Жизнь не всегда может быть лёгкой

      Первые солнечные лучи ударили девушке прямо в лицо, от чего она начала просыпаться. Раскалывающаяся голова приносила огромный дискомфорт, но это послужит ей важным жизненным уроком, что не стоит так много пить. Открыв глаза, Рё увидела, что находится не у себя дома, а в одной кровати с Ниджикой. Барабанщица сладко посапывала, а Ямада в это время пыталась прийти в себя и разобраться что произошло.       Сон в одной кровати с подругой не был для неё чем-то странным, это происходило каждый раз, когда басистка оставалась на ночёвку в семье Иджичи. Судя по всему, вчерашняя попойка этим и закончилась. В углу комнаты Рё заметила свою вчерашнюю одежду, сейчас же она лежала в футболке и шортиках, что были ей явно велики. Наверное, управляющая одолжила.       Девушка аккуратно поднялась, чтобы не потревожить сон Ниджики, а затем направилась на кухню. Там уже находилась раздражённого вида Сэйка, которая пыталась приготовить себе простенький завтрак. Старшая услышала, как кто-то проснулся и обернулась, чтобы поприветствовать проснувшегося. Какого было её удивление, когда она увидела Ямаду.       — Д… Доброе утро, Рё, — отложив нож в сторону, произнесла управляющая.       — Доброе, Иджичи-сан.       — Ты чего так рано? Обычно всегда позже всех встаёшь…       Старшая встала со стула и подошла к холодильнику, пытаясь найти там что-то съестное и, главное, готовое к употреблению. Её рука проносилась мимо каждой полочки, мимо каждого продукта, но в конечном счёте, из всего этого множества её выбор пал на ещё не распакованную нарезку колбасы, сыр, помидоры и огурцы.       — Голова раскалывается, спать невозможно…       — А-а, ну да. Ты же вчера больше всех выпила, — насмешливо отметила Сэйка, прежде чем открыть упаковку. — Ой, включи, пожалуйста, чайник…       Слова управляющей заставили Ямаду вспомнить то, что происходило вчера. Пока она шла к чайнику, в её голове проносились все постыдные моменты, что произошли во время застолья. Обычно, Рё было бы всё равно, но сейчас не тот случай, так как он затрагивает очень комплексную для неё тему…       Поставив воду на кипячение, басистка начала наблюдать за тем, как Иджичи готовит завтрак. До этого девушка нарезала хлеб ломтиками, а сейчас она выкладывает на них оставшиеся составляющие, чтобы получилось некое подобие сэндвичей. С самодовольной улыбкой Сэйка уложила их на тарелку, а затем отправила в микроволновку, чтобы немного расплавить сыр.       — Ну, что можешь сказать? — расплывчато спросила девушка.       — В смысле?       — Ну, ты поняла, почему государство запрещает пить до двадцати лет?       — А-а… Да. Извините, за вчерашнее…       Писк микроволновой печи прервал их разговор. С предвкушением на лице, управляющая достала своё «блюдо». Вероятно, она считала это своим магнум опусом, вершиной эволюции и чем-то подобным. Ну, стоит сказать, что в отличие от предыдущих попыток Иджичи в приготовление пищи, эта выглядит вполне съедобно.       — Буди Ниджику, а то она слишком задремала. Завтракать сейчас будем!       — Хорошо, сейчас.       Ямада направилась обратно в спальню подруги. Мысли о вчерашнем никак её не отпускали. Она чувствовала, что должна извиниться не только перед управляющей, а перед всеми. Юмор юмором, но он должен иметь границы. Что сказали родители Гото, когда та явилась домой пьяной? Она же ещё несовершеннолетняя… А что насчёт Киты? Что с ней? О чём же только думала дурная голова басистки…?       Приоткрыв дверь комнаты и убедившись, что девушка ещё спит, Рё отворила её и прокралась к кровати. Образ спящей барабанщицы вызывал у музыкантки лишь умиление и тепло на душе. Хотелось её крепко-крепко обнять и никогда не отпускать. Хотелось решить все её проблемы, заставить чувствовать себя счастливой, сделать всё, чтобы ей было комфортно. Ниджика стала тем самым лучиком солнца, что смог заставить Рё вновь поверить в себя. Когда всё было ужасно, когда казалось, что выхода нет, когда весь мир погрузился во тьму, то этот комочек жизнерадостности подкрался сзади и произнес «если ты не занята, то, пожалуйста, стань моей басисткой». Эти слова навсегда отпечатались в памяти юной музыкантки.       