Глава 6
14 сентября 2018 г., 16:49
Школьное время мародеров
— Ли, послушай! — Северус схватил рыжеволосую подругу за руку, пытаясь удержать ту от военного похода на второй этаж. — Не стоит… — Не стоит?! — переспросила Лили Эванс, вырывая руку. — Сев, он тебя… Он… — Я в курсе, что он сделал, — отмахнулся Снейп. — Но давай не будем выносить сор из избы! — Из какой, к Мерлину, избы, Северус? — Девушка остановилась и вздернула бровь, совсем как ее черноволосый приятель. — А если ему завтра вздумается тебя заавадить? Ты и это ему простишь? — Не преувеличивай! — Я приуменьшаю! И вообще, Сев, с каких это пор ты Поттера стал защищать? Это мне, как его невесте, положено хватать тебя за руки и умолять не подавать заявление, а не тебе! — Ли… — Черноволосый парень неловко попытался улыбнуться. — Ты неправильно все понимаешь. — Да? — Девушка спустилась по ступеням вниз. Теперь они стояли друг напротив друга. — И как, по-твоему, я все должна понимать? — Лили, я просто не хочу примешивать сюда авроров, понимаешь? Я, записан у них как человек, который уже сто процентов стал Пожирателем… — А это не так? — ехидно усмехнулась девушка. — Да, но им об этом знать вовсе не обязательно. Думаешь, кто в итоге окажется виноватым? Поттер? — Извини, об этом аспекте дела я не подумала, — проговорила Эванс, закусив губу. — Но ведь так оставлять тоже нельзя! — Можно и даже нужно. Поверь мне, Ли. Нужно! — проникновенно проговорил Северус, смахивая с лица прядь волос. — Все будет хорошо. Ты сейчас забираешь Поттера и возвращаешься домой, где промываешь ему мозги. Он не должен помнить ни вчерашний день, ни ночь. — Ясный пень, — фыркнула Лили, прикладывая пальцы к вискам. — Сев… — Что? — Знаешь, я тебя очень люблю. — Взаимно, сестренка, — нежно улыбнулся Снейп, смотря на свою подругу. — Я тебя тоже очень и очень люблю.***
Наше время. Лето
— Лорд Макрайф? — окликнул Люциус черноволосого мужчину в темном костюме, стоящего у запыленного окна. Чуть квадратные черты лица, волевой подбородок и высокий рост выдавали в нем аристократа, но Малфой мог поклясться, что доселе никогда не встречался с вышеупомянутым субъектом. — Добрый день, лорд Малфой. — мужчина отвернулся от окна, полностью поворачиваясь лицом к блондину. На вид ему нельзя было дать и сорока, хотя, если верить слухам, империи лорда Макрайфа уже более шестидесяти лет. Люциус хмыкнул. «Интересно, он молодильные яблоки употребляет или кровь невинных девиц?». — Чем обязан вашему визиту в столь непрезентабельное учреждение? — Не поверите, мимо проходил, — улыбка Макрайфа заставила мужчину напрячься, уж больно знакома она была… — Позвольте усомниться, по моему опыту достопочтенные господа обходят Министерство десятой дорогой по округлой кривой, — парировал Малфой, ответно улыбаясь. 1:1, пока ничья. Оба представителя аристократии вежливо улыбались и позиции сдавать не собирались, невинно поигрывая вычурными тростями. Люциус, сделав попытку пробить мысленный щит, наткнулся на весьма добротный блок и поморщившись от пронзившей боли висок, снова натянул на лицо улыбку. «Черноволосый гад» продолжал все так же улыбаться, как будто и не заметил ничего. — Кхх, — Малфой не выдержал первым. Все-таки стоять посреди аврорского коридора и обмениваться улыбками — странно, даже для него. И хотя министерские шавки по какой-то непонятной причине обходят их десятой дорогой (не иначе впечатлились кровавыми историями из его, Люциуса Малфоя, биографии), поулыбаться и таинственно помолчать можно и в более комфортных