Сила голода.

— Сколько времени прошло с момента ее смерти? — спросил Саша, внимательно ощупывая труп в багажнике машины и принюхиваясь. — Я завалила ее примерно за минут пять до того как представила тебе. А что, не нравится? Спортивное телосложение, здорова, молода и не наркоша. — девушка усиленно задумалась, поставив одну руку под грудью, а другой взявшись за подбородок. — я заметила как ты поморщился, когда услышал слово «морг», поэтому решила что тебе не нравится есть давно остывший труп или скорее просто само определение в «труп» не нравится, в виду твоей садистской натуры, или мне следовало мужчину притащить? Он странно покосился на нее, не понимая последнего вопроса. Насколько можно знать, мужчины тут крайне ценны и относятся к ним очень бережно. Убийство хоть одного из них жестоко карается законом и в некоторых случаях даже самими жителями этого безумного мирка. Она бесстрашно глупа или вообще безумна, если не шутит. Таким поступком та могла навлечь на себя гнев других и преследование законом. Такого не потерпят даже в отношении вампира. Скорее всего властям людей хорошо известно, что происходит у них в стране и вероятно, заключен какой-либо договор. Вампиры не перебарщивают и ведут скрытный образ жизни, а те в свою очередь не открывают завесу тайны. Но предположения могут быть ошибочны. Но что действительно важно: ей удалось понять его эмоции лишь по движению губ и рассмотрела это в тусклом освещении? Да и сделанные выводы близки к истине. — Да, я несколько брезглив и недоверчив к неизвестным трупам. В том числе и к этой… мертвячине. — кивнул тот на убитую. — не сочти за оскорбление, просто прими как данность. Нам обоим так проще будет. Саша опасливо скосил взгляд на сверкнувший кинжал. — Подумаю, если назовешь мне свое имя. — поставила условие она, медленно проведя пальцем по рукоятке. — Эрика Анхиль, к вашим услугам. Надеюсь, ты не интересовался потому что наверняка забыл, а не потому что хотел пустить в расход? — на ее лице появилась милая улыбка. — ранее не было подходящего момента, ведь так? — Может быть. — к ее неудовольствию коротко и неопределенно ответил он, подняв взгляд от лезвия к лицу Эрики. — Александр Зеттур, можешь просто Сашей звать. — О, так ты не против сблизиться, малыш? — игриво ухмыльнулась она. — Твой шрам в некоторой степени сам по себе доказательство нашей близости. — тот указал в ее плечо. — это не просто какой-то обычный укус, а нечто особое… по традиции моего народа и лично для меня. Такой укус ставится не просто так, тем более если учесть, что он на всю жизнь. Метка показывает всю серьезность намерений и твердое желание разделить свою жизнь с выбранным спутником и вместе встретить смерть, раз и навсегда. Не то, что похоже на традиции людей, где обмениваются кольцами. Эта метка — очень серьёзный шаг, а ему удалось вот так просто поставить на случайной девушке. До крайней степени глупая и абсурдная ситуация. Узнай об этом его собратья — заржали бы, да пальцем тыкали. — То есть? — она стала посерьезнее, внимательно вслушиваясь в его слова. — Это…гм…как бы сказать?.. — он невнятно бормотал под нос, чувствуя себя неловко, и почесал щёку, отводя взгляд. Эрика терпеливо молчала, хотя по ней было видно, что ей очень любопытен данный вопрос и она хотела поскорее получить ответ. В этом же и была суть его медлительности: «зачем именно это ей интересно? Какие мотивы движут?» — Это брачная метка. — смущённо выдал тот, краем глаза отслеживая реакцию. — по ней можно определить пару даже после смерти одного из них. — Так значит мне не послышалось. — кивнула она, поднимая взгляд к небу через полуразрушенный потолок заброшенной фабрики. — и с реакцией той древней ископаемой складывается. Ну и зачем ты сразу с брака зашёл? Я думала, мужчины с этим вопросом затягивают. Вот так сразу метить кого попало… многих ты так? Это какой-то намек на что-то? — Никого, кроме тебя. Ты первая на ком я поставил её. Да ещё и так быстро. — Признаю, льстит. — у нее вырвался смешок, а она сама тихо встала за его спиной, осторожно запустив руки к нему на талию и горячо выдохнув в ушко: — получается, метка не исчезнет и мы теперь связаны, наглец? — Просто быстро помечаю, чтобы никто другой не покусился. — хмыкнул он, сдержав порыв вздрогнуть и поворачиваясь, затаив дыхание, оказавшись