О прошлом, мечтах и семье

Это было очень простое задание–даже не задание, а просто небольшое неудобство, которое нужно устранить. На дорогу, пролегавшую у подножия горы, оползнем снесло пару кусков горных пород. Они, в свою очередь, мешали проезду и могли вызвать уже более серьёзные происшествия. Спасателям нужно было лишь устранить камни, только и всего. Они, уже набравшие опыта в подобных делах, справились очень быстро. Проблемы начались потом– гроза, вопреки всем прогнозам, решила захватить городок Брумс и его окрестности. Утреннее голубое небо сменилось тёмными тучами, к звукам сверчков в траве добавился устрашающий гул, а вместо тёплых лучей солнца на землю посыпались крупные и частые капли дождя, иногда сменяясь на град. Весь город, вероятнее всего, спрятался в домах. Кому в такую погоду захочется вылезать из уютного жилища? Однако убедиться в безопасности существования жителей Брумса спасатели сейчас не могли. Благо, совсем недалеко от места обвала была глубокая пещера, резко выделяющаяся среди гладкой поверхности возвышения. Она не совсем вызывала доверия, но другого выбора, кажется, не было–в ней безопаснее, чем в машинах. Наконец ребята разместились в своём временном пристанище, уложили на землю еле найденные сухие палочки и зажгли костёр. Все это время они провели молча, понимая друг друга без слов. Вот она, высшая степень доверия и дружбы. Но вот, заскучавший Хелли все же подал голос. — Мы здесь явно надолго, так что, может, поговорим хоть? — пилот пробежал глазами по каждому из товарищей и, поняв, что никто ещё не придумал, как ответить, продолжил, — Я вот помню, как мы с друзьями, ещё дома, в Миклауде , тоже под дождь попали. Спрятались в какой-то заброшке и рассказывали всякое, пока не случилось кое-что…— Хелли, решив поиграть в интригана, протянул долгую паузу и поймал три пары заинтересованных глаз. Достигнув своей цели, он все же заговорил.— У нас крыша поехала. Ну, не в этом смысле, конечно, — паренёк стушевался, осознав ошибку и услышав трехголосный смешок, — ну так вот, —вновь продолжил повествование, — она начала разваливаться, на нас доски полетели. Я тогда двух друзей спас. С тех пор решил, что стану спасателем. Потому что жизнь иначе совсем не интересная. Без приключений-то. —последнюю часть младший член команды произнёс с явной гордостью и самодовольной улыбкой. —Не интересная, зато безопасная. —Эмбер посмотрела на рыжего юношу с добрым и лёгким укором, — А я от своей детской мечты тоже далеко не ушла. Всегда хотела быть ветеринаром. Много кто хотел, потому что думали, что это работа простая–сидишь себе, кошечек да собачек гладишь… Но это не так ведь. У меня папа ветеринаром был–я знаю, как это. Тяжело. Но я все равно хотела, ибо жалко их, животных. Люди к зверям относятся легкомысленно…— медсестра отвела взгляд в сторону. Дождь даже и не думал прекращаться. Но мысль о том, что так, наверное, даже лучше, ведь у ребят есть много времени на простые разговоры, которых зачастую так не хватает просто для успокоения души, пронеслась у каждого, сидящего у огня. Поняв намёк на то, что дальше Эмбер рассказывать нечего, а может быть и есть, но она не хочет, Рой взял инициативу на себя. — Я, знаете, никогда не понимал, кем буду. Просто двигался по течению, жил, как душа ляжет. Но была мечта у меня, в раннем детстве…—Пожарный немного помолчал, вероятно, пытаясь вспомнить, что же это за мечта такая, а потом над ним будто воображаемая лампочка включилась.— Я есть очень любил, понимаете, вот правда, особенно торты… Да и не только, вообще сладкое. Ностальгирую, бывает, по временам, когда бегал из булочной с чем-то вкусным, потому что мама просила купить, а по дороге половину съедал…доставалось от родителей, конечно, но так это аппетитно все выглядело–никто не удержится! Ну и захотел я стать кондитером, чтобы себе каждый день разные вкусные штуки готовить. Но это лишь детские выдумки. Вот как-то так.— Рой закончил и немного странно склонил голову. Воспоминания нахлынули на пожарного, и он им поддался. Пару минут команда сидела молча. Костёр затух довольно давно, но, будучи слишком увлеченными рассказом Роя, никто этого не заметил. Теперь же спасателям предоставилась возможность вернуться в реальность и заметить отсутствие света и тепла. Поли вытащил из кармана холодных брюк зажигалку и поджёг новую горсть палок. Все вдруг очень синхронно посмотрели на Поли, как бы передавая ему эстафету и желая, чтобы он тоже то ли поведал свою историю, то ли просто поделился интересными подробностями детских желаний. Впервые за этот вечер полицейский заговорил.— Я всегда хотел связать свою жизнь с творчеством, — голос юноши был хрипловатым, после такого долгого перерыва в его использовании.—но музыкой или рисованием вряд ли бы получилось–ни в музыкалку, ни в художку я не ходил—к тому времени поздно уже было, а без приобритаемых там навыков в этих сферах никуда. Писательство меня вообще не привлекало, а вот актёром… актёром мне стать хотелось. И я даже поступил. Только вот родителей это не устраивало–мол, чепуха это все, потом ни денег, ни славы–в канаве окажусь. Я даже из дома сбежал, но это долгая история, не увенчавшаяся успехом, — Поли уже набрал воздуха в лёгкие для следующего предложения, но его резко прервал Хелли, — а мы никуда и не спешим! Самое интересное ты решил не рассказывать, ну что тако—пилот резко затих, увидев призыв молчать в глазах старших коллег, которые, видимо, понимали серьёзность ситуации и несильно осуждали младшего за легкомысленность. Получив благодарный кивок от самого жертвы сея действа, Эмбер и Рой смягчились. Тогда Поли продолжил свой рассказ, хотя он уже не нес в себе личной истории командира, — и знаете, несмотря ни на что, я очень рад, что оказался здесь. Вы и так знаете, благодаря кому мне сейчас очень и очень хорошо.— свою речь полицейский закончил в объятиях своих друзей. Нет, даже не друзей–семьи.