Любовь как она есть.

Чонгук ненавидит бананы. Не то чтобы они ему сделали что-то плохое, но чёрт... Кто их вообще придумал?! Нет вы не подумайте, Чонгук вполне адекватен, а банановое молоко так вообще его любимое. Но можно же уже что-то придумать, чтобы истрёпанные нервы макнэ больше не страдали? Например, давить бананы в пюре и продавать их в контейнерах? Чтобы все нормальные люди ели их ложечкой, а? Все нормальные, а ненормальные особенно!!! Ибо уже всё, хорош, баста, сколько можно?! Чонгук с тяжёлым вздохом смотрит на себя в зеркало, стоя в ванной с потерянным видом. Ему, блин, уже 21 год, он уже давно пережил пубертат (было сложно, учитывая обстоятельства, но тем не менее), у него широчайший выбор женщин и мужчин всех возрастов и национальностей, только захоти, но вот ведь зараза... Крышу ему сносит от одного конкретного поедателя бананов, чёрт бы его побрал! И вообще с каких пор Чимин стал любителем этой греховной ягоды невозможной формы? Ведь жил и жил себе, хрустел капусткой, жевал мясо, грыз яблоки как нормальный пацан. А потом вдруг бац! - и переключился на бананы. Ну и фиг бы с ним, что такого. Но вот обязательно есть их ТАК?! Чонгука бросает в краску от одной только всплывшей в голове картинки: Чимин медленно и очень увлечённо раздевает банан (именно так! Раздевает, понимаете?!), потом почему-то заворожённо смотрит на него, оглядывая сверху донизу и снова медленно, тягуче берёт его в рот (Господи, спаси!). И втягивает, создавая вакуум. Какого, простите, хрена, а?! Можно же откусить, прожевать, проглотить? Все же нормальные люди так делают, правда? Тогда почему он делает иначе?! Нет, он тягуче и медленно всасывает в себя мякоть, которая тянется и наконец рвётся, оставляя крючкообразный тонкий кончик. Чонгук вздрагивает всем телом, когда слышит за дверью ванной раздражённое юнгиево: «если у тебя понос, у меня есть средство, Гуки, только дай уже людям поссать!». Чонгук быстро моет руки, из-за сильного напора воды разбрызгивая всё вокруг и себя в том числе, затем выходит, натягивая на лицо широкую улыбку. Протискиваясь мимо Юнги хёна, ему приходится поблагодарить того за заботу и сказать, что в лекарствах нужды нет. В гостиной вовсю хохочут мемберы, расслабленные в долгожданный выходной напитками и вкусной едой. А Чимин... Боже, когда же он уже лопнет от своих бананов?! Этот несносный обжора прямо сейчас улыбается лучистыми глазами рассказывающему что-то Тэхёну и обсасывает банан. Его щёки втягиваются, а блестящие от слюны губы обхватывают ствол (боже, у банана ствол или что?!) в то время как крохотные пальчики поглаживают ещё не очищенную от кожуры часть. Вот скажите, зачем гладить банан? Он без этого недостаточно вкусный? Или плачет из-за нехватки нежности прямо во время его поедания?! Если тут кто-то скоро и заплачет, то это Чонгук! Не говоря ничего, парень стремительно подходит к Чимину, срывает из его рук банан и скрывается на кухне под ошарашенные взгляды мемберов. Через минуту выходит обратно и без слов вручает Чимину блюдечко с нарезанным на кружочки бананом. Так же без слов суёт ему в руку вилку и садится на пол, подтягивая к себе тарелку с чипсами. Притихшие на время мемберы возобновляют разговор, а Чонгук наконец включает фильм, ради просмотра которого они и собрались здесь сегодня. И, казалось бы, после этого всё должно стать лучше, но Чимин сверлит его взглядом, и Чонгуку приходится объясниться: «Так удобнее есть, хён». Тот понимающе улыбается, благодарит и, нацепив вилкой кружочек банана, отправляет его в рот. И чёрт!!! Зачем нужно облизывать вилку? У них ведь это не последний банан! Почему нужно стараться не оставить ни граммулечки на приборе?! Может дело в чистоте вилки?.. Но воды у них тоже достаточно, чтобы хорошо