Позабытые всеми навсегда

      Стучась в знакомую дверь далеко за полночь, Невер мысленно проклинал руководство, которое не удосужилось подождать хотя бы до утра.       Хотелось приложиться к фляжке. Симуляция вымотала его разум, как это могла сделать не всякая миссия, но тело после пребывания в капсуле ощущалось отдохнувшим недели так на две вперед. И этот диссонанс бесил до чертиков.       За дверью послышались шаги и щелчок замка. Из полумрака квартиры на него со вселенской тоской воззрился Илья — взлохмаченный, с покрасневшими глазами. Наверняка тоже пытался заснуть и не смог.       — Что, очередная миссия? — вопросил он таким тоном, словно Невер был по меньшей мере всадником Апокалипсиса. — Или опять стеклянный гроб с проводами?       — Не то и не другое, — Невер переступил порог, прикрывая за собой дверь. Из коридора сразу стала видна причина красноглазости его напарника — включенный компьютер. — Поступил приказ высокого начальства. Собирай вещи, будешь переселяться в штаб. Мебель же тут не твоя, я правильно понимаю?       — Правильно… Погоди, в каком смысле переселяться?! — Илья весь как-то напрягся.       — В прямом. Из-за увеличения частоты… — он на миг запнулся, подбирая слово, — прецедентов тебе запретили в нерабочее время контактировать с гражданскими. И так уже в твоем окружении двое чипированных, которые не годятся в спецагенты.       — А в рабочее? — каким-то механическим тоном уточнил Илья. Невер мысленно принял боевую стойку — ох и не нравился ему этот тон… Кажется, стоило ждать опрометчивых поступков.       — В пределах миссии, и только.       — Бред какой-то, — Илья затряс головой и почти беззвучно что-то прошептал — темнота мешала уверенно прочесть по губам. Но все равно было очевидно, что именно.       «Да здравствует неизвестность».       Раз обжегшись, он теперь и на воду дул.       — Мы же живые люди… — уверившись в бесполезности кодовой фразы, Илья беспомощно посмотрел на Невера. Тот тяжело вздохнул — самый неприятный момент, требующий озвучивания пафосных лозунгов, настал.       — Каждый из нас — смутное воспоминание, глюк матрицы, ошибка в системе. Своим присутствием мы не должны никому ни о чем напоминать, — заученно и вместе с тем с нажимом произнес он, глядя напарнику в глаза. И добавил уже от себя, не пытаясь скрыть усталость в голосе: — Для всего остального мира мы не существуем. Чем раньше ты это поймешь, тем будет проще.       — С чего это ты заговорил цитатами из старых фантастических фильмов? — прищурившись и скрестив руки на груди, возмутился Илья. Невер буквально кожей ощутил его колючее упрямство и сказал чистую правду, борясь с желанием закатить глаза:       — Это как с зелеными человечками. Недоглядели, а впоследствии не сочли целесообразным чистить инфополе. Ну так ты намерен собираться или нет? — уже слегка раздраженно спросил он.       Илья как будто отрастил дополнительные колючки помимо тех, которые уже имелись.       Со стороны кухни по полу негромко зацокали когти.       — Что за хрень здесь происходит? — разбуженный Джек высунулся в коридор и широко зевнул, показав два ряда белых зубов.       Ночь обещала быть долгой и выматывающей.

***

      Хоть Илья не признался бы в этом даже под дулом пистолета, он был совсем чуть-чуть, но благодарен руководству «Эпсилона» и лично Неверу за возможность уработаться до единственного желания — лечь и уснуть. Неизвестно, сколько он терзался бы бессонницей, не случись этого вынужденного переезда… и миллиона сопутствующих ему проблем. Вроде же он всего полгода назад переехал, откуда взялось столько вещей?..       — Обживайся, — своим обычным полуприказным тоном выдал Невер, вырывая тормозящего напарника из размышлений, опустил на пол его внушительных размеров сумку и удалился в направлении лестницы, уводя с собой и Джека.       Не сходя с места, Илья окинул взглядом свою новую жилплощадь. На удивление, жилые корпуса «Эпсилона» совсем не походили на студенческое общежитие — это были просто невысокие многоэтажки, расположенные неподалеку от здания штаба. Небольшая квартирка была обставлена предельно лаконично: стол, стул, шкаф и кровать. Но Илье сейчас ничего, кроме последнего предмета интерьера, для счастья и не требовалось.       Оставив чемодан где-то рядом с сумкой, он дотащился до кровати и рухнул поверх одеяла, отрубившись, кажется, еще в полете.

