Теория чувств

      Вино продолжило постепенно нагреваться, как и продолжили нарастать неловкость и некое непонимание происходящего. Наблюдая за Аккерман, Йегер прикидывал, подбирал слова, прекрасно понимая, что от непривычного волнения мог сказать сейчас совсем не то, что хотелось бы. Показаться дураком в такой день — явно не красило бы его.       — Хочешь, я достану тебе теплый халат? Ты, конечно, в нем можешь утонуть…       — Давай. — Аккерман скинула мокрую обувь, ставя ее сразу же на сушилку. Заметив, что Армина нет в доме, Мика попыталась включить свет, но лампы не реагировали. — Наверное, авария где-то. Свечи есть?       — Сейчас что-нибудь придумаю. — Почесав затылок, Йегер первым делом нашел халат и повесил его на крючок в ванной. После он выключил плиту и, накрыв бутылку плотным полотенцем, вошел в ванную с мягким беспроводным ночником с изображенной на нем странной мордочкой и небольшими ушками.       — Свечей нет, но вот. Пойдет такое? Можешь цвет выбрать, какой тебе нравится.       — И что, оставишь меня одну? Голую в темной, страшной ванной? — Она взглянула на него исподлобья, проводя по набранной теплой воде ладонью.       — Призрак наш местный прикормлен сахаром, он не станет трогать мою жену. — Усмехнувшись, Эрен немного замялся, но вздохнул, словно ожидал этого. — Ты продержишься, пока я схожу за бутылкой и бокалами?       — Продержусь. — Хлопнув светильник по голове, она настроила мягкий желтый свет и поставила его на раковину. Достав из рюкзака розовый шар, она кинула его в воду. Бомбочка сразу же зашипела, стремительно растворяясь. — И пиццу с собой возьми!       Пришлось Йегеру нести маленький стул, на котором тут же разместилась тарелка с пиццей. Раздевшись, он залез в ванную, едва не потеряв равновесие, но все-таки сумев удержаться, не выронив при этом бутылку. Разве что бокалы звякнули, ударившись друг о друга. Опустившись в ванну, Эрен протянул один бокал Микасе, сразу наполнил оба и поставил бутылку на пол.       — Что? За этот день, думаю. — Улыбаясь, Йегер отсалютовал бокалом и пригубил вино. Теплое, оно быстро принялось разгонять кровь по организму. — Только по чуть-чуть пей. Иначе голова закружится. Горячая вода, пьешь в ней алкоголь…       — Хорошо. — Отставив бокал на раковину, Микаса начала раздеваться, откидывая мокрую одежду в ящик для стирки. Лифчик она сняла не с первого раза, холодные пальцы не могли расстегнуть замок, но Мика, все же, справилась, откидывая его в сторону. Туда же отправились трусики. Затянув волосы в пучок, она залезла в ванную, улыбаясь. — Удобно тебе тут? У вас ванна побольше будет.       Прижав ладонь к губам, проведя затем ею по лицу, Эрен немного уже успел ощутить действие алкоголя на организм. Или же так на него влияла Микаса, он точно не мог сказать.       — Я крайне редко могу себе позволить вот так посидеть и расслабиться. Суббота обычно проходила: домашка; упражнения на ноги, на пресс; а потом снова спать до ужина, чтобы доделать уроки и освободить немного вечер воскресенья от учебы. Уж точно еще никогда не было: ошарашить маму наличием девушки; поехать ее встречать, а вернуться женатым. — Смеясь, он осушил залпом бокал и поставил его на пол к бутылке. Взяв поочередно ноги Микасы, он вынудил ее вытянуть их, чтобы ему было удобно поглаживать ее мягкую кожу, все еще смотря в глаза.       — Я сидела у себя в комнате и делала уроки. Потом притворялась, что молюсь. — Микаса взяла бокал с раковины, принюхиваясь, а затем отхлебывая немного. Прижав ноги к его груди, она опустилась ниже, улыбаясь. — Странный вкус. Но мне нравится.       — Оно дешевое, конечно, но другого не было. — Он напрягся, задержав дыхание на вдохе, поэтому поспешил взять кусочек пиццы, отвлекаясь на еду. — Теплым вкусное. Жаль, что у меня нет апельсина, чтобы добавить, и какой-нибудь корицы. Мы обычно так и делали с Армином, когда кто-то из нас сдавал на хорошую оценку работу.       Закинув ногу Микасы себе на плечо, Эрен начал водить кончиками пальцев по ее коже до колена и обратно.       — А когда притворялась, скажи, обо мне думала?       — Конечно. Я еще за такие мысли в ад попаду! — Допив, Микаса отставила бокал, придвигаясь к Эрену, чтобы откусить большой кусок пиццы. — Если бы все это было реально — меня бы уже давно распяли на кресте, как грешницу. Представь себе, как тяжело притворяться, что молишься, при этом изнывая от возбуждения? Да я актриса хоть куда.       — И что же ты такое представляла, что наказание такое ждало, да еще и… возбуждалась? Поделишься со мной? Сейчас ведь уже можно. — Большим пальцем он стер небольшую крошку с губы Микасы и улыбнулся с неким вызовом. — Хочу знать, что творится в твоей голове, о чем ты думаешь, чего хочешь.       — Я прокручивала в голове некоторые моменты. — Аккерман села на него, слегка прижимаясь к его груди. — Вот, например, долгие поцелуи, то видео и что было после него.       — Я уже говорил, что оказался в какой-то момент самым везучим мужчиной? — Улыбаясь, он переместил руки на ее ягодицы, усаживая удобнее и чуть повыше. Он прижался к ее губам, плавно и неторопливо, постепенно углубляя поцелуй. — Ты согрелась? Теперь ведь не заболеешь? Представь, если бы заболела, я бы залезал к тебе в окно, чтобы передать что-нибудь вкусное и проследить, принимаешь ли ты все, что выписал доктор.       — Это было бы опасное развлечение, знаешь ли. — Аккерман слегка отстранилась, из-за чего его губы задевали ее. — Но у моего окна стоит дерево. По нему можно залезть. Главное, чтобы соседская собака не начала гавкать.       — Тогда пришел бы с куском колбасы, чтобы задобрить. — Эрен набрал в ладони воду, чтобы вылить ее на плечо Микасы, а следом повторить это и с другим. Он смотрел, как стекали капли с ее гладкой кожи, и улыбался. — Тебе говорил кто-нибудь, что ты очень интересная девушка? Даже без секса. Мне нравилось приходить к тебе, чтобы даже просто поболтать, посидеть. Да, это сложно, потому что смотришь на тебя, и сразу такие мысли… Но все равно. С тобой даже молчать не напряжно. Если что, я так глупо пытаюсь сделать комплимент.       Моргнув быстро несколько раз, Йегер провел влажной ладонью по волосам Аккерман, убирая их с ее лица.       — Чтобы получать от тебя комплименты, нужно было подписать одну бумажку? — Микаса укусила его за подбородок, а затем взяла кусок пиццы, вздыхая. — А ведь тебе просто было интересно то, как я работаю.       — А еще мне нужно было выпить. Не так-то просто, как выяснилось, сделать комплимент девушке, которая нравится. Да и работа не особо меня интересовала. Просто не каждый день выпадает возможность увидеть вот так вот девчонку, которая еще и дофига приличная. У меня такой шок был… Но, знаешь, если бы я начал подкатывать к тебе в школе, ты бы меня послала куда подальше. — Немного смущенно улыбнувшись, Йегер приблизился к Микасе, сразу тычась носом в ее шею, прикрывая глаза.       — Значит, я тебе понравилась? Поэтому тогда под юбку полез? — Аккерман села обратно, с удовольствием поедая треугольник пиццы. — Или просто возбуждают ноги в колготках? Провел бы карандашом по бедрам, а потом выше…       — Ты отличалась от других, вот и привлекла внимание. Другим парням ты тоже нравилась, но встречаться с тихоней и непонятной они побаивались. А так… — Пальцы Эрена прошлись от колена Микасы выше, огладили бедра сперва с внешней, а после и с внутренней стороны, чуть раздвигая при этом ноги. Его ладонь прижалась к животу Аккерман, опустилась немного ниже и остановилась. — Мне не понравилось, как Райнер пялился, поэтому и оттолкнул его тогда. Я не такой козел, как можно подумать.       — Ну, мне ты тоже показался козлом. — Микаса легла удобнее, чуть задерживая дыхание. — Райнер на всех так пялится. Особенно на блондинок.       — Сколько мы с ним знакомы, он постоянно буквально требует устроить ему свидание с Хисторией. — Йегер вздохнул и устроился так, что его голова легла на грудь Аккерман, а ее ноги — по обе стороны от его торса. Он дышал ровно, глубоко, спокойно, и мирно улыбался. — Один раз получил от меня по роже, когда перегнул палку в описаниях своих желаний. А когда я узнал, что он еще и твои трусы купил, жутко разозлился. Одно, когда ты не знаешь, кому они достаются и что с ними делают, а другое, когда знаешь этого человека, когда догадываешься, что он будет делать. Мика, ты мне очень нравишься. Мне с тобой хорошо так. Я ни капли не жалею ни о чем. Разве что мячом слишком сильно получилось. Извини, что так изменил твою жизнь, а про кольцо забыл.       — У меня есть два пластмассовых кольца из-под шоколадки. Хочешь? — Она массажными движениями прочесывала его голову. — Наденешь на мизинец.       — Хочу. Я даже снимать не стану. Обещаю. А у меня… У меня есть одна награда за участие… Участие в играх, когда еще мелким был. Там просто лист клевера. Ты будешь ведь носить? Я хочу, чтобы он был при тебе. — Шумно выдохнув, Эрен совсем расслабился, обхватывая Микасу за талию, прижимаясь к ней, едва не мурлыча от наслаждения.       — Хорошо. Буду носить. — Ее руки медленно перешли от головы к плечам, разминая их. — Главное, не спалиться в школе. Хотя, кто бы мог вообще себе такое представить? Никто. Так что, это будет легко.       — Ты понимаешь, что мы с этого дня женаты? Это ведь значит, что вместе. Ты осознаешь это? Я еще не полностью, вроде бы. Как бы… Вот я тебя сейчас обнимаю ровно так, как и до этого. И пахнешь ты все так же вкусно, как и до этого. Голос такой же приятный, так же возбуждающе касаешься меня… — Губы Йегера оставили легкий поцелуй на груди Микасы, а после он поднял на нее взгляд. — Мне кажется, что я уже…       — Ребята, я дома! — выкрикнул Армин и захлопнул за собой дверь, из-за чего Эрен нахмурился, замолчав, и отстранился.       — Мы сейчас подойдем! — Йегер сел на другую сторону ванны и, взяв бутылку, сделал несколько глотков из горла.       — А чего вы без света? Темно же. — Щелкнув выключателем, Арлерт включил в ванной свет.       — Спасибо. Так лучше. — Прикрыв глаза, Йегер вздохнул и взглянул на Микасу, выбираясь из ванны. — Ты лежи еще, отдыхай и грейся. Я выйду к нему. Подготовлю.       — Окей. — Аккерман звонко шлепнула его по ягодицам, ухмыляясь. — Ну, что смотришь? Хочешь еще? Или хочешь меня наказать за своеволие?       — Скажу: жаль, что в это воскресенье ты не хочешь меня пускать в квартиру. Здесь наказать тебя не получится. К сожалению. Больно ведь теперь. — Покачав головой, Эрен обернул полотенце вокруг бедер и, наполнив бокал Микасы, прихватил с собой бутылку. Не оставлять же все ей. Мало ли.       Переодевшись, Йегер плюхнулся на кухонный диван, пока Арлерт угощался оставленной ему пиццей.       — Я женился. — Прямо и без лишних разговоров. Армин едва не подавился.       — Твои шутки эти, Эрен, — он рассмеялся, но, взглянув внимательнее на друга, округлил глаза. — Ты не врешь.       — Не вру. Это правда. Буквально недавно. На Микасе. Это было внезапно, но… Это единственное правильное и осознанное решение в моей жизни, кроме футбола. — Тяжело вздохнув, Йегер сделал глоток вина и заулыбался. — Знаешь только ты. И никто пока знать не должен. По многим причинам. Начиная с той, что ее родители вообще не в курсе всего творящегося, поэтому так.       — Понимаю. — Армин совсем растерялся, даже не понимая, видимо, как нужно реагировать на подобное. Пока Эрен не распахнул объятия, подсказывая. Арлерт сразу же обнял его, улыбаясь. — Поздравляю. Нет, правда, поздравляю. В первую очередь тебя. Ты урвал прекрасную девушку, и вы так смотритесь, словно совершенно подходите друг другу. Другую бы ты точно не стал слушаться, а тут… Тебе очень идет. Только и Микасу не обижай.       — Ну, все-все, я же растрогаюсь! — Эрен шмыгнул носом, хлопая Армина по плечу. — Ты единственный, кому мы решили доверить наш секрет.       — Я никому вас не выдам, можешь быть уверен. — Армин отстранился и, улыбаясь, сел рядом. — Только… Что насчет той вечеринки на Хэллоуин? Вы же пойдете вместе?       — Почти. — Эрен напрягся, почесывая кожу головы, отводя взгляд. — Не так все просто.       — Значит… Ты ее не пригласил? Свою жену ты не приглашаешь на бал, я правильно понимаю? Ну и… С кем ты идешь тогда? А она? Или вы оба не пойдете? Наверное, это будет оптимальным решением для вас, если не хотите палиться.       — Мы пойдем. Просто… Немного раздельно. Она с этим идиотом, которого во вторник я вздрючу на поле так, что он «мама» сказать не сможет. А я… — Эрен сделал глоток вина, а после плотно сжал губы.       — А ты с Хисторией. Понятно. — Армин отошел в сторону, глянув в сторону двери. — Мне не особо нравится этот цирк, но я и Хису понять могу. Школа всегда полна озлобленных и завистливых. Смотри, чтобы не обидеть этим Микасу.       — Она все понимает, да и я не собираюсь весь вечер торчать с Хисторией. Только приеду с ней, а дальше уже ее проблемы. Я хоть и ее друг, но… Думаю, я все же помогу ей в этот раз, а дальше — посмотрим. Меня слишком достало корчить парочку с ней. Это противно. И она знает мое мнение. Посмотрим, как все получится. — Отпивая вновь из бутылки, Йегер опустил взгляд, а после поднялся. — Все равно. Спасибо тебе, что остаешься на моей стороне.       — Не проблема. Сам знаешь, друзья всегда должны уметь поддержать. Только все же обдумай все в этой ситуации, прежде чем решить, с кем приезжать туда. — Армин хлопнул Эрена по плечу, позволяя ему уйти в свою комнату.       Завалившись на кровать, Йегер устроил бутылку на тумбочке, а сам распластался звездой, смотря в потолок, стараясь отстраниться от всех шумов. Спустя тридцать минут в комнату вошла Микаса, уже одетая в футболку и шорты. Покопавшись немного в рюкзаке, она достала расческу и подошла к окну. Из открытой форточки задувал свежий, пропитанный дождем воздух.       — Ты допил вино? — спросила Аккерман, поворачиваясь к нему. Расчесав волосы, она медленно заплетала их в косу. — А то выглядишь так, словно выпил все залпом.       — Не-е, — протянул он, приподнимаясь на локтях, легко улыбаясь. — Просто, видимо, слишком давно не пил, еще и тепло было… И день насыщенный. Там осталось еще немного поменьше половины. Сказал Армину. Он рад за нас.       — Я не сомневалась. — Улыбнувшись, она отложила расческу, ложась на него сверху. — Чем займемся? Спать еще рано. Армин сказал его не беспокоить, потому что он опять в наушниках за своей учебой.       — Я обещал тебе подарок. — Эрен разжал ладонь, на которой расположился кулон на цепочке. — Можно? Я застегну. А после я хочу, чтобы ты меня поцеловала. А еще… Могу включить какой-нибудь фильм. Или последовать традиции послесвадебной.       — А ты замок починил, чтобы последовать традиции этой? — Тут же нахмурилась Микаса, бросая взгляд на дверь, пока он застегивал кулон. — Не починил. Вот пока ты эту дверь не починишь, никакой традиции тебе не будет.       — Ты ведь не серьезно сейчас, да? — Эрен отстранился и поправил украшение, смотря на него, но никак не в глаза Аккерман. — Там ведь надо снимать эту ручку, а устанавливать новую. Конечно, не очень долго. Даже быстро, но… Может, я просто повешу галстук на ручку? Или щеколду приделаю? Ну это так муторно…       — Делай так, чтобы дверь закрывалась насовсем. Я жду. — Аккерман села на край кровати, скрестив руки на груди. — Я не хочу повторения утра.       — Аккерман, даже суток с нашей свадьбы не прошло, а уже ультиматумы. — Вздохнув, Эрен начал рыться в ящиках, выискивая нужные ему вещи. — Вот дурак. Я ведь переложил!       Подставив стул, он достал с верхней полки шкафа небольшой чемодан, в котором находились необходимые инструменты и сама новая ручка. Вскоре он, сжимая губами саморез, ковырялся с дверью, затягивая все заново. Не прошло и двадцати минут, как Эрен, довольный собой, продемонстрировал, как теперь закрывалась дверь, убрал все и вернулся к Микасе.       — Ну? Теперь не страшно? Со мной в одной комнате… — Эрен выгнул бровь, усмехаясь. — Теперь ведь ключи от двери у меня. Опять.       С привычной улыбкой он показал связку, на которой теперь блестел и маленький, неприметный ключик.       — А мне должно быть? — Микаса улыбнулась. — В тебе проснется титан-людоед или что-нибудь еще? Мне пора бежать через окно?       — Может быть. Жаль, что так же быстро нельзя организовать шумоизоляцию, правда? — Вздохнув, Йегер повалился на кровать, увлекая за собой Микасу, принимаясь сразу искать ее слабое место щекоткой.       — Отстань! — засмеялась она, упираясь руками в его грудь. — Это нечестно, хватит!       Слегка оттолкнув его, она и сама принялась за щекотку. Схватив его ногу, Аккерман начала достаточно быстро щекотать стопу.       — Нравится, а?       Он дернул ногой довольно резко, пытаясь скинуть ее руки, но, заливаясь смехом, он становился абсолютно беспомощным. Едва не захлебываясь от смеха, смахивая слезы, Эрен изо всех сил старался не задеть ненароком Микасу. Улучив момент, он навис над ней, зафиксировав одной рукой ее запястья над головой.       — Я же все равно сильнее. Это бесполезно, дорогая, сопротивляться.       — Ты первый начал, — тяжело дыша, сказала она. — Теперь намекаешь на то, что ты сильнее? Это дискриминация? Если будем разводиться, я укажу, что ты ущемлял меня.       — Конечно. Тебе скажут, что я не мог так сделать, ведь похож на милого котенка. — Состроив самое невинное выражение лица, Эрен печально взглянул на Микасу, чтобы после, не отпуская запястий, накинуться с новой порцией щекотки. Правда, после этого он крепко поцеловал ее в губы, сразу отстраняясь.       — И что, продолжишь меня тискать, пока я не усну? — Она выжидающе глянула на него, переводя дух. — Что дальше? Крепкие футбольные обнимашки?       — Я не хочу тебя сломать, обняв так, как это делаю на поле. — Покачав головой, Эрен перевернул ее на живот, начиная поглаживать плавно и методично по спине, сжимая ягодицы, когда доходил до них. — Это ведь нормально, что я постоянно хочу тебя? А стоит тебя не видеть подольше, не иметь возможности коснуться, как я не понимаю, что происходит со мной.       — Наверное, нормально. Ты просто влюбился, а выход эмоций осуществляется только через секс. Поэтому, если его нет, все внутри тебя копится, и ты превращаешься в психа. — Микаса стянула с себя футболку и легла удобнее. — Что, скажешь, я не права?       — Не скажу. — Он хмыкнул и склонился к ее уху, продолжая блуждать руками по ее телу, изучать неторопливо, пытаясь все запомнить, всего коснуться. — А что насчет тебя?       — Я тоже не скажу тогда, — промычала Микаса, вытягивая руки вперед. — Муженек, разомни мне спину. Ты же не откажешь дорогой жене?       — А тебе вообще отказать невозможно, жена. — Усмехнувшись, Эрен поднялся с кровати и, чуть пошатнувшись, принялся рыться в ящиках шкафа, пока не достал тюбик крема. — Видимо, потому что ты все же права.       Сев сверху, он выдавил на руки крем и принялся разминать мышцы натренированными движениями. Случалось, что приходилось, пока массажист отсутствовал, втирать мази в спины или же разминать травмы, поэтому и сейчас Йегер действовал уверенно и умело, словно по учебнику. Довольно промычав, Аккерман уткнулась лбом в подушку. В какой-то момент, когда он задел ноющую точку на спине, она застонала от неожиданности, слегка привставая.       — Неужели настолько приятно? Или мне остановиться? — С ухмылкой на лице, Эрен слабо провел ладонями от шеи Микасы к копчику, размял бедра и склонился к самому ее уху. — Не думала, что я так умею, да?       — Не думала, но там можешь продолжать. Я не против. — Мика приподнялась на локтях, поворачивая голову к нему. — Наверное, неудобно массажировать эту зону через шорты?       — Как я и говорил. Уж тебе я точно отказывать не могу. — Несколько манипуляций, и шорты отлетели в сторону, а сам же Эрен сел так, чтобы между ним и Аккерман было расстояние. Он то действовал нежно, даже ласково, то переходил на некую грубость. Он и сам начал дышать более учащенно и облизнул губы, следя за своими руками и не только.       — И почему ты раньше молчал о том, что так умеешь? — Она снова легла, шумно выдыхая и слегка ерзая. — Можешь и посильнее.       — А ты не спрашивала ведь. Как я мог догадаться, что нужно? — Он послушал отчасти, не стал сжимать намного сильнее, ограничиваясь стандартным разминанием. — Знаешь, я вообще думал в какие-то моменты, что для тебя я — просто возможность развлечься с живым мужчиной, а не с игрушкой, но потом… Потом просто не верил, что вдруг и симпатия ко мне. Ведь мы так не договаривались. О чувствах. Только вот… Сам-то давно переступил эту грань. И я знаю, что влюбился. Так. Массаж долго делать нельзя.       Поднявшись, Йегер выдохнул и обтер руки салфеткой, чтобы снять остатки крема.       — Ты серьезно думаешь, что, имея такой тесный физический контакт на протяжении всего дня, я могла не влюбиться? — Аккерман подложила под голову подушку. — Ну, да. Не договаривались о чувствах, ну так уж вышло. Я ведь тоже не скала, мне такого внимания никто не уделял из парней. Так что, ничего удивительного.       Эрен ничего не ответил, только чуть смущенно улыбнулся, но вскоре кашлянул и забрался на кровать к Микасе, снимая попутно с себя футболку. Оказавшись вплотную, он прижал ладонь к ее щеке, всматриваясь в ее глаза.       — Ты очень и очень классная девчонка. Можно ведь теперь сказать, что лучшая жена. — Рассмеявшись, Эрен приложил вторую ладонь, не давая отвести взгляд. — Факт, но я ведь каждую ночь размышляю о том, почему ты все еще со мной общаешься. Ведь я сейчас обычный школьник, который вряд ли осилит медицинское дело и начнет рубить деньги лопатой. Почему такая, как ты — целеустремленная, красивая, умная — что-то нашла во мне. Сейчас же я поражен, почему никто не решался до меня хоть как-то придумать и что-то предпринять.       — Все, чего я хочу — уехать. Даже если это будет стоить моей репутации. Разве это целеустремленность? — тихо начала она. — Я не нашла ничего лучше, чем продавать интимки. Я была бы целеустремленной, если бы наперекор всему нашла подработку где-нибудь в кафе или в другом месте. Да и я думала, что тебе будет противно со мной общаться.       — Я вижу тебя иначе, поэтому и говорю то, что думаю. Сравниваю с собой. Ты поставила цель — заработать деньги. Какая разница, каким способом? Не понимаю, почему мне вдруг должно было быть противно, если ты всего лишь разводила похотливых мужиков, пользуясь их слабостями? Это хитрый и выгодный ход. Да и кому какое дело, как и чем ты зарабатывала, если в итоге ты точно добьешься успеха? А ты добьешься. Я верю. Серьезно. Да и в самом начале противно не было. Интересно — да. Но не противно уж точно.       