условиях. Что он лорду Макрайфу и сообщил. — Полностью вас поддерживаю, Люциус. Вы же позволите вас так называть? — невинно поинтересовался мужчина и Малфою вдруг захотелось чем-нибудь пристукнуть улыбчивого лорда, т. к. на его «слащавые улыбочки» у него скоро аллергия разовьется. — Конечно, лорд М… — Зовите меня Том. Мы все-таки не чужие друг другу люди. — Мимоходом бросил мужчина, и Малфой чуть не влетел в угол коридора, в последний момент умудрившись выровняться. Все его слизеринские инстинкты уже не кричали, а хрипели о том, что здесь дело не чисто, хотя Люциус это понял и сам, еще увидев в руках клерка свою палочку. Что лорд Макрайф просто физически не мог присутствовать в тот день в Министерстве, мужчина мог поклясться хоть на крови, а это значит, Министерским чиновникам перепала не одна пачка хрустящих бумажек, чтобы некрасивый инцидент был, таким образом, замят. Вывод: от бедного и несчастного Люциуса Малфоя этому напыщенному индюку что-то нужно, значит надо продать себя подороже, эдак раз в сто. — Как скажите, лорд… Том, — согласился он, позволяя увлечь себя в ближайшее кафе и молча смотря, как мужчина накидывает на их столик вязь заклятий. И уж совсем не ожидал того, что, плюхнувшись по-плебейски на стул, тот хитро подмигнет ему одним глазом и выдаст: — Люци, Люци, как был недовольным хомяком, так и остался. Улыбнись хоть старым друзьям по-человечески, а?***
Стул почему-то резво отпрыгнул куда-то в сторону, и Люциус Малфой, «совесть и честь магического мира», сел на землю, ровным счетом не обратив на это никакого своего наисветлейшего внимания. Он во все глаза смотрел на заливающегося смехом оппонента, сидящего напротив, и не знал, что ему больше хочется — сию же секунду аппарировать в Малфой-мэнор, схватить в охапку Нарциссу и Драко и рвануть в Заполярье к белым российским медведям, или покорно сдаться властям и умолять об отдельной камере где-нибудь в подвале Азкабана и скромно надеяться, что Темный Лорд его там не найдет. А то, что перед ним сидит он, Люциус не сомневался ни на секунду. — Люциус, друг мой сердечный, ты чего так побелел? Нехорошо? Водички? — утирая выступившие от смеха слезы, спросил мужчина, вставая и протягивая Малфою руку. — Пожалуй, откажусь… — Пробормотал тот, усаживаясь на стул и пытаясь прийти в себя. По крайней мере, в голове не укладывалось, почему Лорд до сих пор не бросается заклятиями, а вполне мирно сидит за столом и… ржет. — Люциус оставь хоть на минуту свои аристократические манеры, а то я сейчас лопну от смеха. У тебя лицо, как у клоуна, который гирю не по сценарию на ногу уронил и не знает, то ли ему смеяться, то ли плакать, — вдруг перестав улыбаться, выдал бывший Лорд и подмигнул ошалевшему Малфою. — Я не собираюсь устраивать сейчас армагеддон местного масштаба, если тебя это так беспокоит. — Утешили, — пробормотал Люциус, постепенно приходя в себя, хотя оброненное «сейчас» тоже доверия не внушало. Хотелось скинуть мантию и, стянув рубашку, посмотреть на левое предплечье: мало ли, вдруг это какой-то глупый розыгрыш и метка исчезла, а все происходящее ему просто снится? Хотя какой может быть сон, если год назад он сам видел возрождение Лорда и сам получал приказ принести Пророчество? Поэтому еще более странным было видеть его сейчас в человеческом виде, не получать Круциатус за проваленное задание и вообще сидеть за одним столом. — Думаю, у тебя есть вопросы?***
