После сна, он смог признаться в любви

      Антон сделал шаг. Он положил руки на его щёки и приблизил его лицо к своему. Он поцеловал его. Он смог. Его губы были сладкими, отдавали вареньем с малиной, из-за этого Антон хотел их съесть, попробовать на вкус.       И тут он проснулся. Антон открыл глаза и увидел перед собой стену, самую обычную стену. Он сел на кровати, его спина упёрлась в спинку корпуса кровати. Парень смотрел в стену впереди. В одну точку. Смотрел и пытался понять, что произошло. Придя в себя, он подскочил с кровати, из шкафчика рабочего стола достал первый попавшийся лист, ручку и стал писать. "Здравствуйте, Арсений Сергеевич. Я не знаю, как лучше выразиться... Я люблю вас. Сегодня мне приснился сон. Я целовал вас. Это было прекрасно. Теперь я точно понял, я люблю вас. До этого я думал это не правда, что вы просто хороший человек, поэтому привлекаете столько внимания. Но сейчас... Именно сейчас, после сна, я всё понял, всё осознал. Вы прекрасны! Ваши голубые глаза дают мне надежду в том, что этот мир не настолько и ужасен. Я не знаю, что будет дальше, что вы скажите, насколько будете против этого, или вообще будете игнорировать эту ситуацию. В любом случае я вас люблю и это уже не сон".       Руки дрожат. Ручка выпадает из руки и, отскочив, одна её половина оказывается на листе бумаге, а вторая на столе. Глаза проходят по тексту снова и снова, но Антон не перечитывает его, просто видит слова. В голове вопрос: Что со мной?       Дверь открывается, Антон резко дёргает головой в её сторону. В комнату заходит мама, которая держала в руках небольшую стопку одежды.       - А ты чего не спишь? – Удивилась она.       - А сколько времени?       - Семь утра. – Сказала мама, уже кладя вещи в шкаф. – Что-то рано ты сегодня. – Она закрыла дверцы и подошла к сыну. – А это что… - Заметив листок, спросила она и стала вглядываться в текст. Антон тут же закрыл листок руками.       - Ничего! – Выкрикнул он.       - Ой, Господи, — руки упёрлись в боки, — да и нужны мне твои записи. – Мама закатила глаза, а Антон аккуратно свернул листок. – Может тебе завтрак приготовить, пока не ушла?       - Не, я потом сам.       - Как хочешь. – Она оказалась у выхода и вышла из комнаты.       Антон посмотрел на свёрнутый листок в своих руках и выдохнул. А может это знак? – вдруг пронеслось у него в голове.              - Ага, знак вселенной. – Посмеялся над предположением друга Дима.       - Да, блять, Дим, я к тебе за поддержкой, а ты ржошь. – Возмутился Антон в трубку телефона. – Ну, так что думаешь, стоит ему писать?       - Не знаю, Тох… Ты хочешь, лично встретиться, да ведь? – В ответ послышалось неразборчивое «ага». – Короч, один раз живём, поэтому пиши.       - Хорошо… А что написать? – Тут Антон услышал, как Дима ударил себя по лицу рукой. – Ну, я, правда, не знаю.       

Здравствуйте, Арсений Сергеевич, а Вы в школе?

      Именно так порекомендовал написать учителю Дима. Тупо? Возможно. Есть ли другие варианты? Нет.       Здравствуй, Антон, да, в школе.       

А Вы в каком кабинете? Мне нужно вам кое-что отдать просто.

      В 27. Интересно, что же это. Может сочинение, которое ты мне задолжал.       

А если принесу, топ проверите?

      Проверю, если хочешь, но оценку некуда поставить не могу. Лето ведь. Может только в следующем учебном году...       

О, неплохо. Тогда и сочинение принесу. А какая там тема?

      Да уж, Антон... Я тебе весь май эту тему повторял и ты забыл...       Сочинение по картине Карла Брюллова «Гадающая Светлана».       

Хорошо, а вы до скольки в школе?

