Да будет смерть

      - ТЫ ЕБАННЫЙ УБЛЮДОК!!!       И следом ночной покой близлежащих домов и улиц нарушают три выстрела, сопровождающихся звуками крошащегося дерева двери и хлюпаньем мертвой плоти. Плоти создания Люциферого, что носит лицо Сезара Торреса, изуродованное, фальшивое, и что стоит теперь в комнате Марка Хитклиффа. Юноша, настоящий и живой, осознает, что ему больше ничего не поможет.       Существо перед ним не двигается, лишь изучает пристальным взглядом запавших мутных глаз. Губы на, будто из резины, пародии лица кривятся и обнажают белоснежные зубы в ухмылке, и Марк не может не заметить, что температура в комнате упала на тридцать градусов, и что каждый вздох спотыкается в горле, выходя наружу прерывистым и заикающимся. Хитклифф старался не думать о том, каким же экзекуциям его предадут.       Он смотрит туда, где, по идее, должно быть отверстие от пули (в грудь монстра) и, не находя такого, изо рта выскальзывает жалкий стон отчаяния.       Глупо было полагать, что этих тварей можно так просто убить. Ведь если бы это представлялось возможным, то Адские Создания были бы стерты с лица Земли ещё в позапрошлую пятницу.       Альтернатив продолжает рассматривать шатающуюся фигуру молодого человека с пистолетом в руках. Через секунду пистолет (Desert Eagle) с лязгом упадет на пол, а ещё через мгновенье на полу окажется сам Марк. Юноше кажется, что он потеряет сознание. Пальцы без его ведома хватаются за простынь, сжимая ткань до побеления костяшек, как и тело пытается забиться в угол между тумбочкой и кроватью.       В этот момент существо несколькими шагами своих длинных ног преодолевает, по мнению Хитклиффа, и так довольно близкое расстояние между ними. Молодой человек не успевает толком понять, что происходит, как перед его лицом возникают два мутных зрачка, а длинные пальцы зарываются в каштановые волосы, грубо оттягивая назад до шипения со стороны Марка.       Его голову дергают в разные стороны, изучают каждый сантиметр лица. Юноша жмурится от жжения на скальпе и сжимает зубы. После своеобразной проверки начавшее сопротивляться тельце оставляют в физическом покое, и тварь выпрямляется, возвышаясь подобно небесам над могилой заживо погребенного над сжавшейся в комочек фигуре на деревянных досках пола.       Оно говорит.       - Ложись на кровать. Быстро. - требование застает Хитклиффа врасплох, отчего в воздухе повисает минутная пауза, в которой оба сохраняют состояние мраморных статуй, что, впрочем, прерывается шипением со стороны монстра. - Быстро.       "Сезар" собирался схватить парня за волосы во второй раз, как тот, с мелко подрагивающей нижней губой, поспешно вскарабкался на матрас. Альтернатив переворачивает Марка животом вниз, и юноша жмется лицом в пропитавшуюся его же несвежим дыханием подушку. По позвоночнику словно дрожь прошла, и тело парня напряглось, когда сзади скрипнули пружины кровати и на ноги опустился немалый вес альтернатива.       Существо в течении некоторого времени не двигается, лишь сверлит взглядом дырку в черепе Марка Хитклиффа. Оно не видит его лица, но знает, что Хитклифф вот-вот заплачет. От первого касания мальчишка содрогается. Поясницу поглаживают костлявые человеческие пальцы, постепенно спускаясь ниже. Руки доходят до джинсов, продвигаются к животу и с тихим шуршанием приспускают вместе с боксерами, обнажая бледные и напряженные ягодицы.       Парень под ним оборачивается (настолько быстро, что хрустнули позвонки) с удивленным громким выдохом и ошарашенно глядит на монстра. К лицу прилил жар. Тварь, не разрывая зрительный контакт, обхватила ягодицу ладонью, крепко сжав до красных отметин. Вторая рука тоже грубо хваталась за мягкое место, время от времени награждая Марка звучным шлепком по нежной коже, где позже оставалось красное пятно из разбитых вен в форме ладони.       Жертва лишь тихо шипела, сжав челюсти и уткнувшись обратно в подушку. Ощущения были не из приятых, особенно если учитывать насколько он чувствительный около пятой точки. Вскоре шлепки и щипания свелись к легкому поглаживанию бедер, что насторожило юношу, и шестое чувство не подвело. Фальшивка Сезара Торреса отодвинулась назад, усевшись на икры Хитклиффа, чтобы зарыться носом между его ягодиц.       