— …после покушения на Поттеров я долго скитался простым духом, хотя даже духом это назвать было сложно, эдакий материальный сгусток энергии. Ик… Да, глупость большую… Ик… Сделал в свое время, но только эта глупость меня и спасла, знаешь ли… Через год встретил Меган, святая душа… Она занимается аномальными явлениями в маггловском мире… Меня, кстати, магглы и приняли за это самое явление, представляешь, блондинч… Ик?.. Нам удалось наладить контакт, и еще через год Мэган помогла мне воплотиться в тело своего… Ик… Благополучно умершего родственника, благо тот скончался в нужное нам время. Обмолвлюсь, что без моей помощи, сам. Еще примерно с год восстанавливался, мозги ставил на место, все-таки память осталась цела… Ик… Слава Мерлину с Морганой, мне это удалось. — Том провел рукой по коротким волосам, небрежно взлохматив прическу, став похожим на себя в школьные годы. На задумчивом лице калейдоскопом играли выражаемые им чувства. Сделав еще один мощный глоток вина прямо из бутылки, он продолжил: — Знаешь, Люц, я когда духом был, все вспоминал и даже как-то отчаялся. Я ведь столько гадостей сделал, столько людей погубил, ну какая мне новая жизнь после этого светит? Ан нет, кто-то видать свыше сжалился и второй шанс дал… Ик… — Да походу ты достал их своим нытьем. — Устало прокомментировал Люциус, отбирая у своего пьяного Лорда бутылку коллекционного вина урожая 1852 года, и, сделав глоток, заявил — Хотя, каждый достоин второго шанса! — А вы его никогда не получите, уважаемые господа, если сию же секунду не объясните мне, что здесь происходит?! — разъяренный голос Первой Леди магической Англии ворвался в пьяненькие сознания мужчин похлеще беспощадного тайфуна. Нарцисса стояла на пороге, уперев руки в бока и гневно созерцая двух пьянчуг, устроившихся у камина с ее любимым красным вином. Причем хлестали они это вино прямо из горла — просто моветон какой-то! А уж то, что дорогой супруг якобы находится под арестом и вдруг заявился домой, даже не предупредив ее, вообще ставило всякое клеймо на попытку мирного урегулирования выяснения отношений. Мысли испуганно заметались в черепной коробке, пытаясь придумать, как избежать гнева разозленной супруги, но ничего умного в голову не приходило. — Люциус, я жду! — Вам не стоит ругаться, дорогая Нарцисса… Ик… — Том, улыбнулся, поднялся и, слегка пошатываясь, направился к опешившей женщине. Во-первых, пьяных мужчин Нарцисса на дух не переносила еще со времен Темного Лорда и его вечных гулянок, а во-вторых, как ярую поклонницу хотя бы маломальского этикета, от панибратства ее тошнило. — Лорд Макрайфт, к вашим услугам, леди. С этими словами достопочтенный лорд сполз по стеночке на пол, где и заснул, подложив под щеку ладошку. Тишину, нарушаемую лишь тиканьем часов, можно было разрезать ножом. Обведя холодным взглядом серых глаз комнату и остановившись на сжавшемся у камина супруге, пытающемся забиться в щель между стеной и полом, Нарцисса фыркнула. — И это — гроза Англии — лорд Малфой. Тинки, прибери здесь и отправь господ по спальням. Люциус, с тобой у нас будет потом отдельный разговор. — от улыбки Первой Леди лорд Малфой покрылся холодной испариной. Нарцисса удовлетворенно хмыкнула и вышла из комнаты, не забыв хлопнуть дверью. — Мерлин, все приходится взваливать на свои хрупкие плечи… Выпить что ли бокальчик чего-нибудь красного?***
Время мародеров
