Восемь причин остаться в команде

      Все самое худшее случается неожиданно. Так, Ники не был готов к сегодняшнему срыву. День проходил замечательно с самого утра — по меркам жизни с близнецами Миньярдами — идеально. Аарон благородно терпел его шутки, а Эндрю ни разу не достал нож. Они даже посмотрели с утра вместе телевизор и — чудо — Эндрю выдал комментарий на нелепые действия главной героини какого-то любительского триллера.       Все было как нельзя лучше. Но затем у Ники в голове проскочила какая-то беглая мысль, которую он не задумываясь отправил Эрику. Видимо, она была не самой хорошей. Сейчас пришел ответ.       «Ох, Ники…»       Дальше он не читал.       В ушах звенел нарастающий шум, через который изредка пробивался голос Аарона с кухни. Стоя в гостиной, Ники слышал приятный запах домашней пиццы, который сейчас вызвал лишь тошноту.       Ох, Ники.       Его передернуло. В этом небольшом вступлении было безмерное разочарование. Эрик не имел это в виду, конечно, но, тем не менее, он так написал. Он был расстроен. Расстроен из-за него, Ники. Совсем как родители, когда он вернулся из Германии. Потому что он вновь не справился со своими проблемами.       Ники был словно в трансе и не успел среагировать. Ему было трудно даже вздохнуть, и в какой-то момент ноги подкосились. Он рухнул вниз. Через толщу мутной паники, обволакивающей его, Ники чувствовал, что кто-то его крепко держал, не давая шататься. В дверном проеме появился настороженный Аарон.       Ники постарался взять себя в руки и пролепетал что-то из словаря я-в-порядке-Нила, но Эндрю над ухом лишь цыкнул. Близнецы взяли его под руки и посадили на старый диван. Аарон ушел за водой, а Эндрю присел перед ним на корточки и щелкнул пальцами. Дождавшись, пока Ники сфокусирует взгляд на его лице, он медленно по слогам произнес:       — Чем тебе помочь?       Ники опешил, услышав эти слова в свой адрес. Так часто выражался он сам, выучив эту фразу уже у тренера. Он приподнял брови и слабо улыбнулся. К нему постепенно возвращался контроль над телом.       — Я в порядке, ну, знаешь, более-менее, ты, кажется, шел к Нилу, — из груди, выбив последние силы, вырвался жалкий смешок. Ники покачнулся и завалился на бок. На лице Эндрю проскользнуло волнение, и он постарался вновь изобразить улыбку. — Спать хочу.       В гостиную зашел Аарон, и Эндрю отступил от дивана. Ники поздно понял, что тот поднял выпавший из руки телефон. Он подскочил, но Аарон быстро оценил ситуацию и толкнул его обратно на подушки. Ники поморщился.       — Пей, — строго сказал близнец. Пока Ники мог только смотреть на второго, стоящего в центре комнаты.       «Он думает, что дело в Эрике» — пришла в голову тягучая мысль. Он хотел как-то опровергнуть ее, но сил совсем не осталось, и он лишь тихо промычал что-то. Удивляться тому, что Эндрю почему-то знает его пароль от телефона, наверное, не стоило. Ники закрыл лицо руками и устало взъерошил волосы, наконец забирая стакан с водой.       Эндрю напряженно читал сообщение, и Аарон отошел к нему. Не увидев ничего плохого в сообщении Эрика, они листнули переписку вверх. Эндрю моментально нахмурился, а брови Аарона взлетели к потолку. Ники не помнил, что он писал.       — Что это такое? — сурово спросил Эндрю, поворачивая телефон экраном к нему. Ники нервно хохотнул.       — Я не вижу. И не помню, что там такого страшного-       Аарон пристально его оглядел, а Эндрю приблизился, крепко сжимая телефон.       — Твое сообщение. Что за бред?       Ники вгляделся в цветные буквы, пытаясь не отвлекаться на внушительно длинное сообщение от Эрика.       «Я лишний. Хочу домой»       Ники отпрянул назад и неловко отвел глаза, начиная смеяться.       — Розыгрыш?..       Эндрю ткнул его пальцем под ребра, заставив задохнуться на секунду, а затем молча посмотрел на близнеца.

…

      Сообщение Эрика оказалось полно его любви, завернутой в текст и сложные обороты. Ники нравилось, как его парень ловко пользовался метафорами в разговорах.       После нескольких подзатыльников от Эндрю и небольшой речи «какой ты придурок, Ники Хэммик» от Аарона близнецы посадили его на диване перед телевизором между ними и включили какой-то мультик. Мультик — хотя из них троих их любил один Ники.       Под вечер в его комнату заглянул Эндрю, передал записку с круглым почерком, и ушел. По тексту Ники догадался, что написала ее Бэтси, но он знал, что Эндрю не сказал бы, для кого консультируется.       «Напиши как минимум пять причин, почему ты важен здесь. Почему должен остаться. И не бойся приходить!»       Ники мог бы с радостью проигнорировать послание, но он хотел постараться — ради близнецов, Эрика, и их семьи в целом.       Заметки были открыты, отсчет пошел.

