Дурманящая невменяемость

В широких кругах даршан Амурта был самым древним. Именно этот даршан подарил Сумеру и Тейвату важных лиц и несметное количество воистину важных дипломов и докладов, но далеко не каждый знал о том, что за выходные до сессии именно Амурта становилась основным притоном Сумеру, где талантливые и не очень студенты путём изучения разных культур выявляли их одурманивающие побочки в небольшом и закрытом пространстве. Разумеется, такие мероприятия были приватными, но если ты был на хорошем счету у сокурсников и ребят с даршана, то предлагалась возможность протащить одного близкого товарища, обычно это был кто-то интимно близкий, а не просто друг детства с другого даршана. Наверное, именно из-за таких общих притонов, а в последствии и расслабленной сдачи экзаменов, Амурта славилась столь большим количеством студентов с отличием… Жертвой таких «культурных» мероприятий в студенческие годы стал и Тигнари, ведь не только преподавательский состав видел в нём потенциал, но его умение объяснять материал покоряло и сердца нового поколения учёных. И их ожидания более чем оправдались, когда на втором году обучения в Академии фенек специально для семестровой вечеринки принёс перемолотую пыльцу плесеника прямиком из тропических лесов Авидьи в почти равной пропорции с молодой грибницей рукхашава…эта неожиданная для студентов Амурты смесь стала хитом в их притоне, ведь именно она позволяла окунуться в ранее неизведанные чертоги разума. За такое полезное внеучебное достижение те ещё на втором году дали талантливому фенеку пригласительный билет для его близкого друга. Но лишь на последнем году обучения лис удосужился позвать своего друга со Спантамада… — Помнишь я тебе говорил о сборе в аудитории номер ***? — голос фенека был абсолютно таким же как и всегда: чётко и воистину по-дикторски поставлен, — …Я и одногруппники выбили в очередной раз аудиторию чтобы перед защитой химическим дипломов всё перепроверить, дабы успех эксперимента не зависел от удачи. Ты же знаешь, как ученым важна точность в таких вещах, тем более, когда это касается природных ресурсов или здоровья жителей Тейвата, — именно под таким предлогом из раза в раз, от поколения студентов к поколению, студенты Амурты выбивали себе просторную аудиторию и не менее просторной лаборантской, где было несколько диванчиков, в общем…старший состав и не подозревал для каких истинных целей примерные студенты арендовали помещение. Скрытая правда из уст фенека звучала обыденно, будто он опять рассказывал Сайно часть своего дипломного проекта, в котором всё было правдой, — Сайно чего ты так медленно идёшь? Ты вообще меня хоть немного слушаешь? — заметив небольшое отставание товарища, хвост Тигнари недовольно закачался из стороны в сторону, а ухо грозно дёрнулось, выдавая недовольство хозяина. Студент Спантамада, слегка улыбнувшись уголком рта, скупо выдал: — привыкаю к будущей работе, я сел тебе на хвост, — шутки Сайно сложно было назвать шутками, но из вежливости Тигнари лишь саркастично хмыкнул и продолжил внимательно всматриваться в смуглое лицо, — Я помню про встречу, во сколько мне подойти к вам? И…что-то от меня кроме присутствия нужно? Хвост фенека мирно качнулся в сторону, перестав наконец-то собирать пыль с полов Академии, Нари молча отрицательно мотнул головой и после продолжил свой путь до библиотеки, где ему нужно было перепроверить некоторые замечания своего научного руководителя, да и Сайно, со слов пустынника, было по пути. Дальнейшую часть пути прямиком до дома Даэны…

