Kiss me gently but love me harder

— Блять, как же я тебя люблю, — выдыхает Нил, когда Кевин прикусывает его шею. Пальцы блуждают по его торсу, следуя линиям его шрамов почти благоговейным прикосновением. Восхитительное давление ноги Кевина на его промежность заставляет Нила застонать, но его тут же заглушают губы Кевина, которые захватили его в глубоком поцелуе. — Я тоже тебя люблю, — шепчет Кевин ему в губы, когда останавливается, чтобы вдохнуть, прежде чем снова нырнуть обратно, отчего у Нила перехватывает дыхание. Он уже чувствует себя почти ошеломленным присутствием Кевина повсюду вокруг него, требующим внимания всех его чувств, из-за чего ему трудно сосредоточиться на чем-то конкретном. Не то чтобы Нил хотел сосредоточиться на чем-то, что не было Кевином, Кевином, Кевином. Еще один стон срывается с его губ, и Кевин жадно слизывает его со рта. Нил крепче сжимает волосы Кевина, заставляя его хныкать и прижиматься всем телом ближе к ​​Нилу, как будто это было еще возможно. Он убирает одну руку с волос Кевина и опускает ее вниз, вниз, вниз по его спине, пока не хватает его задницу и сжимает ее. Звуки, которые он издает, — музыка для ушей Нила, и он, как всегда, ставит перед собой задачу как можно чаще извлекать их из него. — Кев, — выдыхает он, когда мужчина, о котором идет речь, приближается ртом к горлу Нила. — Кев, — жалобно стонет он, и вопросительное мычание Кевина вибрирует в его горле. — Я сниму с тебя штаны? Прозвучало в равной степени и вопросительно, и требовательно. Слишком много ткани разделяет их тела, даже если они оба уже без рубашек. — Да, — стонет Кевин, снова кусая его за шею, добавляя еще одну симпатичную отметину к тем, что уже покрывают его горло. Нил опускает обе руки к поясу штанов Кевина, играя с ним, дразня, опуская пальцы ниже, прежде чем схватить его и при помощи Кевина стянуть вниз. Великолепно обнаженный и явно возбужденный он падает обратно на Нила. Тот прикусывает нижнюю губу от открывшегося вида, прежде чем Кевин вбирает ее зубами, а затем спускается вниз по туловищу Нила, целуя, облизывая и покусывая его кожу. Проходит целая вечность, которой все еще недостаточно, пока руки Кевина не находят пояс его штанов, и медленно, медленно, ох как медленно стягивает их. Когда Нил опускает взгляд, Кевин уже озорно ухмыляется ему, затем стягивает с Нила штаны и боксеры одним махом, прежде чем без предупреждения взять его в рот. Стон, который издает Нил, действительно непристойный, и он рад, что сейчас в их общежитии никого нет. Он пытается заглушить звук кулаком, но Кевин оказывается быстрее и успевает поймать его руку. — Я хочу тебя слышать, — говорит он, когда приподнимается, и Нилу удается лишь слабо кивнуть, прежде чем раствориться в стонущем, задыхающемся месиве, когда Кевин обводит языком его головку, облизывая его уретру, а затем снова берет полностью. Нил не может остановить легкие толкательные движения, которые он делает бедрами, пытаясь заставить Кевина принять его глубже, и Кевин не останавливает его. Он выглядит счастливым, когда Нил снова опускает взгляд вниз, прикрыв глаза и гладя бедро Нила, в то время как другая скользит к его яйцам. Кевин стонет, когда это же делает и Нил, и ощущение, которое пронзает его член, почти невыносимо. — Кевин, — выдыхает он, запустив руку в его волосы и приподнимая его. — Хм? — отвечает он с ухмылкой на губах. Из уголков его рта стекает слюна, и Нил так очарован этим, что не отвечает, только смотрит с открытым ртом, пока не выходит из оцепенения. — Иди сюда. Кевин это и делает, и Нил использует его движение, чтобы