Марк издал короткий, смущенный стон, и прогнулся в спине, его щеки заалели ещё сильнее, когда он почувствовал нечеловечески длинный, влажный и горячий язык около своего анального отверстия, сжатого от страха до диаметра в три миллиметра. Спрятав лицо в подушке, парень одновременно возжелал уснуть и не проснуться, и вспоминал, что давно не делал промывку ануса, отчего покраснели даже кончики ушей.       Скользкая ротовая мышца обволакивало розоватое колечко мышц в слюне, пока руки сминали мясистые полушария. Пальцы придвинулись к тугой дырочке и с силой раскрыли её, вырывая болезненный вскрик у Хитклиффа, и язык проник внутрь.       Это было странно. Молодой человек никогда не удовлетворял себя анально и максимум что делал с глубинами своей задницы, так это изредка промывал от особо липких нечистот, и иметь что-то столь длинное в самом личном пространстве из всех возможных было впервые. Ротовая мышца нащупала простату, которую "Сезар" начал интенсивно вылизывать, заставляя Марка изгибаться до хруста костей и жалобно стонать, изливаясь мелкими потоками слез из уголков глаз и предэякулятом от нового, возбуждающего чувства электрических разрядов по всему телу.       От подобной стимуляции после двух минут юноша почувствовал знакомое напряжение в низу живота, словно ему хотелось справить нужду, и когда яички стали заметно побаливать, Хитклифф закатил глаза и, прикусив до крови губу, кончил, разбрызгивая семя на ляжки, джинсы и кровать, после обмякнув, как после пробежки в тридцать миль. Он облегченно вздохнул, когда язык покинул анус, облизнув проход напоследок, как сладкую конфету.       - По человеческим стандартам это отвратительно. - монстр стер с подбородка излишки влаги. - Интересно, почему Сезар хотел заняться этим так сильно? Хотя, - альтернатив раздвинул ягодицы двумя большими пальцами и коснулся губами обильно покрытой слюной дырочки с влажным чмоканьем. Отстранившись он оставил ниточку слюны между анусом и своим ртом. - Я, частично, могу его понять.       Парень, ещё не до конца отойдя от пережитого оргазма, в замешательстве уставился в одну точку (на стену, куда голова была повернута). Если он правильно понял, то Сезар, собственной персоной, хотел засунуть язык Марку в задницу.       В смысле ЧТО!? Какого черта! Это грязно, это мерзко, это отвратительно, это- Хитклифф потерялся среди множества обозначений подобного секса, но все они итак читались на скривившимся лице Марка Хитклиффа.       Нет, он сам ловил себя на мысли, что не против позаниматься непристойностями с Торресом в темном углу, вдали от чужих глаз, но Сезар, оказывается, намного больше извращенец, чем фантазировал Марк.       Размышления юноши насчет своего развратного друга прерываются рукой, грубо схватившей его за волосы, и, подобно провинившемуся щенку, Хитклиффа швыряют на паркет с до сих пор спущенными штанами. Не успел он опомнится, как в живот прилетает нехилый пинок лакированной туфли, от которого аж в глазах помутнело. Молодой человек свернулся калачиком, пропустив пару-тройку матов сквозь зубы находясь на грани слез. Несколько мгновений ничего не происходит.       И затем с парня буквально сдирают до треска ткани серую толстовку, в районе капюшона которой теперь красовалась дыра размером с теннисный мяч. Марк ощущает смердящий запах своей футболки, что намертво облепила торс второй кожей (особенно в области подмышек), и подавляет желание скривиться. Он ежится, когда грудная клетка предстает холодному воздуху комнаты, и приглушенно всхлипывает. Предмет одежды брошен где-то за спиной монстра, где уже покоилась непригодная для ношения толстовка. Резинка штанов сзади темнела влажной от пота полосой, также как и резинка нижнего белья. Боксеры не самой первой свежести отдавали, к тому же, терпким запахом немытых гениталий (Хитклифф частенько пренебрегал личной гигиеной).       Марк, полностью обнаженный, сидел на полу, обняв согнутые колени и мелко подрагивая, то ли от прохлады, неприятно проходящей по привыкшим к теплу одежды участкам тела, то ли от страха перед Творением Адским. То ли от двух вариантов одновременно.       От предвкушения дальнейших издевательств юношу отвлекает толчок ногой в бедро, и приказ подняться на ноги и стоять ровно. Парень делает, как ему говорят, но неуверенно, постоянно пытаясь прикрыться руками. Альтернатив созерцает фигуру перед собой, и его руки стали нагло трогать Хитклиффа за пухлые живот и бока, оттягивая кожу с жировыми отложениями, будто это были самые омерзительные вещи, когда-либо существовавшие на земле, не забывая уделять внимание не менее мясистым ляжкам в виде увесистого шлепка. Ладонь твари опустилась к промежности жертвы и начала ощупывать мошонку, заставляя Марка покрыться мурашками и покраснеть до цвета раскаленного металла.       