Их дружеские взаимоотношения находились на необычайно высоком уровне, Ямада могла спокойно разговаривать с Иджичи без всяких масок, что помогают ей в общении с другими. За время дружбы девушка поняла, что Ниджика — единственный человек, который её понимает и не осудит, который сможет поддержать в по-настоящему сложной ситуации, но в последнее время пропасть между ними начала расти.       Если бы барабанщица не была влюблена в Хитори, тогда бы Рё без промедлений призналась ей в своих чувствах, но пока что приходится носить очередную маску, скрывая свои подлинные эмоции. Жить, зная, что у тебя нет ни малейшего шанса на взаимную симпатию с человеком, ради которого ты готов горы свернуть — ужасно мучительно.       — Ниджика… — прошептала Ямада.       Девушка никак не отреагировала, лишь продолжила тихонько посапывать. Басистка положила свою кисть ей на предплечье. Мягкая, нежная, гладкая, ухоженная кожа была такой приятной на ощупь, что хотелось воспользоваться ситуацией и прикоснуться к ней своими губами… Рё покраснела и сразу же прогнала подобные мысли прочь, но согласилась с самой собой, что Ниджику не хотелось отпускать ни на секунду.       Музыкантка слегка потрясла Иджичи, чтобы та проснулась, но ничего не вышло. Барабанщица пробубнила в полудрёме что-то неразборчивое и перевернулась на другой бок, заставив тем самым Ямаду отпустить её руку. Девушка не отступила, приложила больше усилий и на сей раз у неё всё получилось.       — Ай-яй-яй-яй! Зачем так трясти?! — вскочив с кровати, спросила ошеломленная Ниджика.       — Ты не просыпалась, — пробубнила нарушительница покоя. — Кстати, доброе утро.       — И тебе до-оброе утро… — протянула её пассия, протирая глаза.       Рё окутывала своим взглядом каждый сантиметр её тела. Сейчас она была так близко и в такой непринужденной остановке, что очи не могли нарадоваться. Басистка подмечала каждую складочку и дырочку на её милой пижаме. Если бы у Ямады была возможность загадать желание, тогда бы она пожелала, чтобы она могла видеть барабанщицу в пижаме в любой момент, в который только пожелает.       — Твоя сестра приготовила завтрак, — после этих слов девушка выдержала небольшую паузу. — Она зовёт нас к столу.       Сердце Иджичи младшей замерло. Только что она услышала предложение, в котором используются два самых несовместимых слова на этом свете — «сестра» и «приготовила». Руки Ниджики неосознанно сложились так, будто были готовы к чтению молитвы.       — О… Она же ничего не сожгла, верно?..       — Нет, она сделала обычные сэндвичи в микроволновке.       Волнение барабанщицы мигом улетучилось. Выдохнув, она взялась за ручку двери и жестом пригласила подругу пройти на кухню.       — Что ж, тогда давай попробуем, что она там наворотила… — проворчала девушка.       Пара двинулась прямиком в гостиную. На лицо только что вставшей Ниджики проявился интерес. Как бы она не хаяла свою сестру за её готовку, в глубине души у младшей остаётся надежда, что следующее её блюдо будет лучше, чем предыдущее. Пройдя в комнату, они увидели Сэйку, сидящую на диване, а перед ней три блюдца с двумя сэндвичами на каждом, так же три кружки кофе.       — Доброе утро, сестрёнка! — бодро проговорила барабанщица.       — Доброе, доброе, — с улыбкой ответила управляющая. — Я тут приготовила… Должно было получиться нормально.       Лидер группы взглянула на содержимое тарелок. С виду — два ломтика хлеба, плавленный сыр, колбаса и овощи. Вероятность того, что это будет невозможно есть почти нулевая. В этот раз старшая умудрилась сделать что-то съедобное и при этом даже ничего не сгорело.       — Ага… Вижу. Выглядит вкусно, не терпится попробовать! — льстиво отозвалась девушка.       