— ЛИЛИ ЭВАНС, ПОСЛУШАЙ МЕНЯ ВНИМАТЕЛЬНО ХОТЬ РАЗ! — НЕ ХОЧУ! — заявила девушка, гневно сверкнув глазами, отвернувшись к стене и надув губы. Вкупе с большим животом это смотрелось так умилительно, что Северус не выдержал и хихикнул. Миссис Поттер скосила на друга глаза и снова надулась, демонстративно сложив руки на груди, всем своим видом показывая, что разговор продолжать она не намерена. — Лили, — мягко начал Снейп, понимая, что кричать на подругу сейчас бесполезно, она и до беременности упряма была, а уж сейчас — хоть стой, хоть падай. — Давай ты немного успокоишься и трезво взглянешь на ситуацию: сейчас речь не только о тебе с Поттером, но и о малыше. Ты хочешь, чтобы с ним что-то случилось? — А почему с ним должно что-то случиться? — резко спросила девушка, развернувшись к другу. Зеленые глаза прищурились. — Сев? Молодой человек невинно улыбнулся. — Милая, война… — Северус Тобиас Снейп, не надо запудривать мне мозги, я тебя не первый год знаю, выкладывай сейчас же, с какой радости ты решил сплавить меня в Австрию? — Почему сразу в Австрию? — растерянно пробормотал парень, прикидывая, догадается ли Темный Лорд искать Поттеров в Австрии. Или может лучше в Арктику? Лили нетерпеливо махнула рукой. — Не придирайся к словам, я сказала первое, что пришло на ум. Так что? — Ли… Я не знаю, в какие там игры решил поиграть Дамблдор, но несколько недель назад я стал свидетелем преинтереснейшего спектакля в двух лицах: директора и Трелони. Вторая якобы вещала какое-то пророчество. Не знаю, кто донес Лорду что я там был, но он встретил меня довольно радушно — всего то пятью Круциатусами и полной Легилименцией мозга. Благо ко второму я был готов, и теперь он свято убежден в моей неземной любви к грязнокровке, то есть к тебе. — Но причем здесь мы? — В пророчестве говорилось… И выбор пал на вас. Как ты понимаешь, я больше беспокоюсь о тебе. — Я тебе не верю! — Северус опешил от столь резкого ответа. Нет, он, конечно, прекрасно знал характер своего солнышка, и даже в шутку пытался предугадать направления его реакции, но… — Ты врешь! — Я? — возмутился молодой человек, отступая от девушки на пару шагов и сложив руки на груди, смерил ее холодным взглядом. — Я? Я, к твоему сведению, еще ни разу за время нашего знакомства тебе не солгал! И намерения такого не имел! Я всего лишь хочу тебя предупредить быть осторожней, но ты же из-за своего ненаглядного Поттера ничего видеть и слышать не хочешь! А ребенок тебя последних мозгов лишил! Зеленые глаза неестественно расширились на побледневшем лице, так что даже рыжие веснушки теперь казались не милыми коричневыми пятнышками, а черными точками. Сжав маленькие кулачки, девушка со всей силы ударила друга в грудь. — Это мог быть твой ребенок, ты сам так решил! Сам! И не надо во всем обвинять Джеймса. Да, я люблю его и никуда без него не уеду! Можешь хоть сколько называть меня сумасшедшей! Только вот с головой у меня все в порядке! Можешь уходить, если мое общество так тебе противно! — закончила она, резко развернувшись, так что рыжие кудри взметнулись огненной волной, и исчезла в комнате, не забыв хлопнуть дверью. Молодой человек растерянно мигнул, пытаясь переварить произошедшее. — Черт, Мерлин его за ногу, — выругался он и, резко закутавшись в мантию, аппарировал. Что же, первый вариант провалился, придется готовиться ко второму, а как он надеялся…Наше время