…

      «Причина номер один: Эндрю.       Может, я ему не так важен, как солнце Нил или лапушка Аарон, но он принял меня в свою семью!»       Прошла неделя с момента, как Ники дали задание. Он сидел за столом на кухне и пил кофе с ягодным сиропом, который — !! — купил Эндрю после ночной тренировки Кевина с Нилом. Близнец ничего не сказал вслух, но он, похоже, заметил, что Ники на протяжении всей недели морщится от горькости кофе и плюется им в раковину. Ники было лень ехать в магазин на границе Колумбии — единственный, где продавался его любимый сироп.       Если думать об этом, Ники мог порадоваться и тому, что теперь Эндрю изредка разрешал взъерошить ему волосы или обнять за плечи. Он не мог похвастаться безграничным доверием — близнец сам держал его руки, чтобы они не опустились ниже ключиц, — но даже этот небольшой физический контакт с Эндрю его радовал.       А еще Ники заметил, что близнец стал усерднее его защищать от нападок Кевина на тренировках. Было дело в сообщении Ники к Эрику или нет — он не знал. Но, тем не менее, теперь он слышал в два раза меньше оскорблений, и даже старшеклассники с Ваймаком одобрительно переглядывались.       Нил как-то попытался пошутить:       — Он тебя принял в свою семью.       Но Ники перевел тему на хорошее настроение Джостена, и фраза вскоре забылась. Командой.       Ники провел не одну ночь, размышляя об этом. Когда-то Эндрю был вынужден начать пить таблетки из-за него. Он почти убил чуваков, что попытались навредить — воспользоваться — телу Ники. Тогда он думал, было это из-за какого-то собственного травмирующего опыта, благодарностью, или Эндрю принял его и защитил. Ни до чего не додумался, честно говоря.       Нил очень ощутимо подтолкнул его к надежде на последнее.       Вскоре после этого за завтраком, когда Кевин ушел на пробежку, Ники невольно ляпнул этот вопрос.       — Мы… семья?       Аарон едва не подавился едой, закашлявшись, а Эндрю медленно опустил руку с набранной едой и уставился на него. Ники сжал вилку, нервно улыбнулся.       — Семей нет.       Ники кивнул и хотел отшутиться, перевести тему, сделать хоть что-то, но Эндрю опустил глаза в стол и с безразличным лицом продолжил.       — Но… если бы были, да.       Аарон широко открыл глаза — Ники тоже — и оба посмотрели на Эндрю. Ники убежал в ванную, плотно прикрыл дверь, и его стошнило. В животе завязался узел, а из глаз потекли слезы, но он определенно был сейчас счастлив.

…

      «Причина номер два в списке, но не в сердце: Аарон.       Он мне первому про Кейтлин рассказал! Они с Эндрю такие булочки! Я люблю своих кузенов!»       Аарон гораздо легче шел на контакт, по сравнению с близнецом, поэтому Ники периодически слышал от него смущенные благодарности и скрытое в сарказме волнение, когда на секунду маска шута разбивалась, и он выглядел уставшим или подавленным. С Аароном они почти каждый вечер проводили за играми на приставке, пока Эндрю молча ел мороженое и следил за экраном. В награду за редкие победы Ники он давал по-настоящему себя обнять, и — !! — держал руки на белом пластмассовом ведерке.       Ники был первым, кто всегда узнавал новости из жизни Аарона, и именно он давал действительно дельные советы, когда тот поделился симпатией к Кейтлин. Конечно, их взаимные подколы друг друга были традицией.       «Фу, гей» — «Фе, натурал», а затем оба закатывали глаза и показывали друг другу языки.       Иногда Аарон вызывался помочь Ники с уборкой или готовкой, а еще он наизусть — !! — выучил рецепт любимого блюда старшего брата, когда он болел и драматично заявлял, что умрет, если встанет за плиту с температурой тридцать семь и пять градусов.       В общем и целом, Аарон был лапушкой — как и Эндрю.

…

      «Причина номер три: Мэтт.       Удивительно, но так. Обожаю здоровяка Бойда, он чудо!»       У Ники с Мэттом не было очень доверительных отношений, и они не могли похвастаться дружбой, но Ники каждый раз трогало за сердце то, как Мэтт о нем заботится. Он едва ли реже Эндрю вступался за Ники перед Кевином, а после искренне интересовался, все ли в порядке, и призывал не слушать засранца.       Мэтт был из тех людей, которые видят человека через все его маски. Одному Мэтту из всей команды Ники позволял разглядеть усталость на лице, одному ему выдавал полуправду о своем состоянии, когда тот спрашивал. Иногда Мэтт заходил к нему, пока Кевин был на тренировке, а близнецы — на свидании и «этом не этом с Нилом», и они пили чай и говорили по душам. Несколько раз они ходили вдвоем в парк, брали дешевую шаурму, и ребячились, бегая и брызгая друг на друга водой из фонтанов.       Больше всего Ники запомнилось, как однажды Мэтт донес его бессознательное тело до комнаты в общежитии после того, как он отключился в раздевалке. Ники не помнил причину — кажется, он неудачно упал, или слишком устал, или не успел поесть перед тренировкой, — но факт оставался фактом. Близнецов задержал тренер по какой-то важной причине, а ему нужна была помощь, и Мэтт эту помощь ему оказал.       Мэтт был супер.