перевернуть их — Кевин теперь лежит под Нилом, а последний вытирает слюну большим пальцем, прежде чем отправить ее в рот. Нил наблюдает, как его большой палец исчезает между губами Кевина, наблюдает за глазами Кевина, его пристальным взглядом и расширенными зрачками, вытесняющую лесную зелень его радужек. Он сосет большой палец Нила, обводит его языком до тех пор, пока Нил не начинает хныкать и не убирает его, заменяя своим собственным языком. Большие руки Кевина обхватывают его задницу, вдавливая его в бедра, и Нил чувствует его и хочет его. Он хочет, чтобы он был внутри, хочет раствориться в его теле, хочет быть как можно ближе к нему. Он покачивает бедрами и тянется назад одной рукой, толкая одну из рук Кевина в направлении своей щели, но не раньше, чем спрашивает: «Хорошо?» — Хорошо, — говорит Кевин грубым голосом, а взгляд, который он бросает на него, такой теплый, полный любви и вожделения, что Нил не уверен, что сможет справиться с ним, поэтому он наклоняется обратно, уткнувшись носом в горло своего парня, отталкиваясь от пальцев, дразнящих его стан. — Смазка? — задыхается Кевин, а Нил ковыряется в тумбочке, не отрывая губ от Кевина, и протягивает ему смазку, как только находит ее. Щелчок крышки вызывает дрожь по его позвоночнику, которая направляется прямо к его члену: уже знакомая павловская реакция на этот звук. Ловкие пальцы снова находят кольцо мышц, играя с ним, пока один из них не проталкивается внутрь, и Нил резко вдыхает при вторжении, а затем расслабляет свое тело. — Кев, — выдыхает он, прижавшись к его груди, прежде чем оттолкнуться бедрами, побуждая его войти глубже. Затем он берет сосок Кевина зубами и проводит языком по твердому бугорку. Звуки, издаваемые Кевином, так же прекрасны, как и сам мужчина, поэтому Нил протягивает руку между ними и поглаживает его, просто чтобы вытянуть из Кевина побольше этих звуков. Вскоре Кевин погружается на три пальца, а Нил задыхается и стонет на нем сверху. Его ноги трясутся, и он почти падает, когда Кевин сгибает свои ловкие пальцы, касаясь его простаты, а затем намеренно надавливает на нее снова и снова с каждым толчком. — Ммххмм, Кев, хочу… хочу тебя. Сейчас. Х-хочу тебя внутри меня. Кевин усмехается, но выглядит таким же взволнованным, как и он сам: его щеки украшает красивый румянец, глаза остекленели от возбуждения, а губы припухли от поцелуев. Нил позволяет любовнику манипулировать собой, наслаждаясь его силой, когда он поднимает и поворачивает его, а затем прижимается к их простыням. Он слышит, как Кевин одной рукой возится с оберткой от презерватива, втягивая его в страстный поцелуй. — Позволь мне, — говорит он ему в губы и берет презерватив из рук Кевина, разворачивает его, а затем раскатывает по длине, не прерывая зрительного контакта. Он не может устоять перед тем, чтобы погладить его несколько раз, и в награду получает еще больше приятных звуков и язык Кевина у себя во рту. Кевин разрывает их поцелуй и подсовывает подушку под бедра Нила, прежде чем намазать себя смазкой. Нил наблюдает за ним и раздвигает бедра, желая наконец-то почувствовать его. Секунды кажутся минутами, которые тянутся часами, пока Кевин снова не оказывается на нем сверху, прижимая ноги к груди и проникая внутрь. Глаза Нила закрываются от этого ощущения, и он ищет, за что бы ухватиться, пока Кевин не берет его руку в свою свободную, прижимая их к матрасу над головой Нила. Нил использует другую, чтобы притянуть его ближе к себе за затылок, снова открывая глаза, чтобы посмотреть в его лицо. Вздох срывается с губ Кевина, как только он