объятия цветущей сакуры.

и вот в очередной раз в безвыходном положении дазая спасает только один человек. человек, который заменил ему семью, и который по настоящему любит дазая. шатен и подумать не мог, что его чувства когда-нибудь из обычной, детской симпатии возрастут во что-то более серьезное, о котором дазай и догадываться не мог. у шатена никогда не было времени для любви, да и впредь раньше он считал это обычной игрой, не понимая, что отношения нужно реализовывать и это серьезная работа для обоих сторон. но, честно признаться, есть у осаму одна черта, которая всегда приводила его в заблуждение и даже некое смущение. прояви ты к нему хоть малейшее внимание, и он будет тянуться к тебе, даже сам того не замечая. и честно признаться, дальше это никогда не уходило. один раз даже было так, что он навязал себе любовь к человеку, которая после возрастала в отвращение. такова уж натура дазая: запутанная, невнятная и скрытая, которую подросток неспособен раскрыть в себе сам. появление чуи изменило всю жизнь осаму. этот парень будто осчастливил его, изменил. помог зацвести, также, как уже отчаянный, завянувший бутон раннего нарцисса, что карабкается из последних сил, лишь бы обрести спокойствие, но вскоре расцвел, раскрывая маленькие, белоснежные лепестки тёплому солнцу, гордо показывая свою силу и изящество. возможно, вы думаете, что сравнивать человека с растением очень странно, а впрочем, почему бы и нет? чуя накахара осветил этот мрачный мир. до того мрачный, что полностью отчаянный дазай уже несколько раз пытался покончить с собой, от того и носит бинты, лишь бы не вспоминать прошлые попытки, и не святить своими шрамами, лишь бы не вызывать лишнее внимание общества. но чуя знал о каждом шраме. знал, при каких обстоятельствах тот или иной был сделан порез, какие эмоции испытывал дазай и какова причина их появления. дазай открылся лишь ему, и рыжий единственный человек, который иногда хоть и через маску колкости и шутовства, но принимает шатена, каким бы дураком тот ни был. но и у чуи жизнь была не сладка. также как и рыжий, осаму приходил тому на помощь, успокаивал и поддерживал. парням нужно было это, ведь у обоих жизнь создана не из сладкой ваты, как всем бы искренне хотелось. но накахара был совсем другой. можно даже сказать, они с дазаем были противоположны, однако этим они только сильнее цеплялись друг за друга, чувствуя помимо дружеских чувств что-то другое. что-то теплое, скрытное и поистине приятное. поэтому и проблемы у них были соответственно разные. частенько, чтобы остаться наедине, и оставить на второй план переживания, парни, ровно в сумерки, убегают на их любимое побережье реки оока. маленькая речка, что пробирается вдоль города йокогамы, а после впадает в токийский залив. побережье было маленьким, и даже особо никак не обустроено, однако выглядело великолепно. издалека это даже не похоже на побережье, а на обычный чудный сквер из могучих деревьев сакуры. а в особенности здесь великолепно в пору ее цветения. парни всегда садились у могучего дерева, и прижимаясь друг к другу разговаривали по душам, проводя вместе время. место было одиноким, полностью поглощенное в силу природы, за что оно и понравилось парням.