Закончив "осмотр", существо подошло к письменному столу, взяло что-то за пределами видимости юноши и подошло к нему, пряча за спиной. И в эту же секунду тварь проводом от удлинителя бьет Хитклиффа по щеке, где остается продолговатый красный след. Молодой человек вскрикивает, прикрывая лицо руками, и удары прилетают на живот, ноги и запястья, что потрескались и начали кровоточить.       Фальшивка его лучшего друга хлещет без остановки, и раны жертвы стали распухать, истекая живительной краснотой в огромных количествах под безостановочное хныканье владельца. Эпидермис ломался с хрустом тонкого льда, что в ушах юноши, завывающего от боли, отражался от черепной коробки и преумножался до могильного звона колоколов. "Сезар" прекращает, когда Марк стал напоминать собой свиную отбивную, нежели человека, чтобы приказать тому развернуться и встать на четвереньки. Парень повинуется, захлебываясь слезами и соплями, и на ягодицы обрушивается крепкий провод, что раз за разом разбивал итак пострадавшую задницу в кровь и в мясо.       Покрытого кровью с шеи до пят Хитклиффа оставляют в покое, предварительно пару-тройку раз с особой силой хлестанув по лицу. Из-за искусанных до крови губ вылетают ругательства с истеричными, приглушенными рыданиями, пока он стирал с лица влагу в лице коктейля из крови и соплей, и рукой парень едва не заезжает себе в глаз от неожиданности, когда тварь в очередной раз оказывается прямо у его лица.       Оно стальной хваткой сжимает рукой подбородок молодого человека, притягивает к себе, и, облизнувшись, впивается в его рот, с силой протискивая язык между челюстей. Марк почувствовал на губах альтернатива привкус своего анального отверстия, и его глотку сотряс рвотный спазм. Следом карие глаза широко раскрываются, когда мясистая змея во рту кончиком касается гортани, задевая небный язычок, и к горлу вместе с содроганием подкатил приторный желчный привкус. Язык начинает тереть увулу, и Хитклифф, напрягшись и едва не подавившись, сблевывает прямо в рот альтернативу, кто с рвением проглатывает желчь со слюной, напоследок тщательно вылизывая полость рта юноши.       Но ротовая мышца снова ощупывает небный язычок, и "Сезар" в этот раз отстраняется, вынуждая парня стошнить на его собственные колени и деревянный пол из темного дерева. Желчь выходила из недр желудка небольшими порциями, и существу пришлось засовывать язык в глотку жертве по нескольку раз, и в итоге на полу оказалась приличных размеров лужа, от запаха которой Марка знатно мутило. Его мутило не только по этому пункту: горло горело огнем, в глазах и носу, откуда вытекло немало блевотины, противно щипало, словно туда вставили горящие угольки, и молодой человек ощущал невероятную слабость, будто его конечности подверглись вандализму с помощью пилы и больше не являлись частью тела. Он не мог нормально дышать из-за постоянных всхлипываний.       Все стало только хуже, когда монстр приказал съесть желтовато-мутную жижу, и для большего эффекта ткнул Хитклиффа в неё лицом. Тот, теперь задыхаясь не только от слез, но и от мерзкого запаха рвоты, пытался проглотить каплю на языке. У него получилось даже не выблевать её обратно. Спустя десятую часть того, что надо было вылизать, Марк не выдержал и его вырвало обратно. Парень отполз назад, изо рта вываливались просьбы и мольбы, к которым альтернатив был равнодушен.       - Пож-пожа-ал-луй-ста...не...на-до...       В ответ он получает руку на затылке, прижимающей его лицо к недоеденному. Резкими движениями тварь размазывает лицом Хитклиффа блевотину, заставляя того захлебываться в испражнениях своей пищеварительной системы. Юноша никогда не чувствовал себя настолько униженным отбросом - по щекам текли слюни, смешавшиеся со слезами, кровью и потом, мелким градом стекающим со лба, желчь слиплась в волосах, забилась в ноздри и между губ, и наверняка он напоминал собой мерзкого слизняка. Уместнее сказать тряпку, вещь для подбирания нечистот.       