Бесшипная роза

Амирку никто не забрал из детдома, поэтому он вынужден добираться до нового дома самостоятельно. Он мечтает о полноценной, любящей семье. Щёлкнув на диктофоне тремя кнопками: 66*, он с нетерпением ждёт, когда его впустят. Но никто не спешит открывать дверь. - Что, парниш, ключи дома оставил? - спросила бабушка с двумя тяжёлыми пакетами, перебирая ключи морщинистыми пальцами. - Вроде того... Домофон радостно заверещал в знак приветствия. - Бабуль, давайте помогу. - Ой, сынок, спасибо. Какой ты добрый, не то что этот Ярик из 66 квартиры. Весь в пирсерге, татуирофкаф, с розовыми волосами. Ни разу мне помощь не предложил, сколь живёт на белом свете. Эх, да то и понятно, что с детства обделён вниманием. Жаль его конечно, мелкий такой хороший был, всегда здоровался, а как старше стал, всё. Ох, спасибо, сыночек, вот и моя квартира. Ставь пакеты на линолим, да заходи на чай. А коль времени нет, приходи как будет, угощу, чем смогу. Ты сам-то откуда? Звать как? - Да я бабуль из детдома, меня вот семья одна забрала, сегодня мой первый день здесь. Амир зовут. - Красивое имя, первый раз на слуху такое. А это Люська тебя поди усыновила-то из 45ой? - Да не, бабуль, в 66ую мне как раз. Бабуля начала охать и хвататься за сердце. - Бабуль, вы как, может скорую? - забеспокоился парень. Она недолго подержалась за сердце, потом перекрестила Амирку три раза, поцеловала в лоб и, бубня под нос молитву, закрыла за собой дверь. Амирка был оптимистом, поэтому не придал особого значения реакции бабульки. К тому же, вот он, уже стоит у порога 66ой. - Ну, да здравствует новая жизнь! - сказал он самому себе, нетерпеливо улыбаясь. Дверь была открыта, сразу видно - ждут. Однако никто его не встречал. Из прихожей несло спиртом, на кухне шумели несколько пьяных мужиков. Ни следа пребывания в этом доме женщины не наблюдалось. Мало того, что пол был грязный, так ещё и несколько мешков мусора в прихожей, неизвестно как долго простоявших здесь, заставили бы зажмуриться любого. Разве что розовая дверь посередине могла помочь усомниться Амиру в его опасениях. Ведь парень с детства мечтал о том, чтобы у него была мама. Постучав несколько раз и не получив даже намёка на ответ, он наконец решился напомнить о себе. - Извините, я вхожу. Картина была не из приятных. На кровати сидел мужчина, на вид лет сорока, а перед ним на полу на коленях молодой парень с чёрно-розовыми волосами сжимал в руках его член. И всё это освещала висевшая по всему периметру комнаты длинная гирлянда, лампочки которой были в форме небольших полумесяцев. - Ярик, блять, ты же говорил, что мы вдвоём будем. Так и знал, что снова наебёшь, - мужик начал резко собираться. - Не уходи, останься. Я даже не знаю кто это. Наверное, дверью ошибся. Или это один из кентов папкиных, - оправдывался розововолосый. - Да всё, настроение пропало. Мужик толкнул Амирку плечом в узком дверном проёме и покинул квартиру номер 66. Неформал, скрестив на груди руки, недовольно смотрел на семнадцатилетнего парня. - Ты ещё кто? - начал он. - Я Амир. - А, это ты тот сталкер, что донимает меня в интернете? - Нет же. Меня направили из детдома в эту семью. Розововолосый рассмеялся, держась за живот и сгибаясь. - Ух, ебать... Пиздец ты юморист, конечно. А если серьёзно? - он вытирал слёзы, катившиеся от смеха из его больших карих глаз. - Да я не шучу. - Всмысле? - В прямом. Взгляд парня, живущего здесь, изменился с весёлого на а-ля "порежу нах". Он рванул на кухню, Амирка стоял на месте. Из плохо освещённой комнаты, где сидели мужики, доносился крик парня и чей-то голос, скорее всего это был голос отца семейства, басовый такой, будто из преисподней. - Бать, ты чё, последние мозги пропил? На кой нам ещё один индивид? - Сына, не щас... - Да мне насрать когда, где он жить-то будет? - В комнате материной. - Ну уж нет. - Я так решил, Яр. - Да она же