Аудиенция с Богом

очередное собрание членов ордена, новая волокита документов, и уже настолько подзадолбавшие анализы аномалий, взявшихся не весть откуда. Были бы разломы, так нет же, не единого и сотого процента на хотя бы намëк о них. Все результаты будто в охапку сгребленны из всевозможных миров, всевозможных галактик, криво смешанны меж собой и комками выплеваны в их мир. Мдам. Многие ведь и не подозревают, не знают о существовании различных миров, но хвала аква, хоть в ордене понимают это. Понимают. Понимают и боятся. Всем страшно что миры мешаются между друг другом, от этого любое слово о том что недавно затисавшийся в их круги, совсем молодой орденец, не только на десятки лет младше их всех, так и из другого, почти заброшенного, тухлого мира. Эту тайну, этот стражайший секрет хранит у себя под семи замками секретарь Вий. В каждом разноотеночном волоске его то ли персиковых, то ли беживых, то ли совсем белых коротких прядей. Мальчишка появился здесь недавно, меньше месяца назад, но был столь амбициозен что быстро пробился до должности секретаря, выше которого стоял только эмрис, как заместитель. На собрании, где в очередной раз обсуждались неизвестно кем порождëнные явления, сам глава, Великий Архимаг, глава Великого Древа, самый могущественный и озабоченный проблемой Джодах, высказал своë желание личных встреч с мальчонкой, что вызвало некое негодование у их маленького,зелëного, ушастого посредника,но разве кто то пойдëт против столь великого мага? Златокрылый еле слышно, и от того не спешно направлялся за главой. Хвост, что не был характерен для крылатых, и больше походил на упругий кошачий с вьющимися, длинными, золотистыми волосками на конце под такт шагов качался в стороны. Массивные крылья, для столь маленького существа, рост которого еле еле превышал рост эмриса (выше всего лишь на 27 см), так же характерно покачивались из стороны в сторону. Шедший белокрылый,перед эльфом, вызывал своим существом столько вопросов и недомолвок, что как отличный мальчик на побегушках Вий как обычно держал в себе. Что ему от меня понадобилось? Может хочет поручить что то кроме бумажной волокиты? Может быть что то дельное? Может быть что то серъëзное? Вопросы роем витали уже не в голове, они кружились вокруг, еле чувствимо прикосаясь к светлым волосикам, нагнетая, жужжа, давя. Хотелось сделать глубокий шумный вдох, хорошенько встряхнуть головой и отогнать их, но даже слишком шумный, на самом деле еле слышимый, перезвон золотых перьев рисковал повлечь на себя лишнее внимание. Коридор за коридором, шаг за шагом, мысль за мыслью и внезапная остановка, чуть не спровоцировавшая за собой столкновение вывело голубоглазого из транса. Завертев головой, нервно вслушиваясь в тишину, секретарь внезапно услышав низкий голос,резко задрал голову ввысь, так же резко мотнув ростком на голове,что бы видеть лицо себеседника. -секретарь Вий, встаньте сюда пожалуйста. послушный мальчик внимательно оглядывая в этот момент комнату уже прикидывал куда требуется переставить своë существо, ведь указательных или хотя как бы то ни было намекающих знаков на то не было. Резвый взгляд быстро зацепился за некую окружность в полу, что явно была слишком отделëнной от основной плитки в пустом помещении и цветом, и фактурой. Не зримым движением перескочив на плитку, очкарик прописал пушистым комком по полу подняв дымку пыли за собой, что так же быстро пала на своë привычное место. Стук посоха по полу и лëгкая тряска повлëкшая за собой неустойчивое положение эльфа. Плитка, что была в виде единственного круга в помещениии, начала опускаться вниз, с противным тихим скрежетом и не хилой тряской для не привыкшего. Не привыкшего как и секретарь. Быстро потеряв точку опоры, он стал инстинктивно искать поддержки в крыльях, но страх ударить ими главного и попасть в механизм был слишком велик от чего появились лишь судорожные вздрагивания и встряхивания недо-попыток взлететь в узком помещении. Крупная рука подхватила подающего под локоть притянув к себе и расположив в более усточивое положение, в то время как сам Архимаг даже не задумывался над этим движением не соизволив ,кажется, и взгляда