Когда Адское Создание откидывает тело парня в сторону, тот готов был истерически захохотать от счастья, если был бы не занят глотанием ртом воздуха. Фальшивка, тем временем, берет пистолет Марка, проверяет на наличие патронов, и, убедившись, что осталось целых шесть, хватает Хитклиффа за волосы и опрокидывает на письменный стол. Молодой человек умудряется устоять, как на его затылок обрушивается дополнительный вес бледной ладони, прижимающей к исписанным листкам бумаги, что вылетели из дневника.       Марк приглушенно скулит, скомкивая в руках бумажки, пропитавшиеся его телесными жидкостями, стекшими с лица. Он замирает, когда к покрытому невысохшей слюной анальному отверстию подставляют дуло пистолета. Тварь проталкивает стальной ствол на пять сантиметров, удовлетворенно созерцая парня, бившегося в истерике перед ним и безуспешно пытающегося лягнуть убийцу ногой. Desert Eagle вошел ещё на пять сантиметров, как из ануса тонкими струйками потекла кровь. Монстр, не обращая ни малейшего внимания на ломающего ногти о дерево юношу, загоняет в его нутро оставшиеся восемь сантиметров.       Альтернатив пахом прижимается к выглядывающей наружу рукоятке, снимает предохранитель и грубо, безразлично трахает Хитклиффа пистолетом. От каждого толчка внутрь на пол выплескивается кровь, въедающаяся в паркет бордовыми пятнами. Молодой человек хрипит, рвано дергается с каждым движением фальшивки позади себя, пока дуло давит на простату, что не приносит никакого удовольствия, в чем удостоверяется "Сезар", убрав руку от шеи жертвы к до сих пор вялому члену парня. Оно сжимает Марка в скрюченной схватке, едва слышным шепотом выдыхая что-то очевидно грязное, и в этот момент бледный палец давит на курок.       Условную тишину ночи прорезает мужской крик. Хитклифф падает на спину, выгибаясь до боли и выхаркивая кровь, с все ещё торчащим из анального отверстия пистолетом. В помещении запахло паленной кожей и порохом. Внутренности Марка Хитклиффа, точнее большая их часть начиная с прямой кишки и мочевого пузыря, смешались в жареное, пропитанное в крови нечто, схожее со слизью, оставленную сгнившими трупами в могилах.       К нему подошло существо, опустилось на колени и стало оглаживать живот, в котором виднелась выпуклость от Desert Eagle, что монстр соизволил вытащить и отбросить в сторонку. Оно губами коснулось низа живота и впилось острыми, как мясницкие ножи зубами, разрывая все слои. С ловкостью ювелира Создание Люциферого выедало внушительных размеров дыру в брюхе юноши, не задевая при этом органы. Руками вырвав неровные куски, загораживающие обзор, глазам альтернатива предстал внутренний мир Марка, покрываемый прозрачной пленкой: разорванный пулей кишечник и желудок, из которого струился сок, пульсирующие сердце и легкие, обеспечивающие жизнь Хитклиффу лишь на считанные минуты. И все это покрыто алой кровью.       "Сезар" засовывает руку в тепло обнаженного нутра, сминая остатки кишечника пальцами, а после их облизывая, прежде чем зарыться искаженным лицом в оставшиеся органы. Первая на очереди печень, жесткая, но тварь заглатывает ту без затруднений. Дальше кусок легкого, мочевой пузырь и почки. Юноша захлебывается в крови, парализованный от боли и более способный только на небольшое шевеление пальцем. Он ощущал все ясно, как день. Как от него отделяют кусочек за кусочком и поглощают заживо.       Зубы впиваются в сердце, обкусывают со всех сторон, но не срывая из под ребер. Тело жертвы становилось холодным, как кусок льда. Глаза Марка напоминали собой два алебастровых шарика, покрытых синими нитями сосудов и с серой жирной точкой посередине. И тогда к существу в голову приходит идея.       Фальшивка берет камеру Хитклиффа, лежавшую на кровати, ставит перед трупом парня. Кладет того на бок, чтобы весь беспорядок нутра был виден во всей красе и пристраивается сзади, перед этим взглянув в объектив ликом Сезара Торреса. Оно приспускает брюки и поглаживает эрегированный член Сезара, идеально скопированный с оригинала. Альтернатив проталкивает текущую смазкой головку в порванный анус, придерживая мертвое тело Марка за ляжку, раскрывая пошире, и толкается внутрь без особых усилий, подмечая, насколько холодно стало внутри юноши.       Шлепки кожа о кожу - единственный звук, разносящийся по комнате, ускоряющийся с каждой минутой, и прекратившийся, когда монстр высунул пенис, предварительно кончив внутрь Марка, а затем облив его ляжки спермой.       Одевшись, тварь выключает камеру и покидает место преступления, на прощание плюнув на начавший синеть труп.