полностью погружается внутрь, и он позволяет своему лбу упасть на лоб Нила, который убирает волосы, падающие ему на глаза. — Я люблю тебя, — шепчет Нил, потому что чувствует, что это нужно сказать еще раз. Он обхватывает щеку Кевина, затем нежно целует его лицо, пока снова привыкает к ощущению наполненности. — Я тоже тебя люблю, — шепчет в ответ Кевин и начинает двигать бедрами, легкими покачивающими движениями, которые дразнят Нила и сводят с ума, но которые он любит каждый раз. Вздох превращается в стон, когда толчки Кевина переходят от поверхностных к глубоким и долгим, но этого все еще недостаточно. Однако Кевин знает его, знает каждое его движение, знает, когда толкнуться сильнее, когда толкнуться быстрее, когда поцеловать его и лизнуть рот, пососать его горло и погладить его член. Кажется, он превратил Нила в нечто, достойное преданности, в кого-то, кто заслуживает того, чтобы ему поклонялись и знали изнутри и снаружи, и он единственный, кто овладел искусством Нила Джостена. Так же одержим им, как и экси, если не больше. Это привилегия быть известным и любимым Кевином Дэем, и Нил любит его так сильно, что слеза бежит из его глаз, а за ​​ней следует еще одна и еще. Он притягивает его к себе и обвивает ногами его талию, целует в губы и поглощает его стоны. Он чувствует притяжение Кевина внутри себя и двигается навстречу его толчкам. Он вскрикивает, когда Кевин приподнимает его бедра и находит это приятное место, чувствуя одновременно и слишком многое, и недостаточно, и Кевин, точно знает, что ему нужно, не сбавляет скорости, но любит его еще сильнее. — Я люблю тебя, — Кевин прикусывает его губу, а затем сцеловывает слезы. — Я знаю, — говорит Нил, — а потом, — я тоже тебя люблю. Он сжимает его член и двигает бедрами навстречу толчкам Кевина, когда тот снова входит в него, их движения становятся все более и более неистовыми, достигая апогея, когда Нил кончает с протяжным стоном, сжимаясь вокруг Кевина, пока он тоже не изнемогает от всепоглощающего удовольствия, покачивая бедрами. Их тяжелое дыхание наполняет комнату, когда они приходят в себя после оргазма, не сводя глаз от лиц друг друга. Нил всхлипывает, когда этого становится слишком много, и Кевин наклоняется, чтобы нежно поцеловать его в губы, прежде чем отстраниться. Он завязывает презерватив, после чего выбрасывает его и залезает обратно в постель, чтобы прижаться к боку Нила, пальцами размазывая сперму по животу Нила. — Тебе придется это убрать, — бормочет Нил ему в плечо, уже почти засыпая. Кевин только хмыкает на это — глубокое урчание в груди, которое Нил чувствует всем телом, прежде чем поднести испачканную руку ко рту и облизать ее дочиста, не сводя глаз с Нила. Он проделывает то же самое с пальцами Нила, обхватывая их один за другим, облизывая языком и втягивая щеки. Нил может только наблюдать за происходящим с разинутым ртом, желание снова начинает шевелиться в его животе. — Дразнишься, — обвиняет он с улыбкой на лице, и глаза Кевина весело блестят. Он наклоняется к животу Нила, чтобы слизнуть остатки его выделений, все еще не сводя с него глаз. — Ты такой вкусный, — стонет он, закончив, и этого почти достаточно, чтобы Нил начал второй раунд. Вместо этого он притягивает Кевина к своему лицу, почти позабыв об усталости, когда пробует себя на языке Кевина. Он вздыхает в ответ на поцелуй, прежде чем отстраниться и подтолкнуть Кевина лечь обратно, расположив их так, чтобы Нил был в безопасном коконе в его руках, положив голову на грудь Кевина. Пальцы начинают играть с его волосами, и вскоре он погружается в сон.