К своей любви

      «Не стоило так радоваться», — вздыхал Кавех, сидя в такси и смотря в окно на однообразный пейзаж кирпичных многоквартирных и частных домов своего района. Грусть и неприятный осадок были на душе, из-за чего хотелось сорваться на ком-нибудь, выпустить свой гнев, который так тщательно держал в узде во время ссоры с родителями.       Они не просто так его позвали — вовсе не соскучились. Им хотелось узнать, как же их сын мог выбрать Аль-Хайтама, который собирался жениться. В их глазах тот был прекрасным человеком, который собирался создать семью — ячейку общества, а Кавех — вселенское зло, которое хотело помешать этому случиться. Его совсем не слушали, даже и не собирались.       Родители хотели исправить своего сына, который шёл не по той дороге. Предлагали лечение, помощь специалистов, даже девушку ему в такой короткий срок подыскали. На этом парень и сорвался, наорав на них и уйдя, хлопнув дверью. Всё же так хорошо начиналось, а в итоге они не поменяли своего мнения. Видимо и не собирались.       «Наверное, узнав всю правду, подумали бы, что я всё придумал. Хайтама бы отчитали за плохие мысли и отправили бы к «любимой» жене», — было очень обидно, хотелось написать парню об этом, но позднее время останавливало. Всё равно сейчас не ответит, лучше позвонить с утра и рассказать. Так будет намного лучше, чем сейчас на эмоциях сказать что-то лишнее и попортить отношения со всеми.       Машина затормозила, Кавех узнал свой двор и, расплатившись, вышел на улицу, вдохнул свежий ночной воздух. Поёжился от холодного ветра, но решил не идти сразу домой, а проветрить голову перед сном. Пройдя мимо припаркованных машин, перешёл на песок старой детской площадки, и уселся на скрипучие качели. Пришлось упереться ногами в землю, чтобы те лишний раз не издавали такой истошный и противный звук, который нарушал тишину ночи.       Впереди стоял маленький деревянный домик, единственное окно которого зияло чернотой. Теперь стало жутко: стало совсем тихо, ветер успокоился, фонари во дворе уже давно не работали, единственным светильником была луна, но её не хватало, чтобы разглядеть то, что находилось внутри маленького помещения.       «Я уже давно не маленький ребёнок, там ничего нет, просто накручиваю себя», — он встал с качелей, достал телефон из кармана и, шагая очень медленно, подошёл к домику. Разблокировав экран, включил фонарик. Потянул руку с телефоном к окну, услышал, как где-то разбилась бутылка и последовала громкая ругань нескольких мужчин. Кавех подскочил на месте, едва не выронив гаджет, и отшёл подальше, чтобы снова чего-то не испугаться.       «Ну это точно не мой день, лучше всё-таки домой, там меня никто не тронет. Мало ли, что тем людям взбредёт в голову», — он выключил фонарик и быстрым шагом пошёл к подъезду.       Миновав припаркованные машины и почти дойдя до металлической двери, услышал позади себя приближающиеся голоса. Сердце стало ухать в груди с огромной силой, создавая ощущение, что сейчас пробьёт грудную клетку. Кавех полез рукой в карман сумки, быстро выискивая ключи, которые, как назло, завалились в неудобное место. Люди приближались, а паника нарастала. Когда же ключи оказались в руке, а дверь отрыта, парень услышал совсем близко голос и остановился, посмотрев в ту сторону.       Девушка пыталась уйти от двух нетрезвых мужчин, которые так и рвались утянуть её с собой. «Если ничего не сделаю, то последствия будут ужасные», — отпустив дверь, он спустился от подъезда и двинулся в их сторону, чтобы помочь. В этот же момент один схватил её за руку, намереваясь насильно увести.       — И что вы творите, — прикрикнул Кавех и, схватив её за свободную руку, притянул к себе, становясь перед ней. — Идите куда шли, иначе будет хуже.       — Что же ты мне сделаешь? — мужчина, который и схватил девушку за руку, потянулся уже к блондину, но его выпад провалился, ведь парень успел увернуться.       «В драку вступать я не буду, лучше уведу её в подъезд, чтобы они не смогли ничего сделать», — он напрягся и, не слушая то, что они говорили дальше, рванул к двери. Девушка среагировала не сразу и почти упала, когда её потянули в сторону, но быстро пришла в себя. Ключи остались у Кавеха в руке, так что они быстро скрылись в подъезде, слушая ругательства с улицы.       Простояв в тишине довольно продолжительное время, услышав, что мужчины уже ушли, оба вышли на улицу. Кавех осмотрелся и только потом пропустил девушку вперёд. Теперь он разглядел лицо и понял, кого только что спас. «Земля круглая, кто бы мог подумать, что это будет именно она?» — он сложил руки на груди, следя за тем, как Дуньярзада что-то печатает в телефоне.       — Спасибо, что помог, — тихо сказала она, убрав телефон в небольшую сумочку. В темноте тяжело было разглядеть выражение лица, но наверняка она была напугана и до сих пор бегала глазами по двору, пытаясь убедиться, что больше никто к ней не подойдёт.       — Я бы не смог проигнорировать это, — ответил парень и присел на ступеньки, потянувшись к карману, но вспомнил, что сигареты остались дома. — ты такси вызвала?       — Да, скоро должно подъехать, — Дуньярзада помялась на месте, походила из стороны в сторону. — Ты случайно не знаешь Кавеха? Мой жених недавно оставался у него, а тут слухи разные…       — Удачно ты меня встретила, — вздохнул он, спустя небольшой промежуток времени. — И чего ты меня искала? Да и тем более в такое время.       Она замерла, повернувшись к нему лицом. Конечно, неожиданно было встретить того, кого искала, так ещё и спас её он. «Зачем же пришла, неужели хотела мне тут сцену устроить?».       — А, тогда ты наверное меня уже знаешь. Я хотела поговорить насчёт ваших с ним взаимоотношений, но, наверное, ты не стал бы меня помогать мне, если бы был его любовником, — Дуньярзада звучала серьёзно, а голос её перестал дрожать.       Кавех застыл, пытаясь переварить сказанное. Ему было жутко от того, что девушка зашла так далеко. Если бы она попросила Хайтама познакомить её с ним, то это было бы ещё не так странно, но идти к нему домой, чтобы поговорить — уже чересчур.       «Хайтам… Надо тебе сделать всё, чтобы не связаться с ней браком — это плохо кончится».       — Любовник? — он наигранно фыркнул, будто бы ему стало смешно от такого заявления. — Мы друзья, а вчера погода не лётная была, поэтому у меня остался. Да и нечего верить всяким слухам.       — Да, ты прав. Рада, что у него есть такой друг, — наверняка она улыбнулась, сказав это. На душе у Кавеха заскребли кошки от негодования. Он врал во благо, но такая ложь ему не нравилась. «Как-будто я не его парень, а, действительно, просто хороший друг, который спас его невесту».       Время, до приезда такси, они провели в тишине. Каждый думал о своём, а блондин ещё пытался успокоиться, чтобы не выдать ей правду. Так хотелось наплевать на всё и просто выговориться, но это могло повлечь за собой непредвиденные последствия. Что тогда сделает отец Аль-Хайтама? Что скажет он сам? Только то, что Кавех может разочаровать своего любимого, останавливало от необдуманных поступков.       Перед ними остановилась машина и Дуньярзада подошла к ней, открыла дверь и остановилась, чтобы что-то сказать. Она решилась, несмотря на неловкость, которая повисла во время ожидания:       — Ещё раз спасибо. Буду рада увидеть тебя на нашей свадьбе, — села в машину и та двинулась с места.       Слова девушки заставили Кавеха оцепенеть от ужаса, сказанные ею — они были слишком жестоки. Конечно, он понимал, что ничего не сделать уже, но надежда умирает последней. Даже если посмотреть на знаменитостей, которые открыто показывали любовников — в их случае были ещё цветочки.       Пришлось собрать остатки сил, чтобы зайти домой и, сбросив одежду, пойти в душ, где под тёплыми струями удалось немного абстрагироваться от мыслей, остаться наедине со звуком журчания водопровода.       «Надо написать Хайтаму и рассказать об этом, чтобы он не удивлялся, если она меня узнает позже». Он, перед тем как выйти из ванной, посмотрел в зеркало. Лицо посерело, мешки под глазами показались особенно тёмными, а скулы, по ощущениям, впали, будто он сбросил килограмм десять. Все воспоминания за день омрачились его внешним видом. «Неужели я весь день так выглядел?», — Кавех дотронулся до щеки, провёл по ней кончиками пальцев и резко развернулся, чтобы уйти.       Он прошёл в комнату, взял штаны, в которых до сих пор лежал телефон. Присел на заправленную кровать и открыл чат. Кавех Доброй ночи Я уже дома, позже расскажу, что было с родителями Но история там не самая приятная