чуть ли не вплотную лицом к лицу с ней. Саша решил опустить детали, что под «помечаю» имелись ввиду разорванные им тела. Ну не признаваться же что причина оставления метки максимально глупа? Его бы быстро в грязь растоптали и морально, и физически, скажи что она была поставлена просто из-за того, что он отвлекся. — Ах, какое заявление… Ее серо-голубые глаза невольно притягивали своей некой внутренней загадочностью и ощутимо завораживали, находя отклик в его душе. Они были так близки и позволяли увидеть всю глубину скрытых эмоций и чувств девушки — только подайся вперёд и почувствуй. Он поймал себя на мысли, что добровольно поддается сладкому и манящему наваждению. Было бы неплохо полакомиться её плотью. Вероятно, в его взгляде что-то проскользнуло и поняв на свой лад, вся ее уверенность, нахальство в глазах сменилось смущением и непонятным испугом в глубине этих чудесных глаз. Подавшись вперёд, Саша прильнул к ее бледным губам, беря за талию и взявшись за подбородок девушки. Дрожь пробежала по телу, почувствовав в ответ требовательный поцелуй, углубляя. Мысли постепенно улетучивались куда-то вдаль, а руки лишь сильнее прижимали к себе девушку, чьи руки уже хозяйственно заблудили по нему и пустили ноготки в кожу. Он был напорист, не выпуская ту из своих объятий, чувствуя как она обмякает и не отрываясь, сладко простонала, после того как тот нежно сжал в ладони мягкую грудь. — Оставишь меня на некоторое время? — спросил Саша, прерывисто дыша и пытаясь унять колотящееся сердце, смотря на растерявшуюся Эрику. — мне комфортнее есть одному. — он почувствовал вкус крови во рту и облизнул губы. — и извини за это, привычка. Признаться честно, вкус крови едва ли не был основной причиной, почему тот так долго не выпускал девушку из объятий. Дурманящий поцелуй с дополнением крови… что-то с чем-то. Плюс к этому похоже ещё и гормоны шалят. — Да, конечно. — немного удержав на нем внимательный взгляд, она с видимым нежеланием отстранилась и неспешной походкой отошла, остановившись неподалеку. Потребовалось всего десять минут, чтобы разобраться с делом и полностью набить себе живот. Он почувствовал приличный прилив сил и крайнее довольство жизнью, вытирая кровь с щеки тыльной стороной ладони, но лишь ещё больше пачкаясь. — Это было прекрасно. — блаженно улыбнулся тот, поворачиваясь и вовлекая неподозревающую, заинтересованно приблизившуюся девушку в страстный поцелуй в порыве эмоций, отдаваясь накатившей эйфории. *** Просыпаться, обнимая собой голое спящее тело смертельно прекрасной девушки — хорошо, но если вспомнить прошедшие часы страстного сношения и блаженное забытьё — ещё лучше. Ох, это прекрасное ощущение расслабления после напряжённых нескольких лет… чувствовавшихся словно натянутая струна. Такое взаимное вожделение, страсть и желание в глазах Эрики… приятно дурманил разум. Саша прижался к ней, аккуратно водя рукой по спортивной, стройной фигуре, фиксируя в ладони упругую попку, уткнувшуюся к его паху. Не сдержав порыва, поцеловал оголенное плечо девушки, оставляя видимые дорожки до шеи, замечая ее довольную, счастливую улыбку, даже послышалось, будто бы она промурлыкала. «Как до этого все дошло?» — он и сам не знает. Женщины этого мира были просто огонь и сами падки на мужчин. Хорошие и выгодные условия для того, у кого давно не было секса. Раньше совсем не до того было. Эрика была горяча, аж настолько, что отодвинула в сторону все предыдущие ночи. Даже желание сожрать куда-то отошло на второй план. И вставать совершенно не хотелось. Вместо этого хотелось просто лежать с ней, обнимая. Вновь же сказывалось долгое отсутствие женского тепла и исходящего от нее комфорта. Но это было лишь до того момента, как тот не заметил циферки на часах: 10:57 Резко округляя глаза, он аккуратно выскользнул из-под одеяла и быстро пробежавшись взглядом по просторной спальне, выцепил на полу свои трусы и быстро натянул, начиная рыться в раскиданных вещах. В эту ночь Саша не вернулся домой и как в дополнение занятия тоже пропустил! Если об этом узнает Каталина, то не сносить ему головы! А там ещё и мать подтянется с другими сестрами! Головная боль! — Да что ты там шуршишь, а? Весь сон отбиваешь. — донёсся возмущенный голос Эрики с кровати. — Ты не видела мой телефон? Чёрненький такой, с чехлом. — Этот