И всё повторится вновь.

— Если это очередное ваше экспериментальное зелье, я выплесну его вам в лицо! — протянутый в руке Северуса бутылёк совершенно не внушал доверия. На языке вновь ощутилась вся та гамма вкусов, от приторно сладкого до отвратительно горького. И меня сразу же передёрнуло от столь неприятных воспоминаний. — То, что зелья не имеют на мне никакого эффекта, совершенно не значит, что по вкусу они стали подобны блюдам мишленовского ресторана. Я прикрыла рукой кружку какао, обжигая ладонь горячим паром, чтобы он не надумал подлить его туда. — Это сироп для горла, маггловский, — пояснил Северус, смотря на меня как на дуру. И мне стоило больших усилий не покраснеть от смущения. — Я всё равно не понимаю, зачем он мне. — Вы не понимаете моей доброты, а я не понимаю вашего упрямства. Так что просто пейте. — он поставил бутылёк на кофейный столик и сел в кресло напротив, в очередной раз не захотев со мной спорить. — Пф! Доброты? Не смешите меня! Я скорее поверю в то, что Волан-де-Морт вновь возродился, нежели в то, что вы можете проявить к кому-то хоть каплю доброты! Северус дёрнулся, будто от удара, не знаю, что задело его больше — упоминание почившего Тёмного Лорда или обвинение в чёрствости. Мне… всё равно, в моей голове до сих пор свежи воспоминания его холодного отказа и всех тех скандалов, что я проживала с ним сотни раз. Северус Снейп не изменится в одночасье, а то, как он ведёт себя сейчас, — не что иное, как очередная маска. Это правда, которой я стараюсь придерживаться, иначе, если я позволю себе поверить, весь тот хрустальный замок, что я выстраивала вокруг своего сердца, разобьётся в одно мгновение, разорвав моё сердце своими осколками. И после этого я уже не смогу исцелиться. Северус больше не смотрел на меня, мы провели в тишине ещё пару минут, прежде чем он покинул гостиную. Бутылёк всё так же стоял на столике у моих ног. Горло и правда болело, уж не знаю, как он об этом узнал, но факт остаётся фактом. Он знал и пытался помочь — снова. Я сверлила лекарство взглядом… хотя с чего я вообще решила, что там лекарство? Возможно, ещё одно хитро-сваренное зелье. Я медленно потянулась за флаконом, тело ныло, а сама я с каждым днём, проведённым здесь, как будто всё больше и больше разваливалась. Но выпить это означало признать его заботу, то, что ему не всё равно. Не хочу! Я сильнее сжала флакон в руке, чувствуя, как хрустальные грани впиваются мне в ладонь. Я не должна в это верить… Я всё равно исчезну. Возможно, у меня осталась всего пара минут или пара недель — это не важно! Я не могу позволить себе это доверие. Северус Снейп лишь хороший обманщик, что долгое время играл на два фронта в войне, что длилась десятилетие. Думать, что он может что-то чувствовать ко мне, неправильно. Ведь кому как не мне знать, что в его сердце есть место только для одной женщины, и это не я. Это никогда не буду я… Я откупориваю крышку флакона и выпиваю содержимое залпом. По горлу разливается приторно сладкий сироп, заставляя меня недовольно поморщиться и сделать глоток слегка терпкого какао. Как бы сильно я ни хотела не доверять ему, но доверие крепло. С каждым днём, проведённым здесь с Северусом, мне всё сильнее хочется остаться. Сердце бьётся быстрее, стоит его увидеть, в нём зарождается надежда. И это самое страшное, ведь я знаю, куда может привести такая надежда… По щеке скатывается слеза, а за ней ещё одна. Я и так тянула непозволительно долго, и пора это заканчивать. Выход всегда был только один, и я давно это поняла. Я сморгнула ещё одну слезу и вытерла глаза рукавом. В голове раздался выстрел, в ушах запищало. Если хрустальный замок и должен разрушиться, то причиной этого стану я сама, и для этого мне будет достаточно и ножа. Это с самого начала был не мой мир, и пришло время перерезать нитки, что удерживают меня в нём.