Аль-Хайтам

Нормально добрался?

Кавех Да И встретил твою невесту       Молчание затянулось, но блондин понимал, что для его парня это тоже сбивающее с ног заявление. Наконец он увидел «печатает…», но потом вздрогнул от трели звонка. Хайтам решил ему позвонить, чтобы Кавех смог лучше объяснить.       — Теперь можешь говорить, я внимательно тебя слушаю, — услышал блондин на том конце.       — Ну, когда я приехал домой, то решил немного посидеть на улице. Услышал каких-то пьяниц и пошёл в подъезду, а потом услышал, что они пристали к девушке, а это оказалась Дуньярзада.       — И как её занесло в твой район в такое время?       — Она меня искала, — Кавех вздохнул и откинулся назад, укладываясь поперёк кровати. Услышал в трубке такой же вздох и усмехнулся.       — Наверняка ей Дэхья рассказала. А для чего искала?       — Чтобы сказать, что считает меня твоим любовником, но потом забрала свои слова назад, ведь я не помог бы ей, если бы был твоим любовником. А ещё сказала, что будет рада видеть на вашей свадьбе.       Аль-Хайтам ещё раз вздохнул, а затем немного помолчал. «Да, я тоже в шоке», — подумал Кавех, продолжая ждать ответа.       — Это уже выходит за рамки нормального, — вынес вердикт тот, а блондин только утвердительно промычал. — Наверное, мне стоит с ней поговорить, чтобы она не переходила черту.       — Это не поможет. Влюблённая девушка — безрассудна. Ей что говори, что не говори — сделает по-своему, — он снова сел на кровати и, немного помолчав, дополнил: — Но, даже если бы я знал кому помогаю, то всё равно бы помог. Иначе до конца своих дней меня бы грызла совесть.       — А если бы ты сам пострадал? — Хайтам звучал взволнованно, но Кавех смог представить то, как он сейчас выглядит: голова опущена, свободная рука опущена, а её пальцы постоянно в движении.       — Но я ведь не пострадал, — он улыбнулся, — больше не буду так безрассудно поступать, обещаю.       — Поверю на этот раз.