недавно только умерла, там все вещи, как при ней лежат всё ещё. - Яр, успокойся, - монотонно вторил отец. Яра продолжал разговаривать на повышенных тонах. Вдруг послышался и третий голос, более резкий и хриплый: - Ярик, блять, иди отсюда. Не мешай бате бухать. А то всеку, - видимо говорил один из батиных друзей. - Никуда. Я. Не. Уйду. Послышался грохот, а затем звук хлёсткой пощёчины. Голоса стихли. Розоволосый вновь появился в коридоре, прижимая руку с чёрным маникюром к щеке. А на кухне вновь стало шумно и весело. - Как там тебя... - Ярик обращался к новоиспечённому брату. - Амир. - Амира, ты мне клиента спугнул, так что либо денег давай, либо выеби. А то я пиздец, как возбуждён, а ты мне весь кайф обломал. Амир впервые столкнулся с парнем, который хотел, чтобы его выебали. В детдоме таких нет, там пацаны по понятиям живут (по крайне мере, в его детдоме), и таких, как Ярик они там пидорасами кличут. Не то чтобы Амир жил по понятиям, но для него ориентация Ярика была в новинку. Поэтому он порылся в кармане и достал оттуда сто рублей, а затем протянул розововолосому. - Мда... не густо. Воспользуюсь ими, как салфеткой, так и быть, - хлопнув розовой дверью, он оставил Амира стоять в коридоре. Такого "тёплого" приёма паренёк из детского дома уж точно не ожидал. Но он был не из слабаков, поэтому сказал самому себе: - Что ж, пора вынести мусор. Яра проснулся достаточно поздно. Выглянув в коридор он сначала подумал, что оказался в чужой квартире. Мешки с мусором пропали, пол блестел, как при живой когда-то матери, в углах отсутствовала паутина, а из кухни доносился запах чего-то съедобного. "Я что, помер?" - пронеслось у Ярика в мыслях. На кухне хозяйничал Амир. Высокий брюнет подогревал что-то на сковородке. Кухню тоже было не узнать: ни единой бутылки, ни стёклышка, ни бычка. То, что Амирка сделал для этого дома не могло не подкупить неформала. - Ты что, Боженька? - Ярик чуть ли не облизывался у кухонной двери в ожидании жрачки. - И тебе доброе утро, - Амир улыбнулся и продолжил манипуляции со сковородкой. - Чего встал, как не родной? Проходи, садись. Розововолосый воспользовался предложением и уселся на деревянный стул. - Если не секрет, где еду раздобыл? - поинтересовался Ярик у парня. - Да встретил вчера старушку одну, когда сюда пытался попасть, помог пакеты дотащить, а она сегодня утром пришла, продукты принесла. - Баб Поля, что ли, из 27ой? - усмехнулся Яра. - Ага. Ярик терпеливо ждал завтрак, пока не вспомнил, что так и не почистил зубы. - Ладно, я отойду ненадолго, - сказал он, со скрежетом отодвинув стул и направился в сторону туалета. Внезапно эхом донёсся вопль: - Ебать мой хуй, что ты сделал с моим троном? Он же блестит, как бриллиант в 30 карат. Ты точно не Боженька? Амиру нравился такой Яра, который реагирует ярко даже на такие мелочи, как чистый унитаз. Подкрепившись завтраком, парни сидели за столом сытые и довольные. - Ох, спасибо. А то заебался ресторанную еду хавать, - неформал потирал пополневший от трапезы живот. Амир решил выяснить кое-что для себя: - Хотел спросить, могу ли я называть тебя братом? Это не будет напрягать? - Не. Мне не нравится слово "брат", оно какое-то бездушно-устаревшее, давай лучше "бро". По сути одно и то же, но звучит лучше. - Хорошо...бро. А куда батя ушёл? - Бро, да он бухать к друзьям пошёл, скорее всего. Такое частенько происходит, - Ярик вёл себя на удивление доброжелательно, в отличие от вчерашнего дня. Он качался на стуле, соскребая микроскопические остатки гречки с тарелки. Его руки были усыпаны татуировками, а на ногтях облупился чёрный лак. На крыле носа, губах и брови красовался пирсинг. Он был весьма симпатичным для парня, всё таки отдалённо чем-то походил на девчонку чертами лица. Что касается телосложения: в этом он уступал Амиру. Если поставить их рядом, то с уверенностью можно было бы назвать Ярика