Одна ночь

Кромешная тьма. И лишь тусклый свет луны освещал комнату, удачно падая на крепко спящего Майка, явно не подозревающего того, что в данный момент Уилл внимательно изучает черты его лица, непроизвольно покусывая нижнюю губу чуть ли не до крови. Взгляд пристальный, он словно не дышал, боялся сделать лишнее движение, разбудить своего товарища. Спали двое на грязном, но достаточно мягком матрасе, что Уиллер притащил с чердака этого заброшенного жилища. Для них перескакивать с одной заброшки на другой – обычное дело, ведь дома у них нет, а от полиции скрываться и в целом где-то спать надо. Байерс ненавидел его, ненавидел тупость его друга и глупые поступки, что тот совершал и продолжает совершать по сей день, был бы подходящий момент – он бы давным давно прикончил его, а затем и себя заодно. Но почему-то сейчас дыхание перехватывает, а что-то приятное распространяется в его желудку, вызывая мурашки и некую тошноту. Кажется, что вот вот и его вырвет, но шатен всë так же лежит, глядя на спутника своей жизни. А ладонь непроизвольно потянулась к чужой руке, медленно кладя еë ближе к плечу и неуверенно обхватывая. Сердце забилось в бешеном ритме, Майк всë так же лежал неподвижно и похрапывал. Медленно рука проскользнула к груди, тогда он нащупал чужое сердцебиение, такое медленное, спокойное. Щëчки Байерса покрылись лëгким румянцем. Хотелось прижаться к другу, крепко обхватить обеими руками крепко спящую тушу, ощутить тепло его тела, сжимать его до тех пор, пока кости не треснут, до тех пор, пока Майк не начнëт задыхаться... Боязливо мальчишка немного шумливо пододвигается к Майку, утыкаясь носом в чужое плечо, соприкасаясь с телом Уиллера, чувствуя что заходит так далеко, ведь до этого оба спали по разные стороны, спиной к друг-другу. И он просто надеялся, что Майк не проснëтся, не узнает об этом, не будет зол на него в который раз, хотя и без того знает, что завтра что-то да приключиться в его ущерб. Одна рука как можно осторожнее обхватывает тельце брюнета, на что тот лишь переворачивается на спину. Уилл заметно так вздрагивает, но особо сильной реакции со стороны Майка не послышалось, надо же, он действительно спит, как в танке! Байерс вдыхает, щекой неспешно потираясь о чужую спину, вдыхая запах его синенькой кофты, которую тот практически никогда не снимает, изредка чтобы постирать, ну, это так, когда есть возможность! Запах крови вперемешку с потом и дешëвым одеколоном, до боли родной. По телу мальчишки пробегает приятная дрожь, очередные бабочки в животе, а сердце будто вот вот и выпрыгнет из груди, прогоняя горячую кровь по сосудам, он даже мог чувствовать как нагревается его тело, как капля пота стекает со лба от волнения такой близости с тем, кого ты по сути ненавидишь, но в то же время и любишь. Немного времени и Уиллер переворачивается на другой бок, начиная храпеть ещë громче, чем ранее. Сука, как же Уилла это раздражало, но теперь без какого-либо стыда и совести он касается его щеки, нежно проводя по ней большим пальцем и останавливаясь на сухих губах. В очередной раз дыхание перехватывает, а изо рта течëт пена, словно у него бешенство или вроде того. Сладкое, до боли тошнотворное чувство всë ещë охватывало его тело, заставляя медленно, но верно двигаться дальше. Рука скользнула к шее, нежно, так осторожно еë поглаживая. Кажется, что за эту ночь Уилл пересчитал все имеющиеся веснушки на лице Майка и прямо сейчас взгляд пал немного ниже, на губы его товарища. Правильно ли то, что он делает? Да какая чëрт возьми разница, если Майк в данный момент спит, словно бухал днями и ночами на пролëт, и теперь проснëтся только через несколько дней, наверняка самовольно. Секунда, одно лишь мгновение, он впивается в чужие, столь желанные губы. Байерс тут же почувствовал металлический вкус крови на собственном языке, но это не мешало медленно двигать губами, желая распробовать Майка полностью, пока он об этом не знает, пока есть возможность. Эти чувства полностью заполонили шатена, чей язык уже медленно скользил в уже до этого приоткрытый рот брюнета, осторожно его изучая, скользя им по грязным зубам Уиллера, по его нечищенному языку. Его не отпугивал противный запах, противный вкус. Уилл чувствовал Майка и это было главное, телесный контакт с ним так будоражил, Байерс только и делал, что держался, да бы не откусить укусить его. Но наслаждаться долго не было возможности, ведь через время Майк вновь переворачивается на спину. Осталось только лечь поближе к нему, закрыть глаза, снова сделать вид, что ничего не было и уснуть, заранее готовым к завтрашнему очередному пиздецу, взрывам и прочему дерьму.