***

      «Как же она задолбала», — думал Кавех, вытирая последний квадратик плитки на полу. Ему пришлось задержаться на два часа после закрытия заведения, чтобы убраться в зале. Хозяйка заставила его это сделать, а иначе бы вычла приличную сумму из зарплаты. Конечно, она не имеет право это делать, но это неофициальные штрафы, которые она нигде не учитывает.       Ему пришлось работать целый рабочий день, выслушать множество недовольных клиентов, а потом ещё и дополнительно взяться за швабру. Сил не оставалось, но Кавех собрался и отнёс ведро в кладовку, после того как его промыл, переоделся и заглянул к хозяйке в кабинет, чтобы сообщить о своём уходе. Та недовольно на него посмотрела, но отпустила, больше не дав указаний. Удивительно, что она сама ещё была на месте в такое время, а лицо её говорило прямо — что-то случилось и видимо это связано с кафе.       На улице заметно похолодало, поэтому парень поёжился, выйдя, и пошёл в сторону остановки. Он ещё успевал на последний автобус, который довезёт его почти до дома. Только простояв там тридцать минут, понял, что зря ждёт. У них не редкость, что автобусы нарушают своё привычное расписание или вообще не приезжают. Здесь за эти не следят, а страдают невинные граждане, у которых нет возможности приобрести свой собственный транспорт.       «А что я этому миру сделал? Денег на такси может не хватить», — он смотрел в экран телефона, раздумывая, что же делать.       Пешком идти около трёх часов, а следующий автобус через семь. Оставалось искать, к кому из знакомых можно пойти. «Не хочу напрягать Хайтама, да и он вроде ещё в родительском доме. Может Сайно? Но он же не один живёт», — с каждой минутой он всё больше убеждался, что придётся идти до дома пешком, но нежелание так себя мучить пересилило. Кавех Привет, я не отвлекаю?

Сайно

Что случилось?

Кавех Да Хозяйка кафе задержала меня сильно Автобус последний видимо уехал

Сайно

Давай до меня иди

Тигнари пошёл с коллегами выпить, позже придёт

Кавех Хорошо, скоро буду Что-нибудь взять?