дрыщом. - Яр, а ты можешь, если несложно, про маму рассказать? - Амир боялся отказа Ярика, но тот продолжил беседу, как ни в чём не бывало. Будто его спросили о том, что он ел вчера на ужин. - Да что тут рассказывать, умерла она 2 года назад, рак щитовидки. Вот и всё. - А батя после этого запил? - Да не, он всегда таким безответственным был. Но он не самый плохой батя. Есть и похуже. - А чё за мужик, который тебя вчера ударил? - Дядь Вова. Мне он не нравится. Вечно суёт нос, куда не надо. - Понятно. А что за мужик в твоей комнате вчера сидел? - Которому я сосал? Да хуй его знает, не помню имя. - И много у тебя этих "клиентов"? - Дохуищи. Я ж тип популярен. На «онлифакс» как-нибудь глянь "ЛилМолли66". Отсюда и клиенты. Надо же долги батины выплачивать. - И много он должен? - Столько же, сколько у меня клиентов. Стало быть - дохуищи. В комнате повисло неловкое молчание, возможно где-то родился мент. - Амир... тебя же так зовут? - Верно. - А о себе ты что-нибудь расскажешь? Как попал в детдом? Чем увлекаешься, может быть? - В детдоме у нас была секция бокса, им и увлекаюсь с малых лет. А как попал в детский дом не помню. Вообще ничего. Говорят, подкинули. Даже документов нет. Только имя на бумажке написано было. Как-то так. Амиру было как-то необычно рассказывать о себе, поэтому он вновь обратился к Ярику: - Можно последний вопрос? - Валяй. - Ты будешь против, если я приведу в порядок комнату твоей матери? А то мне сегодня пришлось в коридоре спать у тебя под дверью. - Чего? А постучаться не мог? В коридоре спать опасно. К бате разные гости приходят, двери-то открыты. Я комнату свою всегда на ключ закрываю. Вот так уснёшь и проснёшься от боли в жопе, либо вообще не проснёшься. А насчёт маминой комнаты - делай что хочешь. - Я просто слышал ваш с отцом диалог, ты сказал, что там всё на своих местах с момента её смерти. - Это уже не имеет смысла. И вновь тишина. Ярик вскочил с места, нарушив её первым: - Ладно, мне пора. Работа не ждёт. Ещё увидимся. Неформал избавил пространство кухни от своего присутствия. "А с ним весьма приятно общаться, если не судить по первому впечатлению", - заключил про себя Амир и пошёл разгребать завалы в комнате умершей. Спустя 6 часов теперь уже Амиркина комната сияла. Не было больше пустых коробок от многочисленных лекарств, не было плотных, пропахших плесенью, штор, не было тошнотворного запаха смерти. В комнату впервые за два года проникали яркие лучи солнца, просачивающиеся сквозь листву высокого дуба, росшего за окном. Его крону колыхал лёгкий ветерок, а на одной из ветвей можно было заметить маленькое гнёздышко, где чирикали птенчики, которым мама-птичка принесла поесть. - Ахуеть… - протянул Ярик хриплым голосом от восторга, заглядывая в комнату брата и не решаясь войти, так как пол был всё ещё мокрым. - Ну как, нравится? – спросил Амир, вытирая пот со лба рукавом чёрной футболки. Он домывал паркет в жёлтых резиновых перчатках. - Я б тут жил, - Яра не переставал нахваливать Амирку. А тому было очень приятно слышать похвалу в свой адрес. Особенно от Ярика. Но почему, он пока не догадывался. Прошло несколько дней, Амирка уже привык к новому месту. У него был недорогой телефон, марки самсунг, который совсем недавно начал подглючивать, из чего он заключил, что пора бы ему подыскать работу. Хотя бы неофициальную. Да и постоянно брать деньги у Ярика как-то неправильно. «Я ведь уже взрослый, сам могу о себе позаботиться», - думалось Амирке на старом жестком матрасе. Он знал, что значит работать. Несколько раз ему приходилось подрабатывать грузчиком. А раз опыт есть – и работа найдётся быстро. Собственно, так и произошло. С первого же собеседования его с радостью взяли на подработку, на склад неподалёку, разгружать мешки со стройматериалами. Парень часто брал сверхурочные, чтобы с первой зарплаты и телефон купить, и матрас, плюс чтобы на