Обними меня, Уиллоу

Тишина. Звук исчезает как щелчком. Его чуткие ушки улавливают каждый скрип, каждый шорох. Пока вокруг не возникает абсолютная тишина. Сверчки замолкли, ветер больше не поёт ему на ночь серенаду дуновений, а паучки расползлись по углам. Мир замер навечно. Хантер тянет руки ближе к себе. Он совсем один, в своей темноте. Там, где никто не услышит его, не поймет и не увидит. Отсюда не сбежать, и постепенно это давит на него сильнее. «Пожалуйста..хватит..прошу..» Пальцы резво хватают за собственные плечи, сжимают в тисках. Он обнимает сам себя, прекрасно осознавая, что здесь никого нет. А так хотелось снова ощутить тепло. Не важно от чего - тусклый огонёк, чьи-то горяченные руки или банальное солнце. Впервые захотелось обжечься, чем постепенно замерзать в этой холодной мгле. Хантер сделал шаг вперёд. Нужно идти. Идти, пока не настанет конец. Когда уже не будет сил бежать, он будет ползти. Когда нет сил даже вздохнуть, он поднимал взгляд всё выше, дрожащие пальцы прогнулись сквозь материю, и он восстал подобно фениксу из пепла. Хантер замешкался, вытягивает руку вперёд. Идёт на ощупь. Что если здесь все, кого он так полюбил - но они просто невидимы? Они наблюдают за ним? Хантер отпрянул, сделал шаг назад и сжал челюсти. Рубцы на теле обожгли зажившие раны. Все, кроме одной. Огромной, где-то внутри, под рёбрами. Остывшее сердце застучало в ушах, кровь бурлила сильнее чем зелья в ведьминском котле. Нечем дышать. Секунда, и ноги будто отлипли от пола, отломали крепления и пустились в бега. Воздуха было так мало, что Хантер мог запросто упасть и умереть прямо на месте от удушения. Но он всё ещё пытался сбежать отсюда. Сбежать так далеко, как только можно. Сбежать к ней. Темнота густеет, плотной патокой застилает его глаза и рывком вырывает из оков сна. Хантер распахнул глаза в совершенной темноте, резко приподнявшись в сидячее положение с негромким хрустом в спине. Из горла вырвался хрип. Тишина растворилась под натиском его тяжелого дыхания, подзывая к себе застывший гул в ушах. Хантер сжался в позу эмбриона и, обняв себя руками, зажмурился. Снова одно и тоже. Почти каждую ночь он возвращается в кошмар. В пустоту, откуда просто невозможно сбежать. Найти выход и увидеть хотя бы один родной взгляд. Улыбку, или услышать голос. Вокруг словно образовывалось кладбище его воспоминаний, каждое из которых разваливалось по кусочку.  А он усиленно старался их собирать воедино. Кроме парочек, которые до сих пор жгли его пальцы, жгли грудь, и то, что покоилось в клетке белых рёбер. Кончики ушей дрогнули, челюсти сжаты. Снова тяжело дышать, но воздуха здесь гораздо больше, чем во сне. Нос заложило. От остатков своего кошмара он не сразу понял, что сделал уже через секунду. Всхлип. Хантер замер, как стеклянная фигурка. Это было чертовски громко, чертовски неправильно и чертовски стыдно. Что более страшно - он не был один в этой комнате. Взгляд размыл силуэт, который сонно приподнимался с кровати напротив. Размыл движение, что даже в темноте было таким изящным и трепетным. Хантеру хотелось спрятаться. Зарыться с головой куда-то в песок, чтобы  никто не увидел его таким. Чтобы она не увидела его таким. — Хантер?.. Хантер, ты не спишь? — тихий, нежный шёпот прерывает его тишину. Разрывает это гробовое безмолвие и превращает мрак в яркий и насыщенный свет. — Нет. Прости, что разбудил тебя. — в очередной раз извиняется Хантер, отворачивая голову так резко и быстро, что его соседка тихо ахает. Не хватало ей лицезреть его свёрнутую шею. Но даже незримо он ощущает, что она делает. Вот она тихо вздыхает, кровать слегка поскрипывает, и девушка медленно усаживается на краю его кровати и, наверное, улыбается ему. Так по-родному, что все страхи рассеиваются, как твёрдые лианы расступаются перед ведьмой растений. Хантер закрыл глаза. Но даже так не смог отвертеться - мозг воспроизвёл картину намного ярче, чем в темноте наяву. Её светлые, красивые глаза, мягкая улыбка и две чёрные косички по бокам. С милой резиночкой - зелёные, с маленькими лягушечками. — Ты не разбудил меня, Хантер. Я сама проснулась. Ты в порядке? Она говорит это невинно, нежно и так правильно. Рычаги постепенно двигаются вниз, сдавливая горло от нехватки смелости, дыхания. Хантер сжимает собственные плечи, тряся головой. Он сидел боком к ней, но не желал видеть её. Потому что  в её глазах, от которых ему хочется дышать упорнее, бороться, в её глазах он видит отражение слабого себя. На языке вертится лживое и подлое к ней: «Я в порядке. Можешь идти спать. Я справлюсь». Но он так долго удерживал в узде это устойчивое выражение, эту бессмыслицу, так страстно желал удержать её и прикрыть своё тело, как огромным плакатом. Прикрыться, чтобы никто не смотрел на его беспомощность. — Нет, Уиллоу..я не в порядке..— слабо шепчет Хантер, пальцы обмякли и больше не сжимали плечи, мертвенно спали к согнутым коленкам. — Тебе приснился плохой сон?..