Сэйка хихикнула, тем временем Ниджика и Рё сели рядом с ней. Управляющая уставилась своими полными надежды глазами на свою сестру, ожидая её последующей реакции. Взявшись двумя руками за сэндвич, барабанщица поднесла его к своему рту и сделала пробу. Девушка ела долго, тщательно пережевывая. Ямада потянулась к своей тарелке и тоже начала завтракать. Спустя мгновение уже все персоны в доме были увлечены трапезой.       С горем пополам, Иджичи доела свою долю, но давать комментарии временно отказалась. Ей нужно было всё переварить. Старшая погрустнела и вздохнула, после чего опечаленным голосом начала развивать новую тему:       — Как прошла вчерашняя вечеринка?       — А… Ну… — замешкалась девушка. — В общем… Ты и сама знаешь…       — Ниджика, не переживай из-за алкоголя, — прервала её управляющая, продолжая есть. — Вы конечно обнаглели в край, но справедливости ради я хочу сказать, что тоже выпивала в вашем возрасте, — вытирая рот салфеткой, добавила Сэйка. — Особенно было стыдно, когда заваливалась домой будучи пьяной в стельку… В общем, я это к тому, чтобы это был первый и последний раз, понятно? А то ещё станешь похожей на меня в молодости…       — Угу, — кивнула барабанщица. — Я, если честно, пить и не собиралась, но все меня так уговаривали, что пришлось… — её голос стал тише. — И… мне на самом деле стыдно за вчерашний цирк… Прости…       — Попрошу прощения ещё раз, — вмешалась в разговор басистка. — Это ведь я как-никак предложила всем выпить       — Хах — усмехнулась управляющая, а после подвинулась, чтобы приобнять девчонок. — Знаете же, что не могу на вас долго злиться. Так уж и быть, прощаю!       Будучи в хорошем настроении и с наполненным желудком, Ниджика улыбнулась и обняла сестру в ответ, едва слышно прошептав:       — Сегодня твоя готовка оказалась очень даже вкусной.       — Угу.       Сэйка расплылась в тёплой улыбке, а затем опечаленно произнесла:       — Вот блин, после таких слов вас даже наказывать не хочется…       — Что?! — в унисон вопросили музыкантки.

***

      Будильник всё продолжал звучать на всю комнату. Спустя какое-то время, Гото начала потихоньку просыпаться. Хитори протянула свою руку к телефону, взяла его, чтобы отключить противный звук, параллельно пытаясь вспомнить, кто она, где она, что было вчера и что она должна делать сегодня. Самое обычное состояние, что бывает у абсолютно каждого человека. Этакая кратковременная амнезия после пробуждения, когда даже собственное имя удается вспомнить с трудом.       К счастью, она длится так мало, что вряд ли на неё кто-то обращает внимание. Всего через мгновение девушка была готова к утренней рутине. За почти двенадцать лет, проведённых в школе гитаристка довела ежедневные обязательные ритуалы до такого автоматизма, что наверное даже будучи спящей, она смогла бы собраться и пойти в учебное заведение. Как же хорошо, что летние каникулы продолжаются.       С хорошим настроем Боччи отправилась умываться и чистить зубы. Поднявшись с футона, её голова начала жутко болеть, будто что-то сдавливало череп изнутри. Отрывистые воспоминания о вчерашней вечеринке с алкоголем тут же пронеслись перед глазами.       «О…»       Вчера произошло то, чего она ждала так долго, но всё случилось слишком внезапно и странно. Гитаристка приложила пальцы к своим губам, пытаясь вспомнить ощущения от вчерашнего поцелуя. Девушка была готова запрыгать от счастья, но держала себя в руках. Нужно срочно же написать Ките! А ещё лучше — встретиться с ней, чтобы закрепить полученный результат. Да, решено! Сегодня во время или после работы Хитори предложит ей встречаться. Ведь если люди целуются, то они должны любить друг друга… Не просто же так это произошло?       Гото быстро навела утренний туалет, после чего рванула в свою комнату, дабы проверить уведомления на телефоне. Сверху высветилось сообщение Ниджики в общем чате, где она пожелала всем доброго утра и оповестила, что Рё тоже проснулась и желает каждому того же. Они сегодня ночевали вместе, ничего удивительного. А вот Икуйо… Она написала Боччи лично, всего два сообщения. В первом, как это обычно принято, девушка написала приветствие. Второе же было простым «прости». Простить? Но за что?       