еду ещё осталось, да и брату надо было дать немного, он ведь оплачивал продукты всё это время, хоть и не просил возвращать деньги. Батя уже давно не появлялся дома, Яра сказал, что тот ушёл в запой и что это происходит часто, поэтому можно за него не беспокоиться. Но Амир о нём особо и не думал, а больше пёкся о Ярике, ведь розововолосый продолжал принимать клиентов у себя в комнате. Происходило это фактически каждый день. Бывало ночью, когда Амир пытался выспаться после тяжёлой смены, он отчётливо, во всех красках слышал стоны брата, и они не давали ему покоя. После месяца работы появились чёрные круги под глазами от недосыпа, а ещё с каждым днём появлялось какое-то чужеродное прежде чувство. Амир заметил, что стал раздражительным и неуклюжим, как-то раз он даже чуть не повредил содержимое мешка из-за невнимательности. Тогда начальник впервые пригрозил увольнением. Однако Амир не привык жаловаться, поэтому мирился с шумным братишкой и его странными гостями. Некоторые из них приходили чаще остальных и уже здоровались с парнем, называя его по имени. Они протягивали руки для рукопожатия с Амиром, а после, этими же ручищами заставляли Ярика изнемогать от удовольствия. Хватали за волосы, поглаживали по бледной спине, хватали за бёдра. Одним из клиентов был женатый адвокат, который вёл себя настолько культурно, что никогда в жизни нельзя было бы догадаться, что у него фетиш на неформальных мальчиков. Он обычно задерживался дольше, чем другие клиенты и не брезговал перекинуться парой слов с детдомовским пареньком. Адвоката звали Романовский Сергей Юрьевич, у него было три дочери школьного возраста и жена-домохозяйка, которая слегка охладела к нему и вероятнее всего знала о похождениях мужа, но никак не препятствовала этому. Романовский носил круглые очки, вечно был одет, как среднестатистический клерк и везде таскал дипломат с документами. В первую встречу он протянул Амиру свою визитку. В общем, приятный тип, если не брать в расчёт его пристрастие к Ярику. Во время очередного визита Сергея Юрьевича в одну из ночей брат кричал по-особенному громко, даже подушка прижатая со всей дури к уху не помогала младшенькому (Амирчик был младше Ярика на 3 года). Тогда он перестал сопротивляться и решил погуглить этот ваш «онлифакс». Зарплату он уже получил, поэтому для него не составило труда оплатить месячную подписку на сервис. В поисковой строке он вбил «ЛилМолли66».Сайт работал со скоростью света, из-за чего Амир не успел для приличия зажмуриться и увидел несколько превью с изображением голого Ярика. Как оказалось, он вёл прямую трансляцию на почти пять миллионов подписчиков прямо сейчас. Амирка – приличный мальчик, он бы не за что не стал нажимать на какой-либо из видосов, но его старенький самсунг решил иначе, вновь заглючив. Теперь звуки, доносившиеся из комнаты старшего брата, ложились поверх звуковой дорожки прямой трансляции. Такое ощущение, будто смотришь порнуху в 3д. На видео Ярик, опираясь лишь коленями о кровать, лежал лицом вниз с вытянутыми вперёд связанными руками, сильно выгибаясь, а над ним нависал мужчина, которого камера снимала лишь по пояс. Это и был Романовский, даже обручальное кольцо не снял. Старший брат старался смотреть в камеру, но часто забывался и вновь ложился лицом вниз, однако Сергей Юрьевич, хватая Ярика за розовые волосы, вновь поворачивал лицо неформала к объективу. Его карие глаза сверкали от похоти и были устремлены на зрителей по ту сторону экрана. Но младшему брату показалось, что они смотрят именно на него, как бы призывая оттрахать. Амирка почувствовал, как затвердел и заныл член в штанах. Он не понимал, что происходит и почему он так возбудился, ведь его никогда не интересовали парни. Но зато интересовал Ярик. «Но как меня может возбуждать собственный брат? Хоть он и не родной мне, мы всё-таки семья. Нет, нет. Я так не могу», - подумал