опустить для сиего действия. В это же время уткнувшийся в торс мага мальчишка, рефлекторно сжал одежды на великом, задержав дыхание. Это было крайне не ожиданно, что перехватило всякие попытки к дыханию даже по остановке какого либо возможного движения. Наконец опустивший голову вниз, Джодах удивлëнно посмотрел на вжимающегося в него парня и слегка встряхнул за плечо, безмолвно заставляя отпрянуть. Пройдя в огромную залу, он еле заметно повлëк смущëнного парня за собой, внимание которого тут же перешло на богатую обстановку в помещении. Пожираемые одним лишь взглядом артефакты, составляли не только огромную стоимость для обычных магов, но и весомую массу для Вий, что поглащал магические ,и не только,предметы, возвышаясь на уровне, и обучаясь сразу нескольким видам магии. Белокрылый ,как ни в чëм не бывало, прошедший к столу с недавно чтимыми книгами, показал тут же уткнувшимся в него взглядом детских наивных глаз, на место около них. Послушно подошедший, по пути поправил очки и складировал все анализы и выводы на руках, на массивный как и его хозяин, деревянный стол, заглянув тут же в фиолетовые глаза что на долю секунды блеснули животным, чем то не человечным, но сейчас же перешли на книги на столе, а потом и вовсе скрылись за седыми волосами. Прошедший мимо младшего, опустился на трон, сев на удивление статно, как и допускала власть главного. Подозвав неслышно к себе вновь, он выпрямился, поддавшись вперëд чего вполне хватило дабы оказаться на одном расстоянии с голубыми глазами. Неуверенно поджав обкусанные губы, секретарь сжал руки чуть выше живота, увëл взгляд от пристально его изучавшего. -насколько помню, вы писали что вам 24 года, так? еле зримый кивок,после которого он снова застыл на месте как статуя. От столь глупого поведения, Архимаг тихо усмехнулся и более расслабленно откинулся назад. -в ордене что только и говорят, так это о вас. Много кто видел как вы поглощали некоторые не нужные предметы, что собирались выбрасывать, и ваш вид после сказанной ранее процедуры. Объясните же, что это у вас за действия такие и к какому результату они вас приводят? губы старшего довольно расплылись в ухмылке как только он заметил вздрог вытянутых ушей и потупившийся взгляд. Пауза. Нагнетающая и наполняющая воздух между этими двумя свинцом, что с каждым вздохом забивался в лëгкие пригибая к земле, ослабевая колени, рискуя подорвать и без этого не устойчивую почву под ногами -я поглащаю некоторые предметы что имеют часть вложенной в них магии, души или силы, что бы лишь становиться сильнее. Это помогает мне использовать многие заклинания без палочки или других вспомогательных вещей, но запасы вечно нужно пополнять, от чего я и "пожираю" некому уже не нужное магическое барахло. стоило только секретарю заткнуться как тут же за его словами последовал вопрос, напряжëнный выдох, и шумное приближение к его существу -а как насчëт живых существ? Их составляющих? Вы можете вычесть что нибудь из поглощëнной части тела живого или мëртвого мага? губы сжались в тонкую линию. Кадык на горле дрогнул потянув характерный,нервный звук глотка за собой. Секундно смочив губы слюной, всë тем же тихим бархатистым голосом, Вий отвечал, не поворачивая ни взгляда, ни головы в сторону собеседника -какое мне дело мëртвый или живой. Любая составляющая мага, будь то волосы или органы, всë что выходит из него, слюна, слëзы, всë имеет свою энергитическую ценность, а особенно если маг имеет большую силу снова пауза. Наклонив голову ниже, и спрятав лицо за волосами, Вий лишь сильнее сжал руки до впившихся в кожу ногтей, повторно слготнув, освежив пересохшую сахару во рту. Это ожидание томило, разгрызало изнутри, бесчадно пожирая внутренние органы, издевательски их прокалывая своей тысячью маленьких зубов-игл, и окатывая ледяным душем из мурашек, заставляя и без того сбивчивое дыхание исчезнуть без следа и намëка на его существование. Внезапно вытянувшаяся в сторону младшего массивная рука, крайне аккуратно, будто боясь раздавить в своей хватке бледное,тощее тело, притянула того совсем близко оставляя между ними миллиметры, вынуждая поворачиваться и смотреть. Смотреть в эти