потом эту вилку помыть, разве нет?! Чонгук силой воли переводит взгляд на экран и уже почти берёт себя в руки, когда слышит громкий чпок со стороны дивана. Он смотрит на источник звука и чёрт!: Чимин, сложив губы трубочкой, посасывает многострадальный кружочек банана, растворяя его во рту, при этом изнутри языком проводя по стенкам своего рта, будто вычищая десна от мякоти. Справившись с этой миссией, втягивает нижнюю губу внутрь, обсасывает, и отпускает с громким чпоком. И всё это не отрываясь от экрана. Чонгук чувствует, как из ушей идёт пар, ощущает всё своё тело, а особенно одно конкретное место так чётко, что у него пересыхает во рту. И как раз в это время Чимин встаёт и, чтобы не отрывать мемберов от просмотра, перешагивает через диван, изгибаясь в пояснице, и идёт в сторону кухни. Он уже скрывается за дверью, когда Чонгук ловит ртом воздух, пытаясь отогнать картинку оголившейся тонкой полоски кожи на пояснице хёна, когда его футболка немного приподнялась от движения. Бананы?! Ха! Бананы просто фигня по сравнению с этим скрытым эротизмом в каждом движении Чимина! Чонгук сотни раз видел его полуголым, десятки раз голым абсолютно, но вот эта вот полоска медовой кожи... Она законна вообще?! Чонгук понимает, что дальше так продолжаться не может. Ладно бы один этот день, но сколько это уже продолжается? Неделю? Месяц? Год?! Чонгук встаёт и идёт на кухню, чтобы переговорить с Чимином. Но лучше бы он этого не делал: тот сидит на широком подоконнике, опираясь о стену спиной. Одна нога согнута в колене, стопа на подоконнике, другая нога свободно свисает. Его голова опрокинута назад так, что затылок касается стены, а аккуратный кадык и точёные скулы красиво выделяются на фоне тёмного окна, глаза томно закрыты (именно томно, понимаете?). В его пальчиках тлеет сигарета, и весь вид просто кричит о расслабленности и... сексуальности. Чонгук шумно сглатывает, что не остаётся незамеченным: Чимин открывает глаза и смотрит на донсэна с мягкой улыбкой, одними глазами спрашивая в чём дело. Сейчас Чонгук ему бросит в лицо всё что думает о нём, о его любви к бананам, о его коже и чёртовом умении так эротично курить и... просто быть! Макнэ стремительно подходит к Чимину, насторожившемуся из-за хмурого выражения лица младшего, и резко выпаливает: ⁃ Чимин-ще, хочешь банан?! Тот несколько секунд уж слишком довольно смотрит на растерявшегося от собственных слов Чонгука, и вдруг улыбается: ⁃ Меня от них уже тошнит. Но если ты настаиваешь... Чонгук озадаченно наблюдает за тем, как язычок старшего медленно проходит по нижней губе, увлажняя её и заставляя блестеть, после чего до него доходит вся степень трындеца: весь этот спектакль был только для одного зрителя - конкретно для него. ⁃ Чимин-ще... - говорит Чонгук после осознания очевидного, - Хочешь... Хочешь вместе съедим банан? Ты мог бы меня... Научить... Как правильно это делать. Чимин заливается счастливым смехом: ⁃ Я готов учить тебя этому всю жизнь. И не только этому, - наклоняет он голову набок и с интересом ждёт реакции от младшего. ⁃ Я готов. Всю жизнь. И только с тобой. В смысле, учиться. В смысле... Хён... Я кажется в тебя влюблён. - Ну наконец-то, Гуки! В это время в гостиной мемберы молча обмениваются купюрами. ⁃ Я же сказал, что это сработает, - самодовольно изрекает Тэхён, когда ему в ладонь ложится большая часть денег. ⁃ Можно было и напрямую всё ему сказать, - говорит Намджун, не отрываясь от экрана, и явно сожалея, что поставил на то, что Чонгук никогда не поведётся на игру Чимина. ⁃ Напрямую не так интересно, - ставит точку в разговоре Юнги, который в споре не участвовал, потому что знал: эти двое всё равно любыми путями рано или поздно пришли бы к отношениям. Потому что любовь, знаете ли.