Солнце вожака

Чимин сидел на стуле в углу кабинета, закутавшись в старый плед, который Хосок нашел в шкафу. Время близилось к полуночи, но в участке все еще кипела работа. Он наблюдал, как его друг лихорадочно перебирал документы, время от времени что-то записывая в блокнот. — Хосок, — осторожно позвал Чимин, — ты не хочешь передохнуть хоть немного? Альфа лишь провел рукой по лицу, оставив следы усталости на коже. — Не могу. Лаборатория прислала предварительные результаты. Эти символы... они действительно древние. Старше, чем можно было предположить. Чимин почувствовал, как по спине пробежали мурашки. — И что это значит? — Пока ничего хорошего, — Хосок откинулся на спинку стула. — Они нашли упоминания о подобных знаках в архивах столетней давности. Все случаи связаны с... необъяснимыми смертями. Омега сглотнул. — То есть это... проклятие? — Я не верю в эту чушь, — проворчал Хосок, но его голос звучал неуверенно. — Но факты есть факты. Внезапно дверь кабинета распахнулась, и на пороге появился взволнованный офицер. — Хосок-сси, срочно! Нашли еще одно тело. Хосок резко встал, стукнув коленкой о стол. — Где? — В том же парке. Только в другой его части. И... — Офицер нервно оглянулся на Чимина. — Там опять эти символы. Чимин почувствовал, как его ладони стали влажными. Он невольно сжал подвеску с гранатом, висевшую у него на шее. Камень, казалось, излучал едва уловимое тепло. — Я еду, — сказал Хосок, хватая куртку. — Чимин, тебе лучше... — Я поеду с тобой, — перебил его Чимин, вставая. — Нет, это не... — Я не буду мешать. Но я не могу просто сидеть здесь, зная, что там происходит что-то... необъяснимое. Хосок хотел возразить, но что-то в глазах Чимина заставило его сдаться. — Хорошо. Но ты останешься в машине. *** Парк в ночи выглядел зловеще. Фонари освещали лишь узкие дорожки, оставляя деревья погруженными во тьму. Чимин сидел в патрульной машине, прижавшись лбом к холодному стеклу. Он видел, как вдалеке мелькают фонарики полицейских, слышал приглушенные голоса. И вдруг... Тишину разорвал протяжный вой. Чимин вздрогнул, сердце бешено заколотилось. Это не был звук сирены или крик человека. Это было что-то... дикое. Он резко обернулся, вглядываясь в темноту за окном. Между деревьев мелькнула тень — слишком большая, чтобы быть собакой. "Волк..." Пальцы Чимина непроизвольно сжали подвеску. Камень вдруг стал горячим, почти обжигающим. В тот же миг дверь машины распахнулась, и Хосок, бледный, с расширенными зрачками, схватил его за руку. — Мы уезжаем. Сейчас же. — Что случилось? — испуганно спросил Чимин. — Там... — Хосок резко выдохнул. — Ты был прав. Это не просто убийства. За его спиной, в глубине парка, снова раздался тот же вой. Ближе. Громче. Хосок резко завел машину. — Мы едем к твоей маме. Если кто-то и знает, что происходит, так это она. Машина рванула с места, оставляя позади парк, вой и необъяснимый ужас. Чимин сжал в руке подвеску, чувствуя, как его судьба неумолимо сплетается с чем-то древним и страшным. А в зеркале заднего вида, среди деревьев, на мгновение мелькнули два светящихся глаза... *** Машина резко остановилась перед старым домом семьи Пак. Чимин выскочил первым, его пальцы нервно теребили подвеску. Камень, купленный у таинственной старухи, сегодня был теплее обычного. — Мама! — распахнув дверь без стука, Чимин буквально ворвался в дом. Миссис Пак стояла у камина с книгой в руках. Ее лицо стало каменным, когда она увидела фотографии в телефоне Хосока. — Садитесь, — сказала она глухо. — Я знала, что этот день настанет. Она подошла к старому дубовому шкафу и достала потрепанный дневник с выцветшими страницами. — Твой дед записывал все. О клане Хвостатой Луны, о проклятии... и о пророчестве. Чимин почувствовал, как по спине побежали мурашки. — Какое пророчество? — Судя по подвеске тебе уже должны были рассказать про него Омега посмотрел на подвеску которая красовалась на его шее а потом на маму. — Откуда ты..? — То, что ты услышал от старухи, — мать провела пальцем по странице, где был нарисован тот же символ, что и на деревьях. — "Там, где солнце станет рано" — это про наш род. Мы всегда первыми встречали рассвет в этих землях. Хосок нахмурился: — Значит, старуха знала... — Она не просто знала, — голос миссис Пак стал ледяным. — Она — хранительница. Та, кто следит за исполнением пророчества. В комнате стало холодно, хотя камин продолжал гореть. Чимин сжал подвеску так сильно, что острые края камня впились в ладонь. — И что это значит? Кто этот "странник"? Мать закрыла глаза, будто вспоминая что-то болезненное: — Тот, кто придет за тобой, и кому ты по велению сердца отдашь вторую подвеску. *** Чимин сидел на кухне, обхватив руками чашку с чаем, который уже давно остыл. Его мать методично перебирала старые фотографии на столе — снимки деда в военной форме, бабушку у деревенского алтаря, странные ритуальные предметы... — Мама, — он осторожно положил руку на её пальцы, — расскажи мне всё. С самого начала. Миссис Пак глубоко вздохнула. За окном луна скрылась за тучами, оставив комнату в полумраке. — Твой дед не просто собирал легенды. Он был последним, кто видел истинного вожака стаи Хвостатой Луны. Она достала из коробки пожелтевший листок с рисунком — огромный волк с серебристой шерстью и глазами цвета полной луны. — Когда вожак умирает, стая проводит древний ритуал. Семь жертв, семь символов... — Чтобы пробудить нового вожака? — догадался Чимин. — Нет. — Мать резко встала, её тень заколебалась на стене. — Чтобы призвать древнего духа, который выберет преемника. И эти убийства... — её голос дрогнул, — они начали ритуал. Хосок, молчавший до сих пор, отложил пистолет: — Значит, следующий на очереди... — Шестая жертва. — Миссис Пак повернулась к окну. — После неё останется только финальное звено. Чимин почувствовал, как гранат на его шее стал тёплым. — А какое отношение это имеет ко мне? В комнате повисла тяжёлая пауза. Мать медленно подошла к старому комоду и достала завёрнутый в ткань предмет. — Потому что ты — последний потомок рода Хранителей. Тех, кто когда-то заключил договор с кланом. Она развернула ткань — внутри лежал серебристый коготь на кожаном шнурке. — Это... — Коготь последнего истинного вожака. Твой дед спас его от охотников. И теперь... — она протянула амулет Чимину, — стая почуяла его силу в тебе. Хосок резко поднялся: — Значит, они охотятся за Чимином? — Нет. — Миссис Пак странно улыбнулась. — Они хотят, чтобы он стал свидетелем. По древнему закону, только Хранитель может освятить переход власти. Чимин сжал коготь в ладони — металл оказался на удивление тёплым. — Так что теперь? — Теперь мы ждём. — Мать погасила свет, оставив комнату в темноте. — Они дадут знать, когда придёт время. Где-то вдалеке завыл ветер — почти как зовущий голос.