…

      «Причина номер четыре: Рене.       Она ангел!»       Они с Рене мало общались, и еще меньше — не об Эндрю, Ниле или тактике. Но каждый их разговор по душам был невероятно теплым и искренне светлым. Они действительно понимали друг друга.       Не так, как Эндрю с Рене понимали друг друга из-за общих травм — в которые Ники решил не лезть, чтобы не сделать им неприятно, — но как понимают друг друга два сломанных человека, которые стараются быть хорошими.       А еще они оба были верующими. Несмотря на то, что у них были разные религии, они уважали себя и другого, могли обсудить что-то и высказаться. Они шли вперед, пытались стать наилучшей версией себя, а когда их посещали отголоски прошлого, могли довериться друг другу. И им не нужно было знать чужое детство, чтобы найти слова поддержки.       Так они не раз выбирались на крышу ночью, и молча сидели, наблюдая за редкими машинами. Им было спокойно вдвоем.

…

      «Причина номер пять: Нил.       Этот малыш заставляет меня плакать, но я хочу ему доказать, что семья — это любовь!»       Ники не знал, как Нил вообще попал в этот список. Он все еще чувствовал себя виноватым перед ним за поцелуй в Сумерках, но исправить этого уже не мог. Ники был тем еще придурком, когда дело доходило до личных границ человека.       Он даже не смог выдавить нормальное извинение после Колумбии.       Черт, да он облажался везде, где только можно.       И, тем не менее, недавно Нил стал принимать его незначительную помощь, иногда улыбался в ответ на его шутки и — !! — иногда неловко обнимал. Их отношения значительно потеплели после того, как Ники громко и во всеуслышание заявил, что они настоящие друзья. Нил доверял ему, как старшекурсникам, а им — в половину меньше, чем Эндрю, но больше, чем Аарону или Кевину. В общем — Ники его ценил.       И пытался отплатить той же монетой. Шутил, стараясь поднять настроение Нилу, спрашивал, как Эндрю, прежде, чем обнять или взлохматить волосы. Ники принял его, как кузенов, и относился также.       И Нил — !! — понимал его и уважал — насколько можно уважать старшего кузена-гея твоего парня, который клеит на лицо детские стикеры и носит радужную одежду.       Нил был почти его ребенком.

…

      «Причина номер шесть: Дэн.       Дэн крутая, уважаю ее! А еще у нее булочки вкусные»       Они общались не так много, но из-за теплых отношений с Мэттом и роли капитана, Дэн чутко его слушала и поддерживала. Ники отвечал тем же.       Иногда, когда случались плохие дни, они с Мэттом становились его родителями — любящими родителями — на какое-то время. Они ходили гулять втроем, понимали шутки друг друга и очень ценили эти встречи.       Когда-то, когда команда только начинала формироваться, на Ники было больно смотреть. У него были проблемы с приемом пищи, и он часто терял сознание на тренировках. Дэн научилась печь какие-то легкие булочки ради него, и приносила их каждое утро. Подумать только. Дэн вставала на пару часов раньше, чтобы приготовить ему вкусную и действительно подходящую еду.       В частности, именно Дэн помогла выйти ему из того состояния непринятия себя и научила заботиться о себе. Ники был безмерно ей благодарен, и теперь она часто обращалась к нему за помощью, когда Мэтта не было рядом.

…

      «Причина номер семь: Эллисон.       Вот вроде стерва, а крутая. Когда спит или в наушниках.»       Эллисон его слегка раздражала. Так же, как и он ее. Но одновременно с этим у них случались моменты взаимопонимания.       Ники любил воспоминание о том, как Эллисон потребовала за победу в споре использовать Ники, как подопытного. Она проверяла на нем свою новую косметику, ворчала, что у него слишком темная кожа, слишком много веснушек, слишком шикарные волосы без особого ухода за ними.       Вечер закончился тем, что они напились и позвонили Эрику, хвастаясь макияжем Ники. Где-то в галерее Клозе хранился скриншот с их счастливыми детскими улыбками и сногсшибательным Ники в блестках.       С тех пор Эллисон часто забирала его к себе, и они хорошо проводили время вместе.

…

      «Причина номер восемь: Кевин мудак.       Кто его будет бесить, если не я?»

…

      После списка было прикреплено несколько общих фотографий Ники с Лисами, а завершалось все миллионом сердечек и разноцветных смайликов.       Он важен. Он нужен.