***

дазай, после очередного сложного, учебного дня зашёл в свою пыльную, явно заброшенную квартиру, которую дазай не убирает. скорее, старательно избегает убирать, ведь его настигала лень, и чтобы убраться в скромной квартире, нужно было ждать накахару, который даст подзатыльник и быстро застанет дазая врасплох, заставляя того убрать грязь в комнатах. но с другой стороны дазая можно оправдать, как никак одиннадцатый класс, подготовка к экзаменам и явные мысли только об этом, которые мешают нормально спать, хотя шатен, честно признаться, по этому поводу даже не заморачивается. черный рюкзак моментально упал с плеча и полетел в угол комнаты, как только дазай вошёл в спальню. комната была не большой, и было похоже, что здесь практически не живут, ведь целыми днями дазай сидит в школе, так что «делать отчеты» живут ли здесь или нет не было времени. бывало, что дазай быстро кинет вещи на стул, раскинет учебники на стол и ляжет спать, поддаваясь физической усталости. не успев переодеться или, ещё лучше, лечь на кровать прямо в одежде, из прихожей послышался глухой стук в дверь. вздохнув, понимая, что стоит вернуться обратно, дазай поплелся вдоль узкого, светлого коридора. мягкие, и даже осторожные стуки в дверь прекратились, как только дазай подошёл к двери. по всей видимости, человек, что требовал открыть с другой стороны, услышал его шаги, будто убедившись, что его услышали и пропустят в квартиру. не посмотрев в глазок, шатен провернул ключом несколько раз и потянул серебристую ручку вниз, тут же открывая входную дверь. —чуя?—как только осаму поднял свой коньячный, даже карий взгляд, то увидел своего так называемого друга, который осаму в своих мыслях так уже не называет. настолько напуганного, уставшего и заплаканного осаму не видел рыжего уже очень давно, от чего сердце заныло от сочувствия к чуе. у того снова что-то произошло. то, что чуя может доверить только дазаю, и больше никому. —дазай, просто пропусти..—осаму, удивленный и даже ошеломлённый, тут же пропустил накахару в коридор, закрывая за тем дверь. он не стал ничего спрашивать. по тону голоса юноши было понятно, что тот говорить не желает, а лишь ощутить чужое тепло, утонуть в чужих объятиях и почувствовать себя слабым. хотя бы здесь, хоть накахара и понимал, что для друзей это было странно, однако, чуя с точностью может сказать, что ощутил романтические чувства к тому, которого ещё несколько лет назад избегал и ненавидел, поэтому по поводу излишней тактильности накахаре было плевать. дазай осторожно прижал к себе чую, на что тот лишь схватился руками за чужую спину, всхлипывая. —она с-снова пришла в стельку п-пьяная.. о-осаму..—тот тихо хнычет, полностью поддаваясь эмоциям.—о-она..в-выгнала.. меня из.. д-дома. голос чуи дрожал, от чего дазаю становилось не по себе. сколько бы раз чуя не приходил, осаму всегда понимал о ком идёт речь, и всегда знал, как это происходит. мать чуи—безработная простушка, которая зарабатывает лишь на том, чтобы мутить с какими-то богатеньким стариками на районе, которые отдают за тело свои деньжата, а та же, в свою очередь, покупает алкоголь и срывается на чуе. и стало происходить это только лишь после развода с отцом, который заявил, что не хочет ввязываться в неприятности и лишний раз уйдет, заботясь о своем личном комфорте. как бы чуе хотелось поступить ровно также. —тише, чу, тише..—дазай уткнулся носом в чужие, мягкие волосы. положив руки тому на плечи, он выдохнул.—тебе сейчас стоит просто выплакаться. поверь мне, в данном случае это хоть как-то да поможет. я придумаю, что с этим можно сделать. и чуя не стал отрицать. в данном случае шатен был прав. хоть рыжий всегда стыдился своих слез, но сейчас настал его день, когда эмоции все же вырвались наружу, опустошая раненную душу низкорослого юноши. шатен осторожно взял под руку накахару и повел к своей кровати. он хотел, чтобы тот как следует отдохнул. в конце концов, слезы выжали из того все силы, потому тот устало завалился на кровать, иногда поглядывая на дазая, что удобно располагается рядышком. —только не уходи.. —чуя, я никуда от тебя не уйду. накахара подвинулся ближе, и упав на шатена, уткнулся носом в чужую грудь, тяжело вздыхая, ощущая родной, поистине приятный запах осаму. шатен гладил того по пушистым локонам, иногда наматывая на палец тоненькие огненные пряди. послышалось тихое, скромное сопение, от чего осаму улыбнулся и опрокинул голову назад, цепляя свой взгляд строго в потолок, обдумывая все, что можно сделать для чуи. в свое время, тот очень многое сделал для дазая. он помог пережить гибель родителей и много переломных моментов, с которыми дазай, по понятным причинам, в одиночку не справлялся. теперь пришла его очередь лечить тяжёлые раны накахары, что мучали того по сей день. парни проснулись довольно рано. при чем дазай, не смотря на то, что заснул позже, и спал достаточно мало, проснулся первым. тело немного затекло от давления лежащего на нем чуи, но вмешиваться в итак тревожный сон накахары тот не собирался. он просто терпеливо ждал, рассматривая чужое лицо, что выражало спокойствие и полное умиротворение, находясь во сне. рыжик проснулся следом, не прошло и десять минут с пробуждения дазая. открыв уставшие и немного опухшие после истерики глаза, тот зевнул, тут же смотря на осаму, что тепло улыбался. —доброе утро, чуя. осаму аккуратно отстранился от чужих объятий, и спускаясь на пол сел на колени, грудной клеткой опираясь на кровать, кладя руки перед собой, тем самым стараясь быть на равне с лежащим чуей. тот, и позабыв о вчерашних переживаниях улыбнулся, сладостно зевнув. —и тебе утра, осаму.—накахара посмотрел в теплые, карие глаза, тут же загораясь идеей.—пошли сегодня на то наше любимое место, м?—сонно пробормотал чуя, от чего дазай усмехнулся и кивнул, соглашаясь с идеей рыжика.