Мозг Хитори пытался придать словам вокалистки какой-то смысл. Она сомневалась и металась от одной версии к другой, пыталась понять, за что её пассия могла просить прощения. Может, за вопросы на игре? Но в них не было ничего такого. Неужто… за поцелуй? Или… Нет, в это не хочется верить. Нужно спросить у неё лично, но так, чтобы не в лоб.       «Доброе утро. Всё в порядке?»       Гитаристка отложила телефон в сторону, пытаясь не думать ни о чем плохом, а затем начала думать, во что бы ей переодеться. Всё будет хорошо. Всё будет просто замечательно! Сегодня важный день, поэтому выглядеть нужно на все сто, долой стандартные спортивки с юбкой! Нужно что-то такое, чтобы не отставать от Киты. Распахнув свой шкаф, девушка начала перебирать футболки. Она выбрала свою самую любимую, белого цвета с надписью «Solitude» на груди. Хитори надела её и покрутилась перед зеркалом. Её всё устроило, осталось только к такой футболке подобрать нормальный низ. Из всех вариантов в гардеробе самым вписывающимся оказалась коротенькая бежевая юбочка.       «Крутяк!..»       Но всё равно чего-то не хватает. Может, стоит добавить что-то сверху? Чтобы скрыть как можно больше участков тела. Боччи начала перебирать из возможных вариантов. Классическая расстёгнутая розовая «зипка» — слишком банально, она ходит в ней практически каждый день и, как будто бы, цвета не сочетаются… Нужно что-то новое, чтобы ещё с другими элементами одежды синергировало. Черная толстовка с логотипом выглядела отлично, но она скрывала футболку, которая была одной из главных звёзд текущего наряда. Спустя ещё несколько неудачных примерок, настал черёд серо-зеленой ветровки, которую Хитори обычно не носила. Красота, необычно, цвета подходят и… По рокерски!       «Полный отпад. Только вот что-нибудь на голову бы надеть… Может, одолжить кепку у от…»       Гото сглотнула. Только сейчас она вспомнила, что вообще-то живёт не одна, а с родителями и младшей сестрой. Не нужно быть гением, чтобы задаться вопросом: А как они отреагировали на то, что их несовершеннолетняя дочь завалилась домой в стельку пьяной. Будет ли скандал? Они многое спускают ей с рук, но сейчас был совершенно иной случай. Это же, по сути, незаконно? А если мама с папой разозлятся и, к примеру, напишут заявление на девочек за то, что они её споили? Нет-нет-нет! Лучше об этом не думать! Родители не звери, они всё поймут… или уже поняли.       Делать нечего, рано или поздно разговор об этом должен будет начаться. Конечно, хотелось бы, чтобы его не было вовсе, но куда деваться? Девушка начала медленно и неуверенно спускаться на первый этаж. Оказавшись там, она подобралась к кухне и мельком осмотрела её, чтобы понять, чем заняты родители. Наоки что-то нарезал, в то время пока Мичиё следила за тем, что происходит на плите. Футари сидела в гостиной и смотрела телевизор.       — Д… Доброе утро, — невнятно пробубнила гитаристка, проходя дальше.       — О? — отец семейства сразу узнал голос своей дочери и обернулся, чтобы взглянуть на неё. — С добрым утром, Хитори.       — Доброе утро. Как спалось? — спросила мать. — Ого, ты приоделась!       — Н-нормально… А… Ну да… — прошептала интровертка.       — Во-о-от как… — протянула Гото старшая. — Ну, садись за стол. Завтрак почти готов.       — Х… Хорошо…       Девушка аккуратно села. Она не могла направить свой взор никуда, кроме как вниз. Музыкантка умоляла всех существующих богов, чтобы сегодня ничего не случилось, чтобы не зашёл разговор об алкоголе, чтобы родители просто проигнорировали этот моментик и ей не пришлось оправдываться.       — Хитори, — высыпав на сковородку болгарский перец, начал Наоки. — Как вчера погуляла с друзьями?       Казалось бы, обычный вопрос, который задают абсолютно все родители своим детям, но сейчас он мог иметь абсолютно другой посыл! Отцу действительно интересно? Или же после ответа он скажет что-то вроде «не думал, что у меня родится такая безответственная малолетняя пьянь»? Что ему сказать? Что же… Что же?.. Что же?!       