Как же там… Ах, да! «Нецелованная недотрога! Ты вообще хоть что-то знаешь, кроме описанного в учебниках?» — Микаса рассмеялась.       — Я так говорил? Вообще не помню такого. Ты в школе слишком правильная, вся такая сдержанная. Еще и Хистории чем-то не понравилась. Да и я не думал, что вдруг именно ты узнаешь обо мне больше, чем кто-либо. — Нахмурившись, Эрен кашлянул и убрал руки в карманы, меняя тему. — Так ты точно уверена, что хочешь дополнить свой контент еще и мной. Твои клиенты не расстроятся? А если они будут ревновать?       — Решил заднюю дать? — Она выключила воду и обернулась полотенцем. — Мои клиенты могут просто взять и не покупать то, что им не нравится. Вот и все. Я вообще думаю отказаться от привата. Нужную сумму я все равно наберу, хоть и медленнее.       — Нет. Если я сказал, то я это сделаю. Конечно, я могу устроиться и разгружать что-нибудь, но… Тогда точно придется идти в медицину. Эрен Йегер — санитар. Или кто там в больнице утки меняет? Думаю, бабули меня будут любить. Поэтому я уж лучше так. Понервирую своим присутствием того щедрого богача одинокого. Ему наверняка будет обиднее всех, если ты прекратишь скакать перед ним. Я думал, тебя вырвет. Серьезно. Ты была прям бледная такая.       — Давай не будем об этом говорить. — Хмыкнула она. — Тошнит, не тошнит — но деньги нужны, иначе я навсегда здесь останусь. И за рвоту не платят.       — Ладно. Я всего лишь хотел сказать, что со мной тебе все же действительно понравилось. Ну, мне приятно понимать это. Знаю, знаю. Я козел, подача информации хромает. Если хочешь, можем не говорить о них всех. — Помявшись, Йегер шмыгнул носом, понимая, что мог и впрямь вести себя не очень красиво. Да и она как-то по-странному изменилась в лице. — Есть наработки на дизайн формы? Я бы взглянул. Еще Хиса прислала свои мерки. Она не захотела приезжать, поэтому сделала это в салоне миссис Рейсс.       — Есть, но их нужно перенести на бумагу. — Микаса улыбнулась. — Но я уже придумала. В следующую субботу как-нибудь куплю ткань и в воскресенье начну шить. Можешь, в принципе, не приходить.       — Я, вообще, планировал сгонять кое-куда… — Задумавшись о своем, Йегер сжал губы и переступил с ноги на ногу. — Но я могу помочь привезти все. Я буду на машине. Во сколько и куда подъехать?       — Ну, не знаю. Давай лучше в обед у магазина с тканями. В центре. Знаешь его? Там еще торговый центр рядом. — Достав зубную пасту и щетку, она выдавила немного, задумываясь. — Собственно, все. Больше помощь мне не нужна. Только мерки скинь и все.       — Хорошо. Подъеду туда. — Он кивнул, едва заметно хмурясь, но лишь на несколько секунд. Мика быстро почистила зубы и вернулась в комнату. — Тогда… Раз больше не нужен на сегодня, то пойду. Может, успею позаниматься и все такое.       Дернув плечом, он вернулся в спальню, начиная переодеваться следом, не особо понимая, почему начал вдруг торопиться.       — Я думала, ты еще немного побудешь, но ладно. Не буду задерживать. — Микаса достала из шкафа одежду, сразу одеваясь в старую футболку на два размера больше и шорты. — Все равно я сейчас буду рисовать.       — И можно посмотреть будет? — Застыв, застегивая пуговицу, Эрен уставился на нее. — Мне просто показалось, что ты наоборот хочешь побыть одна, поэтому. Черт, я просто не знаю, как себя сейчас вести, ну и… Я бы остался.       — Ну, так оставайся. Садись, ложись. Как хочешь, короче. — Микаса собрала волосы в пучок, садясь за скетчбук. — Хистория тебе ничего не говорила о том, какую бы форму она хотела?       — Нет. Но у меня есть фотографии с ней, как она одевается на тренировках. Поможет? — Достав телефон, он немного покопался в нем и протянул Микасе. — Там еще есть видео.       — Да, примерно в таком стиле я и представляла все. Хорошо, это будет не сложно. — Микаса усмехнулась, начиная рисовать. Сосредоточившись на образе, Аккерман совсем потеряла связь с миром, задумчиво вырисовывая плавные линии, бурча себе под нос комментарии.       — За нее всегда кто-то что-то делает. Даже с Имир прибегла к моей помощи. Отец дает деньги… Но девчонки считают ее иконой стиля. Или как там у вас говорят? Ну, либо к ней просто подмазываются. Не особо разбираюсь, если честно. Но было бы неплохо, если бы вы хоть немного поладили. Она так-то тоже хорошая. — Достав сигареты, Эрен уже привычно подошел к окну, открывая его и закуривая.       — Не знаю. Как человек, который хочет поступать на дизайнера одежды, говорю — к ней подмазываются. Она одевается в стиле преппи, и при этом умудряется выглядеть… Посредственно. — Микаса хмыкнула и продолжила: — Она одевается не по своему цветовому типажу и росту. Поэтому одежда укорачивает ее еще больше, и не сочетается с ее холодным тоном кожи. Иногда наряды получаются нормально, но чаще всего — мимо. Но не мне ее судить, верно? Я хожу в балахонах.       — Да вроде и так милая. Ну, не знаю. Я не рассматривал ее никогда, как девушку-девушку. Слишком долго знакомы для этого. Но, пожалуйста, не язви при ней, мне и без того не так легко пришлось, когда я просил ее помочь. Она должна была стать моделью у другой участницы, но будет у тебя. — Затянувшись, он медленно выдохнул дым, наслаждаясь процессом.       — Представляю ее верещания. — Микаса закатила глаза, хмыкая, и показала ему свою работу. Для Эрена он больше был похож на чертеж, чем на обычный рисунок. — Вот, смотри. Это не конец, но тоже неплохо. Формат юбки я могу еще поменять, но это не особо важно. В любом случае, под юбкой будут шорты в тон, чтобы девочки не были скованы мыслью, что кто-то сможет что-то увидеть. Потом еще отрисую примерный вид зимней. Там хочу сделать как платье, а не топ с юбкой.       — Красиво же. Не знаю, как поможет мое мнение, я не такой специалист в дизайне. Мне просто нравится то, что ты придумываешь. Я не подмазываюсь. — Выкинув окурок, Йегер подошел сзади и, устроив руки на плечах Микасы, прижался подбородком к ее макушке, всматриваясь. — Цветовая гамма красивая. И точно должно быть удобно. Ты опять молодец!       — Спасибо. — Она улыбнулась, продолжая рисовать. — Но если она начнет сильно критиковать и приставать — я не стану молчать, и мы поругаемся.       — У нее есть девушка. Приставать не станет. — Сдерживая усмешку, Эрен зарылся носом в волосы Микасы, обнимая.       — Я говорила не в этом смысле. Она любит докапываться до всех. — Микаса подняла голову, серьезно глядя на него. — Она та еще сучка по отношению ко многим девочкам.       — Возможно. На тренировках она не менее требовательная, чем я. Но из-за меня в слезах никто еще не сбегал. Она просто не любит чужое мнение. — Эрен поцеловал Аккерман в лоб, улыбнувшись. — Но она тебе нужна. Считай, это сразу будет ясно, кого следует поддержать. Ты хоть видела меня в форме? У других не будет шансов. Ну а парни дрочат на Хисторию. Наивные идиоты.       — Было бы на что дрочить. — Микаса едко хохотнула. — По ней же видно, что она не заинтересована в них, а в ком-то другом. Кто пользуется местоимением «она».       — Объясни это Райнеру. — Рассмеявшись, Йегер отстранился, чуть разминая плечи Аккерман. Ему точно нравилось касаться ее, быть рядом. — Мы как-то пытались целоваться, когда она разбиралась в себе. Но даже начать не смогли. Я заржал, потому что понял, что вообще не торкнуло ни разу на нее, и занервничал, а она заплакала. После сказала, что я красивый, но плакала, потому что ей было дискомфортно. Я из-за нее сам потом переживал, что с девушками не получится.       — Какой ужас. — Микаса закатила глаза, возвращаясь к рисованию. — Да ну ее. Пусть тусит со своей странной девушкой и дальше. Я не хочу ей сопереживать.       — Имир не странная. Ну, только немного. Мне кажется, или тебе не нравится все мое окружение? — Обхватив Микасу пониже груди, он устроил подбородок на плече. — Я даже не знаю, как это расценивать.       — Ну, да. Они все, как минимум единожды, но подкалывали меня за все это время. Ты уж прости, но любить я их за это не стану. — Аккерман нахмурилась. — То, что они позволяют себе насмехаться надо мной, или кем-нибудь еще в моем положении, не делает их хорошими людьми. И если бы они узнали о том, чем я занимаюсь, поверь, меня бы со свету сжили. Они бы даже слушать не стали, почему я так поступаю.       — Значит, я тоже не особо хороший, если общаюсь с ними? Но я узнал, и я ведь не стал осуждать и разбалтывать. — Он не отстранился, но заметно напрягся. — Да и их поведение не берусь судить, ведь сам позволял себе многое. Даже с тобой.       — Ну, ты ведь выслушал меня. И никому не рассказал. Но они не станут так поступать. Половина из твоих друзей обычных девушек за людей не считают, а меня — тем более. — Мика отложила карандаш, вздыхая. — Слушай, я говна наслушалась от таких, как они, достаточно. И это просто за то, из какой я семьи. То, что я делаю дизайн костюма — не значит, что я подружусь с ними. Этого никогда не произойдет. Пока я не уеду, я всегда останусь для таких жертвой, над которой нужно издеваться. Вот и все.       — Мне жаль, что с тобой так обходились. Правда, жаль. Но если нет особого статуса в школе, то ты либо жертва, либо тот, кто травит. Так уж повелось. Но даже мне иногда невозможно оставаться в стороне. Думаю, я ну был неправ, что вел себя так. Это наверняка выглядело глупо. Но многие из тех, кто издевался, на самом деле вымещают свои комплексы, если уж быть честным. Райнер сомневается в себе. Хиса боится, что ошибется, и ее обсмеют. Конни… Ну он один просто такой, какой есть.       Прижавшись лбом к шее Микасы, Эрен закрыл глаза, убирая руки.       — Мне все равно на их проблемы, Эрен. Это не повод издеваться надо мной и дергать меня за чертову юбку. У меня тоже есть страхи и расстройства, но я не бегу к Хистории, чтобы начать измываться над тем, что ее духи пахнут, как яйца пастора, которые прели со времен рождества Христова.       — У меня что, настолько все плохо с обонянием? — Он прислонился к столу, чтобы видеть лицо Микасы. — Я знал, что с запахами я не особо дружу, но чтоб настолько… Мне стоит спрашивать, откуда такое сравнение? Ладно. Ладно, я просто пытался извиниться и немного оправдаться. — Вздохнув, Йегер взял скетчбук, начиная неторопливо листать его, рассматривая зарисовки.       — Не нужно передо мной извиняться и оправдываться. — Микаса хмыкнула. — Мне такое не нравится. А сравнения — из рассказов. Просто не нужно говорить со мной о своих друзьях, в девяносто девяти процентах случаев тебе не понравится исход диалога.       — Еще одна тема, которую мы не поднимаем, понял. — Продолжая листать страницы, Йегер на некоторых останавливался дольше остальных, рассматривая внимательнее. — А что скажешь обо мне? Одежда. Как пахну. Выгляжу.       — Одежда опрятная, глаженная. Не то, чтобы икона стиля, но нормально. Правда, прическа тебе не идет. Длинные волосы кажутся неухоженными. Чуток укоротить длину, может, оставить челку, чтобы подчеркнуть овал лица. Пахнешь каким-то гелем для душа. Манго? Тропическое что-то. В общем-то, неплохо. В отличие от остальных.       — Думал, что скажешь «все очень плохо». — Посмеявшись, Эрен заметно расслабился. — Правда, не могу сказать, что за гель. Но, наверное, так и есть. Я не люблю ходить грязным. И это беда для футболиста, признаюсь. Ну, а волосы… Их невозможно уложить. Это реальный кошмар. Сколько бы ни пытался, но все бесполезно — в шлеме потеешь, они как застывают. Хоть вообще коротко стригись.       — Не нужно коротко, — тут же выпалила она. — Если хорошо вымыть голову, в принципе, все нормально будет. Если взять ту прическу, о которой я говорила.       — Нарисуешь? Ну, или… — Отложив скетчбук, Эрен взял карандаш и чистый лист бумаги, набросав овал и примерную стрижку. — Что-то такое?       — Примерно. — Микаса улыбнулась, отнимая у него карандаш. Она перерисовала его рисунок, дополняя своими пометками. Так, чтобы если он захотел пойти к парикмахеру, он точно понимал, что нужно делать. После чего Аккерман вырвала лист из скетчбука. — Дарю.       — Оставлю на память. — Заулыбавшись, Эрен аккуратно сложил лист и убрал в карман. — Повешу в шкафчик в раздевалке, чтобы пытаться делать такую укладку. Да уж… Вопросов завтра, чую, будет много.       — Так и скажи: вписался в порно, времени нет на то, чтобы разглагольствовать с вами. — Микаса рассмеялась, возвращаясь к рисунку формы. — Смотри, как бы тебе после таких потрясений кошмары не снились.       — Если я так скажу, от меня точно не отъебутся, пока не выдам все подробности. Парни любят обсуждать подобное ничуть не меньше самых заядлых сплетниц школы. До этого тема со мной просто не поднималась, но сейчас… Да и вообще, большую часть времени ты была ведущей. Кстати. Мне не снятся сны. Так что, я не увижу ничего из того, что здесь было сегодня. Разве что другие разы. На видео.       — Будешь пересматривать? — Она вдруг ухмыльнулась. — Главное, чтобы это не повлияло на твою успеваемость. А то вдруг станет одно на уме крутиться. Не обижайся, я шучу.       — Я не втянусь настолько. — Он отмахнулся, смеясь. — Тем более что это окончательно поставит крест на возможности поступить хоть куда, но не в медицинский. Да и столько лет жил спокойно. Секс по воскресеньям ничего не изменит.       — Надеюсь, что так. Знаешь, забавный факт, но у порнозависимых мужчин намного чаще не стоит. Так что половина парней, которые платят мне, могут считаться чуть ли не импотентами. — Микаса прошлась красными карандашами по рисунку, придавая ему цвет. — Сейчас закончу с цветом, и можно будет показать ей.       Эрен едва заметно скривился, представив, что было бы, случись с ним такая беда. Ведь действительно повезло — он не являлся зависимым настолько. Но теперь точно придется контролировать, наблюдать за своим поведением. Однако он предпочел дальше не развивать эту тему.       — Мне помогали отжимания. Когда нагружаешь тело, то голова пустеет. Нет, ну, секс, конечно, приятно… Но не думают же люди об этом сутками. Согласись, это было бы странно: м, как хочется поскорее снова засунуть член в нее. Там ведь было так… И потом… — Посмеиваясь, Йегер вернулся на диван, садясь поудобнее. — Это точно не про меня. Я спокойный сам по себе. Могу пригласить попытаться Хисторию раньше, чем ты сошьешь. Если нужно.       — Зачем? Она нужна мне для примерки и последующей корректировки. — Аккерман усмехнулась. — Да, бывает, что люди постоянно думают о чем-то, если это что-то да значило для них. Это нормально.       — И что, ты будешь думать часто о нашем сексе? В каком ключе? Было неплохо? — Улыбка осталась на его лице, но взгляд и поджатые губы выдавали ожидание ответа. Казалось, что он уже и о Хистории забыл.       — Может, и буду. — Микаса загадочно улыбнулась, медленно поворачиваясь к нему на крутящемся стуле. — Сидишь на своей алгебре, смотришь в окно, а там я в соседней аудитории сижу и думаю о том, как отлично было бы сейчас в этой квартире отснять что-нибудь. Например...       — У меня нет сейчас ни одного презерватива, — быстро ответил Эрен, напрягаясь и убирая руки в карманы. — Поэтому ни о чем таком подробно разговаривать не буду. Ты это специально ведь начинаешь. Очень весело, Аккерман.       — Уже представил себе? А что представил? Минет? Максимально пошло-слюнявый, чтобы аж тушь текла. — Она продолжила улыбаться.       — Нет, не представил. — Пришлось откашляться, чтобы не выдал голос. — Погоди, ты собираешься снимать именно так? Вот прям так?       — Да. Именно так. Камеру куда-нибудь в бок, и вперед. Я бы даже сказала, что у тебя фотогеничный член. — Она задумчиво постучала по коленке. — А ты как думал?       — Это самый странный комплимент, который я получал когда-либо. — Смех сразу вырвался, заменяя волнение, и Эрен непроизвольно попытался сесть более свободно, но одернул себя. — Ты ворвешься в новый контент с минетом. Знаешь, я мог бы держать камеру в руках. Многим парням нравится именно такая съемка.       — Вторую в руки возьмешь и все. — Микаса пожала плечами, улыбаясь. — Все, с тебя на сегодня хватит таких тем, котенок. А то я тебя совсем потеряю.       — Думаю, разберемся на месте. От меня же будет требоваться лишь правильно снимать и светить членом. Так что, не вижу ничего предельно сложного. Остается надеяться, что не будет, как в первый раз. Ну да ладно. Увидим. Знали бы остальные, чем я занимаюсь, изошлись бы завистью. — Хитро улыбнувшись, Эрен пригладил волосы двумя руками и тут же растрепал их. — Тебе еще долго здесь? Я могу проводить, если нужно.       — Не особо. Сейчас оденусь, и можем пойти. — Микаса положила скетчбук в стол, сразу же доставая свое платье. — До следующей нашей встречи задаю тебе домашнее задание: визуализировать в своей голове идеальный первый ролик. Будешь потом мне пересказывать.       Она хитро улыбнулась, снимая с себя футболку. Тяжело вздохнув, Йегер с обреченным видом поднялся, закрывая сумку.       — Признайся, что тебе доставляет удовольствие следить за моей реакцией. Ты же знаешь уже, что возбуждаешь и быстро.       — Да. Признаюсь. — Улыбнулась она, натягивая ненавистное платье. — Раньше у меня была орда из мужчин, над которыми можно было издеваться. Теперь ты, и это явно интереснее.       Они вместе дошли до автобуса, после чего Микаса с ним распрощалась. В школе она старалась игнорировать его короткие взгляды, а после — в субботу — забрала ткань и заставила Эрена тащить свертки на четвертый этаж, а после спровадила его, никак не комментируя.       Эрен не особо понял причину такого поведения, но сказать ничего не решился. Все же у каждого из них были свои дела, заботы… Да и пошив одежды, разработка, наверняка дело хлопотное, и Микасе просто нужно время, и чтобы никто не отвлекал. Только если с этим все было отчасти, но понятно, то с причинами изменения в своем поведении разобраться было уже труднее. На тренировках он срывался на ребятах, подгонял их, а в школе так и вовсе иногда ловил себя на том, что просто пялился в одну точку, думая о том самом сюжете. И зачем только Микаса сказала ему заняться этим? Хотя, причина уже была ясна.