Сила голода.

По комнате проносился весёлый смех, от которой Эрика, и так темнее туч, ещё больше нахмурилась, не сводя с него задумчивый и тяжелый взгляд. — Так ты не шутишь? — резко заткнулся Саша, широко распахивая глаза. — прошло не так много времени, как ты вообще можешь в этом уверенной? Да и то ты же вампир, нет? — разведя руки в сторону, он нервно хихикнул и смутившись, продолжил: — мертвая, коротко говоря… Она закатила глаза. — Откуда тогда чистокровные, умник? — раздражённо спросив, та достала автомат и увернулась от брошенного в нее стула. — какого черта? — гневно глянув на отступающего назад Сашу, открыла огонь в сторону дверей. — позже поговорим об этом! – Это все рефлексы! – оправдался он. Недоуменно завертев головой, быстро натянул на себя маску и быстро среагировав, отступил на шаг в сторону и зарядил кулаком по пробившийся через окно женщине, отправляя обратно на улицу. — Мы ещё не договорили! — крикнул Саша под шум стрельбы и ткнул в ее сторону пальцем. — Почему они у меня? — спрашивала Эрика, прислонив к уху передатчик. — у меня заслуженный отпуск, мать вашу! Дверь в комнату внезапно слетела с петель, а в следующее же мгновение он получил когтями по лицу и с удивлением понял, что остались ссадины. Отскочив назад к стене, он начал стрелять из укаку кристаллизованными осколками кагуне, словно из автомата. Такая атака слишком быстро выматывает и заставляет терять выносливость, но выбора не было, пришлось стрелять, дабы покрыть большую часть помещения. Двинув головой в сторону и пропустив брошенный ему в лицо серебряный нож, перехватил за рукоять и кинул в сторону сражающейся Эрики, пробивая череп подкрадывавшейся к ней сзади противнице. Рванув в сторону двери одним взмахом отсек головы парочки вампиров и отлетел обратно от мощного удара, оказываясь зажат с двух сторон. Ему заломили руки, а коготки болезненно впились ему в плечи. — Какой интересный мальчик, капитан Луна. — и взгляд в сторону Эрики. Короткий взмах и укаку отсекает руку женщины справа. Он извернулся, отчётливо слыша хруст в левой руке, и потянул за ноги второй вампирши, придавив к полу. Один тычок укаку пробил ей грудь. Но сразу же его настигла другая вампирша и сходу же начала махать мечом. Парируя ее атаки, выскочил в коридор и ловко вытащив из-под одежды серебряный нож, вбил точно в сердце подбежавшей второй противнице. Не успев оглянуться, получил болезненный удар в затылок и используя укаку перерубил ноги, ногой вбивая ее голову в стену. Сразу же поворачиваясь к приближающейся противнице, пальнул в нее град осколков, с досадой понимая, что таким ее не задеть. Даже в таком узком помещении она умудрялась уклоняться от снарядов. Ее рука больно цапнула по груди, оставляя рванные порезы. С разворота пробив ее бок, удостоился насмешливого взгляда и почувствовал как та крепко схватила его ногу и с силой сжала. Попытавшись пробить голову девушки крылом, не успел, почувствовав крепкую хватку сзади у себя на шее, и получил по лицу, на секунду теряясь и даже успев потерять сознание. Трое тянули время, а последняя поджидала подходящего момента. Попался. Надо быть осмотрительнее. Короткий взмах укаку отсек руки вампира. Быстро развернувшись, он схватил отступающую вампиршу за ворот и кинул в ее товарища, и сорвался быстрым бегом вдоль коридора, собираясь к подвалу. Вампирша тоже рванула вслед за ним и быстро догнала, хватая за ногу и перекинула через себя, вбивая в пол. Несколько выпущенных им снарядов пронзили её, но не убили. Саша досадно понял, что ему мало кого удалось убить. Очень живучие твари. Ещё и шею больно щипало. Он скрылся в прежней полуразрушенной комнате, в поиске оглядываясь. С разбитого окна внутрь проникла темнокожая женщина с темными очками и во всеоружии, и держа в руке клинок, без всяких лишних слов кинулась присоединяться к заварушке. Свет вырубился, покрывая темной пеленой комнату. Напряженно крутя головой и отходя назад, Саша заметил, что бой все ещё идёт несмотря на непроглядную тьму вокруг. В том же коридоре видимость была почти нулевая. Услышав чьё-то приближение, вскинул укаку и почувствовал, как кто-то крепко обхватил его руками. Он болезненно вскрикнул от боли и упал на землю, осознав, что телом насквозь пробил стену дома. — У меня и так рука сломана, «Эрика». — сдавленно просипел тот, после тарана стены. — или все же «Луна»? — Заживёт. — хмуро ответила она, отпуская и быстро вставая. – бежим! Заметив за ее спиной тех самых охотников, встреченных ранее, скрыл девушку за своей спиной, прикрыв собой и развернув кагуне во всю ширь от инфракрасных лучей. — Отступай. — велел Саша, вновь открыв огонь и видя как вампиры выбегают из щели дома, невольно завязывая бой с охотниками и сами того не замечая выигрывая им время. Перед ними просто развернулось поле