Сайно

Всё есть

      Квартира Сайно находилась не так далеко и почти в центре города, поэтому путь до неё был освещён фонарями, не приходилось постоянно оборачиваться, чтобы почувствовать себя в безопасности. Звук машин раздражал, хотелось заткнуть уши, но деться от них было некуда.       «Вот и как они живут в таком шуме? Это же просто невыносимо», —причитал Кавех, уже подходя к нужной двери.       За шорохом последовал поворот ключа в замке, а затем показалась белая голова.       — Давно не виделись, — поприветствовал друга Сайно, впуская в квартиру.       — Да, давно, — грустно вздохнул Кавех, разуваясь. Ему было стыдно. Очень стыдно.       Они не виделись три месяца. Блондин только иногда писал другу, чтобы сообщить о своей жизнеспособности. Ему было не до других, когда своя жизнь рушилась. А ведь когда-то рассказывал всё, несмотря ни на что.       — Вот только давай без этого, —услышал парень над головой. — Я тебя как облупленного знаю. У всех бывает чёрная полоса. Сейчас просто расскажешь, что у тебя за это время изменилось.       «Ты будто мысли мои читаешь».       — Ты как всегда, — уже веселее ответил Кавех и пошёл за другом на кухню. Часы, которые он увидел на подоконнике, показывали половину первого ночи. — А чего Тигнари так долго?       — Там его коллега скоро женится, поэтому грандиозный праздник. Меня тоже звали, но я отказался, — он открыл холодильник и потянулся, чтобы что-то достать.       «Стоп, коллега Тигнари, который скоро женится… Он про Хайтама что ли? Он же у родителей», — он сел на стул, а Сайно поставил перед ним банку пива, присаживаясь рядом.       — Ты чего такое лицо сделал?       — А этого коллегу не Хайтам зовут?       — Вы с ним знакомы значит. Да, поэтому Тигнари будет с ним там до последнего сидеть. Для него это не праздник, а почти похороны.       — Ну думаю тебе будет интересно всё это послушать, — сказал Кавех, открывая свою банку и делая глоток.       Рассказывал он долго, стараясь ну упустить ни одной детали: про своё состояние, рушившиеся отношения и знакомство с Хайтамом. Особенно подробно рассказывал про него, но к тому моменту они уже выпили по пятой банке, а закуска в виде сыра закончилась ещё на второй. Сайно часто его перебивал, чтобы вставить свою шутку или высказать мнение. Его задела история про Сетоса, который, оказывается, пренебрегал Кавехом последние два года их отношений.       — И как он только посмел, — парень стукнул банкой по столу, чем рассмешил блондина. — Заявиться на встречу со своим парнем, хотя вы к тому времени уже и не общались толком, но! — он сделал многозначительную паузу, — С другим мужиком. Да и вообще, в этой группе же одни уголовники, да наркоманы под сорок. Вот поймёт потом, что потерял такую конфетку!       Кавех наблюдал за другом, что уже явно перебрал, и открыто смеялся, чуть не падая со стула. Он даже не заметил, что в квартиру кто-то зашёл, а тем более уже стоял у него спиной, наблюдая за этим цирком: блондин почти под столом задыхается от смеха, а Сайно еле держится на стуле.       — Я понимаю, что вы давно не виделись, но не также праздновать, — сказал Тигнари, заставив обоих вздрогнуть и посмотреть на него. — Мне помимо одного мешка теперь следить за тремя.       — Да у нас теперь полная компания, — пробубнил Сайно, указывая на Хайтама, который еле держался у стеночки. Медленно, но верно, он спускался ниже к полу. — Не поверишь, но Кавех с ним всё-таки замутил.       Блондин недовольно на него посмотрел, но потом перевёл взгляд на ещё одного «весельчака». Тот уже сидел на полу, спиной облокотившись на стенку. «Видимо его совсем замотали с подготовкой к свадьбе», — думал Кавех, рассматривая его лицо: круги под глазами, губы искусаны, а кожа совсем потеряла прежний цвет. «Похож на меня в тот день».       Они не виделись почти две недели и всё из-за Дуньярзады, которая ни на шаг не отходила от своего жениха и контролировала все его действия, переписки, звонки. Тяжело было скооперироваться так, чтобы просто созвониться: Кавех стал очень много работать, поэтому ночью быстро засыпал, иногда даже не раздеваясь, а Хайтам не хотел его беспокоить, ведь сон очень важен.       — Даже так? — Тинари повернулся, чтобы посмотреть на гостя, но тот смотрел не обращал внимания. — Значит сейчас выдаю вам обоим одежду, разбираю диван и вы спать. Утром поговорим.       Он действительно сделал, как и сказал, но вот Хайтама пришлось буксировать вдвоём, потому что разбудить его не представлялось возможным. Тигнари, после того как выдал одежду, сказал: «Переодевай его сам», — и удалился, закрыв дверь в зал. Жаловаться не на что, но Кавех смутился. Ему не раз приходилось переодевать пьяных людей и вообще за ними присматривать и ухаживать. Но сейчас перед ним его парень, спящий.       «Что если он проснётся, а я с него штаны снимаю? Даже представлять не хочу», — он снял с него рубашку, заменив футболкой, и потянулся к ремню на брюках. Его самые страшные опасения сбылись: рука схвачена прямо над причинным местом.       — Что это ты делаешь? — прохрипел Хайтам, пытаясь сфокусировать взгляд и понять, кто перед ним.       — Ну раз проснулся, то давай сам, я и так уже устал, — протараторил Кавех, одёргивая руку. Он встал, взял выделенные ему вещи и собирался уйти в ванную.       — И куда ты? Переодевайся тут.       — А ты что, так жаждешь посмотреть? — блондин развернулся у самой двери, вглядываясь в лицо парня. Ему хотелось увидеть что-то такое, что заставит его остаться. И он увидел это. — Рано или поздно я всё равно увижу, что у тебя под одеждой, чего стесняешься? — он встал с разложенного дивана, намереваясь помочь блондину остаться в комнате, но тот вернул вещи на кресло, с которого их взял и начал расстёгивать пуговицы на рубашке.       Конечно, он чувствовал чужой взгляд на своей спине, даже ниже, но продолжал переодеваться, будто бы не замечая. Кавех вздрогнул, когда почувствовал на своём животе руки, а за спиной горячее тело. Приятная волна прошлась по всему телу, заставив расслабиться и отпустить вещи, которые только что складывал.       — Можно? — спросил Хайтам, опаляя горячим дыханием ухо. Блондин повернул к нему голову, чтобы уточнить, что он имеет ввиду, но, столкнувшись со взглядом парня, понял. Развернулся в объятиях и почувствовал, что руки на пояснице усилили давление, притягивая ближе.       Кавех посмотрел на чужие губы и первый поддался вперёд, чтобы невинно чмокнуть. Очевидно, что не этого ждал Хайтам, который сразу же возобновил поцелуй. Нежно, будто боясь упустить момент, он прикусил нижнюю губу блондина, вызвав горячий выдох. Они растворялись друг в друге, не хотели отпускать даже когда воздуха перестало хватать, а голова начинала кружится. Отпустить истерзанные губы пришлось, только чтобы посмотреть в глаза напротив и снова прикоснуться к ним.       Кто бы мог подумать, что простой поцелуй вызовет такую бурю эмоций. Не отталкивал вкус алкоголя. Хотелось больше, больше и больше, задохнуться, но не отпускать. Они упали на диван, не отрываясь друг от друга, но сознание ещё не отключилось и твердило: «мы в квартире наших друзей, нельзя заходить далеко». Поэтому Кавех отпустил Хайтама и лёг рядом, улыбаясь.       — Переоденься уже, а то так и ляжешь в этих штанах, — сказал он, показывая на расстёгнутый ремень.       — Может ты сам их снимешь? Все силы из меня высосал, — Хайтам состроил страдальческое лицо, взывая к чужой жалости.       — Ну уж нет, мы тогда точно спокойно спать не ляжем, давай, а я за водой, — блондин встал и вышел из комнаты.       «Если бы не то, что мы в гостях, то точно дело не завершилось бы так. Даже жалко немного», — он вздохну и открыл холодильник, вытаскивая бутылку воды.       —Ещё не легли? — Тигнари тоже подошёл к холодильнику, осматривая его содержимое. — Вы утром как?       — Не знаю, может по домам разъедемся, но не раньше обеда. Ты прости, что я так без предупреждения пришёл.       — Сайно рассказал. Не хочешь на неё заявление написать? Это же прямое нарушение с её стороны.       — Всё равно скоро уволюсь, месяц остался, — Кавех отошёл от холодильника и на выходи с кухни пожелал хороших снов.       Хайтам уже лежал, укрывшись простынёй, только голову было видно. Поставив бутылку на столик и выключив свет, парень лёг рядом, пододвигаясь ближе, чтобы обнять уже дремлющего. Сон не заставил себя долго ждать.