Эрен прижался своим лбом к ее, улыбаясь, и поцеловал кончик ее носа.       — Ну, если смотреть на все это под таким углом, то да. — Она вдруг засмеялась. — Вас развести очень легко, на самом деле. Вот предложи тебе сейчас продолжить массаж ягодиц только без трусов, ты ведь согласишься. Даже если я попрошу что-то взамен.       — И что бы ты попросила? — Невесомыми движениями он провел по ее волосам и замер. — Тогда я подумаю, прикину, сколько у меня еще осталось выдержки, и решу.       — После этого я обязательно сяду тебе на лицо. Я знаю, ты этого хочешь, — серьезно ответила она, но после засмеялась. — Но тогда и массаж должен быть более эротический.       — И это все? Это вся просьба? Я думал, там будет что-то серьезное и глобальное. Просто бы сказала: Эрен, мне так понравилось, что я хочу повторить. Ты такой молодец. Да и сомнительно так. Мы хотим этого оба, а ты ставишь дополнительное условие. Как-то странно, не находишь? — Эрен, улыбаясь, присел и прижался к спинке кровати. В любой момент он мог соскользнуть вниз, чтобы лечь удобнее, но не торопился этого делать.       — Ну, раз уж ты сразу не согласился, то я пойду, попью сока. Жаль, эро-массаж обломался. — Микаса села на край кровати, ухмыляясь. Подняв с пола футболку, она начала медленно ее выворачивать.       — Неужели тебе так сложно сказать это? — Он скрестил руки на груди, сощурившись, но футболку все же ловко забрал и положил рядом с собой. — Да и дверь закрыта.       — Хорошо. Давай повторим, потому что мне понравилось. Теперь ты доволен? — Микаса легла обратно. — Только без неожиданностей.       — Возможно, что и доволен. Мне просто нравится, когда ты говоришь такое. — Медленно стягивая с Микасы трусы, Йегер целовал ее кожу, где только что коснулся тканью. — Так я понимаю, что делаю все верно, а когда ты хвалишь, то хочется повторять чаще.       Пользуясь тем, что Аккерман лежала на спине, Эрен припал к ее груди, лаская поочередно, изредка прикусывая кожу.       — Только не оставляй следы, — сквозь стон напомнила Микаса, проводя руками по его спине. А после, когда он отстранился, она снова легла на живот, ухмыляясь. — Можешь продолжать свой чудо-массаж.       — Вот как. — Эрен хмыкнул, понимая, что только на дольше все растянет, а вот терпение подходило к границе. — Что ж.       Замешкавшись, не имея никакого опыта в эротическом массаже, Йегер ни до чего лучше не додумался, как начать с поглаживаний, добавляя следом поцелуи на пояснице. Его рука периодически будто намеренно соскальзывала к промежности, но ничего не предпринимая. Он точно дразнил Микасу, желая получить от нее эмоции. Дрогнув, она слегка заерзала.       — Не дразнись. Потащить меня брак заключать смелость есть, а как задницу шлепнуть или смять — нет? — Аккерман повернулась к нему, заиграв бровями. — Можешь отшлепать меня. Или тебе повод нужен?       — Ты же нарываешься, что я… — Усмехнувшись, Йегер не стал договаривать, а, сев на край кровати, притянул Микасу к себе за ногу и устроил на своих коленях. — Давай, попробуй быть тихой и послушной девочкой.       Приподняв ее за бедра, Эрен смачно укусил, что след даже начал сперва белеть, а после звонко опустил ладонь на ее ягодицу, выдыхая, убирая напряжение, не позволявшее действовать в полную силу. После этого шлепка последовал еще один, а затем и еще… Пискнув, Микаса с силой сжала бедра, сразу же прикусывая губу. Следы от шлепков ныли, заставляя ее вздрагивать каждый раз, когда он их повторял.       — Интересно, могу ли я считаться мазохисткой после такого? — на выдохе спросила она.       — Да не все ли равно, если приносит удовольствие? — Его шепот заставлял прислушаться, звучал хрипло и низко, хоть в большей степени и был оправдан тем, что Эрен уже долго терпел. — Попроси, когда захочешь.       Повторив шлепки еще немного, он с легкостью погрузил внутрь Микасы два пальца, двигая сразу ими вперед и назад, чуть разводя, сгибая и вновь выпрямляя. Застонав, она подалась назад, сжимая простыню. Дыхание стало тяжелее, из-за чего просто лежать стало тяжело.       — Я хочу. Сейчас. — Микаса сползла на кровать, ложась на спину.       Эрен уже привычно расположился между ее ног, ухмыляясь. Обхватив их с двух сторон, забросив себе на плечи, он дотянулся одной рукой до ее груди, сжав сосок. Палец же второй вновь оказался внутри, совершая те же действия, что недавно. Его язык то касался плавно, то размашисто, но вскоре он выбрал один темп, протяжно выдыхая периодически, прикрывая глаза. Закусив губу, Микаса сжала простыню, отворачиваясь вбок. Ее дыхание сбилось, и нарастающее возбуждение отдавало легкой дрожью в ногах.       — Можешь сделать как в прошлый раз? — прошептала она, вздыхая. — Пожалуйста.       Оторвавшись, Йегер сощурился, хитро улыбаясь. Он облизнулся, а затем поднялся с кровати, определенно что-то задумав. Ухватившись за лодыжки, он притянул к себе Микасу и подхватил на руки, будто она и не весила ничего. Ей пришлось обхватить его торс ногами, пока он целовал ее грудь, придерживая за спину одной рукой, а второй — за бедро.       — Лежать не так-то легко, знаешь ли. Хочу иначе. Тогда и сделаю, как нравится. Скажи, так сильно понравилось? — Он подошел к стене, прижав Аккерман к ней спиной, но пока не отрывался от груди.       — Да. — Она прикусила губу, сжимая его плечи. Выгибаясь, она подставила грудь поцелуям. — Как иначе?       