Корабельный кот

      Проводив сестру с племянником и еще тремя детьми околоплемянничьего возраста, Лина буквально упала на скамейку в парке и откинулась на резную спинку. Ноги, отмотавшие с утра не один километр, гудели, голова, с утра занятая непрестанными попытками собрать четырех выгуливаемых пятилеток в кучу, неспешно кружилась, намекая, что неплохо было бы немного позаботиться и о себе. «Хорошо, что не мне их домой везти и родителям раздавать» - вяло шевельнулась мысль где-то на задворках сознания.       Очень скоро внимание Лины привлек хрусткий звук, раздававшийся неподалеку. Она открыла глаза и посмотрела в сторону его источника. На соседней скамейке обнаружился вольготно расположившийся парень. С черными волосами, в черной кожаной куртке, несмотря на припекающее солнце, с резкими хищными чертами лица и легкой небритостью и яркими зелеными глазами, он увлеченно облизывал мороженое. Лина аж сморгнула от такого несоответствия – парня легко можно было представить в антураже бластера, наручников, диких джунглей, на худой конец, но не с мороженым в детском парке же. Заметив взгляд девушки, незнакомец неожиданно светло улыбнулся и извлек из-за пазухи еще одну термоупаковку:       - Хочешь мороженого? У меня еще есть…       Лина поспешно отвела взгляд, но незнакомец плавным движением перетек в вертикальное положение, в несколько шагов пересек разделяющее их пространство, опустился на корточки и буквально втиснул мороженое в руки девушки:       - Бери, бери, мороженое поднимает настроение. И мне компанию составишь заодно, - с этими словами он плюхнулся на скамейку рядом, в несколько укусов доглотал свою порцию и захрустел оберткой от новой.       Лина повертела угощение в руках. Обычный ванильный пломбир, термоупаковка не нарушена, внутрь ничего попасть было не должно, так что она решилась и надорвала яркий пластик. Мороженое как мороженое. Вкусное. Холодное. Она осторожно лизнула стаканчик кончиком языка и покосилась на парня. Свое мороженое он ел вроде бы неспешно, но оно быстро уменьшалось, как будто по нему водили горячей теркой. Лина пригляделась – язык парня заворачивался ложечкой. От пристального внимания парень засмущался и поворошил свободной рукой волосы – изнутри они блеснули рыже-коричневым.       - Тебя как зовут? – спросил он внезапно, как будто бы вспомнил, что они еще незнакомы.       - Лина, - чуть с запинкой ответила девушка.       - Анге-лина? Эве-лина? Минда-лина? – живо заинтересовался парень полным именем.       - Нет, родители были более оригинальны в тот момент. Эвангелина. Но лучше просто Лина. А тебя как?       - Просто Морис. Хорошо знакомые зовут Котик, но я этого не люблю.       Морис поглядел на экран комма и поднялся:       - Сейчас «Гефест» взлетать будет, пойдем посмотрим, - не дожидаясь ответа, он подхватил Лину за руку и потащил за собой, мимоходом выкинув обертку в урну.       В парке было хоть и не много людей, но вполне достаточно, да и тащил он ее не куда-нибудь в кусты, а наоборот, строго в центр, на смотровую площадку, и Лина расслабилась и позволила странному любителю мороженого увлечь ее за собой. Чуть ли не бегом они пересекли несколько аллей, причем Морис, явно хорошо знакомый с планировкой парка, знал, где срезать путь, обогнув аттракцион или поднырнув под арку. На смотровую площадку они выскочили, когда крыша ангара уже разошлась, и вниз ползли стены, обнажая огромную серую тушу «Гефеста», уже как носорог муравьями, облепленную каботажными тягачами.       - Суперсухогруз «Гефест», класс «Титан», длина пятьсот тридцать четыре метра, водоизмещение шестьсот восемьдесят тысяч тонн, двенадцать палуб, везет до хренищща яблок, груш, дынь и прочих витаминов, экипаж тысяча двести человек, - восторженно прошептал Морис, неотрывно наблюдая, как тягачи поднялись в воздух и натянулись каботажные тросы.       Воздух задрожал, рождая низкий рокочущий звук, который быстро повышался в тоне почти до визга, потом исчез. Морис поморщился:       - Вышли на ходовую частоту, сейчас пойдет отрыв, смотри.       