младшенький и заблокировал экран смартфона. - Завтра же куплю новый телефон, - прошептал он самому себе. Когда стоны стихли, детдомовский паренёк наконец уснул. Амир первый раз в жизни проспал. Благо, коллеги прикрыли перед начальством, мол, на складе прибирался. Ведь он имел хорошую репутацию, никогда не подводил ребят, да и сам не раз их выручал. Однако все его мысли впредь были лишь о Ярике, а не о стройматериалах. Он не мог забыть похотливое лицо старшего брата, увиденное во время прямой трансляции прошлой ночью. На перерыве он отлучился в уборную и несколько минут стоял там, опёршись рукой о холодную плитку на стене. Его член, твёрдый как камень, не давал парню покоя. Так больше не могло продолжаться, нужно выпустить пар, а иначе ни о какой работе не могло быть и речи. Амир спустил робу до колен и стал поглаживать себя «там», но в мыслях назойливо маячило лицо Ярика. Разрядка наступила быстрее обычного. И тут Амирчик, мальчик-одуванчик, который никогда не матерился, произнёс вслух, тяжело дыша: - Сука, блять! В завершении рабочего дня, Амир попрощался с коллегами и направился прямиком в персональный ад, квартиру номер 66. Он не знал, как смотреть в глаза старшему брату из-за того, что произошло на перерыве. Ярик, как обычно выбежал встречать своего бро. В этот раз он прыгнул на младшенького и обвил руки вокруг его шеи. От розовых волос пахло сладким шампунем с запахом баблгам. - Пять миллионов, ровно! – радостно пищал Яра. – Это надо отпраздновать. Иди и купи бутылку вина, срочно. Ща деньги дам. - Да не надо, у меня есть, - Амир отстранился от брата и, не глядя на него, вышел за дверь. И вот он, стоял вновь на улице, пялясь на звёздное небо и думал: «Вот сколько я сейчас звёзд вижу на небе, столько же и глаз смотрят на Ярика каждую ночь». Прогнав пошлые мысли, младшенький пошёл до ближайшего ларька. Продавщица даже не спросила паспорт. То ли потому что детдомовский паренёк выглядел старше своего возраста, то ли потому что ей было без разницы, кому продать бутылочку «красного». Задумчивый парень даже не обратил на это внимание, потому что снова погрузился в мысли о старшем брате. Он боялся того, что может произойти сегодня, ведь он никогда не пил. Он боялся своей реакции на алкоголь, боялся, что напугает Ярика. Боялся, что накинется на него, как лев на стройную лань. «Так, ладно, я ведь уже подрочил сегодня. Значит, всё пройдёт как по маслу», - подбодрив себя этой мыслью, Амир уже поднимался по лестнице в квартиру номер 66. Они сидели на кухне и потягивали винишко из бокалов в полной тишине. Ярик никак не мог отлипнуть от айфона. Он с кем-то переписывался и улыбался, как дурак. Но для Амира так было даже проще, ведь он до сих пор не мог смириться с тем, что подрочил на старшего брата. Вдруг Ярик попросил его принести носки. Брат жаловался на то, что у него замёрзли ноги. Младшенький послушно выполнил просьбу. Через несколько минут, опустошив первый бокал, Амир почувствовал приятное расслабление и эйфорию. Он вновь мог смотреть на Яру, который, наконец, обратил на братишку внимание, отложив телефон. - Ну, как ты? Что чувствуешь? – розововолосый широко улыбался, подобно лисе. - Не знаю. Мне так хорошо, - улыбался Амир в ответ. - Ты только не злись, но пока ты отходил за носками, я кое-что добавил в твой бокал. - И что же? – насторожился младшенький, сглотнув. - Да так, успокоительное… Не бери в голову… Кстати, не хочешь пойти ко мне в комнату? А то жопа уже квадратная от этого стула, - не дождавшись ответа, старшенький потянул за рукав оранжевой толстовки Амирчика, который как будто запутался в том, как нужно дышать. Он не заметил, как очутился в комнате неформала. Ярик подвёл его к своей кровати, накрытой нежно-розовым пледом, и толкнул. Тело младшего брата покачнулось и упало на мягкий плед, подпрыгнув на скрипучих пружинах. Следующим шагом, Яра