***

      — Работяги, подъём! — услышал Кавех сквозь сон, но сон и не собирался покидать его так просто. Только пропавшее рядом тепло заставило открыть глаза, чтобы понять, что происходит.       Тигнари стоял в дверях комнаты, сложив руки на груди. «Ему только фартука и поварёшки в руке не хватает и будет вылитая домохозяйка», — он хихикнул, а на непонимающие взгляды просто помотал головой, мол ничего такого. Хайтам не выглядел так, будто только проснулся, что наводило на определённые мысли.       — Сколько сейчас времени? — парень сел, стараясь не делать лишних движений: голова болела, кружилась и к этому добавилась ломота в теле от перенапряжения.       — Одиннадцать, сейчас поедим и я с Хайтамом ухожу, в офисе что-то случилось, -он вздохнул и оставил их одних.       — А что случилось-то? — блондин взял бутылку, которую ему протянули и, сделав глоток, поморщился от боли в горле. Рядом с ним уселись, забирая бутылку обратно и тоже делая глоток.       — Там всегда что-то новое, но на этот раз видимо утекли какие-то данные, — Кавех на это фыркнул и встал с дивана, собираясь потянуться, но резкая головная боль не дала этого сделать. — Я вечером постараюсь приехать к тебе, если успею освободиться.       — Если не успеешь, то всё равно приезжай.       Они ещё немного пробыли в комнате, а затем вышли на кухню. Сайно сидел за столом, лбом уткнувшись в столешницу. Рядом стоял стакан, наполовину наполненный водой. «Видимо ему хуже, чем нам», — вздохнул он, принимаю вину за состояние друга на себя, ведь если бы не он, со своим внезапным визитом, то горе шутник не набрался так знатно.       В кулинарных способностях Тигнари никто не сомневался: он всегда готовил очень вкусно, иногда даже подкармливал Кавеха, когда он совсем засиживался в библиотеке. Сейчас, попробовав его еду спустя столько лет, Кавех захотел вернутся в те беззаботные годы, когда он переживал только из-за сессии и ничто больше его не тревожило. «Сейчас тоже хорошо, только Хайтама не хватает у себя дома».       — И сколько тебе осталось учиться? — прозвучал внезапно вопрос, который явно адресовался блондину.       — Семь месяцев, потом защита диплома и я свободен.       — Долго же у вас там всё, — вставил слово Сайно. — Тигнари же на год меньше учился.       — Факультеты то разные, — ответил тот и перевёл взгляд на притихшего Хайтама, который просто ел завтрак. — Вот он вообще не учился и ему это не мешает, надо делать выводы.       «Не учился? А как же он тогда работает… Точно. Его отец», — Кавех скосил глаза, чтобы посмотреть на его выражение лица, но не увидел никаких изменений.       — А если бы была возможность, то на кого бы поступил? — он отставил тарелку и полностью повернулся к парню. Сайно и Тигнари так же смотрели на него, ожидая ответа.       — Наверное, на лингвиста, — ответил Хайтам и решил пояснить: — с большим запасом языков можно спокойно путешествовать.       Трое сидели в недоумении от данного заявления. Ну кто мог такое ожидать? Парень не выглядел как человек, который хотел путешествовать.       — Так, видимо разговор мы отложим, а то так и опоздаем, — Тигнари встал из-за стола. — Сайно, на тебе убрать тарелки и не забудь запустить посудомойку.       Он ушёл в комнату и следом за ним удалился Хайтам в зал, чтобы переодеться. Видимо только он не уловил атмосферы недоумения от его заявления. Остались только Кавех и Сайно, прямо как до этого ночью.       — Ты останешься или домой?       — Посижу с тобой ещё немного, до автобуса час, — блондин взял кружку с чаем, собираясь сделать глоток, но отставил её. — Точно, вещи надо из универа забрать.       — Ну иди тогда собирайся, с тобой выйду, — Сайно с трудом встал и, в шутку толкнув друга, ушёл в комнату.       Внезапно кто-то обнял Кавеха за плечи, поцеловал в макушку, а затем над головой прозвучало:       — До встречи.       Блондин улыбнулся и поцеловал тыльную сторону ладони Хайтама, что ещё лежала на его плече. На том они и разошлись.       Дорога выдалась тяжёлой. После того, как они с Сайно разошлись недалеко от его студии, Кавех забрал свои вещи и пошёл на остановку, где было очень много людей. «И куда они все едут? Ладно я, им то куда», — он недовольно стоял со своими сумками. Первый автобус, который подъехал через десять минут, пришлось пропустить, как и последующий через сорок минут.       Уехать ему удалось через полтора часа. Только вот в том автобусе людей стало больше к середине пути, из-за чего Кавех пропустил свою остановку и проехал ещё две. «Надо было идти сквозь толпу, теперь идти далеко».       Только и дома ему не дали отдохнуть: отключили воду и электричество из-за аномальной жары. Пришлось идти в ближайший магазин за водой, которой там не оказалось. Обойдя ещё несколько, он наконец ухватил одну пятилитровую бутылку. Так он пробегал до самого вечера, а потом без сил свалился на кровать, понимая, что воду дадут не скоро и придётся так же бегать в магазин.       «Как можно так над людьми издеваться? Никаких условий для нормальной жизни». Конечно он понимал, что скоро придётся менять место жительства, но не думал, что настолько скоро. Аренда квартиры растёт, условия лучше не становятся, да и находится она слишком далеко от центра. Ещё когда он искал жильё, выбора особого не было и цена была приличная.       Кавех не заметил, как задремал, так и не переодевшись. На лежащий в кармане телефон пришло сообщение, которое он прочитает через пару дней и осознает, что не так было в поведении его парня.