Тягачи, горевшие желтыми огнями, одномоментно изменили цвет на зеленый. Один из тросов лопнул и тягач, расцветившись алым, ушел, кувыркаясь, в высоту, но быстро спустился, волоча за собой обрывок.       - Даже трос не отстрелил, герой.       Земля под ногами шевельнулась, и тень сухогруза сдвинулась, буквально на сантиметр, но Морис вцепился в руку Лины и радостно воскликнул:       - Есть отрыв! Пошел!       Взметая фонтанчики пыли, «Гефест», влекомый тягачами, начал медленно набирать высоту, потом все быстрее, пока не превратился в темную точку в ярком небе.       Лина перевела взгляд слезящихся глаз на Мориса.       - Откуда ты все это знаешь?       - Я на «Цирцее» работаю, она сейчас в подземном доке стоит на техобслуживании, а я в увольнительной. Как на загрузку подадут, надо будет возвращаться. Но до этого еще пять с половиной часов, пошли на карусели, - без перехода предложил он.       И снова практически потащил за собой. Однако же Лина ощущала, что хватка парня на ее руке, несмотря на всю его напористость и активность, скорее нежная, чем цепкая, и, стоит ей запротестовать, как он разожмет пальцы и исчезнет так же неожиданно, как и появился. Протестовать, впрочем, девушка и не пыталась: карусели и всякие аттракционы она очень любила и, выгуливая с утра детвору, провожала их на их лилипутские качельки удрученным взглядом, не имея возможности отвлечься на что-нибудь покрупнее.       По пути Морис спросил, местная ли его спутница и, получив отрицательный ответ, продолжал рассказывать:       - А ты знаешь, как получилось, что парк аттракционов здесь совсем рядом с космопортом? Тут раньше был серьезный такой космодром, экспериментальный. И здесь, вот конкретно на месте обзорной площадки, где мы были, была… обзорная площадка. Стояла бетонная такая коробка, там наблюдатели, управление и все такое. Потом Экспериментальный космодром упразднили, сделали вполне себе рейсовый, а бункер снесли. И подумали: ну не пропадать же традиции? Сделали туристическую обзорную площадку. А парк для прогулок. А парк аттракционов как-то сам нарос. Там даже есть настоящие тренажеры космонавтов.       У касс, окинув взглядом очередь, в основном состоящую из мамочек с детишками, он снял куртку, всучил ее Лине со словами «Подержи-ка», взлохматил волосы, округлил глаза, разом став как будто меньше ростом и младше лет на пять и, сказав ждать его, ввинтился в гомонящую толкучку. И вернулся минуты через три с двумя волшебными палочками в руках.       - Все, у нас абонементы на два часа, - он сменял куртку на палочку, - с чего начнем?       - С американских горок, - Лина победно взмахнула палочкой-абонементом.       Через два часа, накатавшись до некоторого одурения, парочка устало опустилась на скамейку возле аттракционов.       - Ну ты жук, как ты ловко с очередью провернул, - Лина сунула разряженную палочку в приемник.       - Я не жук, я кооотик, - состроил умильные глазки Морис, - я очень голодный котик. Пойдем что-нибудь съедим.       - Постой, - Лина остановила подскочившего было Мориса, - я тебе деньги должна вернуть, за карусели.       Травяная зелень взгляда Мориса ощутимо потемнела:       - Ты понимаешь, что ты сейчас меня обидела? – отстраненно произнес он. – Я довольно неплохо зарабатываю и могу себе позволить раз в полгода сходить в ресторан не на самой дорогой планетке.       - Извини, - покаялась Лина, - я не имела в виду ничего такого. Просто мы с тобой так недолго знакомы.       - Так это повод познакомиться на подольше, - Морис снова повеселел и с прежней прытью потянул девушку на выход из парка. И опять не по плавно изогнутым дорожкам, а напрямик по малозаметным тропинкам, скрывающимся за пышной растительностью. Причем, держа Лину за руку, он понуждал ее изменить направление шага каждый раз, когда ее сарафану грозила опасность от неожиданно высовывающихся на тропинку веток. Лина только успевала удивляться, откуда он так хорошо знает парк или вообще город.       Через несколько сот шагов Морис через отверстие в заборе поддел пальцем хитрую защелку на неприметной калитке, и они оказались на улице.       «Улица Сорока звезд», - опознала ее Лина.       Неподалеку действительно находился маленький ресторанчик с вывеской над дверями «Ковбой Джо» поверх рисованных пистолетов с длинным дулом.       - Ты хочешь на веранде или внутрь?       - На веранде, конечно, здесь чудесно, - увитая цветущей лозой открытая веранда обещала желанную тень и приятные ароматы.       Морис уверенно прошел к дальнему столику, расположенному так, что изнутри открывался шикарный вид на улицу, а сзади была стена. Отодвинул стул, помогая сесть. Лина в очередной раз отметила про себя факт странностей своего спутника – ну неоткуда было взяться таким манерам у космолетчика, по полгода не сходящему на планету.       - Средний стейк с кровью и тройным табаско, ваш фирменный кофе и вишневый пирог, - сделал заказ подошедшей официантке Морис, - а девушке меню.       И, повернувшись к Лине, доверительно сообщил:       - У них все сырье синтезированное, но готовят мммм, просто божественно.       Из пухлой папки Лине приглянулась карасятина-гриль, мятный чай, а в выборе десерта она решила довериться вкусу своего спутника и тоже попросила вишневый пирог. Официантка упорхнула, а Морис расслабленно откинулся на спинку стула, отчего тот встал на две ножки, упершись в стену.       - Зацени, так прикольно.       Заказ принесли буквально через пару минут. Морис, наслаждаясь каждым кусочком, приступил к еде, а Лина ковыряла вкуснейшую карасятину и размышляла, может ли она позволить себе небольшой курортный роман? Заметив ее терзания, Морис со вздохом отложил нож и вилку:       - Ну спрашивай.       - О чем? – Лина даже растерялась.       - Не знаю. Но ты так смотришь, как будто решаешь проблему века. Обычно так смотрят, когда хотят что-то узнать.       От неожиданности Лина спросила первое попавшееся:       - А ты кем на «Цирцее» работаешь?       - Дератизатором.       - Крысоловом? – перевела Лина.       - Угу. Гаммельнским, - Морис вилкой нарисовал в воздухе замысловатую фигуру. – Не, ну а что? Мы зерно возим. Ты вот знаешь, сколько одна крыса может принести ущерба за полет?       - Нет.       - Примерно пятнадцать тысяч галактов.       - Неужели они так много едят? – Лина была потрясена.       - Нет. Но перепачканный контейнер только на корм скоту. А скота на планете-адресате нет. То есть где-то хранить, дожидаться нужного транспорта, грузить, куда-нибудь перевозить… Не кажется ли тебе, что проще выловить? А кроме крыс есть еще теллурианская мышь. А кроме нее еще арктурианские бабочки. Которые сами безобидные, а их личинки второй стадии грызут все, вплоть до металла, поэтому важно выловить их на первой стадии, хорошо, что они шумные – грызут со скрежетом, пищат, трещат.       - Это ужасно! – Лина была впечатлена.       - Не так уж и ужасно, скорее, забавно. И потом, те же, личинки, например, даже вкусные, - Морис показательно облизнулся, но, заметив недоверие в глазах собеседницы, перевел тему:       - А ты кем работаешь?       - Я на последнем курсе учусь, буду врачом общей практики. Сейчас у меня каникулы, прилетела к сестре.       - Как закончишь, где будешь работать? – Морис снова взялся за вилку.       - Пока не знаю, - Лина пригорюнилась, - с работой сложно.       - А приходи к нам. Мы, правда, по одному и тому же маршруту летаем, но можно поработать немного, потом перевестись.       - Хм, это идея, - Лина повеселела и тоже взяла приборы.       Морис, уже почти доевший стейк, бросил взгляд в тарелку девушки:       - Дай попробовать, никогда этого не заказывал.       Лина пододвинула ему тарелку:       - Да, конечно.       Морис отломил небольшой кусочек, прожевал:       - Вкусно. Хочешь моего?       - Даа, - Лина подцепила уже отрезанный ломтик и положила в рот. И тут же, не сдержавшись, выплюнула, едва успев выхватить салфетку. Рот обожгло, из глаз брызнули слезы, она выскочила из-за стола и опрометью скрылась в ресторане в поисках дамской комнаты. Там она полоскала рот водой, мылом, пока жгучее пламя чуть-чуть не стихло. Все еще чувствуя себя огнедышащим драконом, Лина вернулась к столу, где ее уже ждал стакан молока:       - Извини, - покаялся Морис, - не подумал, что для тебя будет слишком остро. Попей молока, маленькими глоточками, поможет.       