***

      Всего через несколько часов жизненные показатели агента Нео, которые автоматически считывал чип, сошли с ума. Мозговая активность подскочила до стандартной при бодрствовании и выше, зашкалил адреналин… но больше ничего не изменилось. Как будто тело, несмотря на гормональный выброс, продолжало спать, а разум метался в ужасе.       Через считанные минуты то же самое случилось с показателями агента Невера. Разница заключалась только в том, что он бодрствовал.       Ошибки быть не могло — их обоих настигли последствия симуляции, в чем бы они ни заключались. Руководство перестраховалось не зря.       Поднятый по тревоге доктор Сорн столкнулся с Невером уже на улице. Тот даже не притормозил, не отреагировал на оклик, только глянул совершенно дикими глазами и унесся дальше, в направлении дома номер два.       В футболке и, кажется, без обуви. По бодрящему десятиградусному морозу.       Было ли это состоянием аффекта или еще одним побочным эффектом симуляции, еще предстояло выяснить.

***

      Как и ожидалось, оба агента нашлись в квартире Нео. Оба — без сознания и в довольно живописных позах. Нео на кровати скорчился в позе эмбриона, только рука с края свисала; Невер лежал на полу лицом вниз, вытянувшись во весь свой немалый рост. Но даже в бессознательном состоянии агенты хватались друг за друга, как утопающий за соломинку, и разжать судорожно сцепленные пальцы помог бы разве что мощный миорелаксант.       …Вслед за Сорном, поочередно запнувшись о брошенный у двери чемодан, вбежали двое сотрудников организации, оглядели еще не обжитую квартирку и пристально посмотрели на него, ожидая приказаний.       Сорн, набирая на сенсорной клавиатуре последовательность команд, отстраненно подумал, что они двое сейчас напоминали гончих в охотничьей стойке. Но эта ассоциация ушла на второй план, как только на небольшом экране появились шкалы показателей Нео и Невера — практически синхронизированные; за всплеском адреналина у одного незамедлительно следовало нечто похожее у второго.       — Помогите-ка с оборудованием, — сказал он сотрудникам, не оглядываясь. — Надо понять, с чем мы имеем дело.

***

      Примерно полчаса спустя трекер одного из сотрудников требовательно пискнул. После короткого разговора Сорна осторожно тронули за плечо:       — Это по вашу душу. Срочно.       — Черт, точно, я же устройство связи забыл… — пробормотал он себе под нос, уже понимая всю неизбежность выговора. — Что там, Йота? — спросил он, прижав прибор к уху плечом. Чуть подумал и включил громкую связь.       Он знал, что мог срочно понадобиться напарнику только в случае ЧП или неожиданного задания.       — Около сорока минут назад Мозг начал функционировать так же, как при создании симуляции, — стремительно отчитался тот. — Но не похоже, что он работает вхолостую. У тебя что?       — Оба участника симуляции в глубокой бессознанке, но мозговая активность стандартная. На внешние раздражители не реагируют, периодически проявляется реакция на что-то в их головах, причем синхронная. И… они держатся за руки.       — Расцеплять их точно не стоит, — Йота задумчиво поцокал языком. — И будить тоже. И вообще их лучше не трогать. Если между ними и Мозгом возникла устойчивая связь, неожиданное возвращение в реальность может спалить уже их мозги. Я попробую снова погрузить Мозг в стазис, но ничего не могу обещать. И вот еще что, перешли мне данные по их показателям через чей-нибудь трекер.