Нужно извиниться. Извиниться за вчерашнее поведение. Но нужно ли? Хитори же даже не помнит, видела ли родителей вчера вечером! Может, ещё вчера всё образумилось? А если нет? Скорее всего нет, так как он спрашивает именно сейчас. Точно нужно извиниться, несомненно! И сделать это так, чтобы не испытывать стыда…       Боччи собралась с силами и встала, после чего встала рядом с родителями, немного позади них. Она только начала размышлять, что же им сказать, как в голову пришла гениальнейшая мысль — нужно было сначала подумать, а потом подходить к ним. Какой же глупой гитаристка себя сейчас ощущает. В этот момент Мичиё краем глаза заметила стоящую сзади дочь и обернулась, чтобы узнать, для чего она подошла. Её примеру последовал и Наоки. Они смотрели прямо в неуверенное лицо Хитори, заставляя её чувствовать себя неудобно. Бежать некуда, нужно что-то сказать!..       — А… Ну… — нервно начала Гото, пытаясь избегать с родителями зрительного контакта. — Вчера… Я поступила очень неправильно, я не должна была этого делать, но… — девушка слегка замялась, но продолжила. — П-простите, пожалуйста. Я больше никогда не буду так делать! О-обещаю!       Гитаристка продолжала всё также виновато держать голову. Она ждала, что же ответят ей родители. Было страшно, каждая секунда без ответа заставляла её дрожать ещё сильнее. Муж и жена переглянулись, пожали плечами, а после вместе вопросили:       — Хитори…       — …А что ты вчера сделала?       Гитаристка подняла свой взгляд, пытаясь понять, серьёзно они или нет. Наоки и Мичиё лишь непонимающе хлопали глазами, ожидая услышать от дочери больше подробностей о произошедшем.       — Эм… — Хитори сделала пару шагов назад. — Да ничего, впринципе…       Интровертка внутри начала ликовать. Пронесло, пронесло! Они точно не знают, так что всё хорошо! Музыкантка повернулась к родителям спиной, на её лице появилась широкая улыбка, которая обычно появляется у людей после удачной попытки солгать. Старшие Гото не стали мучить дочь допросами и вернулись к готовке.       Боччи вернулась за стол, в этот же момент ей на телефон пришло уведомление. Доставая телефон, она надеялась, что ей написала Кита, но она увидела сообщение от Ниджики в общем чате. Точнее, фотографию. На ней была изображена Рё, лежащая на кровати и переодетая в одежду… Управляющей? Чёрный чокер, красный топ, сверху которого чёрный свитшот и белые брюки с тонкими вертикальными чёрными полосками. Картинка была подписана как «упРёвляющая».       Гитаристка написала в ответ что-то в духе «мило, ей идёт», а затем проверила профиль Икуйо. Странно, она была в сети, но даже не прочитала сообщение… Может, что-то действительно случилось? Ведь не может это быть всё просто так… Или может? Никогда не поймёшь, что на уме у другого человека, голова раскалывается от рассуждений, догадок и предположений…       — Ну, вот, завтрак готов!       Отец семейства поставил на стол несколько тарелок и ловкими движениями разложил по ним якисобу. В нос ударил нежный гречневый аромат, во рту начала копиться слюна. Хотелось как можно скорее наброситься на эту вкуснятину, но начинать без всех неприлично. Хорошо, что ждать нужно было недолго. Футари сразу же отвлеклась от телевизора и прошла в обеденную, где села справа от своей старшей сестры. Теперь, когда все в сборе, можно и поесть!       — Приятного аппетита! — воскликнула Хитори.       — Приятного, — ответили ей остальные члены семьи.       Девушка взяла в руки палочки и начала есть лапшу, что приготовили её родители с заботой и любовью. Они всегда стараются дать ей самое лучшее, действительно любят её, хоть и ведут себя иногда… Странновато. Но, тем не менее, Боччи им очень благодарна. Жизнь как домино — заденешь одну костяшку, поваляться другие. Гото оказалась на своём месте только потому что её воспитывал не кто-то там, а Мичиё и Наоки. Когда-нибудь, она обязательно им расскажет, что с ней произошло на вечеринке с друзьями, но не сегодня.

