Сожженная гордость

— Я обещаю — Гератту удалось успокоиться и подтупить свою гордость. — Может больше эмоций? — рассмеялся Белор, надеясь услышав ещё раз какую-нибудь мольбу. Он получал удовольствие от того, что подминал под себя такого красивого парня. Последователь церкви слышал об опасности этого мага, но не особо придавал сейчас этому значение. Белор был выше Гератта на голову, да и в целом покрупнее телосложением. Даже если развязать руки, что сможет ему сделать маг, который бесполезен без своего артефакта?       С подутихшей паникой беловолосая бестия посмотрела на своего насильника, с таким полным отвращения личиком, что даже Белор ненадолго замешкался. Гератт не захотел больше удовлетворять желание этого извращенца в мольбах и пнул того в живот со выкриком сквозь зубы, что переходил в шипение: — Теперь достаточно эмоций?! — маг был раздосадован. Мало того, что пришлось потупиться своей гордостью, так ещё этот болван не делает ничего, чтобы подчинение этому ненормальному имело хоть какой-то смысл. — Признаю, переборщил — пожал плечами Белор, немного касаясь живота. А бьёт беловолосый довольно сильно. Только вот к несчастью для обвинённого на казнь, подобное лишь больше заводило этого инквизитора. На самом деле, для Белора было не важно, слушается или сопротивляется жертва, главное, что в итоге та всё равно станет его, пускай и на ограниченное время.       Грубым движением брюнет перевернул блондина на живот. Последний шикнул от боли в плече, за которое его и схватили. Гератт подёргал затёкшими за спиной руками, и, о чудо, наконец Белор исполнил его просьбу, так что руки наконец были освобождены. Однако, не успел насладиться мгновениями свободы в руках, того снова перевернули на спину и прижали к небольшой кровати. — В тебе нет ни капли чувства такта к нижнему.. — буркнул Гератт. Если бы не его положение, маг точно плюнул в лицо, а потом ещё и жестоко мстил, прежде чем наконец убить. Самое опасное — обижать это и так злобное существо. — И кому будешь жаловаться? — усмешка заиграла на лице Белора, на что блондин снизу лишь вздохнул, отводя свои сине-голубые глаза в сторону. Лишь бы только это всё поскорее закончилось и план сработал.       Белор устал от разговоров, так что скорее решил приступить к тому, чего ему так хотелось. Губы прильнули к шее, даже слишком мягко, что было не свойственно для инквизитора. Гаретт даже не сдержал громкий вдох, когда чувствительную кожу ополило горячее дыхание.       Брюнет не мог понять почему, но ломать такое нежное и хрупкое тело совершенно не хотелось. Но вот испортить эту чистую идеальную кожу, украсив её красными и фиолетовыми пятнами — с радостью. Поэтому вскоре блондин смог ощутить лёгкую боль от того, что его кожу легонько прикусили. Маг на это шикнул, но больше звуков не издал, лишь учащённое дыхание и бешеный пульс выдавал волнение.       Правда, думать об удовольствие в кровати насильника, самое последнее о чём хотел думать Гаретт. Проще было думать о способах расправы над этим горе-святошей, но увы, сейчас не он здесь имеет власть. И всё же, в голову пришла небольшая мысль, правда для этого придётся немного войти в не свой образ. — Белор, — позвал Гератт имя инквизитора, что запомнил с момента суда. Только вот, сам брюнет и ухом не повёл, а продолжал мучать шею того красавца, что ему удалось заполучить в свою некую коллекцию. — Белор, подожди! Давай я сделаю тебе приятно?       На это Белор поднял изумленные глаза, чтобы посмотреть на парня под ним. Тот многого ожидал, но точно не подобного поведения. А этот юноша умеет удивлять. — И как же? — с лёгкой насмешкой спросил Белор, отпуская одну руку своей жертвы и переводя свою освободившуюся на талию, гладя сквозь одежду. — Я мог бы сделать это ртом... — Гератт смущённо потупил взгляд. Совершенно не хотелось чувствовать себя шлюхой, но ради хотя бы шанса на спасение, приходилось делать не мыслимые вещи. — или же оседлать тебя... Всё, что хочешь. — Что за марафон невиданной щедрости? — посмеялся Белор, но его это заинтересовало так или иначе. Для Гератта это была прекрасная возможность. — Если просто поможешь мне убежать. Тебе же ничего не будет, не так ли? Верховный инквизитор вроде как слишком балует тебя. У тебя это не вызовет никаких проблем, а я смогу убложать тебя разными способами всю ночь, что скажешь? — томно дыша и говоря полушепотом просил Гератт. В голове же остатки здравого смысла вызывали приступ тошноты. Какие сладкие грязные речи! Сам бы тёмный маг уже был готов бежать в туалет, как после хорошей ночи в баре, только вот Белор видимо было заинтересован и встал с блондина, садясь на кровать рядом. — Я посмотрю на твои старания. Так что спускайся и покажи что умеешь. — Произнёс Белор и Гаретт спустился.       