Перец и шоколад

      Когда Дезерт обещал себе нормально заварить кофе, что-то явно пошло не по плану. Утром мужчина протирал поверхность стола от разлитого кофе с молоком и подметал остатки любимой кружки, немного сопя что-то носом. Честно, учёный просто хотел тихо попить кофе с клубничным вермутом, но получилось то, что получилось. Вытерев со стола, Шой-старший прошёл к дивану и плюхнулся на него, поправляя края мешковатой майки и чокер на шее, что больше смахивал на собачий ошейник. Зачем ему это носить, не понятно, зато красиво и подчёркивает хрупкость тонкого тела. Поудобнее рассевшись, Дезерт включил телевизор и, расстекаясь лужей, довольно проурчал что-то себе под нос, когда попал на начало любимого шоу.       — Сладость или гадость? — показался из дверного проема Герман и умильно надул губы, хлопнув глазками и нависая над полом, придерживаясь за косяк. Можно было заметить, что младший из братьев снова не удосужился нормально одеться — было видно крепкие бледные плечи       — Сладость, — фыркнул с дивана учёный, немного потягиваясь. Аки кот, Дез зажмурился и заурчал что-то себе под нос похожее на довольный стон облегчения. Усмехнувшись, молодой человек выпрямился, вошёл в гостиную и, приблизившись и нависнув, поцеловал мужа в губы, осторожно проникая языком в рот. Ну вот такие у него сладости, что поделать. — Гера, погоди… — мужчина тихо усмехнулся и чуть отстранился, потрепав супруга по волосам. — Ты потом в магазин сходишь? Я кружку свою разбил.       — Ну ты рукожоп у меня… Вместе пойдём, а то хрен знает, какую чашку ты хочешь       — Угу, — Дез устало вздохнул и сам потянулся за поцелуем, довольно урча в губы. Отвечать получалось лениво и слегка сонно, потому что без кофе мозг просыпался очень тяжко. Герк целовал осторожно, но грубовато, кусался и вообще перехватывал всю инициативу на себя, так же урча и упираясь рукой в сидушку кресла. Вообще, нравилось ему целоваться так что чмокнуть или засосать братца он пытался постоянно. — Гер… Ну Гера… — тихо выдохнул Дезерт, чуть отстранившись с лёгкой сонной улыбкой. Руки легли на плечи, мягко поглаживая, сам мужчина не переставал улыбаться и чуть щурится без очков.       — Я внимания хочу, ты меня вчера игнорировал, — сейчас сероокий напоминал ревнивого кота, ибо слегка тыкнул Дезерта тыльной стороной ладони в бок и ткнулся носом в его волосы       — Ты ж мой хороший, — мужчина по-доброму усмехнулся, целуя в шею и плечо.       — Вот чего ты меня игнорил?       — Ну устал чутка после уборки, тем более, в квартире разгребал кавардак, который сам же и устроил в шкафу, — хлопнув глазками, Дезерт обвил руками брата поперёк спины и притянул к себе, ткнувшись лицом в шею.       — Ну так попросил бы помочь, — Герк как стоял в позе поломойки, так и остался, только коленом в подлокотник упёрся. — Я что, на другом конце страны был?..       — Я сам привык за три года, между прочим, потому всё сам делал, — учёный мягко поцеловал в шею, сопя что-то носом       — Да ну тю на тебя, — сделав вид, что плюнул, младший насупился и засопел. «И вообще я трахаться хочу…» — Дезь, а сейчас ты как?..       — Нормально, если не считать разбитой кружки, а что? — мужчина откинул голову назад и с прищуром глянул на мужа, лыбясь так довольно, что мышцы слегка свело. Рука скользнула по бедру Геры, мягко поглаживая сверху вниз и обратно, вырисовывая непонятные узоры.       — А можно я.? — вроде как и ничего бы страшного не случилось, скажи младший просто вслух, но тот только чуть наклонился и подцепил мочку уха старшего, оттягивая её и слегка прикусывая       — Мх… Гер, можно, конечно, — шумно выдохнул мужчина, жмурясь и слегка прикусывая губу.       — Ты мой хороший, — язык скользнул по краю ушной раковины, после чего молодой человек поцеловал брата за ухом и чуть ниже укусил       — Есть такое, — довольно проурчал старший, расплываясь лужей в кресле.       — У меня сейчас такое ощущение, что нас как прижали       — В смысле? — приоткрыв глаза, Дез с прищуром глянул на мужа, немного фырча, сдувая жёлтую прядь в сторону. Немного подумав, младший слез с подлокотника, повернул на себя Дезерта, чтоб он вроде как просто сидел, и сам упёрся руками в стороны от чужих бёдер, поднимаясь и целуя, но на этот раз уже нежнее. Ответив на поцелуй сонно-лениво, Дез прикрыл глаза и взял лицо брата в ладони, постепенно отвечая активнее. Разведя ноги пошире, учёный обхватил ими спину Геры, прижимая ближе к себе. Потихоньку губы опустились на шею, а одна рука поползла по талии под одежду, чуть сжимая и проводя пальцем по ребрам       — Красивый… но главное, что мой…       — Твой, — сипло выдохнул Дезерт, чуть откинув голову назад. На прикосновение брюнет слегка замер и тихо что-то проурчал, вильнув бёдрами в жесте «хочу». Вместо ответа Герман задрал ткань до уровня груди и прильнул к худому, но мягкому животу учёного, целуя и прикусывая. Хотелось и горело, но всё же прелюдии никто не отменял. Нельзя без прелюдий. — А-ах… — почти беззвучно слетело с губ, а сам зеленоглазый зарылся рукой в тёмные волосы младшего.       — Кексик ты мой, — кажется, кому-то уже всё вполне нравилось, а от сжавших локоны пальцев младший чуть прищурился, быстро опустил голову и уткнулся подбородком в низ живота, хлопая глазами как маленький ребёнок, который просит сладкого       — Знаешь… Я тут подумал, — хватка на волосах стала чуть сильнее, сам Шой-старший хитро прищурился, обводя кончиком языка губы. — Почему бы тебе не побыть хорошим мальчиком и взять меня. Грубо. Без пощады.       — М? Садо-мазо в жопе заиграло?       — Возможно, — зелёные глаза потемнели, а сам Дез ещё хитрее улыбнулся. Ещё глядя снизу вверх, Герман провёл языком широкую полосу по чужому торсу и снова укусил, оставляя после себя бордовый засос. — Гера-а-а… — мужчина слабо улыбнулся и переместил ладонь в волос на щёку, несильно сжимая. — Возьми меня. Я не прошу, а приказываю, — в голосе зазвенела сталь, сам Дез стал серьёзен как никогда раньше.       — Ути-ути, какой важный, — усмехнулся младший, перенеся весь вес на колени и сжав другой рукой пах брата. — Прям приказываешь? Как король или главнокомандующий?..~       — Второе-е… — с шумным выдохом ответил учёный, грубовато сжимая ладонь на щеке мужа.       — Бля, Дез, больно, — нахмурившись, Герман тряхнул головой, чтобы скинуть руку с лица. — Ну-с, тогда если уж играть, то давай хотя бы так, чтоб всё казалось взаправду. Убедишь? — голос звучал чуть хрипло, возбуждённо, а сам Д-145 положил голову на чужое колено       — И как же мне тебя убедить, мой маленький братец? — мужчина тихо фыркнул и улыбнулся уголками губ, глядя на Геру из-под ресниц.       — Уж придумай, зай, — проурчал сероокий и слегка улыбнулся, поглаживая бедро партнёра и слегка сжимая       — Честно, ты такой хороший, я не могу… — Дез мягко потрепал супруга по волосам, скользнул пальцами куда-то за голову и несильно надавил на основание шеи. — Поднимайся, — прозвучало строго, нетерпящим возражений тоном. По всей спине пробежались мурашки и ощущение, что его холодной водой облили, а сам Герман приподнялся, по-прежнему сидя на коленях. Если б он встал в полный рост, он бы просто над старшим навис бы. — Умница, — пальцы мягко сжались на нижней челюсти, приоткрыв рот, а сам Дезерт наклонился к брату. — Будь паинкой, на диван ляг, — обведя взглядом губы Геры, мужчина склонился к ним и затянул в поцелуй, грубо кусаясь и размашисто проводя языком по ним.       