Вам когда-нибудь приходилось просыпаться в метрах тридцати от земли, находясь верхом на школьной развалюхе, грозящей стряхнуть вас при первой же возможности? Это я про метлу, если кто не понял. Вот и мне нет! И надо сказать, приятного в этом мало. Руки сами собой вцепились в рукоятку древка, обмотались вокруг и приклеились намертво. Я люблю квиддич, люблю высоту и свист ветра в ушах, но проделывать это, находясь в теле ребенка — увольте! Метла опасно накренилась, и из груди вырвался судорожный писк, а руки еще крепче вцепились в дерево. Мерлин его Моргану сзади, какого лешего я вообще оказался рядом с Запретным лесом верхом на метле? Если мне не изменяет память, спать я ложился в кроватке, сладко укрытый одеялом, уголки которого подворачивал сам Малфой, и как только не придушил? Ах, вот оно что — это его рук дело! Так прибить боязно было, решил что, навернись Поттер с метлы, никто на него не подумает! Не проканает, хорек белобрысый, я тебя и с того света достану, сволочь ушастая, и самого сюда запихаю, чтоб всю прелесть полета ощутил! Только снимите меня отсюда!!! Судя по солнцу, на дворе утро. Отсюда следует еще один закономерный вопрос: какого лешего меня никто не ищет? Ладно хорек, Мерлин с ним, а Рон с Гермионой? В жизнь не поверю, что они меня не навещали. У-у-у, страшно-то как, высота еще не маленькая, как шлепнешься об землю, дай Мерлин если вообще хоть какие-то целые кости в теле останутся. И на кой в Хогвартсе такое старье держат? Ай, ай, ай, ладно, не старье, а очень надежные и хорошие метлы!!! — быстро пошел я на попятный, когда метла подо мной снова дернулась. Черт! Детские ручки полностью не способны обхватить широкое древко метлы, считай, что держусь я чисто на Поттеровском упрямстве. Ай да я, ай да молодец! — А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!!!! — Видимо, метле не понравилась столь завышенная самооценка в моем исполнении, и сейчас я с чистой совестью лечу вниз, надрываясь во всю ширь своих необъятных легких. Ожидаемого падения и и красивой лепешки на земле почему-то не было… — Молодой человек, вы еще долго будете упражняться в своих музыкальных способностях? «О, Боже мой!» Это была единственная мысль, посетившая мою черепную коробку в тот момент, ибо, когда ты висишь в нескольких метрах над землей, подвешенный заклятиями Люциуса Малфоя, нет слов, чтобы описать столь значимый момент!***
Что может быть лучше антипохмельного с утречка? Совет бывалого аристократа-собутыльника — ничего так не бодрит с утра, как хорошая трепка вашей жены. Как и положено в аристократических семьях, ровно семь утра домовик разбудил сиятельного лорда, счастливо получил по физиономии подушкой от этого же сиятельного лорда, сладострастно облобызал выпавшую из-под одеяла руку и благополучно исчез, посланный на три известных буквы. Люциусу Малфою было плохо. Нет, не так. Люциусу Малфою было ПЛОХО. Нет, снова не то. Люциусу Малфою хотелось выпить яда агитайской кобры, и чтобы на его похоронах красиво стрекотали кузнечики, но не все желаемое становится настоящим, по крайней мере в это «счастливое» утро. Громко хлопнула дверь, соприкоснувшись со стеной, а в наисветлейшей голове кто-то взорвал целую упаковку фейерверков. — Люциус, скажи мне, муж мой, кому я обязана столь счастливым лицезрением тебя родимого на пороге дома? — Нарцисса, а это именно она, легкой и бодрой до неприличия походкой прошла до кресла, стоящего у окна и, расположившись в нем, с интересом изучила монументальную композицию «Лорд Малфой и похмелье». — Никогда бы не подумала, что выхожу замуж за алкаша, — хмыкнула женщина, щелкая пальцами. Со стороны кровати раздался протестующий стон. — Госпожа? — эльфийка склонилась в поклоне, выжидательно глядя на госпожу. — Принеси два флакона Антипохмельного у меня из шкафа и Бодрящего фиал, — приказала леди Малфой, бросив презрительный взгляд на кровать, с которой периодически