что ли? — она вытащила из тумбы телефон и бросила на подножие кровати, поднимаясь с постели. — из школы звонили — сказала что заболел. Не думала, что ты ещё школьник. Тебе лет то сколько вообще? Как-то не подумала об этом. — с укором в голосе причитала та саму себя. — ну ничего критичного. — Девятнадцать. На год отстал из-за болезни… — он замолк, сопровождая взглядом девушку, что нисколько не стесняясь повиливала аппетитной голой попкой. — Я в душ. — Сразу за тобой. Искусительница. Мотнув головой, с удивлением обнаружил всего три пропущенных от Каталины. Похоже не обнаружила его отсутствие, иначе их было бы в десятки раз больше. Некоторое время спустя. — Сколько-сколько? — с немного прифигевшим лицом переспросил Саша, смотря на улыбку Эрики и сидя в кухне. — двести пятьдесят? — Ну да, а что? Тебя это смущает? — она забавлялась его реакцией на возраст. — Да нет, просто… не верится. — ответил тот, держа в руках бокал с кровью, налитым ею. — вы действительно бессмертны? — Конечно, старость нам не грозит. — пожала плечами та. — ты упоминал ранее о своем «народе» и схожести с нами. Можешь поподробнее раскрыть мне их? Он призадумался, формулируя ответ. В этом мире подобных ему нет, в ином случае Эрика не удивлялась бы так его существованию. Вот только есть ли необходимость говорить об этом? А вообще, есть ли надобность соблюдать традиции? Если его сородичей в этом мире нет, то на него автоматически падает статус «прародителя» гулей нынешнего мира, как единственного члена общества гулей. Вот это было сложной темой, которую нужно тщательно обмозговать потом. — Мои сородичи существовали ещё с древних времён и вели скрытый образ жизни, изгоняемые обществом, так как мы питались их плотью. Другая любая пища нам не подходит, как и в вашем случае. Но я не особо много знаю, так что не могу тебе много рассказать. — соврал и глазом не повел. — Что-ж, жаль. — наигранно опечалилась Эрика, испив из своего бокала. — Ты чересчур довольна для таких слов. — подозрительно покосился Саша. — Ну а чего мне не радоваться? Муженька себе нашла, «цветочек» твой сорвала. — усмехнулась она. — ты мне привлекателен, я уже повторяюсь. — И чем я тебе привлекателен? — Хм, ты отличаешься от других представителей мужского пола. Возьмём к примеру мое впечатление о тебе: садист, хитрюга, сильный, обманщик, хорошо переобуваешься из роли плаксы в матёрого убийцу, очень любишь человечинку, можно даже сказать — слишком. Хорошо хоть уравновешенный или в этом уже ошибаюсь? — Тебе следовало бы пересмотреть свои взгляды о «прекрасном». — вздернул он бровь и покосился. — и кстати, как мне теперь домой добираться? Я из-за тебя в грязи повалялся, а отстирать так и не подвернулась возможность. Как мне подсказывает память о сегодняшней ночи, мы находимся в загородном доме. — Ну так закинь в стиралку, у меня она есть. — Слишком долго. Мне нужно возвращаться домой, я ведь «заболел». И мне вот интересно, как ты можешь вот так просто шляться ночью и убивать людей, при этом спокойно отдыхая днём? — В отличии от некоторых, я хорошенько подчищаю свои следы и не свечусь перед камерами. — А я? Не боишься что сдам тебя? — Это было бы больно, получить нож в сердце от своей любви, — она на пару секунд сделала трагическое лицо и схватилась за сердце. — но оно у меня и так мертво, к слову. Поэтому я бы просто порешала тебя или заперла бы в подвале, увезя за границу. Скорее всего второе. — Очень… многообещающе. — выдавил из себя Саша. — и могу просто предложить Японию в качестве варианта. Это просто пример, чтоб ты много не думала над местом где меня можно грохнуть или держать. — Даже сейчас я имею полное право отсечь тебе голову, учитывая то, что ты в прямом смысле чуть не сожрал меня во время нашего акта. — раскрыв плечи, она показала отчётливые следы от укусов в области шеи и плеч. Иронично. — Как хорошо что ты вампир. — неловко улыбнулся он. — а то вышло бы как-то неудобно… — А разве тебе не должно быть и сейчас «неудобно»? — ядовито усмехнулась та. — Ты исполосовала всю мою спину, так что молчала бы! — Мужчина, это более менее нормально чем то, когда твой партнёр чуть не съедает тебя в процессе! Для меня теперь фраза «сладкий поцелуй» приобрела новый смысл! — Ну, ничего ведь трагичного не случилось… — тихо пробормотал Саша под нос.