ярко-фиолетовые радужки, что уже почти скрылись за расширившимися зрачками. Стоило лишь взглянуть на них, как сразу тонул в этих бездонных,все поглощающих океанах черноты и крика тысячи и тысячи глаз, тысячи душ в них. Удивлëнный вздох сопроводил сие действие. Вий всей своей шкурой почувствовал не один,не два, а миллиарды и миллиарды взглядов, будто на него смотрел не один, а целая толпа, нет, целое измерение чужих взглядов. Всматриваясь в горящие жаждой глаза великого, тот и не почувствовал как на его надвисающее тело ложиться рука, проводя по спине, по лопаткам тëплой бархатистой кожи, заставляя крылья за спиной накрыть их куполом слабо светящегося золотого перезвона. Добившись нужной реакции, седоволосый переложив одну робкую маленькую ладонь себе на плечо, вторую,уже свою,массивную переложил на упругий зад подвигая всë ближе к себе одновременно с этим оглаживая шëрстку на основании хвоста. Робкий стон вырвался из плотно сжатых детских губ, тело содрогнулось, выгибаясь под ласки уже перешедшей на спину мужской ладони. Замыленный возбуждением взгляд вновь уставился в зрачки старшего, что от его смущëнного, робкого поведения лишь стали больше, загораясь тем самым секундным животным желанием вновь. Сжав тощую маленькую руку на большом плече, пока вторая лишь покоялась на бедре того, мальчишка почувствовал давление на плечи, после чего сложив крылья, послушно опустился на пол. Буквально тут же с него стянули очки, а воздушную белую ткань на плече пригладили подсунув под нос нереально огромный орган. Как только глаза кое как сфокусировались на агрегате перед ним, так сразу же с тонких губ слетел испуганный вздох и попытка отпрянуть назад, как рука лежавшая на затылке, полностью его перекрывая, зарываясь в мягкие прядки и нежно касаясь вытянутых ушек, придвинула Вий обратно. Предмет перед ним напрягал своим масштабом и возбуждëнным состоянием, горячо требуя разрядки одним лишь видом. Нервно сглотнув, эльф вновь ощутил толчок сзади, требующий начать действие скорее. Сщурившись и по шире открыв рот, он кое как вобрал нежную кожу мягко, обволакивая еë языком, поднимая взгляд и замечая лишь ехидную, довольную собой улыбку. Делая аккуратные движения, парниша судорожно вдыхает носом, старательно не задевая зубами, от чего делая это крайне медленно и не глубоко. Несколько минут неумелых попыток и Архимаг не выдерживая сам начинает движение, болезненно сжав волосы на миниатюрной голове. Широко распахнутые глаза, старались заглянуть в чужие, но толчки, что только нарастали, количество воздуха, что в свою очередь лишь уменьшалось крайне мешали этой цели. Сжав флисовую ткань на своих чëрных брюках, секретарь всë выше задирал зад,оставив свою прошлую цель, и теперь стараясь занять удобное положение хотя бы для дыхания, в то время как сам ангел останавливаться не спешил. Запрокинув голову, он безумно наслаждался происходящим не заметно для самого себя поглаживая и почëсывая затылок эльфа. Ласка в светлых волосах, только сильнее повлекла за собой возбуждение копившееся, и копившееся внизу, а так же тихое урчание, сродни мурчанию кошачих, которое тот по привычке издал при соприкосновении с определëнными точкаии на голове. Тут же удивлëнный взгляд уткнулся в светлую макушку, повторяя действия, и заставляя того сильнее сотрясать занятую членом глотку. Эти вибрации доставляют ту самую изюминку великому, и он до конца вставив, изливается в самую еë глубь, сопровождая это действие низким наслаждающимся мужским стоном, сквозь ухмылку и взгляд вниз, на жаркое лицо мальчишки, слегка покраснеевшее, но от этого только сильнее распространяющее своим холодным и обжигающим возбуждением. Он уже не пытался отпрянуть, а лишь изнутри, поглощал сперму разлившуюся по его трахее, превращая белëсую субстанцию в чëрную и смолистую, тут же впитывая еë. Поняв, что его уже никто не держит, вий собирался отпрянуть, но внезапное чувство дикого насыщения, наполнило его и без того трепещущее тело. Опущенные уши тут же покрылись чëрными пятнышками, зажмуренные, замыленный и влажный взгляд распахнулся, открывая вид на абсолютно чëрные бездонные глаза блестящие слезами. Пальцы что сжимали ткань на ногах, тут же судорожно похватались за грудь, в то время как сам Вий уже отпрянул и задыхаясь жадно хватал воздух наклонившись чуть ли не к самому каменному полу. Одной лишь магии и то сколько, было в белой субстанции, а сокрытая даже в ней сила, после впитывания настолько разнесла разум, что соображать на некоторое время стало не вмоготу.