***

      Ночь выдалась просто ужасной. На протяжении нескольких часов девушка не могла уснуть, а когда ей наконец выпала эта возможность, нужно было собираться на работу. На протяжении всего этого времени Кита думала о том, что произошло между ней и Хитори вчера вечером. Этот поцелуй был безусловно лучшим в её жизни, но, скорее всего, Гото не разделяла это чувство. Должно быть, она рассержена или даже очень зла на вокалистку, но не показывает этого, чтобы не разрушить дружбу.       Алкоголь уже полностью вывелся из организма, можно было в прямом смысле думать на «трезвую голову». Гитаристка всегда была очень зажатой и скрытой, но с недавних пор это изменилось, так как она банально привыкла к своему окружению. Рё, Ниджика и Икуйо стали ей второй семьёй, «Старри» — вторым домом. Скорее всего, она никогда не воспринимала никого из группы в роли девушки, так как в интернете, когда врёт о своей личной жизни, то использует слово «парень». Похоже, ей интересны мальчики больше, нежели девочки.       На телефон пришло уведомление. Кита повернулась, чтобы взять устройство. Это было сообщение от Хитори. Его даже открывать страшно, не то что отвечать на него. Девушка не придумала ничего лучше, кроме как оставить на сообщениях статус непрочитанных. Лучше уж так, нежели сказать что-то невнятное. Она обязательно ответит, но сейчас. Сейчас не то время.       Экстравертка поднялась с кровати и направилась в ванную. Оказавшись там, она встала перед зеркалом и, параллельно с утренними делами, рассматривала свою внешность. Покрасневшие из-за недосыпа глаза, заметные мешки под глазами. Интересно, их можно скрыть косметикой? А то не очень получится. Ну, в любом случае останутся ещё глаза, их то никуда не спрятать. А на работу идти надо, чтобы не подводить остальных…       А может, к чёрту все? Наверное, стоит взять выходной, чтобы всё обдумать и решить, что делать в текущей ситуации. Боччи точно что-то да извлекла из вчерашнего. Если она перестанет доверять Ките, то для вокалистки это будет конец, она сквозь землю провалится. Нельзя допустить разрушения текущих взаимоотношений. Пусть они ограничатся лишь дружбой, но зато…       Блин, всё равно есть проблема! Просто «прости», отосланного через интернет явно недостаточно, чтобы загладить свою вину. Нужно что-то более действенное, что-то стоящее… К примеру, прийти к ней в гости и там раскаяться в содеянном. Но не сделает ли этот шаг ещё хуже? Может, нужно просто промолчать и тогда ситуация станет лучше? Как же всё сложно!       Закончив с делами в ванной, Икуйо вернулась в свою комнату. Она плюхнулась на кровать и развалилась в форме звезды. Сон начал окутывать её тело так, словно бы десяток человеческих рук хватались за неё и пытались утащить её в царство Морфея. Как только гитаристка поняла, что засыпает, она тут же вскочила с кровати и подошла к шкафу. Ей нужно было приодеться. Или пойти так? Ничего не хочется… Просто раствориться в этом мире, чтобы тебя больше ничего и никогда не волновало.       Кита села на край своего спального места. Аккуратно, чтобы не упасть в сон. Она сложила руки перед собой и снова начала думать. Собираться на работу было так лень, казалось, что сон побеждал, но всё же идти надо… Но там точно будет Хитори, с ней, если честно, вокалистка не хотела пересекаться в ближайшее время. Что же делать? Может, спросить у кого-нибудь совета?       Экстравертка неуверенно достала телефон из кармана шортиков, которые не снимала со вчерашнего дня. Она листала список контактов, пока не дошла до Цугуко Сасаки. Её давняя подруга, с ней Икуйо знакома много лет, даже школу она закончит с ней в одном классе. Уж слишком часто им доводилось попадаться в одном классе. В принципе, она тот человек, который может поддержать в нужный момент, музыкантка к ней уже не раз обращалась, поэтому девушка уже посвящена в её любовь к Хитори. Недолго подумав, она решила ей написать.       