Несколько нехитрых движений, и, присев, Эрен расположил ноги Микасы на своих плечах. Поднимаясь, она скользнула по стене выше, а его лицо оказалось ровно там, где он и планировал. Ухмыльнувшись, чуть отошел от стены и продолжил начатое ранее. Правда, теперь он начал с погружения напряженного языка внутрь, и только после этого выполнил просьбу Аккерман, вбирая клитор ртом, крепко сжимая пальцами ее бедра.       — Эрен! — протянула Микаса, упираясь затылком в стену. Приглушенные стоны нередко срывались, она вздрагивала, сжимая его бедрами, пока ее рука слегка нажала на его затылок, совсем не позволяя отстраниться.       — Да что б… — бросил Эрен, сильнее сжимая пальцами ее бедра, продолжая заданный темп, не сбиваясь. Каждый стон, звук Микасы сносили крышу, распаляя сильнее, из-за чего в голове было буквально пусто. Понимая, что все это влияло на него куда сильнее, чем он мог представить, то пришлось ускоряться, действуя напористее, но сохраняя при этом выдержку. Хоть она и готова была лопнуть в любую секунду. — Как же ты стонешь.       Он больше не отрывался, только вот и свои глухие, сиплые стоны прятать уже не получалось.       — Пожалуйста, я больше не могу. Я хочу почувствовать тебя, — взмолилась она, едва ли не всхлипывая сквозь стоны. Выгнувшись сильнее, Аккерман прикрыла глаза, слегка приоткрывая рот.       — И как же ты хочешь? — Переместив Микасу на кровать, Йегер принялся отрывать презерватив от полоски и натягивать на себя. После он прижался губами к ее плечу, целуя, поднимаясь к шее.       — Просто сделай это уже. — Она нетерпеливо притянула к себе его лицо, целуя. Ноги обвили его талию, прижимая к себе ближе. Застонав сквозь поцелуй, она отстранилась, прижимая его лицо к своей шее.       Повторять не пришлось, и Эрен вскоре уже двигал бедрами, отмечая про себя, насколько же было приятно сейчас и непередаваемо. Он закрыл глаза, начиная представлять все, что только могло хоть немного снизить его желание, но это было непросто. Шумно вбирая и выдыхая воздух, Йегер наконец смог выбрать нужный ему ритм, и после этого прижал свои пальцы к клитору, помогая Микасе.       Прикрыв глаза, Микаса обняла его, слегка царапая кожу на спине. Стоны перешли в едва разборчивый шепот, после которого она прошлась языком по мочке его уха, слегка прикусывая ее. Чем сильнее напрягалось тело, тем тише были стоны, сквозь припухшие, приоткрытые губы. Лицо покрылось густым румянцем, а влажные ресницы слегка подрагивали. Вдруг она прикрыла глаза, запрокидывая голову назад, облегченно выдыхая. По телу прошлась крупная дрожь.       Эрена хватило на еще несколько резких толчков, чтобы плотно сжать губы, плохо сдерживая стон наслаждения, принесшего долгожданное расслабление. Опираясь на локти, Йегер опустился на Микасу, часто дыша, уткнувшись в ее шею. Он буквально не мог пошевелиться, только блуждал губами по коже Аккерман.       — Если ты не скажешь… — Эрен посмеялся. — Если не скажешь, что твой муж лучший… Обижусь ведь. Хотя… Ты охуенная.       — Лучший. Не обиделся? — Она устало хлопнула его по плечу, смеясь. — Если всегда будет так, я могу хоть каждые десять минут тебе так говорить.       — Сомневаешься, что могу? — Глубокий вдох, и он перевернулся на спину. — После похожей твоей фразы мы и поженились. Повезло, что мы одни в квартире. Только соседи слышали разве что. Если дома.       — Я верю. — Еще дрожащими пальцами она накинула на себя одеяло. — Мне кажется, я не особо осознаю, что мы заключили брак. Вот так просто… С тобой. Ты вообще меня трусами шантажировал. Признайся честно — рассматривал их? И ведь они были на мне в день, когда я только перевелась.       — Я слишком злился тогда на Райнера, что он их все затрогал и перенюхал. Ну а ты… Ты ведь не пустила бы меня к себе, не будь у меня козыря в рукаве. Не знаю, как объяснить. Просто чувствовал, что надо сделать именно так. — Эрен улыбнулся, стащив презерватив и выкинув его. — Но скажу, что они были даже красивыми.       Воспользовавшись салфетками, Эрен забрался под одеяло к Микасе, притягивая ее к себе.       — Даже скучно как-то. — Она хмыкнула, утыкаясь носом в его шею. — Мне они тоже нравились. С полупрозрачной задницей, а ведь стоило тебе тогда чуть-чуть приподнять юбку, и было бы видно все. И спалил бы быстрее.       Гулко сглотнув, Йегер поцеловал Микасу в висок.       — Мне пришлось пожертвовать деталью, ради того, чтобы сейчас обнимать тебя всю. Я поступил бы также, ничего бы не стал менять. То, что сейчас ты лежишь именно со мной… Незаменимо. И, думаю, сейчас я вполне счастлив. А ты?       — Я была бы счастлива, если бы завтра мне не пришлось возвращаться домой, — расстроено протянула она. — Ничего. Когда-нибудь я уеду, и все будет хорошо.       — Жаль, что я не могу никак помочь сейчас… Я бы предпочел так и жить с тобой. Это так приятно, когда ты вот так рядом… И засыпать с тобой намного лучше. Не хочется совершенно отпускать тебя. — Эрен нахмурился, крепче обнимая Микасу, вдыхая ее запах.       — Правда? — Она вдруг приподнялась. — Ты же уедешь со мной в один штат? Я не заставляю. Просто предлагаю. Тогда мы могли бы жить вместе…       — Я не против. — Он приподнял плечи, становясь серьезным. — Ну, правда. Неужели считала, что вот окончим школу, а потом побежим разводиться? Микаса Аккерман, я тебе кулон подарил и, можно сказать, всего себя. Конечно же я предпочту тебя, а не глупую медицину, которая мне даже не нравится. Ну, или там найду что подходящее… Посмотрим. Я пока не знаю, но что мешает уехать вместе?       — Я и не думала об этом. — Ей вдруг стало неловко. — Ладно. Проехали. Но если ты меня разлюбишь, я буду сниться тебе в ночных кошмарах, с каким-нибудь Оливером в придачу. Не знаю, почему я об этом сейчас подумала.       