стянул с брата толстовку. Амир не мог сопротивляться, да и не хотел, он, словно наблюдал со стороны за происходящим. Старший брат гладил его кубики пресса внизу живота, оставшиеся ещё со времён занятий боксом. Затем он оттянул чёрным ногтем нижнюю губу Амирчика и засосал брата по самые гланды. Опьянённый, Амир чувствовал пирсинг в губе брата своим языком. Тот уже слегка постанывал, у него тоже сбилось дыхание. Старший иногда отрывался и жадно хватал ртом воздух, облизывая пересохшие почему-то губы. Внезапно Амир почувствовал, как начинает крутить живот. Ярик губами посасывал язык партнёра вверх-вниз, имитируя что-то запретное для двух братьев. Но тошнота постепенно подступала к горлу младшего, он опрокинул брата и выбежал в коридор, лишь бы успеть выплеснуть, накопившиеся внутри токсины. Ярик сидел возле брата, склонившегося над унитазом, и поглаживал его крепкую спину, переливающуюся мышцами. - Прости, я не знал, как они работают. Больше не буду, - старший действительно раскаивался в содеянном и уже успел чуть отрезветь. – Просто ты в последнее время напряжённый какой-то, наверное, из-за меня. Вот и решил помочь. Я понимаю, что мешаю спать. Стараюсь быть тише, но не получается. Послышался звук закрывшейся входной двери. На пороге стоял батька. - Яр, а чё это он? – пробасил отец семейства, вернувшийся из запоя спустя полтора месяца. Выглядел он, как самый обычный алкаш. Не было ни единой черты, за которую можно было зацепиться, чтобы описать его внешний вид. - Да отравился, - с сожалением произнёс розововолосый. В больших карих глазах застыли пару слезинок. - Ну, пускай поправляется. Ты его потом хоть доведи до спальни, да попить дай. Отец часто говорил то же самое, когда видел, как плохо покойной матери сына. Ярик так и поступил. Амирку лихорадило, и на следующее утро он заболел. Амирка пришёл в себя спустя 2 дня. Он нервно подскочил на матрасе и схватил смартфон, чтобы понять сколько времени. Увидев, что уже 9:30, он начал поспешно натягивать штаны, но тут в комнату вошёл Ярик в фартуке, на котором были изображены танцующие цыплята. В руках он держал тарелку супа. - Да можешь не переживать, я позвонил уже, отпросил тебя с работы. Сказал, что ты болеешь. И вчера тоже звонил. Так что всё норм, - Яра сел на деревянный стул возле кровати младшего брата и поставил белую тарелку, на которой красовались те же злосчастных цыплята, что и на кухонном фартуке, на тумбочку. Амир напряжённо выдохнул и улёгся обратно под одеяло. Резко его посетили флешбэки того самого вечера, когда они выпивали, а потом… Ярик положил свою наманикюренную руку на руку младшего брата: - Слушай, извини меня ещё раз, - старший готов был заплакать. - Эм, а за что? Я ведь просто перебрал с алкоголем, а потом отключился. В этом нет твоей вины, - Амирка решил прикинуться, что не помнит ничего с того момента, как они пошли в комнату брата. - Но… - Яра всхлипнул. – Я же… Младший брат притянул в объятия старшего и погладил по голове, а затем провёл большим пальцем по щеке Ярика, смахнув слезу: - Не плачь, слышишь, всё хорошо. Говорю же, ты не виноват. Просто мне пить нельзя. Вот и всё. Ярик нервно улыбнулся, но потом всё равно заплакал, уткнувшись в голый торс парня, вновь завлёкшего его в крепкие объятия. - Я…не буду больше… никого сюда приводить… чтобы ты высыпался… и не болел… я всё, что угодно сделаю… только… только… не бросай меня… - у старшего началась истерика, он всё чаще всхлипывал. Видимо потеря матери слишком сильно на него повлияла, и он долго сдерживал эмоции в себе. - Договорились, - победоносно улыбнулся Амир и поцеловал брата в розовые волосы, подумав про себя: «Сколько бы подписчиков у тебя не было, малыш, я затмлю любого, чтобы ты смотрел только на меня. Я, подобно полярной звезде, похищу твоё внимание. А потом стану твоими острыми иглами, моя бесшипная роза». Продолжение следует…