Выдыхая горячие пары, парниша задыхался от жара, что пульсируя бил в голову, каждый вздох делая всë сложнее и тяжелее. Руки буквально драли и сдирали с себя рубашку оставляя красные следы от давления и трения на коже, сдирали желая ослабить жар тела, и хотя бы на секунду почувствовать облегчающую прохладу, а не адскую агонию. Сидящий, с любопытсвом наблюдал за состоянием парня, искренне не понимая его действий и состояния, и только взгляд зацепившийся за тлеющие перья, дал толчок на приближение и прикосновение к лицу Вий. Грубая прохладная ладонь соприкоснулась с нежной кожей невозможно горячего юношеского лица, от чего тот чуть ли не отпрянул, но тихий скулëж и слабенькая хватка тощих бледных, но таких же горячих пальцев, остановила его. Парниша стал потираться лицом об ладонь в какой то момент полностью открыв своë жалкое выражение лица полное униженной слабости,попытки хоть что то исправить в своëм состоянии. Из чëрных глаз сочилась на удивление бесцветная жидкость, оставляя влагу на ладони за которую светловолосый уже успел схватиться обеими руками притягивая и притягивая еë к себе. Фиолетовый взгляд упал вниз на пресмыкающегося перед ним, на коленях которого еле прикрывая пах, лежала та самая рубашка, над которой возвышалась горящее и пышещее возбуждением тело, судорожно вздыхающее от слëз и еле слышимого всхлипыванияс скулежа, что неприятно разрезал пространство вокруг ударяясь эхом об поверхность и больно врезаясь в барабанные перепонки. Секретарь преподнимался от чего ткань с колен спала, открывая бугорок в штанах, но тот будто его не замечал. Не замечал и общего своего состояния будто желая только одного, что избавиться от жуткой агонии в теле. Наклонившись к миниатюрному, Архимаг приподнял то и аккуратно усадил на себя. Тело мальца шпарило ужасным жаром, который Джодах чувствовал даже через свои многослойные одежды. Пригладив волосы на голове, так же нежно погладив и расточек, тот положил руку на внутреннюю сторону бедра, тут же спровоцировав вздрагивание у хозяина. Эти всхлипывания и скулëж уже порядком надоедали, трущийся об руку, и не заметно для себя, об ноги Джодоха тазом ,секретарь ,вызвал своим видом только желание, которое сие непременно хотелось исполнить, ведь вновь нарастающий зуд всë больше и больше требовал уже новой разрядки. Обняв мальчишку, седовласый наклонился взяв с пола рубашку, грубо завязал рот неожидающему этого Вий, что уже успел расслабиться в мнимой нежности. Не понимая смотря глазками-пуговками на Джо, пока тот завязывал его рот, вяло сопротивлялся, но как бы странно это не было, огромная распирающая мощь, совершенно лешила его сил. Скоро тот был заткнут грубыми тугими узлами на затылке, и ослеплëн умело перекрученной тканью, что оставляла только нос, с его быстро раздувающимися ноздрями. Штаны что так же были стянуты с секретаря послужили делу и завязаны на руках за спиной, что бы не мешались, а то лезут вечно куда не следует. Надвисающий, голый парень, опирающийся только на свои колени и голень, пытался выпутаться дëргая и недовольно шевеля плечами. Широкие руки придвинули его ближе заставляя уткнуться в такую же жаркую, как казалось Вий, ткань на широких плечах. Развдвинув ягодицы в стороны одна из рук, протолкнула палец в пульсирующий сфинктр, выдавливая даже сквозь плотно завязанный рот, стон то ли боли, то ли наслаждения и просьбы продолжать. Скоро толстые и длинные для столь невеликого тела пальцы уже разрабатывали мальчишку мечещегуся на плече,стонущего и изворачивающегося. Три пальца, и его анус, временно оставляют в покое, пока на тощем плече оставляют укус, сопровождающийся новым скуляжом, просящим, молящим, но его будто не слышат, и продолжают оставлять красные пятна и следы от острых белоснежных зубов. Уже порядком выматавшегося, придвигают