***

      Так Сорн и провел остаток ночи — с двумя пациентами на жилплощади, рассчитанной на одного, пытаясь отследить направление динамики, которого не было. Состояние Нео и Невера то улучшалось, то ухудшалось. Несколько раз у обоих из-за слишком сильного выброса гормонов стресса начиналась аритмия, но она каким-то невозможным чудом прекращалась, как только он хватался за дефибриллятор…       Сотрудники, чтобы не мешаться под ногами, — помощь со сканирующей аппаратурой больше не требовалась, — еще вскоре после сеанса связи удалились скучать на лестничную площадку, даже трекер оставили. Но Йота, получив требуемое, на связь больше не выходил, лишь почти мгновенно помечал прочитанными сообщения Сорна с дополнительными данными.       …Изменения в ситуации начались, когда за окнами забрезжил зимний рассвет. Показатели агентов поползли вверх — и впервые за последние несколько часов заметно рассинхронизировались.       Сразу после раздался звук входящего вызова.       — Я пытался воздействовать на Мозг через изменение состава раствора и различными типами излучений, — без лишних расшаркиваний начал напарник, даже не сомневаясь в том, что на том конце провода был именно Сорн. — Безрезультатно. Но сейчас он сам по себе снижает активность. Что с испытуемыми?       — Начали выходить из транса, жизненные показатели увеличиваются.       В дверях возникли головы сотрудников. Сорн махнул им рукой, мол, все в порядке.       — Как только очнутся, отправляй их в карантин на место проживания Невера, его квартиру уже опечатали по приказу руководства, — в голосе Йоты неожиданно зазвенела сталь. — Несколько часов назад в ней в аналогичном состоянии был найден агент Джек. Эта дрянь, чем бы она ни являлась, заразна.       — Общие паттерны в показателях? — насторожился Сорн.       — Имеются, сейчас пришлю сравнительный анализ, — трекер пискнул, однако в другой, чем у вызова, тональности. — Но он даже и не думает просыпаться, в отличие от твоих.       Сорн потер висок. Контроль над ситуацией, и без того висевший на волоске, стремительно ускользал из их рук, и это было очень плохо. Принимать решение требовалось здесь и сейчас.       — Если обнаружится еще один случай, замораживай Мозг нахрен, и неважно, проснется Джек к тому времени или нет. Это приказ, — твердым тоном произнес он.       — Есть, сэр, — процедил Йота и отключился. Сорн выдохнул. «Сэром» его напарник начинал обзываться только в тех случаях, когда понимал необходимость следования не самой гуманной или небезопасной тактике, но тоже не видел другого выхода, а держать эмоции под контролем не выходило.

***

      — Равномерно дышите и не двигайтесь, — сообщил он обоим агентам сразу. — У вас в крови значительно больше адреналина, чем это допустимо.       Нео попытался нервно-несмело улыбнуться подрагивающими губами не то Сорну, не то своему напарнику. Получилось из рук вон плохо.       Ответная ухмылка Невера, который все-таки поднял голову, и вовсе вышла кривой из-за разбитого лица и корки засохшей крови.       — То, что мы не существуем для всего остального мира, не значит, что мы не существуем друг для друга? — хрипло спросил Нео, словно продолжая незаконченный разговор.       — Ты все правильно понял, — кивнул Невер, опуская голову здоровой щекой на пол.       Они так и не расцепили пальцы, и Сорн был уверен, что в этом виновата не парестезия.       Он щелкнул по шприцу, сгоняя пузырьки воздуха к игле. Ждать, пока адреналин переработается сам, не стоило.       Видеть подобное было не впервой. Вместе проходя огонь, воду и медные трубы, агенты неизбежно сближались. Учителя и ученики, некровные братья и сестры… Таких случаев было — не счесть.       — Поберегите силы, — он взял Нео за свободную руку и принялся искать вену. — Вам еще Алисе отчет о случившемся надиктовывать.       — Она не в штабе? — сходу попытался вычленить суть Невер.       — В штабе. Но вас поместят в карантин. Агент Джек находится в том же состоянии, в котором находились вы.       — Так вот что это было… — Нео еле слышно зашипел в момент укола и вдруг побледнел еще сильнее, хотя, казалось, сильнее было некуда. — Лера!..       — Что Лера? — мгновенно насторожился Невер.       — Когда я зашел к ней, то увидел тот же черный туман, что и при разговоре с Джеком, — Нео приподнял голову над подушкой и снова уронил ее, простонав: — Я такой идиот…       — Идиот ты или нет, обсудим позже, — Невер, едва дождавшись конца укола, подобрался и сел на полу, отпуская руку напарника. Его пошатывало. — Док, у меня есть все основания предполагать, что на нас монстр уже не влияет. Мы победили его в собственном сознании.       — …И никто не может гарантировать, что оно не затихарилось где-нибудь в ваших нейронах в спящем состоянии, — отрезал Сорн. — Сейчас вы с напарником дохромаете до своей квартиры, пройдете полное обследование — и вот тогда уже будем решать, что делать.