***

это место находилось достаточно далеко, но это не удивительно, ведь в йокогаме это одно из самых уединенных мест. но парням это совсем не мешало. они с лёгкостью могли дойти до него пешком, как и сделали это прямо сейчас. путь занимал где-то час, если идти довольно торопливым шагом. но те бывало заходили в магазин, чтобы лишний раз взять какие-нибудь фрукты на пикник и воду. чем то же их мыть нужно. накинув небольшую сумку на плечо, где помимо насыщенных лакомств было ещё и покрывало, дазай посмотрел вперёд. вот они и пришли. по бокам необычные, разветвленные кустарники, которые очень дополняли так называемый сквер, справа находилась узкая река оока, с довольно быстрым, но одновременно с этим плавным и вальяжным течением. впереди маленькая, каменная дорожка, что ведёт прямо к их излюбленному дереву — сакуре. это растение и вправду поражало. таких, как это дерево дазай никогда не встречал, и всегда восхищался им. в особенности, когда ветви дерева покрываются маленькими розоватыми цветками, что вскоре опадают на траву, покрывая душистую поверхность нежными цветами. парни ускорили шаг, желая увидеть их любимое место. с приближением уже виднелись мелкие лепестки величественного дерева, что расположились на земле, и под порывами ветра даже умудрились опасть в прозрачный водоем. вот, уже спустя минуты две, парни положили сумку на траву, и достав от туда полосатое, красно-белое покрывало, тут же начали расправлять его по мягкой траве. присаживаясь, облокотившись спиной о твердую кору дерева, дазай улыбнулся, когда в ноздри попал приятный аромат, навевающий много воспоминаний о рыжике и о том, как они проводили вместе времени именно здесь. осаму стал доставать скромные покупки парней. несколько розовых персиков, и нарезанных в упаковке манго с сушенной грушей. персики были помыты ещё по дороге сюда, когда дазай умудрился намочить край своих штанов, от чего словил усмешки со стороны рыжика. положив вкусности рядышком, дазай посмотрел на чую, который не упуская своего шанса, уместился на чужих ногах, прижимаясь к шатену. —знаешь, почему при нашем первом знакомстве, я отвёл тебя в это место?—чуе и слов не надо было, когда увидел вопросительный взор осаму, чтобы понять чужого вопроса.—это место показалось мне самым романтичным из всех. оно очень подходит для нас, дазай. даже изначально, когда мы были без друзей с "привилегиями" я сразу понял, что ты тот человек, который способен очаровать меня по настоящему. и осаму не мог не согласиться с накахарой, ведь тот был прав. но никогда об этом прямо не говорил, в особенности когда речь касается романтики. следующие слова и вовсе заставили того задуматься, а после улыбнуться. —признание в любви?—тот расплылся в хитрой улыбке, после чего оставил на макушке мягкий поцелуй.—я думал, ты никогда не скажешь об этом прямо. в конце концов, первым признался тебе я, когда в прошлый раз мы были здесь, и ты сказал, что подумаешь над моими словами. чуя хмыкнул, тут же разворачиваясь к осаму лицом, садясь на чужие ноги, в очередной раз окутывая небесным, ласковым взглядом шатена. —да, ты совершенно прав.—он улыбнулся, в следующий миг кладя ладони на широкие плечи дазая.—это не подходящий момент. понятное дело, что у меня проблемы в семье, а у тебя экзамены, путаница в себе и в прошлом, однако..—чуя подержал интригующую паузу,—это совсем не мешает нам быть вместе. да и тем более я не хочу из-за проблем закрывать глаза на том, что мы любим друг друга. я люблю тебя, осаму, и хотел сказать это здесь, прямо как ты месяц назад. в груди дазая приятно затрепетало, и появилось даже некое волнение, которое ласкало душу. он ведь ждал, пока чуя скажет ему правду. осаму часто ломал себе голову тем, что чуя хороший актер, который играет человека, который делает вид, что любит и ценит дазая. однако, тот никогда не давал повода так думать. это только тараканы в голове дазая. ведь тот не мог привыкнуть к тому, что его возможно полюбить. подняв уголок губ, шатен осторожно прильнул к мягким, розовым губам чуи, что так податливо продолжали невинный, первый поцелуй. —я тоже тебя люблю, чуя. и я рад, что наши отношения зарождаются именно здесь, под объятиями цветущей сакуры.