      До шести.       Антон быстро нашёл картину и самостоятельно написал сочинение по ней. Для него это было неожиданностью. Он, правда, не думал, что сам сейчас может сесть и написать сочинение, просто смотря на картину. Неужели любовь на него так влияет. Он управился буквально за час, может чуть больше.       Надев первое что попало под руку, он положил в сумку тетрадь по-русскому, на странице, с сочинением которой был вложен тот самый утренний листок. Поскольку школа находилась буквально в 10-15 минутах от дома, то Антон быстро добрался до неё. Вахтёрша прекрасно помнит этого парня из-за его проделок, поэтому легко разрешила пройти. Хоть он и творил много чего, его любили, как весёлого ученика. Пока он дошёл до 3 этажа, встретил пару учителей. Они поздоровались и сразу же разошлись.       Вот, наконец, он стоял перед этой дверью. Глубокий вдох. Глубокий выдох. Он постучался и приоткрыл дверь. Мужчина посмотрел в сторону двери и кивнул, увидев аккуратно выглядывающую мордочку школьника. Антон подошёл к столу, и достав из сумки тетрадь, положил её.       - Не ожидал, конечно, что ты, правда, что-то напишешь. – Пододвигая к себе тетрадь, сказал Арсений.       - Я завтра за ней зайду, хорошо? – Парень переплёл пальцы рук вместе и неловко покачивался вперёд-назад.       - Да, конечно.       Антон спокойно вышел из кабинета, но уже в коридоре послышался бег. Парень боялся, поэтому сразу ускорился и очень быстро оказался на улице. Там он набрал Диме и стал говорить о том, как ему страшно и что он просто не верит, что решился. Говорил о своих чувствах и говорил. Дима же практически всё время молчал, иногда выкидывая слова. Антону нужно было, чтобы его просто выслушали, что Дима покорно и исполнял, хотя и был занят.       - … Как думаешь, он мне напишет ответ? – Спросил Антон, ожидая положительного ответа от друга. Но откуда Дима мог знать это…       - Тох, ну, не знаю. Не сказал бы, что он выглядит, как педик… - Ответил друг. Антон вздохнул. – Ты не тухни там! Тох, меня Серёга ждёт, прости, но я пойду.       - Ничего, удачи вам там. – Сидя на крою кровати и поджав ноги, Антон смотрел в пол. – Пока. – И он сбросил трубку. Не то чтобы ему было грустно, просто страшно.       Парень положил телефон в карман домашних брюк и пошёл на кухню. Приготовив себе Дошик, он сел кушать. Острая лапша была вкусной, но сильно обжигала горло, и особенно губы.       Всё оставшееся время до сна прошло никак. Он ничего особо не сделал, и сообщения от Арсения не получил. Ночью понеслись слёзы, для себя он уже решил, что учитель ему откажет, а может даже и возненавидит. Антон повёл себя, как тринадцатилетняя девочка, да, но что в этом плохого? А может он повёл себя, как семнадцатилетний пацан, а тринадцатилетка вообще может не плакать? Кто знает, кто знает…       В любом случае он взял нож. Да, он сделал это. Он сделал порезы на внутренней плечевой части руки. Крови было мало, порезы не глубокие, но такие длинные. Боль было, она отвлекала внимание от мыслей.       Проснулся он ближе к часу, тогда дома уже никого не было. Благодаря этому он мог ходить в эту жару в майке, а не в футболке с рукавом. Даже свои широкие и длинные брюки он поменял на шорты. День проходил скучно. Идти куда-либо не хотелось, да и делать тоже. Поэтому почти весь день пробыл в телефоне. Часов в 6 пришло сообщение от него...       Антон, можешь сейчас выйти?       

Могу…

      Парень насторожился. Решение не идти за тетрадкой он принял ещё с самого утра. Просто он не хотел встретиться с Арсением Сергеевичем, а тут, он сам написал и, судя по всему, сам хочет увидеться. Антон поднялся с кровати и пошёл к входной двери, там надел кроссовки, но шнурки не завязал. Он открыл дверь, увидел учителя. Парень явно не думал, встреть его именно здесь, прямо перед дверью. Антон сделал шаг вперёд и не разворачиваясь, нажал на дверь, тем самым захлопнул её.       - Здорасте… - Сказал Антон, устремив взгляд в пол. – Что вы хот…       Он не успел договорить. Арсений потянул парня за талию на себя и вцепился в его губы. Антон сначала ничего не понял, но после расслабился, закрыл глаза и положил руки мужчине на плечи. Губы отдавали вишнёвой гигиничкой. После они осторожно отстранились от губ друг друга и смотрели в самые глаза. Арсений продолжал одной рукой держать парня за талию, другой показал ему тетрадь.       - Пять, три… - Он ухмыльнулся.       - Мне похуй. – Антон прижался к Арсению, как можно плотнее.