***

      — Это безобразие исправлять буду я один, — констатировал факт Невер.       — Это все из-за выговора? — горько произнес Илья, вышагивающий рядом с ним по перрону. — Или из-за уровня допуска?       Напрашивающееся продолжение «…Или из-за смерти Леры?» осталось невысказанным.       Невер потер висок, ища нужные слова. Объясняться посреди летного поля, привлекая к себе внимание наземных служб, было не лучшей идеей.       — Не в выговоре дело. Просто я буду должен перехватить тебя заранее. Отменить симуляцию я не смогу, действительно не тот уровень, но вот твой переезд — вполне. И необходимо разобраться, как никого не заразить или что делать с зараженным.       Теперь Илья смотрел… с отчаянной надеждой. Точно так же, как полгода с лишним назад, когда спрашивал, сможет ли Невер с помощью реверса оживить Петю…       — Лера, в отличие от Джека, не справилась со своим страхом, — продолжил Невер. — Я ее совсем не знаю, так что в прошлом вся надежда будет только на тебя. Но на тебя-прошлого — если на помощь отправишься ты-нынешний, целостность структуры пространства-времени будет нарушена, и предсказать последствия не сможет никто.       Где-то недалеко мерно рокотал двигателями самолет на рулежке. Впереди виднелся нужный ангар.       — Все, хватит болтовни. Иди обратно, пока у кого-нибудь вопросы не возникли, — не поворачивая головы, приказал он.       — Удачи, — успел сказать Илья, прежде чем за спиной Невера захлопнулась неприметная дверь.

***

      В гробовой тишине помещения с инвертированным временем Невер опустился на стул, устало сгорбился, закрыв руками лицо. Пальцы соскользнули по гладкой поверхности маски.       Дело было даже не в том, что ему предстояло справиться со своим страхом еще раз, набело и в одиночестве — теперь он знал, что делать.       Илья сказал, что заразил Леру и Джека вечером вскоре после приезда. Значит, это произошло около восьми часов.       Приказ о переезде дошел до него около полуночи, а до Ильи — еще позднее. И исходил он не от Алисы, а от руководства «Эпсилона».       И это было… странно. Ведь их пятимерное руководство не просто так считалось непогрешимым.       Он не сказал Илье о своих подозрениях, не желая, чтобы информация просочилась дальше даже в той вероятностной ветке, которая должна была схлопнуться.       С момента возвращения в штаб и до полуночи он занимался составлением отчета — и он-нынешний не рисковал разрушить положение суперпозиции в случае, если попадется коллегам на глаза.       Он не мог перехватить Илью до его возвращения домой. Возможности избежать заражения Леры и Джека тоже не существовало — или он ее пока не видел.       Но — эта мысль даже придала ясности издерганному сознанию, — можно было заморозить мозг существа до того, как оно проявило бы себя. Сотрудникам и агентам «Эпсилона» было не привыкать к необъяснимым приказам от «верхушки» и своих коллег.       Неясным оставалось одно — как полное отключение Мозга отразится на всех зараженных?       Это ему и требовалось выяснить.

***

      Он еще не знал, что заморозить Мозг, равно как и сходу отключить его, будет невозможно, и ему останется только действовать по «аварийному» плану — отменять переезд Ильи в расчете на то, что тот, обнаружив пустующую квартиру Леры, сорвется по нужному адресу на любезно одолженной машине.       А потом Невер снова окажется лицом к лицу со своим главным страхом, на этот раз — один, и, даже зная, что делать, потеряет несколько драгоценных часов. И этого времени окажется достаточно, чтобы все покатилось в бездну.