— обессиленно спрашивает девушка. Глубоко в груди, в белой темнице костей острый кинжал разрезал сердце надвое, оно обливалось кровью. Хантер снова напрягся всем телом. Тишина застывает между ними плотной нитью, провоцируя на спуск неловкость и смущение. Однако Уиллоу решила помешать тревоге вновь захватить разум юноши, и произнесла ещё мягче: — Знаешь, когда мне снились кошмары, мои папы всегда успокаивали меня объятиями, это помогало справиться с тревогой. Хочешь, я тебя обниму? Хантер вздрогнул. Взгляд забегал выше, ниже, пока в конце концов не сместился на боковое. Сейчас он как никогда жаждал видеть Уиллоу перед собой. Сердце забилось в бешенном ритме, вырвалось из темницы и подступило к горлу. Хантер медленно обернулся. И взор вишневых глаз устремился в другие, чистые и непорочные. Испещренные той теплотой, которую просто было невозможно не увидеть, не почувствовать. Хантер будто тянул руку к маленькому солнышку. Где-то под рёбрами растаяло сердце. —..Хочу..— лишь выдавил из себя Хантер медленным кивком. Уиллоу улыбнулась шире, тихо хихикая, обвила руки вокруг его шеи. Хантер тут же прижал её к себе резвой хваткой. Вцепился, как в самое дорогое, что у него осталось. Носом зарылся в плечо, в бархатную пижаму со звёздочками. Она сама была похожа на звёздочку. Тепло от её тела разливалось по Хантеру, а расслабленное дыхание, прерывающееся на трепетную одышку побуждало в животе непонятные ощущения. Словно что-то невидимое воспарило хрупкими крыльями, задевало его раны. И залечивало. — Тебе..удобно так? — тише произнёс Хантер. Он считал, что теперь их голоса должны быть ещё тише, чтобы не прерывать этот момент хрипловатым тембром. Уиллоу выгибалась в спине, и он знал, как это может быть неудобно. Так и спину потянуть можно. Доставить Уиллоу боль - вот то, что  Хантер хотел испытывать сейчас меньше всего на этом свете.   — Не очень, но привыкнуть можно, — снова хихикнула ведьма. Хантер отвёл взгляд в сторону. Руки спустились ниже к талии и подтянули девушку ближе к себе. Уиллоу даже не успела что-то сказать, как оказалась слишком близко к Хантеру. — Я хочу, чтобы тебе было хорошо рядом со мной. — прошептал Хантер. Губы его расплылись в мягкой и по-настоящему искренней улыбке. Уиллоу тут же спрятала лицо в ладонях, чувствуя, как к щекам и ушкам приливает жар. Хантер сначала испуганно опешил, он видел эти жесты, но когда люди плачут. Он сказал что-то не то? — Уиллоу? Ты..Ты чего? — взволнованно произнёс Хантер, и руки его тут же потянулись к ладоням девушки. Она быстро убрала ладошки с лица и виновато улыбнулась. Хантер облегчённо выдохнул.  — Всё хорошо, я просто..просто удивилась. Прости, просто..я часто могу засмущаться от каких-то комплиментов..Это..ну.. Хантер закрыл глаза. Руки медленно двинулись за спину Уиллоу, вновь притянув её ближе к себе. Совсем не дал ей договорить, опустил голову на женское плечо и сцепил собственные ладони в крест, давая понять, что она под его защитой. Сейчас, когда опасности больше нет, он защитит её. Даже если нужно будет предстать перед своими страхами лицом к лицу  - он не даст Уиллоу в обиду. Это тепло от её дыхания, смеха, улыбки, глаз, касаний. Всё это превращалось в идеал того человека, которого Хантер так долго искал. Это солнышко поселило тепло в его груди, как заискрившийся бенгальский огонёк. Каждая искорка которого взрывалась в фейерверк жара и жажды. Жажды остановить время, чтобы это просто не заканчивалось. Уиллоу шепчет ему «Это был просто сон..», и она права.  Это был просто кошмар, очередной сон, который закончился. Всё позади, и она снова рядом с ним. Не оказалась очередной пустотой, не обожгла его стужей, растворившись во тьме надежд. Она здесь, такая хрупкая и уверенная одновременно. Такая красивая до невозможности. Так прекрасна, что во тьме, что при свете дня. Вечно прекрасна. Хантер улыбнулся. Она обнимала его трепетно, волнительно, подступалась к нему понемногу, чтобы не спугнуть. Постепенно руки ведьмочки двинулись к его мягким волосам, что яростно выбивались из приличного вида юноши. Но сейчас ему так хорошо, что на внешность совсем не было времени думать. — Не уходи, Уиллоу..— вдруг перевёл тему Хантер, крепче стиснув девушку в своих объятиях. Уиллоу остановилась мнимом движением ладоней на его спине, примкнув виском на плечо парня. — Уйти сейчас было бы просто непростительным для меня, Хантер, — ответила ему девушка и снова тихо хихикнула. Смех рассеял всю тревогу, и теперь Хантеру не страшно.     Темнота покинула комнату уже через пару часов. Они встречали рассвет вместе, где-то во снах, в обнимку на мягких подушках, под одеялом. Уиллоу уснула гораздо быстрее, а Хантер не догнал её всего на пару минут.   Теперь, Хантер отчаянно хочет верить, что сны вместе с Уиллоу станут для него сладкими, солнечными и нежными. Где-то на подкорках сна, в их сердцах отныне поселилось вечное тепло.