раздавались слабые стоны, означающие, что пациент скорее жив, чем мертв. Домовиха не заставила себя ждать, и вот уже через пару секунд долгожданное зелье терпкой прохладой вливается в рот Люциуса Малфоя. Сделав последний глоток, мужчина судорожно закашлялся и сел на кровати, только сейчас заметив устремленный на него арктический взгляд. — Ой, — выдавил он и поспешил укрыться подушкой. В серых глазах блеснули смешинки. — И что я там не видела, милый? Было бы на что смотреть… — Нарси! — возмутился Глава Рода столь явной клевете, но тут же скривился от собственного голоса, отдавшегося в голове набатом. М-да, два фиала явно было маловато. — И много мы вчера выпили? — Выпили? — Нарцисса постучала пальцем по подбородку. — Дайка подумать… Выпили вы вчера три бутылки красного. Люциус облегченно вздохнул. — А вот вылакали, вы сволочи, полпогреба, и даже белым не побрезговали! — припечатала сиятельная леди, поджав губы. — В камере ты хотя бы не пил! — Да я там и не ел особо, — проворчал мужчина, нашаривая на второй половине кровати халат. И только укутавшись в шелковистую ткань, почувствовал себя более менее уверенно. Все-таки его жена настоящая Блэк — заставить ощутить себя букашкой одним только взглядом! — Тебя морили голодом? Бедненький. — Нарцисса поднялась с кресла, уперев руки в бока. — Именно поэтому ты решил налакаться, как последний!.. — Нарси! — выдохнул Люциус, пораженно распахнув глаза. Он и не подозревал, что его жена — хрупкий цветочек! — знает такие слова. — У нас был повод! — И какой же? — подозрительно прищурившись, спросила женщина. — К слову говоря, кто твой собутыльник? Не припоминаю его среди твоих друзей. — Малфой смутился. — Ты и не можешь его помнить, мы познакомились буквально вчера, — пробормотал он, понимая, что сейчас будет вторая волна праведного гнева. И не ошибся. — Что, прости? Я не ослышалась? Поздравляю тебя, Люциус, ты алкаш! — с этими словами Нарцисса Малфой вылетела за дверь, снова треснув ею об косяк. — Женщины… — устало проворчал мужчина и рухнул на кровать. Полмира за трезвость!***
— Хозяин желает позавтракать? — поинтересовался домовик, стоило Люциусу спуститься в столовую. Нарцисса даже не оторвалась от газетного чтива, чтобы бросить гневный взгляд на провинившегося мужа. Дурной знак. — Да, можешь подавать. — распорядился Малфоя, и, выдохнув, добавил. — На три персоны. — Твой собутыльник тоже присоединится? — Леди Малфой вскинула изящно очерченную бровь. — Не сильно ли много чести? — Нарси, пожалуйста, давай обойдемся без скандала. Я могу подумать, что ты мне не рада. — простонал мужчина, падая на стул и судорожно растирая лицо руками. После «антипохмельного» спать хотелось немилосердно. — Почему же, рада, — женщина отложила газету и хмуро взглянула на супруга. — Только вот не рада была увидеть его нажравшимся с каким-то непонятным субъектом в собственном кабинете! Я тут переживаю о нем, лучших адвокатов нанимаю, а он изволит… — Нарцисса, ты ни капли не изменилась! Все такая же ворчунья! — раздался приятный мужской баритон, и по лестнице, перепрыгивая через ступеньку, сбежал «вчерашний собутыльник» Люциуса Малфоя. До неприличия свежий и бодрый. Одарив хозяев сверкающей улыбкой, он уселся за стол, вопросительно вскинув бровь на затянувшееся молчание. — Что-то случилось? — Вы, простите, кто? — первой нарушила молчания Первая Леди, невзначай поигрывая палочкой под столом. — Ох, дурная башка, совсем забыл представиться. — Незваный гость вскочил на ноги и поклонился. — Лорд Макрайф, к вашим