Лина благодарно припала к прохладной маслянистой жидкости, не преминув буркнуть:       - Отравитель!       От молока стало полегче, но Лина поняла, что вкус вишневого пирога она сейчас просто не почувствует.       - Ерунда, - отмахнулся Морис, - попросим завернуть. – Он уже расправился со своей порцией и допивал кофе.       Официантка уложила пирог в красивую коробочку, имитирующую плетение из лозы, Морис расплатился, и парочка покинула заведение.       Морис опять нырнул в промежуток между домами, завернул за угол, нажав на три кнопки, отщелкнул замок, и они оказались в темном и пыльном подвале.       - Осторожнее, здесь немного захламлено.       Переступая через коробки и остатки стройматериалов, они пробрались к противоположной стене, и Морис открыл еще одну дверь, приведшую их под лестницу, примыкающую к холлу, в котором Лина с удивлением узнала холл гостиницы, в которой остановилась.       - Сейчас тссс, я посмотрю, чтобы никого не было, - Морис, пригнувшись, выглянул из-под лестницы, - теперь быстро за мной, - он потянул ее к лифту.       В лифте, нажав на последнюю кнопку, парень ощутимо расслабился:       - Все, теперь не засекут. Там наверху совершенно чудесно, не пожалеешь. Лина, решив пока не говорить, что здесь они могут находиться на законных основаниях, приникла к стеклу кабины. Этим лифтом она еще не пользовалась, а между тем, он находился снаружи здания, и из него открывался прекрасный вид на космопорт.       Лифт привез парочку на крышу высотки, где обнаружился сад низкорослых цветущих кустов, между которыми змеилось множество дорожек. Морис крутнулся на месте, выбирая дорожку, и снова потянул Лину за собой. Выбранная дорожка привела их к мягкой лавочке на краю крыши. Открывающийся простор раскрывал вид на парк, на космопорт, на пеструю рощу за космопортом, на цветущую крышу городского рынка, расположенного слева. Лина ахнула от восторга:       - Здесь так красиво!       - Присядь, с непривычки может голова закружиться, - и, когда девушка села, продолжил, - я виноват, не учел рисков. Как я могу исправиться? – он присел рядом и осторожно взял девичью ладонь в свои.       - Как ты вообще можешь такое есть?       - Я прихожу в город за простыми человеческими удовольствиями: покататься на карусели, съесть вредной еды, познакомиться с девушкой, можно еще мыльные пузыри попускать, - он запустил руку куда-то под корни куста и извлек оттуда прозрачный флакончик:       - Держи.       Лина открутила крышку, вытащила формочку и подула в нее. Большой пузырь надулся, оторвался и взлетел, вначале медленно вальсируя, потом попал в струю ветра и взметнулся, уносимый потоком.       Лина как зачарованная проводила его взглядом и не заметила, как Морис зашел за спинку скамейки. На плечи девушки легли теплые шершавые ладони:       - Мне кажется, ты излишне напряжена. Расслабься, я сделаю тебе массаж. Я ведь еще в свободное от основной работы время оказываю экипажу услуги по снятию психологического напряжения.       Лина поперхнулась набранным для очередного пузыря воздухом:       - Это как?       - Это ко мне приходят и рассказывают. Все подряд. В основном, жалуются. В основном, девушки. Зато я знаю, кто в кого влюблен, у кого младший брат разговаривать никак не начнет, у кого день рожденья, а поздравить некому.       - А ты? – Лина завернула крышечку.       - А я послушаю, помолчу, массаж сделаю, вот так же, как тебе. Глядишь, человек и уходит морально обновленный.       Ладони, между тем, размяли действительно напряженные плечи, твердые кончики пальцев перебрали позвонки на шее… И Лина дала себе ответ на ранее поставленный вопрос. Запрокинула голову, чтобы увидеть лицо парня:       - Ты, кажется, спрашивал, как тебе исправиться? - Кивок был ей ответом.       - У меня страшно устали ноги и спина, просто гудят все. Может, мы пойдем ко мне, и ты сделаешь мне массаж на, скажем, более обширную площадь?       - А пойдем. Далеко? – легко согласился Морис.       - Ммм… метров семьдесят отсюда.       Морис закрутил головой, оглядываясь, куда идти.       Лина хихикнула:       - Вниз, до третьего этажа. Я остановилась в этой гостинице.       - Вот это да! Значит, мы могли не прятаться! – Морис спрятал флакон с мыльным раствором обратно под куст, - Теперь ты ведешь.       Они спустились в номер Лины и в комнате та, со стоном разувшись, упала на кровать:       - Все, я почти недвижимость.       - Э, нет, так не пойдет. Ноги – мыть, причем горячей водой, чтобы разогреть мышцы. – Морис сгреб девушку в охапку и поволок в ванную, где сгрузил на край душевой кабины. Крутнул кран, и Лина взвизгнула: фонтан хлынувшей из лейки ледяной воды окатил ее до груди.       - Ща! – Морис покрутил кран еще, вода потеплела, но суше от этого Лине не стало.       - Все, я сейчас приду, - с этими словами она вытолкала парня из ванной. Наскоро ополоснулась, как и велел Морис, согрев ноги горячей водой, закуталась в халат и вернулась в комнату.       Морис, уже без куртки и рубашки, расположился на кровати и, кажется, дремал, но, при появлении Лины, сел, приглашающе похлопав рукой рядом с собой:       - Падай. И ноги мне сюда давай.       Мысленно облизнувшись на полураздетого парня, Лина прошлепала босыми ногами по комнате и опустилась на кровать, Морис забрал ее ноги к себе на колени.       - Надеюсь получить адекватный ответ. В смысле ты мне потом тоже.       - Угумм, - мурлыкнула девушка, растекаясь от удовольствия разнеженной лужей – прикосновения были более чем приятны, не сильнее и не слабее, чем надо, и именно на тех точках, на которых надо, они уносили усталость, оставляя желание потянуться всем телом, почувствовать себя легкой и невесомой. И Лина совсем не возражала, когда руки Мориса пробрались под халат, распахнули его, огладили грудь, прошлись по ключицам…       А потом Морис плавно и незаметно перетек ближе к стенке, уложив Лину на живот, и взялся за ее спину всерьез, проминая сведенные долгими ночами над учебниками мышцы, вправляя микросдвиги позвонков, Лина только и могла всхлипывать то ли от боли, то ли от удовольствия. В какой-то момент рядом с ее головой что-то шлепнулось. Лина скосила глаза – силиконовый браслет с металлической бляшкой, видимо, мешающий процессу.       А потом все закончилось.       Морис водрузил на спину Лины подушку, пояснив, что для согревания, расслабленно вытянулся рядом с ней, широко зевнул и сонно засопел, сдувая прядь волос, щекочущую под глазом.       Лина выпростала руку из-под подушки, убрала с лица парня надоедливую прядь, потом бездумно скользнула пальцами по щеке, по шее, погладила по плечу, спустилась ниже, к боку, пересеченному длинным рваным шрамом.       - Это откуда у тебя такой?       - Крыса укусила, - сонно пробормотал Морис и затребовал, - ты не отвлекайся, еще вот за ухом почеши, - подставил голову.       Лина вернулась к уху, поскребла за ним пальцем и внезапно поняла, что курортного романа «по настоящему» ей совсем не хочется. А хочется вот так валяться, поглаживая лежащего рядом парня, перебирая его волосы.       Умиротворенную тишину разорвал резкий звонок.       Морис в мгновение ока оказался рядом с коммом, лежащим на скинутой одежде сверху, мрачно выслушал сообщение и бросился спешно одеваться.       - Зерно прибыло, надо быть на месте, пиши на «Цирцею» Морису, мне передадут, - через несколько секунд после звонка он исчез за дверью.       Лина, только и успевшая сказать «Ага» и «Пока», недовольно потянулась. Под руку попалось что-то мягкое. С жесткой деталью. Девушка поднесла это что-то к глазам. Кошачий ошейник. А нет, браслет Мориса, вот и на бляшке выгравировано его имя.       Девушка подскочила с целью вернуть браслет, накинув халат, выглянула в холл этажа, надеясь увидеть парня, когда он будет выходить из гостиницы.       Но увидела только выскочившего из дверей и умчавшегося в сторону космопорта черного кота.