Несмотря на то, что смешно было до дурного хохота, на поцелуй заключённый ответил с энтузиазмом подчинённого, погладил старшего по спине и лопаткам и отстранился, после чего встал на ноги и отошёл к дивану, укладываясь на него и складывая руки за головой. Довольно проурчав что-то себе под нос, учёный соскользнул с кресла и тихим шагом подошёл ближе, тут же усаживаясь поверх паха Геры. Слегка поёрзав туда сюда, старший обвёл губы кончиком языка, склонившись ниже к мужу. Что-то в голове крутилось, а вслух сказать не получалось; положив ладонь на щеку Германа, Шой-старший хитрюще прищурился и провёл большим пальцем по губам.       — Ата-та, какой развратник~       — Не такой как ты, но лучше помолчи, — впившись в губы партнёра, Дез для достоверности снова поёрзал туда сюда. Жарко становилось, отчего мужчина слегка недовольно что-то проурчал в поцелуй, свободной рукой оттягивая край чокера от шеи. Герк прикрыл глаза и, на пару секунд приподняв голову, положил руки на чужую талию, прижимая поясницу к своей, чтоб не ерзал. Внизу уже всё колом было, так что бугорок под шортами упёрся в бедро Дезерта. — Да блять, — чуть отстранившись, мужчина быстрым движением руки снял с шеи чокер; вещица оставила после себя широкий, красный след.       — Выглядит так, будто ты только что ошейник снял, — проурчал сероокий и слегка улыбнулся, щурясь и наклоняя голову. Такой властный и забавный, брат его заводил       — Сам ты ошейник снял, — прорычал Дез, хмурясь. Вот почему именно эту вещь принимали за ошейник даже на работе, было не ясно. Отбросив чокер куда-то на кресло, учёный снова впился в губы партнёра, ладонями намеренно грубо проводя по бокам и груди брата.       — М-мф… — Герман дёрнулся, ибо стало очень щекотно, и завилял всем телом, не разрывая контакта и тихо фыркая       — Гера-а-а… Майку с меня стяни… — совсем тихо, но со сталью в голосе потребовал старший, кусая за ухом.       — А ты перестань щекотаться, — кряхтя, Д-145 подцепил пальцами чужую одежду и потянул наверх. — Чувствую, будет мне вместо сладкого перец в шоколаде…       — Ага, перец чили в горьком шоколаде, — подняв руки вверх, Дез быстро откинул снятую вещь в сторону, чуть вильнув телом. Худющий торс с правого боку был отмечен шрамом с последней вылазки в Икею, а где-то с левой стороны едва выглядывал из-под штанов другой, оставшийся от Рептилии. Парень тяжело выдохнул, сглотнул и крепко сжал в опустившихся руках тощие бёдра. Возбуждение било волнами в голову и в низ живота, так Дезерт ещё и ерзал будто под ним был не изнывающий от притока крови к паху младший брат, а какой-то матрас, на котором зеленоглазый устраивался для сна. — А-ах! — коротко застонал старший, прикрыв глаза и приподнявшись с брата. Из-под ресниц глядя на мужа, мужчина едва слышно потребовал: — Возьми меня грубо. Отказы не принимаю.       — Зано-оза… — как у него получилось одновременно рыкнуть и простонать, Герман не понял, но шустро обнаружил, что уже стаскивает с исследователя всё, что внизу. Дезерт довольно заурчал, оставшись без одежды, а после сам стянул с младшего всё, что на нём было. Глядел мужчина с хищным прищуром, ладонями проводя по мышцам груди и плечам, гордо восседая на бёдрах супруга. — Наездничек, — тихо хмыкнув, брюнет одним синхронным движением ног опрокинул на себя старшего, наспех смочил два пальца своей слюной и приставил один из них к чувствительному колечку, быстро оглаживая и проникая внутрь       — Кх-а-а-а… — высокий стон в купе с ярко-блестящими глазами, ещё и с пальцами внутри, отозвались лёгкой волной боли по телу. Учёный вцепился в плечи Геры, глядя ему в глаза и постанывая почти беззвучно, и немного склонил голову на бок.       — Жёстко, говоришь? Ну, сейчас устроим, малыш…~       — Да-а, — Дез довольно хищно улыбнулся, прикрыв глаза и чуть морщась от непривычной грубости пальца внутри. Меньше чем через минуту к первому присоединился второй, а Герман укусил братца за шею и присосался как пиявка. Тёплое бедро, о которое тёрся собственный стояк, заводило ещё больше, молодой человек потихоньку терял голову. Старший стонал уже откровенно в голос и иногда коротко, от чего крышу сносило только так; на засос на шее, Дез прижался ближе, чуть всхлипнув. Всё же, с непривычки было немного больновато, но ничего не поделаешь — сам попросил, сам и получай. Разрабатывал партнёра Герк недолго; прежде чем рука сменилась уже окрепшим членом прошло минуты три или около того. Вошёл младший сразу, на две трети. Выгнувшись, брюнет замер с беззвучным стоном, после чего сипло выдохнул:       — Ге-ера-а…       — М? Ты сам напросился, а задница твоя расплачивается       — Да бля-а… Давай быстрее… — несколько оскалившись, Шой-старший больно укусил за плечо для стимуляции к действиям. Хотелось и кололось, особенно сейчас, когда в голове мелькнула мысль, что надо было всё оставить так, как есть — по обычному нежно. Но отступать уже некуда и не хочется. Закатив глаза и шикнув, заключённый положил руки на ягодицы, почти вышел и резким движением вошёл обратно до упора. Затем снова и снова; сердце уже колотилось как невменяемое, дыхалка сдавала, но тем не менее темп сохранял резкость. Мягко говоря, крыша потекла, а сам учёный неприлично громко стонал и периодически всхлипывал, цепко держась за плечи супруга. Боль изнутри обжигала, тем не менее, всё равно отчасти было приятно и одури нравилось самому Дезерту. Опустив голову и ткнувшись лбом в плечо младшего, зеленоглазый то ли провыл, то ли застонал:       — Ещё!       Тяжело и резко выдохнув, Герк в очередной раз насадил на себя худое тельце и что-то тихонько зарычал, кусая плечи и шею; вся эта зона расцвела большими и маленькими кровоподтёками       — Гера! — вскрикнул Дез на укусы, жмурясь так, что по щекам прокатились слёзы.       — Что?..       Ответом стал сдавленный стон, а после тело тряхнуло и сам учёный обмяк. Пофиг было на всё, даже на жгучую боль в заднице, которая потом перетечёт в поясницу.       — Мелкий, — глухо булькнул Шой, тихо выдохнув и прикрыв на пару секунд глаза. Его и самого мгновение назад пробила дрожь, да такая, что будь здоров. Затем по телу разлилась ленивая усталость       — Сам такой, — болезнено выдохнул мужчина, жмурясь и слегка всхлипывая. Наверное, больше не будет так просить, а то себе дороже, благо на работу выходить только через две недели.       — Чудо в перьях…       …После обеда учёный, кряхтя, стоял у стола и разбирал своих старые блокноты. Поясница не так сильно болела после выпитых таблеток, но всё равно, жгучее чувство удовлетворения приятно грело. Дез, нахмурившись, слегка прикусил костяшки и косо глянул на приличную стопку уже разобранных записей. Свитер и штаны стали заменой для майки и шорт, на шее снова оказался широкий чокер, который Дезерт специально надел, чтобы немного закрыть от себя оставшиеся укусы.       Герман в свою очередь снова закрылся в ванной и купался; вообще, он ещё утром собирался, но марафон случился раньше, а чуть попозже младший и забыл про свои планы, посему исполнял сейчас       — Лять! — учёный смачно навернулся на подходе к дивану о ковёр, отчего лицо встретилось с полом; на ворс попало пару капель крови.       — Ёптить, говорю ж у тебя всё через жопу, — пробормотав, Герк заткнул кончик полотенца за пояс и подошёл, чтобы поднять старшего. — Ты чего?       — Да о ковёр споткнулся, — мужчина слабо улыбнулся и аккуратно стёр дорожку крови под носом.       — Давай садись, я тебе что-то холодное принесу       — Угу, — сев на диван, Дез прикрыл глаза и запрокинул голову назад, тихо смеясь с себя самого. Пару минут, и на коленки старшему прилетел какой-то брикетик, обернутый в кухонное полотенце       — На, держи, и голову не опускай       — Спасибо, — учёный слегка фыркнул, прикладывая компресс к носу. Даже как-то всё равно стало на боль в пояснице, но всё же, Дезерт что-то глухо прошипел и зажмурился от холода. Герман плюхнулся рядом, улёгся мокрой растрепанной головой на чужие бёдра и умильно улыбнулся       — Ну что, как я тебе сегодня, солнышко?..~       — Ать… — шикнул Дез, но всё равно улыбнулся. — Прекрасен, я бы даже сказал, охуенен.       — Ой, ну ты меня прям смущаешь. Правда охуенен?       — Правда, правда, — мужчина довольно улыбнулся, потрепав по мокрым волосам рукой. Честно, сейчас хотелось лечь и обнять супруга, но нос и поясница пока не позволяли. Герман довольно порозовел и заурчал, жмурясь и тыкаясь макушкой в ладонь. Ласку он любил, похвалы — тем более, а если ещё и от Деза, то вообще супер. — Ты же мой хороший, любимый, нежный муж, — учёный аккуратно опустил голову, чтобы посмотреть на довольное лицо Геры. Ему и самому нравилось, когда брат умильно улыбался от слов старшего. Улыбка стала какой-то совсем детской, а сероокий был довольный и красный, как дядя с отцом после бани. На мгновение мелькнула мысль, что их прибили б, если б узнали, но сейчас было уже всё равно от слова совсем. — Дово-о-ольный мой, да, солнце?       — Вот ты меня расхваливаешь, а в фонде со мной грубо обращаются…       — Ну Гер, так надо, сам понимаешь, — Шой-старший слегка устало вздохнул и отложил компресс в сторону, холодной ладонью проводя по шее супруга. Обиженно засопев, брюнет перевернулся на бок и спрятал лицо в торсе старшего, дуя губы. Полотенце немного ослабло, но ничего не открыло, хотя и грозило сделать это, если молодой человек решит встать, пока сам Герман выглядел как большой и обиженный ребёнок       — Я хочу тут, с тобой остаться…       — Гер, я, конечно, могу попробовать что-то сделать, как на работу выйду, но ничего не обещаю, — вместо ответа Герк просто обнял Дезерта за талию и уткнулся в живот уже лбом; ощутимо было только дыхание и то совсем немного. — Знаешь, а ведь иногда вспоминаю нашу первую встречу. И не могу понять, почему ты тогда меня отверг? Почему не разговаривал со мной, когда родители ещё были живы? — Шой-старший слегка устало вздохнул, поглаживая по мокрым волосам.       — Ты поменялся, — как тогда, так и сейчас это оставалось для сотрудника Д больной темой, посему рассказывать и говорить о чём-либо на эту тему он не желал. И вспоминать не хотел       — Все люди меняются, Гера. Я не исключение. Ну да, может быть, стал чуток серьёзнее из-за работы, не такой вспыльчивый как раньше, — Дез погладил по оголённому плечу, мягко улыбаясь и урча что-то себе под нос.       — Дези, давай не будем развивать? не хочу вспоминать об этом, у меня… Шарики за ролики тогда поехали, вот и всё       — Ладно, иди сюда, — учёный слегка фыркнул и поднял лицо Геры на себя, чуть дуя губы, мол, поцелуй хочу. Шой-старший охотно ответил, мягко целуя и улыбаясь. Ладони легли на щёки, а сам брюнет нежно поглаживал скулы; чуть отстранившись, мужчина едва оттянул чокер от шеи, немного хмурясь и кусая губу.       — Сними ты его, а? — приподнял брови младший и вздохнул подцепляя пальцем украшение, затем глянул в чужие глаза. — Честно говоря, тебе не особо идёт…