***

      Оказалось, что действительно утекла какая-то информация. Только вот была она связана не с компанией, а с личной жизнью Аль-Хайтама. В сеть утекли фотографии его более ранних связей, недавние с Кавехом и, чего он точно не ожидал, с Тигнари, который тащил его от такси к подъезду. Кашан выглядел спокойным, но явно собирался задать жару сыну, который вот так создавал на себя компромат.       Атмосфера царила угнетающая, все присутствующие хранили молчание, ожидая слов, которые наверняка изменят их жизнь. Молчание затягивалось, а мужчина, взял несколько чистых листов, сверху положив на них по ручке. Подвинул к краю и, наконец, сказал:       — Вы были хорошими сотрудниками, пока не допустили оплошность, — он сложил руки на груди и откинулся на спинку кресла. — Тигнари, Нилу, вам же лучше, если напишете увольнительные по собственному желанию.       — По какой причине ты их увольняешь? Они ничего не сделали, чтобы ты так с ними поступал, — Хайтам сделал пару шагов к столу, понимая, что уже ничего сделать не сможет, но попытается сгладить углы.       — Вот именно, ничего не сделали. Позволили, чтобы на тебя появилось ещё больше информации, не уследили.       А что ещё Кашан мог сказать? Конечно, хорошая причина, чтобы уволить одних из лучших сотрудников.       Аль-Хайтам не смог ничего сказать и просто смотрел, как Тигнари и Нилу сели за стол и начали писать. Осознание своей беспомощности заставляло кровь закипать от злости, но приходилось только зло смотреть на отца, проклиная его. Его друг лишился работы из-за какой-то фотографии, а ведь можно было просто опровергнуть всё.       «Ему этого не достаточно будет, наверняка ещё что-то скажет», — смотря на уходящих, подумал парень. В кабинете осталось три человека. Незнакомая девушка напрягала его своим видом: длинная светлая коса, странного цвета глаза и абсолютно безучастный вид.       — Теперь поговорим об этом парне, — Кашан выложил фотографию, где Хайтам был с Кавехом в кафе. — Я не поверю, что он твой друг, знакомый или всё не так, как выглядит. Тебе придётся разорвать с ним все связи, ради его же блага. Думаю, ему ещё нужно место в ВУЗе, где он учится.       — Он просто друг. Дуньярзада с ним знакома, он ей помог.       — Молодец, если помог, но ты должен с ним разорвать связь. Только посмотри, как он похож на того Итэра, — мужчина положил рядом фотографию актёра. — Никто не поверит, что он просто друг. Помимо этого, семья Хомаяни предложила перенести свадьбу на середину сентября, — Хайтам собирался его перебить, чтобы возмутиться, но не смог.       — Ты переезжаешь. Будете жить с Дуньярзадой вместе. Так же вместо Нилу за тобой будет присматривать Шэнь Хэ. В твоих интересах не возмущаться и соблюдать новые правила. Теперь иди, слушать я тебя не буду.       «Конечно не будешь слушать, моё мнение вообще нельзя учитывать. Просто бред сумасшедшего», — он развернулся и быстрым шагом отправился подальше от этого места. Отец что-то сказал его новой «няньке» и за спиной послышался стук каблуков, который быстро его нагнал.       — Вам не стоит так горячиться, господин Кашан делает всё это ради вашего же блага, —Шэнь Хэ коснулась его плеча, останавливая у лифта. Её голос был спокойным, но твёрдым. Наверное, мужчина поэтому выбрал её: одним словом та могла внушить что угодно.       — Да что ты понимаешь?! Он не ради меня это делает, а ради себя, компании и денег. Ему плевать на своего единственного сына. Даже моё мнение считается бредом, — Хайтам не выдержал, повысив голос. Вырвавшись из хватки, он зашёл в подъехавший лифт, отталкивая вышедшего оттуда мужчину. Девушка зашла следом, будто ничего только что не произошло.       — Вам следует сменить сим-карту, — внезапно сказала Шэнь Хэ, протягивая картонку с новой симкой. — Старую отдайте мне, от неё следует избавиться. Ещё удалить свои аккаунты из социальных сетей.       — Я не буду этого делать.       На улице их ждала уже знакомая машина, в которой сидела Дэхья. Рядом стояла Дуньярзада, переминаясь на месте. Увидев парня, она с улыбкой зашагала навстречу, но была проигнорирована.       Аль-Хайтам прошёл мимо машины, направляясь в сторону тротуара. Время уже перевалило за три, жара стояла невыносимая, но она не мешала ему идти туда, куда глаза глядят. Он не осознавал, куда идёт, зачем и почему. Просто вперёд, чтобы не возвращаться обратно. Улицы менялись, показывались незнакомые, множество людей видел по пути.       Прошло достаточно времени, прежде чем Хайтам остановился и осмотрелся, пытаясь понять, где находится. Оказалось, что ноги привели его к выезду из города. «Надо написать Кавеху. А затем пойду к нему. Домой сейчас возвращаться не хочу», — он достал телефон и остановился, чтобы было легче печатать. Аль-Хайтам Свадьбу перенесли, я переезжаю Скоро приду Всё расскажу       Больше не смотря ни на что, он двинулся в долгий путь. Мог сесть на автобус, но останавливаться не хотелось, ведь тогда придётся остаться наедине со своими мыслями, без возможности отвлечься.       Удивительно, но никто ему не звонил, в попытке узнать где он и когда вернётся. Знакомой машины тоже видно не было. Видимо дали возможность переварить всё. «Интересно, Кавех сходил на собеседование или решил отложить это всё? Две работы он не потянет, надо спросить как приду, нужно ему что-то или нет».       Почти четыре часа он шёл без остановки. Время уже десять вечера, а перед глазами знакомый двор, подъезд, который открылся без особых усилий, а затем дверь. Сердце стучало быстро, хотело вырваться и наконец зайти в квартиру к объекту своей любви.       Аль-Хайтам простоял у двери продолжительное время, стараясь успокоиться, и, наконец, постучал, ожидая, когда ему откроют. Пришлось несколько раз повторить действие, чтобы из квартиры ослышались шорохи, а затем показался заспанный Кавех.       — Прости, долго ждал? Я уснул, тут такое… — парень не смог договорить, ведь его снесли объятиями, следом громко захлопнув дверь. — Ты чего? Уже соскучился?       — Да, — прошептал Хайтам, прижимаясь сильнее, носом вдыхая родной запах.       Блондин положил руку ему на затылок. Ещё слегка сонный, немного слабый после сна — он заставил Хайтама отстраниться, чтобы прижаться к его губам в попытке успокоить. Губы его стали солёными, от чего Кавех напрягся и поспешно отстранился, проводя пальцами по чужим щекам. В темноте не было видно, что парень заплакал, но его дрожащее дыхание выдавало это.       — Пошли в комнату, — блондин потянул его за руку, так и не включая свет. Сейчас он был лишним.       Пришлось идти наощупь, затем ругаться от того, что что-то попалось под ноги. Усадив Хайтама на кровать, Кавех ушёл на кухню, чтобы налить стакан воды и на всякий случай взял с собой бутылёк с валерьянкой, мало ли чего. Когда он пришёл, сидящий уже не вздрагивал и сидел спокойно, сложив руки перед собой.       — Попей, — Кавех отдал парню стакан, а сам отошёл к своему столу, чтобы включить настольную лампу, но оказалось, что электричества не было до сих пор. — Что случилось? Это как-то связано с твоим отцом?       — Я не хочу сейчас об этом говорить, — Кавех вздохнул, услышав его севший голос.       Пришлось смириться с тем, что Хайтам не хотел ничего говорить, храня все переживания в себе. Да и блондин не мог ему ничем помочь, ведь тогда пришлось бы вытягивать слова силой. «Я не психолог, но могу выслушать. Раз он не хочет говорить, то это точно что-то серьёзное», — он сел рядом, прислоняясь к тёплому плечу.       Тишина их не напрягала. Наверное, это и можно назвать взаимопониманием — молчание, когда один из них не хочет говорить. Насколько бы не было тяжело сидеть рядом, без возможности узнать то, что гложет любимого — Кавех будет молчать, только бы не тревожить и не делать хуже. Хайтам не выглядел так, будто может пережить что угодно, сейчас в этом можно убедиться.       — Давай ляжем спать, — сказал он. отставляя стакан на тумбочку. Блондин на это просто кивнул, зная, что парень этого не заметит.       В темноте тяжело было разглядеть, что и где лежит в шкафу, но сложнее было вернуться обратно к кровати и не споткнуться о ту самую вещь, которая валялась на полу. Хайтам взял вещи и стал переодеваться, пока Кавех расстилал кровать, а когда он сам снимал свою уличную одежду, на чужой телефон позвонили.       — Выключи свой телефон, — сказал парень, отключая вызов. Блондин решил не спрашивать зачем и просто выключил, откладывая на рабочий стол.       Они легли на кровать совсем как в прошлый раз. Только в этот раз Хайтам сначала притянул его к себе, обнимая, а потом закрыл глаза, выдыхая в светлую макушку.       В квартире было жарко, но это не мешало им не отлипать друг от друга. За окном загорелся фонарь, что для этого района было странно. «Наверное машина какая-то. Надеюсь не за ним приехали, сегодня точно никуда не отпущу».       Прошло много времени, прежде чем в соседней квартире зазвонил домофон, а затем открылась подъездная дверь, впуская кого-то. Раздался звук каблуков, который остановился у его двери. Раздался стук.       Хайтам крепко уснул за такой короткий срок, даже не проснулся. «Надо открыть. Наверное, Нилу потеряла его, надо объясниться». Аккуратно выпутавшись из обнимающих рук, Кавех вышел в коридор, закрыв дверь в комнату, включил свет и открыл дверь. Только перед ним стояла незнакомая девушка: красивая, высокая, но пугающая своим взглядом. Не дав сказать и слова, она попыталась пройти в квартиру без приглашения, но была остановлена.       — Вы кто такая, что так спокойно рвётесь в чужую квартиру? — блондин крепче взялся за ручку двери.       — Это разговор не для чужих ушей, — она кивнула в сторону соседней двери, где было видно свет через глазок.       Пришлось пропустить её в коридор, а затем пригласить на кухню, чтобы в подъезде не было их слышно. Девушка села на ближайший стул и положила пакет на стол, который до этого парень не заметил. От чая и кофе та отказалась.       — Аль-Хайтам, видимо, ещё ничего Вам не рассказал. Я — Шэнь Хэ, теперь буду приглядывать за ним вместо Нилу. Его отец недоволен тем, что его сын до сих пор с вами контактирует. С этого дня контакт между вами должен прекратиться. Это в ваших интересах.       — По какой причине мы должны это делать? Вы не имеете права что-то такое говорить, — Кавех напрягся, всматриваясь в девушку. Та вздохнула, будто бы считала его маленьким ребёнком, раз он требовал объяснений.       — Аль-Хайтам скоро станет семейным человеком, займёт место директора компании. Ему просто нельзя иметь посторонних связей с мужчинами, — она указала на пакет. — Если бы не миссис Фрея, то я забрала его сейчас, но она настояла, чтобы я дала вам возможность попрощаться. В понедельник, в двенадцать часов, я буду ждать его в машине.       Никто не заметил, что объект их обсуждений наблюдал на ними. Только блондин собирался сказать что-то, Хайтам его опередил:       — Ты заявилась даже сюда. Чего же тогда за мной следом не побежала?       — Меня остановила ваша невеста, — Шэнь Хэ встала, подходя к нему. — Если Вы всё слышали, то я не буду повторять. Хорошего отдыха, — она пошла в коридор, обулась и ушла, не собираясь слушать ничьи слова.       Кавех закрыл за ней дверь и обернулся, собираясь спросить, что же это было.       — Давай поговорим утром, — сказал Хайтам, протягивая руку.       У них осталось совсем мало времени, прежде чем придётся скрываться ото всех и дрожать от страха, что кто-то их увидит. Блондин вложил свою ладонь в протянутую и они ушли в комнату. Главное, что они любят и не отпустят друг друга из-за чужих слов. Главное что вместе.