Микаса легла на его грудь, глубоко вздыхая.       — Хотя, как ты меня разлюбишь, если я такая крутая…       — Да куда я от тебя денусь? — Заулыбавшись, Эрен шумно выдохнул, расслабляясь.       В сон клонило ужасно, и единственное, что сбило его сонные мысли, стала вибрация телефона. Оказалось, что они проспали почти до обеда, и сейчас в дверь стучал наверняка недовольный Райнер, о котором Йегер совершенно забыл. Казалось, что всю голову теперь занимала только Микаса, и это было хоть и непривычно, но приятно осознавать.       Натянув трусы, Эрен нехотя поплелся к входной двери, пока этот Браун не выломил ее и не перебудил всех. Но в следующую секунду пришлось пожалеть о том, что рука вообще коснулась замка. Сонного Эрена буквально смело волной, и он не сразу сообразил, где скрылся Райнер.       — Вот это ты ебать, конечно… А кто она? — Сделав шаг из комнаты Эрена под убийственным взглядом, Браун еще раз осмотрел обнаженную Микасу со спины, прежде чем его утащил сам Эрен на кухню. — Серьезно, Йегер, судя по укусам на ее бедрах, ты чего… Да ладно?! Ты лизал что ли? Фу, блять, Йегер! Так ты из этих — из подкаблучных лизунов?       Райнер смеялся, а Эрен скрестил руки на груди, улыбнувшись, и покачал головой.       — Ну, и?       — Так я говорю, что ты… — Браун заметно растерялся, не зная, как и реагировать.       — Я слышал, что ты сказал. Но что дальше? Ведь за этим что-то должно следовать. Да, я это делал и мне понравилось. Что-то еще или закроем тему? Ах, да. Вот твоя работа. Имир все сделала, но доплатишь ей еще десять сверху. Потом объясню, почему так. А теперь проваливай нахер!       Вытолкав Райнера за дверь, Эрен выдохнул. Он и подумать не мог, что и друг окажется вдруг таким странным. Раньше ведь ничего такого и не замечал. А если и сам таким был? Размышляя, Йегер быстро сполоснулся и вновь залез под бок Аккерман, укрываясь одеялом и прикрывая глаза от накатившего спокойствия и осознания близости Микасы.       Будь его воля, он давно рассказал бы абсолютно каждому, что женился. А главное — на ком! Ведь теперь каждый взгляд на Мику какого-нибудь парня сопровождался сжатием ладоней в кулаки. И дело было не столько в ревности, сколько в понимании, что, будь он сейчас рядом, никто бы не посмел даже слова сказать в адрес Микасы. И не подумал бы рассматривать ее в качестве потенциальной своей девушки или что еще хуже. В том, что никто, кроме него самого, Аккерман не интересен, Эрен не сомневался. Это облегчало ситуацию. Но не так уж сильно, как хотелось бы. При каждой их встрече Микаса успокаивала его, особо и не прибегая к каким-то специальным словам и фразам. Хватало того, что она просто оказывалась рядом. Ее можно было касаться, слышать ее голос, вдыхать аромат… И сильнее разжигать внутри себя желание никогда не отпускать ее. Как так все могло обернуться? Он всего лишь заприметил ее в первый же день. А после не смог унять вспыхнувший интерес. Обычная случайность изменила напрочь всю жизнь Эрена, и вот сейчас он ощущал весь груз ответственности, взваленный на плечи им же самим. Теперь Микаса — его жена. Он должен соответствовать абсолютно во всем своей роли. Поэтому Йегер уже начинал подыскивать себе работу в Нью-Йорке. Вариантов оказалось не так много, но даже так — уже стабильный доход. Надолго заработанных денег им не хватит, а всю жизнь заниматься подобным ни у кого интереса не возникало.       Все шло своим чередом. Даже школьные праздники промелькнули вполне спокойно. Хистория не липла, и свободного времени у Эрена было достаточно, чтобы проводить его с Микасой. Каждый был занят своими делами, и вряд ли хоть один заинтересовался бы ими настолько, чтобы увидеть, как они держались за руки, сидя рядом. Еще и учитывая, что Йегер сослался на якобы больную ногу, его никто не дергал. Но не всему идти настолько гладко.       — Хиса! Нет, подожди! — Эрен одернул Рейс за руку, вынуждая повернуться. Та нервно поправила волосы, ее взгляд скользил по его лицу, но явно не желал задерживаться. — Объясни, что случилось. Давай же. Я жду.       — Да что ты так нервничаешь? — Она сделала шаг назад и скрестила руки на груди. Йегер еще раз осмотрел ее и не мог поверить своим глазам: это была определенно не форма, которую сшила Микаса. И Хиса еще спрашивала?! Да он готов был взорваться от всех переполнявших его эмоций! — Остынь, я не заключала с ней контракт. Найдет другую модель. Мне… Не понравилось, как на мне сидит. Ясно?       — Найдет другую?! — Видимо, выражение лица Эрена выглядело действительно устрашающе, потому что Рейсс попятилась, чуть выставив одну руку вперед. — Ты издеваешься?! Уже идет конкурс! Где она сейчас найдет себе модель?! Повезло, что она еще тебя не видела, а лишь думает, что ты опаздываешь! Ну ты и дрянь, Хистория…       — Не рычи на меня! — огрызнулась она, опуская руки по швам. А ведь Йегер и впрямь считал ее подругой. Только оказалось, что она ровно такая же, как и говорила Микаса. Это разбивало все его представления о дружбе. — Меня попросила одна знакомая помочь, у нее вообще никакой модели нет, а ты… Просто признай, что ты помогаешь ей из-за того, что она позволяет тебе себя трахать! Да! Я все знаю о тебе! И если ты сейчас от меня не отвалишь, расскажу каждому!       Эрен отшатнулся, не веря в то, что услышал. Как можно было вот так предать друга, который столько времени помогал, поддерживал, был рядом… Даже влажные глаза Хисы не помогали ситуации. Теперь он и впрямь чувствовал лишь отвращение. Предать все года их дружбы… Ради чего?       — Да что я тебе такого сделал, что ты… Ты… — Дыхание прерывалось, к горлу подкатывала тошнота, а пальцы противно холодели. — За что ты так?       — Я?! — Рейсс вспылила и, шмыгнув носом, ударила его по плечу, тут же сжимая ладони в кулаки. — Ты все испортил! Это ты обещал мне, что не нарушишь нашу легенду! А что теперь? Я видела, как вы переглядываетесь, шушукаетесь! Все видела! Ты даже не рассказал мне ни о чем, а теперь… Эта девка недостойна тебя! Вот и пусть проигрывает! Надеюсь, у тебя откроются глаза на нее хотя бы сейчас!       — Хистория… — лишь смог прошептать Йегер, ошарашено смотря на нее. Все это время она знала и злилась, что он не рассказал ей свой секрет? Она настолько боялась быть собой, что старательно тянула в свое болото лжи еще и его, пользуясь доверием. Не сразу, но получилось прийти в себя. — Я считал тебя подругой. Но такого предательства, уж извини, никогда не прощу. Слышала о такой теории? Теория чувств. Когда встречаются два нужных друг другу человека, то у них зарождается что-то внутри. И если это «нечто» одинаковое, например, светлое, то они точно будут вместе. Несмотря ни на что! Они могут подпитывать друг друга, а могут разбить все вдребезги. Я сделал свой выбор. Как и ты свой. Поэтому… Даже не подходи ко мне. В школе я не выдам твой секрет, конечно, но… Просто не подходи ни ко мне, ни к Микасе. Никогда. Я не смогу простить твое предательство, учитывая, что ты знала обо всем, но все равно повела себя, как последняя дрянь. А если попытаешься всем разболтать… Я тебя не пожалею. Твой отец сразу же все узнает.       Резко развернувшись, Йегер ощущал, как что-то едко кололо в районе переносицы, а грудь сжималась, словно задачей всего организма стало стянуть оковами его сердце, заставить биться как можно реже, но сильнее. Только не время было для жалости к себе. Так и не обернувшись на застывшую Хису, Эрен принялся искать хоть какой-то шанс для того, чтобы исправить ситуацию. Микаса не заслужила такой подставы, и он, как ее парень… Нет. Как уже настоящий муж, обязан помочь. Пришлось знатно побегать, чтобы найти девушку, хоть как-то похожую комплекцией на Хисторию. Времени оставалось мало и, видимо, именно это сыграло главную роль в том, как быстро сработала Аккерман. Где-то подшила, подправила, и все получилось очень даже неплохо. Хоть настроение и явно оказалось подпорчено. Правда, второе место тоже неплохо. Однако никаких привилегий это место для колледжа ей не даст. Все старания были насмарку.       Эрен видел, как Хиса смотрела на него, наверняка успевшая осознать весь объем неприятностей, но он так и не смог заставить себя поговорить с ней. Зачем ему ее извинения? Разве они смогут что-то изменить и исправить? В его памяти навсегда останется этот ее поступок, и стереть ластиком его уже не получится. Микаса была намного мрачнее обычного, и поэтому они лишь молча шли в сторону остановки, чтобы он смог посадить ее на нужный автобус, а сам же со всеми сумками отправился к себе. Это был первый раз, когда они не сказали друг другу даже единичного слова. Просто находились рядом. Но даже так Эрен ощущал, насколько сильно все произошедшее расстроило ее. Впереди лишь экзамены и выпуск… Попытки поступить. Потерпеть совсем недолго. Ровно до самого счастливого дня в их общей уже жизни.       И пусть пришлось подкармливать соседскую собаку, залезать на дерево, чтобы оттуда уже проникнуть в комнату к спящей Микасе. Ее родители в последние недели словно с цепи сорвались. Оно и понятно. Микаса говорила, что ее родственник выиграл в каких-то выборах, и теперь они не боялись его контроля, считая, что перестали быть ему интересны. Когда же Аккерман перестала выходить на связь, Эрен напрягся. Он уже успел надумать себе разных глупостей. Вплоть до того, что он надоел ей, но отпускать Микасу и отступать не хотел. Его опасения подтвердились, когда он увидел ее в церкви. С одной стороны ее крепко держала за руку мать, а с другой сидел отчим. От такого любой бы попытался сбежать, а тут… Едва поборов в себе желание вмешаться уже в тот момент, Йегер сделал все более рискованно, но плодотворно. До выпускного оставался день. Вряд ли Микасу пустили бы туда… А если ее решат увезти? Как он потом найдет ее? Волнение мешало здраво мыслить, и вот сейчас Эрен воплотил в жизнь свой план.       Стоя в небольшой комнате, крепко прижимая к себе Микасу, он зажмурился, преисполняемый эмоциями. Еще никогда он так не боялся лишиться чего-то. Вернее… Кого-то. Но много времени в их распоряжении не было. Поэтому, спешно затолкав вещи в рюкзак, Эрен помог Аккерман выбраться из дома. Эта ночь стала навсегда для них особенной. Воздух пробирался, казалось, до самых костей, будоражил, а сердце стучало с невероятной силой, когда они бежали в сторону автобусной станции. Он все просчитал заранее, купив два билета, чтобы как можно скорее выбраться из этого злосчастного города. Нью-Йорк ждал их. Теперь точно ждал, и, учитывая все удачно сложившиеся факторы, больше никто и ничто не сможет разрушить их жизни. Теперь они сами могли распоряжаться своей судьбой. Хоть это и пугало в какой-то степени, но Эрен поклялся себе, что сделает все возможное (и даже больше), чтобы Микаса стала свободной в своих выборах и ни в чем не нуждалась. Главное, чтобы вот так, как и сейчас, ощущать ее рядом, слышать сладкое сопение, когда она прижималась к его плечу, обхватив руку… Всматриваясь в ночь за окном, Йегер улыбнулся. Ведь не врала та странная теория. И впрямь, если вот так подогревать чувства, поддерживать и помогать друг другу, то все волнения отступали. Даже перед такими глобальными целями, которые они оба себе поставили в этой жизни.