услугам, моя леди. Впервые в своей жизни, Нарцисса Малфой не нашла, что сказать. Нет, в голове у нее было много слов, но приличные женщины их не говорят, по крайне мере, вслух. —Очень приятно познакомиться, милорд, — выдавила наконец Нарцисса, галантно подавая мужчине руку, хотя очень хотелось разок врезать по этой довольной роже. Интересно, ее разлюбезный супруг хотя бы догадывается, кого притащил в дом? — Такая честь. Какими судьбами? Том улыбнулся, хотя улыбка больше походила на усмешку. — Если скажу, что мимо проезжал, вы не поверите? — за что ему всегда нравилась жена Люциуса, так за прямоту и дерзость. В роду Блэк других просто быть не могло. — Не поверю… Том. Позволите вас так называть? — мило улыбнувшись в ответ, парировала Нарцисса, выдергивая свою ладонь из нежного захвата. — Для вас как угодно, — пропел бывший Темный Лорд, в душе поздравляя себя: он не прогадал, когда решил поставить на семью Малфоев. Люциус хоть и скользкий, да и трус, но надежней него у Тома в передовой никого не было. Пожалуй, еще Снейп, но до него попробуй доберись в Хогвартсе. Только если через труп Дамблдора… Хм, заманчивая идея, надо на досуге подумать. — Ну, раз все в курсе, давайте обсудим перспективу дел на ближайшее время?***
Завтрак не особо помог. Головная боль и тошнота никуда не делась, лишь усилилась и проклиная аппарационный барьер всякими нехорошими словами, Люциус вышагивал по дорожке к замку, пытаясь привести свое внутреннее «я» в относительный порядок. Нарцисса так и не сменила гнев на милость, даже узнав подоплеку причины «напиться вдрызг». Процедив сквозь зубы после завтрака, что она не могла связаться с Драко еще со вчерашнего дня, любимая жена упорхнула в лабораторию, не иначе, как яд готовить. Том закрылся в библиотеке, а Люциусу Малфою ничего не оставалось, как направить свои стопы в школу, проверить своего отпрыска в скромной надежде, что тот уже втихомолку прибил Национального Героя и сейчас празднует победу. Нет, смерти, как таковой, Лорд Поттеру не хотел, но вот домовика до сих пор простить не мог. И вот теперь, шагая прогулочным шагом по тропинке, выложенной щебнем, мужчина недоумевал, как он докатился до такой жизни! Как-то до появления Тома-2 все было понятно: вот Волан-де-Морт, задание, провал, наказание. И вроде бы все бесит, хочется самого себя утопить еще в колыбели за то, что так сглупил в молодости, но ничего сделать нельзя, и приходится, сжав зубы, кататься по полу под очередным Круциатусом. С Томом-2 все стало жуть, как запутано: оказывается, возродился не Том, а непонятно что, может даже какое-то третье лицо решило поиграть в чужие игрушки (а что? Свои собственные карманные Пожиратели, это же круто!). Никто об этом не задумывается, ибо свято верят «живому» Лорду. И как покорные барашки кидаются выполнять его волю. Бр-р-р, интересно, а Лорд знает, что его выпустили? Вот еще одна головная боль — надо придумывать легенду, с какого перепугу он на свободе, а остальные нет. С такими мыслями Малфоя дошагал до небольшого перекрестка, где сливалось несколько дорожек, ведущих из Запретного Леса и Хогвартса. И представьте его удивление, когда, подняв голову, он обнаружил в паре метров, почти на опушке леса, висящую метлу с маленьким наездником. В голове проскакала мысль: какого черта ребенку дали метлу? — Левикорпус! Перехватив рухнувшего с метлы мальчишку, Люциус Малфоя раздраженно зашипел, подавляя желание зажать уши. — Молодой человек, вы еще долго будете упражняться в своих музыкальных способностях?