Но… Что писать то? Просто выложить ей всё, как есть? Высказаться? Свалить на неё свои проблемы, чтобы она попыталась в них разобраться? Не будет ли это слишком навязчиво? Эти вопросы гитаристка начала задавать себе только сейчас. До этого она могла с лёгкостью взять, да и написать, чтобы спросить совета. Сейчас же другой случай, ей было тяжело писать, как морально, так и физически. Ей понадобилось много времени, чтобы написать что-то связанное.       «Привет, Саса-чан… Эм, в общем, вчера я ходила с друзьями в кинотеатр, там была Хитори. Мы посмотрели фильм, потом решили посидеть в клубе. Закупили всякой еды, напитков, в общем обычная вечеринка. Потом Рё предложила сыграть в одну игру с алкоголем, мы все согласились. Я немного выпила, как и Хитори. Потом управляющая разогнала нас по домам, мы с Хиторичкой пошли вместе на станцию, заскочили по пути в комбини. Потом мы начали есть круассаны и тут я замечаю, что у неё на губах остался шоколад. Я не знаю почему, но мой пьяный мозг захотел слизать шоколад с её губ! Господи, какая же я дура! Мне сейчас так стыдно за это! А потом я поцеловала её… И она с испуганным взглядом оттолкнула меня… Что мне делать?! Я всю ночь не спала, думая об этом! Мне кажется, что я опозорилась так сильно, как только могла! Какова вероятность, что сейчас она злится на меня?»       Сасаки прочитала сообщение довольно быстро, после чего она начала развивать диалог, задавая вопросы, что помогли бы разобраться в поведении обеих девушек. Без этого никак, ведь пересказ события был очень краток, а нужно куда больше информации, чтобы понять возможные причины и последствия. Что происходило во время игры, каким был поцелуй, что происходило вокруг во время поцелуя? Каждый аспект важен, ничего нельзя упускать!       По окончанию сего длинного диалога, Цугуко выдала свой вердикт:       «Ну, что я могу сказать. Мне кажется, что ты волнуешься очень зря. Как я уже не раз говорила, Хитори скорее всего тоже имеет к тебе чувства. Всё будет нормально. Единственное, что я могу тебе посоветовать, так это наконец признаться ей в чувствах. Она по уши в тебя влюблена, это любой дурак поймет! Она растает сразу после твоего «я тебя люблю», вот увидишь. Просто попробуй ей признаться, хуже точно не будет. Ну и извинись перед ней, раз уж так стыдно. Лично. Ладненько, мне сейчас в Синагаву ехать, побегу я, а то на поезд опоздаю. Удачи тебе~»       Кита поблагодарила подругу и пожелала ей удачи в ответ, после чего отложила телефон в сторону. Если честно, этот разговор не особо-то помог. Хитори влюблена в вокалистку в ответ? Возможно, не стоит исключать этот вариант, но… Действия гитаристки можно посчитать и за банальное проявление дружбы, так как это слишком уж расплывчатое понятие и люди, считающие какого-либо человека своим другом, могут относиться к нему абсолютно по-разному. Экстравертке требовался точный и внятный ответ, который она, к сожалению, не могла получить здесь и сейчас. Да, она могла бы написать Гото и спросить у неё всё напрямую, но… Страшно. Что если, она всё-таки зла на неё? Или того хуже, ненавидит…       Урчащий живот заставил девушку отвлечься. Она решила ненадолго отвлечься от тяжёлых мыслей и отправиться на кухню, чтобы перекусить. Родители ушли пару часов назад, но, обычно, в таких случаях мама оставляет в холодильнике что-то готовое, чтобы нужно было только разогреть и всё. Заглянув в холодильник, Икуйо увидела аккуратно лежащий контейнер в углу, который был любезно подготовлен специально для гитаристки её любящей матерью. Она достала тару и сняла крышку, чтобы оценить содержимое. Рис, филе грудки и овощи. Это определенно было бенто, только десерта не хватало. К счастью, это не проблема. Экстравертка достала с полочки, что была на дверце шоколадный батончик, а после приступила к завтраку.       