битвы. Воспользовавшись моментом, они скрылись за углом. — Дом скоро взлетит на воздух, уходим. — потянула за плечо Луна, заметив как он остановился проверить наличие возможного хвоста и тяжело дышал, периодически жмурясь. — о нет, тебя… — непроизвольно шокировано прошептала она, уставившись на его шею. — Да-да, сейчас… — зажмурился от боли тот, поворачиваясь и чувствуя потяжелевшие веки с общей слабостью. — уходи, сюда кто-то бежит. — он толкнул ее и не удержавшись на ногах, упал на колени чувствуя подхватившие его заботливые руки. — становится уже невыносимо больно. — прохрипел Саша, прислоняя руку к окровавленной шее и скосив взгляд назад, посмотрев на напряжённое лицо Луны. Секунда и укаку увеличивается во много раз увеличивается в длине и вовсю расширяется, сворачиваясь вокруг них и образуя подобие защитного купола. Прочность хорошо держалась, не пропуская никого, кто пытался пробить укаку. Ещё больше излив в какухо RC-клеток, пальнул острыми осколками во все стороны. Было бы более эффективнее войти в какуджа-форму, которая сформировалась в процессе выживания в районе, но пришлось вкачивать все силы в огромный размер, прочность, а также иметь наглость стрелять несмотря на итак перенапряжение. Но упорства было не занимать, понимая, что позади него находится Луна, над которой он теперь ощущал чувство ответственности. Да и на месте боли все-таки оказался укус, а не простая рана. То-то она подозрительно слишком сильно ныла, отдавая во все тело. Обычная рана уже зажила бы. Оставался вопрос когда и как успели его укусить? По телу будто окатило раскалённой лавой. Обжигающая, острая боль проносилась и одаривала невыносимой болью. Он болезненно корчился и хрипел, пытаясь выдавить из себя хоть слово. Из него вырывались лишь бессвязные звуки. — Сейчас-сейчас, тихо. — сквозь боль послышался голос Луны. — всё будет хорошо. — ласковый, успокаивающий тихий шепот. — я найду решение. Хотелось верить. Сильно. Очень. Саша чувствовал, как его крепко обнимают, держат руку и пытающийся успокоить тихий, ласковый шепот. — Помнишь наш заговор? — внезапно спросил тот, тяжело дыша. — если я умру, закопай меня в Японии или пусти там мой пепел, пожалуйста. Сделай одолжение умирающему? Избавь меня от этого дерьма. Пусть чужбина, пусть чужой мир, но хотя в проблеске или пародии его родного мира ему придется принять покой. Родина была всегда ему любима, несмотря на жёсткие условия. Он был рождён там, жил всю свою сознательную жизнь. Его тянуло обратно. *** Саша завертел головой, видя исключительно бескрайние, пустые белые просторы, не чувствуя ни боли, ни тревог, ни забот. Часами бесцельно бродя по непонятному месту, он заметил вдалеке маленькую фигуру. Не видя иных вариантов, тот медленно побрел в назначенную сторону. Внутри и снаружи было такое удивительное спокойствие, уши не улавливали ни единого шума, никаких запахов, что это даже стало неким комфортом. Это чувство было сродни… покою. По мере приближения фигура сформировывалась в сидящего маленького ребенка, держащего в руках плюшевого тигрёнка и спокойно что-то рисующего цветными карандашами в белом листке. — Что ты здесь делаешь, малыш? — Саша постарался сделать голос более мягче, осторожно дотронувшись до плеча и опустившись на корточки. — ты знаешь что это за место? — ребенок никак не отреагировал, продолжая сосредоточенно заниматься рисованием. Вздохнув, он вновь скользнул взглядом вокруг, в глупой надежде найти ответы и перебирая в голове различные мысли. — Почему ты здесь один? — уже не надеясь услышать ответ озвучил очередной вопрос тот, поднимая взгляд и устремляя его вдаль. — Меня бросили тут. — внезапно грустно ответил ребенок, заставив того обратно сесть на корточки и внимательно навострить уши. — забыли. — Кто тебя тут бросил? Саша пригляделся к внешности повернувшегося к нему ребенка и удивлённо вскинул брови от их схожести. В нем проглядывались знакомые черты лица, присущие ему. Но в прекрасных, добрых детских глазках виднелась грусть, направленная куда-то в неизвестность. — Я уже давно тут. Но у меня есть игрушки! Он сочувственно закивал, потрепав ребенка по голове. — Не хочешь найти со мной выход? — озвучив пришедшую в голову мыслишку, тот подумал, что все это наверняка было обусловлено внезапным простым желанием не бросать ребенка в таком непонятном месте в одиночестве. — тебе больше не придется сидеть тут в одиночестве. — Давай! — воскликнул ребенок, быстро повеселев. — вот, держи! Приглядевшись к протянутому детскому рисунку, Саша вновь удивился обнаружив свою схожесть с представшим перед ним изображением на листке. — Спасибо… — удивлённо поблагодарил он, сворачивая лист и засовывая нагрудный карман. — ну, теперь пошли. — кивнув и подняв ребенка на руки, побрел дальше в неизвестность куда глаза глядят.