Противно. В первую очередь от себя, что ради собственного выживания приходится опускаться на колени перед извращенцем и делать ему приятно. Гаретт не пошёл бы на этот шаг, если бы знал, что смог бы взять наверняка тело Белора под свой контроль. Но увы маг не был уверен, что успеет сделать это до утра, раньше минимальный срок был равен суткам. И всё же, ускорить процесс в этой безвыходной ситуации и получить дополнительный шанс можно было только таким образом. Проникать глубоко в разум можно было наилучшим образом, когда владелец тела расслаблен, а в моменты оргазма — шанс увеличивался. Гаретт знал об этом только потому что часто проворачивал подобное со своими партнёрами. Всё же, прекрасная возможность без лишних манипуляций, сразу же получать желаемое. Тело, что уже попало под контроль этого тёмного мага, не сможет так просто освободиться от его чар.       Белор наблюдал за парнем, что поудобнее устроился в его ногах. Пора действовать, второго шанса может уже не быть. Так что начал тот аккуратно, лишь немного поглаживая полувялый член сквозь одежду. Долго это не продлилось: Гаретт поспешил снять штаны, пока Белору это всё не надоело. Последний же любезно приподнял свои бёдра, чтобы нижний легко смог стянуть нижнюю одежду, а после сам себе помог снять верхнюю одежду, чтобы не делать это потом. Гаретт на это никак особо не отреагировал, лишь вздрогнул.       Ненависть и отвращение к себе нарастали. Хотелось рыдать и зарыться с головой в одеяло, но если дать волю подобным эмоциям сейчас, можно в принципе забыть о каких-либо ещё, ведь мёртвые больше ничего не чувствуют. Это подгоняло Гаретта к тому, чтобы лёгкими движениями рук, поглаживаниями и лизаниями, поднять чужой член в стоячее положение. Навыки не подвели. А Белор тем временем подрасслабился, опираясь на матрас и прикрывая глаза, чтобы лучше насладиться ощущениями. Инквизитор не знал откуда эти навыки у мага, но тот определённо был хорош.       Гаретт начинал медленными ритмичными движениями рук. Однако Белор поморщился от ласок по сухой чувствительной коже и выдохнул: — Возьми тюбик в шкафу на второй полке за одеждой.       Гаретт послушался. Тому удалось отыскать тюбик со смазкой, настолько аккуратно спрятанный. Радовало то, что этот насильник её вообще использовал, а то притворяться, что ему самому приятно, или сосредоточиться на том, чтобы взять чужое тело под контроль, маг бы точно не смог из-за большой боли, что может вызвать секс на сухую.       Увы, даже открытая дверь — не гарантия побега, Гератт это прекрасно осознавал. В этом здании, а в о особенности за его пределами было слишком много людей, чтобы было так легко убежать. К тому же, вернуть свои силы, свой артефакт было не менее важным, чем уйти живым. Без них тот чувствовал себя совершенно беззащитным.       Гератт опустился обратно, хотя было вылить, смазку на руки, чтобы продолжать мастурбацию, на что Белор его остановил: — Нет, Снежок, это для тебя. А пока продолжай своим ротиком.       Жаль поблизости не было никакого предмета, которым можно было бы врезать этому самонадеянному идиоту по роже. А очень ведь хотелось. Блондин проглотил злобу и всё же стал орудовать языком. В начале тот просто лизал: то головку, то по длине, немного дразня и ещё больше возбуждая парня перед собой. Прошло достаточно времени, прежде чем Гаретт всё же взял в рот головку и начал посасывать, изображая некое удовольствие. Хорошо помогало воображение и отвлечение.       Горячий, нежный и вдобавку умелый язык сумел выбить из Белора тихие разгоряченные стоны. Слишком хорошо. Даже жаль просто по-варварски сжигать этот настоящий клад райского удовольствия.       Пока инквизитор наслаждался, Гаретт всеми силами старался получить власть над телом своего насильника. И почему его наследственная способность так слабо развита всей семье только у него? Сейчас именно от этого по большей части зависила его жизнь, ведь надежды на душевную доброту этого инквизитора просто не было.       Гаретт ускорял движения языком и брал член в себя глубже. Хорошо, что рвотный рефлекс был вполне контролируем. Сильная рука опустилась на волосы мага, крепко сжимая их в себе и начиная двигаться внутрь без единого намёка на нежность. Блондин расслабил горло и продолжал работать языком, не сопротивляясь и стараясь принять член глубже, чтобы подарить ещё большее наслаждение. Уголки глаз заблестели от неприятных и некомфортных ощущений в горле. На это Гаретт мог лишь возмущённо промычать, что, естественно, было проигнорировано. Белор застонал от этих приятных ощущений, ускоряясь на пути к прекрасному оргазму. Не прошло и минуты — тот злился с гортанным протяжным стоном в ротик этого тёмного мага, высунул своё достоинство, Гератт в это время же поспешил выплюнуть чужую сперму. Увы, моральной силы чтобы проглотить подобное, у блондина не осталось.       Довольную морду Белора надо было просто видеть. Только вот отставать от Гератта тот сегодня не собирался: — А теперь раздевайся и готовься — отдал инквизитор спокойно, но достаточно строго приказ, который Гератт, не смотря на своё внутреннее сопротивление, не смог проигнорировать. Он принялся снимать свои одеяния, медленно и плавно, чтобы глаза брюнета могли вдоволь порадоваться этой картине. Правда, отвращение к себе, лишь увеличилось, хотя маг и понимал, что выбора-то у него и нет, да и испытывать ненависть и отвращение тот должен не к себе, а кто заставляет делать все эти непотребства.