Музыкантка достала свои палочки и выложила овощи на тарелку, а рис с курицей поставила в печь на пару минут, чтобы всё подогрелось. Кита осталась в полной тишине, лишь монотонный звук микроволновки нарушал этот покой. Девушка не могла не думать. Все её мысли сейчас вертелись вокруг Хитори. Интересно, как она? Стоит ли её спросить? Страшно… Но с ней всё-таки придется пересечься на работе… Попытаться решить конфликт до смены? Или просто не идти, чтобы не мучать себя переживаниями? Довольно разумная мысль, на самом деле.       Противный писк означал, что еда готова. Икуйо достала тарелку и начала трапезничать, параллельно продолжая свои размышления о том, стоит ли ей идти сегодня куда-либо. Во-первых, она очень хочет спать. Во-вторых, она боится как-либо пересекаться с Гото. Но если она не появится, то другие будут волноваться, так? Особенно если вспомнить то, как все волновались, когда Рё целых две недели не появлялась в школе… Наверное, лучше будет, если она отоспится. Основная проблема даже не в отсутствии сна, а в том, что она банально не знает, что сказать Боччи. Нужно подготовить извинения и речь, а уже потом что-либо делать.       Да, сегодня нужно отдохнуть.       Доев всю еду, девушка помыла за собой тарелку, а затем направилась назад в свою комнату, заскочив по пути в прачечную. Наконец-то можно было снять одежду, что сидит на ней аж со вчерашнего утра. Блузка и шортики отправились в корзину для стирки, туда же полетело и нижнее бельё. Вернувшись в спальню, она начала искать, что ей надеть для сна. Выбор пал на первые попавшиеся чёрные монотонные трусики и светло-оранжевую футболку.       Гитаристка легла на свою кровать, она была такой мягкой, что хотелось в ней раствориться. Не хватало только… Её. В данный момент Кита больше всего на свете желала разделить свою постель с возлюбленной. Как же страшно, что это желание может оказаться невозможным из-за какого-то проступка, сделанного по пьяни… Но воображая то, что они могли бы делать вместе, оставаясь наедине, заставляло её чувствовать себя лучше. Ей хотелось обнимать, целовать, всячески прижиматься к своей любимой…       Её голубые, словно александрит, глаза, ломкие розовые волосы и нежная кожа, которую ни с чем не сравнить. Нежность. Ей невозможно найти сравнение, но и невозможно с чем либо спутать. Каждый раз, видя свою подругу в повседневной одежде, Кита испытывала самые тёплые чувства. И сейчас, думая о ней, она испытывала то же самое. Вокалистка была готова на всё, лишь бы навсегда сделать Гото своей. Своей единственной и неповторимой, которую она никому и ни за что не уступит, которую она готова защищать от этого бренного социума…       Рука Икуйо начала медленно спускаться вниз по её телу, залезая в нижнее бельё, а вторую руку она сунула себе под футболку. Лицо девушки залилось алой краской, а дыхание стало более тяжёлым, когда пальцы коснулись чувствительных зон.       Мысли об идеальном будущем… Свидания, отношения, физическая близость, совместная жизнь, свадьба… Ох, как бы ей хотелось повести милую Гото под венец… Видеть её сонное личико каждое утро — настоящее блаженство. Её аутичность, её комплексы… Кита была готова принять Хитори со всеми нюансами, ей хотелось поддерживать её и в горе и в радости, а также получать такое же отношение в ответ. Какие бы трудности не встали на их пути, вокалистка готова их преодолеть, лишь бы обрести истинное счастье со своей возлюбленной…       По телу гитаристки пошла дрожь. Наступил момент кульминации, которого она так ждала. Усталость навалилась на неё с новой силой, тело с трудом двигалось, а сама музыкантка томно дышала, пытаясь прийти в себя.       — Ха-а… — устало выдохнула гитаристка. — Вот же…       «Похоже, придётся менять трусики…» — закончила она у себя в голове.