***

Когда Тигнари неосторожно обронил, что совместные исследования и проверки помогают отвлечься перед сессией, Сайно и не мог предположить, что вместо вечера в компании друга и ещё пары-тройки умных соратников Тигнари, он окажется в самом настоящем душном студенческом наркопритоне, где клубы дыма от различных кальянных смесей и пепел от сожжения разных порошков ручного помола заполоняют всё, вытесняя кислород не только из помещения, но и крадя дыхание у Сайно. Но оставался Тигнари и то, что тот мог попасть в какую-то передрягу. Нередко на почве состязания за финансирование и место под солнцем студенты даршанов грязно устраняли соперников. Это морока матр, но на них сейчас времени не было. Нужно было срочно убедиться, что Тигнари в порядке или хотя бы не лежит где-то при смерти, наглотавшись едких паров, от которых даже у закалённого песками Сайно начала гудеть голова, а чего уж говорить про организм Валука Шуна. Нужно торопиться! Бежать! Спасать! И охранять! Как только нога студента другого даршана переступила порог аудитории, ряд заинтересованных взглядов обратил на него внимание, а один человек из толпы вышел поздороваться с новичком и убедиться в том, что это не посторонний, а близкий друг его знакомого: — Добрый вечер, представьтесь и назовите имя вашего партнёра? — вялый и слегка ломанный голос сверху совершенно не помогал Сайно поскорее вытащить от сюда друга, ему было всё равно на формальности. Особенно, когда дело казалось здоровья его друга, так что голос Сайно прозвучал даже агрессивнее и не сдержаннее, чем ему возможно хотелось. — Сайно, я к Тигнари. Если с ним что-то случилось, — загорающийся взгляд уже мысленно растерзал каждого, кто мог быть угрозой для его знакомого, но ему лишь уступили проход и лишь задорно присвистнули вслед с негромкой и растянутой фразой: «Так вот с кем развлекается потенциал Амурты». Эта реплика пролетела мимо ушей Сайно, ведь навязчивое желание поскорее вывести Тигнари из этого притона теперь всё сильнее ударило в голову. А может это всё от дыма и дурманящих паров? Но Сайно ввело в немой ступор и пригвоздило к полу то, что Тигнари-то и не выглядит как-то болезненно и уж точно не лежит в отключке где-то на пыльном полу в лаборатории. Фенек блаженно и абсолютно расслабленно растёкся по диванчику, который оккупировал в одиночестве, длинный пушистый хвост был распущен и слегка помахивал кончиком хвоста. Лицо фенека выражало абсолютно умиротворение, что нечасто встретишь у Тигнари, который отличался не только умом, но и весьма острыми комментариями, а также который в периоды подготовки к экзаменам был определённо далек от понятия умиротворение. Руки Тигнари вяло свисали с подлокотника, уши свободно и хаотично вертелись в стороны, пока не замерли от нового источника шума. Сайно. «Всё же объявился», — от этого умозаключения непослушный хвост задёргался чуть сильнее прежнего, а хищнический взгляд, ранее скользящий по всем остальным студентам, теперь был направлен только на товарища, ловя каждое его телодвижение. Тигнари расслабленно подмигнул Сайно, зазывая его к себе подойти. Плотоядный взгляд всё же вынудил пустынника подойти чуть ли не вплотную к фенеку, высматривая уже вблизи слегка слезящимися от дыма глазами любые ухудшения здоровья у Тигнари, но как только Сайно оказался поблизости, взгляд с плотоядного стал просто вовлечённым. Расширенные от природной дури глаза внимательно осмотрели слегка открытый наряд Сайно, который в свободное от занятий в Академии приоткрывал вид на его смуглые бока. — Сайно, — обращение было развязным и будто бы ни раз за этот вечер смаковалось на губах студента, — Ты всё же решил принять моё приглашение и расслабиться? Тебя ввести в курс дела? — Нари сохранял свою обычную норму слов при общении, хотя сейчас его речь и была более вязкой и текучей. Прежде чем ещё шокированный студент Спантамада сумел ему что-то ответить, фенек продолжил, — вон у Розалины есть порошок новой текстуры из, — фенек прикрыл глаза, вспоминая состав, — из падисар и плесиников близ леса Мотиймы. Весьма сладковатое послевкусие. Как раз подходит для новичков. А вон у столика поближе к такому блондинчику стоит мой старый рецепт. Я очень польщён, что его признали наши… Я не особо-то и старался, там же всего лишь перемолотое ядро плесеника из тропических лесов Авидьи да грибы рукхашава… Материалы не особо интересные, да и после практики у лесных стражей был большой запас. Представляешь, эти глупцы додумались бить плесеников факелами, хотя им нужна была пыльца. Вот же дурочки́ там. Ну ничего…я покажу как надо, когда выпущусь, — вся речь студента прерывалась небольшими смешками, что так же было редкостью для Нари. Неожиданно лежащий парень замолчал и вновь поднял взгляд на Сайно, — А ты чего стоишь-то? Наверняка ноги устали носиться. Присаживайся вот…сюда, — Тигнари показательно убрал одну руку с подлокотника, освобождая чуть больше места для товарища, — Ну чего ты как неродной? Тебе тут рады, Сайно. Вероятнее всего всё это были слуховые и зрительные галлюцинации Сайно из-за паров дури, которые уже давно заполнили его дыхательные пути. Ну не может Тигнари звучать столь…маняще и притягательно. Его друг никогда так не говорил, не улыбался и уж точно никогда столько не хихикал с блаженной улыбкой, помахивая хвостом. Всё это определённо влияние наркотиков и судя по всему природных...влияние на Сайно, разумеется. Куда же смотрят все семеро и управление Академии… Но юное тело Сайно повинуется привлекательному и на данный момент самому правильному для него решению, — он усаживается на подлокотник, продолжая откровенно рассматривать ныне новый образ Тигнари. Нари же в свою очередь лишь изредка бросал на спутника свой расширенный от дури взгляд, а после бросал в след тихое и слегка заторможенное хихиканье. Всё было вполне спокойно, так что мышцы спины у пустынника вскоре расслабились и даже появилась привычная несильная сгорбленность. — Что ты кажется не особо понял смысл этого мероприятия, Сайно, — хрипловато протянул Тигнари, в совершенно естественном жесте уложив свою когти на оголённый бок студента Спантамада, слегка подёргивая ими. В силу своих корней Валука шуна у Тигнари были не только уши и хвост, но и повышенная чувствительность у слуха и обоняния, а также множество других животных мелочей, которые ложились в основу его поведения, ну и разумеется удлинённые крепкие когти, которые Тигнари подстригал раз в недели две, дабы не поранить кого-то. Видимо из-за предстоящих экзаменов надежда Амурты не соизволил их подпилить и от того на боку у Сайно оставались слабые белёсые полоски. Это вновь вызвало смешок у фенека, — Сайно, тебе не нравится общество моих сокурсников? — голос лиса прозвучал с наигранной обидой, а в прикрытых глазах-хамелеонах были небольшие хитрые искринки. Тигнари вяло приподнялся с налёжанного места и приблизился в плотную к уху друга, — Мне они тоже уже подрядком наскучили. Предлагаю уединиться в моей комнате, подальше от них. Довольно хихикнув, Тигнари плавно со всей животной грацией оторвался от диванчика и, поплотнее перехватив голое запястье пустынного друга, потянул того в сторону выхода из этого удушающего обилия курева разных сортов и степени запрещённости. Но даже когда они оказались в пустом и тёмном коридоре Академии Сайно легче не стало, ведь одурманенный лис не делал остановок и просто вёл друга всё дальше и дальше в сторону жилых помещений.