ещë ближе заставляя выгнуться и резко глубоко насаживают. Его разработали крайне плохо для столь огромного агрегата, от чего тот снова мечется, стонет, пытается слезть, но ничего не получается и его только сильнее и грубее насаживают. От тугих узлов уже раскалывается голова, тело не остывает, а лишь сильнее нагревается от чего в помещении стало пахнуть горелым, но не перьями, а пряным немного опьяняющим разум ванилью. Грубые руки насаживают ритмично и без остановки, под звуки затихающих всхлипываний, на место которым приходят стоны наслаждения и приятная дрожь в теле. Кажется, действия Ави были не проявлением садистических наклонностей, а попыткой помочь? Боль внизу скоро стала утихать, что подметил блаженный вздох удовольствия от старшего. Его движения стали будто бы нежнее, будто бы аккуратнее, либо так играло свою злую шутку воображение с разомлевшим в собственном жаре тела мальчишке. Внезапные глубокие толчки и тело наполнило горячее, породив посторонюю судорогу и детский стон. Вий выгнулся до позвоночного хруста, с блаженством понимая что жар спадает очень быстро, сходит, сменяясь приятной прохладой и одобрительным выдохом Джодоха. Чужие пальцы на затылке ослабляют узлы заставив спасть рубашку на шею, мягко прикрыв влажной тканью ярко алые ранки, на бледной шее. Взгляд всë тех же чëрных пуговок уставился на фиолетовые в которых читалась усмешка, власть над телом перед ним. Отдышка двух тел с шумом разрывала воздух. Одновременная усмешка и неловко отведëнный младшим взгляд. -вам ведь и подавно нет даже двадцати, я прав? с намëком на просчëт, спрашивает белокрылый паралельно с этим развязывая порядком занемевшие тощие руки -хех...как вы это поняли? с игрой в блестящих пуговках ответно спрашивает младший с удовольствием поддаваясь в тëплые ладони -вопросом на вопрос, секретарь вий? смешок. взгляды вновь сталкиваются, великий застывает в немом молчании упираясь в тело взглядом фиалковых глаз на тонких, бледных губах расползается ехидная ухмылка. Неумело дëрнув руками тот призывает ангела к дальнейшему продолжению действия вновь пауза. Ави с неким зачарованным видом, продолжает. Флисовая ткань падает ему на колени, и спадает на каменный пол с лëгким грузным звуком руки бледные как облака, мягко опадают вниз застывая в положении расслабленном и спокойном перемещаясь на бëдра надвисающего атмосфера обволакивает пространство вокруг, проникает внутрь, при каждом вздохе насыщая клетки крови, внутренние органы, мозг, каждый нервный отросток собой и только собой тишина уже невыносимо давит на слух своим противным писком. Желание остановить еë напор, желание издать хотя бы томный выдох пресякается во взгляде чëрных глаз он уже не замечает как прекратил дышать, как сердце с каждым ударом всë громче и громче отдаëт в виски пульсируя, и всë сильнее давя на и без того затуманенную седовласую голову мнимые статуи застыли в непристойном облике, кажется и не намереваясь демонстрировать свою живую природу снова, желая остаться в этом моменте навечно яркие улавливают движение перемещаясь на чужие губы, зрачки сужаются становясь лишь нитью, фокусируясь только на бледных бесшумно открытый ряд белоснежных, начал своë движение вблизь невидимо приближаясь движение медленно и плавно, почти не зримо, еле уловимо, как падение тех же жëнных перьев на пол скоро тëплое дыхание грело чужое вытянутое ухо, и перья колышащиеся за ним, с жаром обдавая рельефную структуру кожи приятными парами усмешка секунды дляться не зримо долго,в месте, где то вдали сознания, где равномерно бъëт счëтсчик времени что так же замедляется практически останавливаясь время тянется и тянется как резина внезапное низкий блаженный голос раздаëтся прямо здесь приятной вибрацией ударяясь в барабанную перепонку проходя по всей части внутреннего уха задевая каждый его миллиметр, как приятная неощутимая физически субстванция обволакивает голову и разум топя в своей интонации и тембре, в своей манере и такте. Младший совсем в близи, его руки нежно ложаться на масивную грудь оглаживая еë, голое тело предвигается обдавая своим испускаемым жаром, своим родным теплом и пустотой. -мне пятнадцать Джодах.