'любовный драйв

Большой пассажирский самолет фирмы Korean Air летит по направлению Москва-Сеул на высоте десяти тысяч метров. Солнце отражается от его сине-голубого корпуса. Внизу редкие белые и мягкие на вид облака, а еще ниже земля. Самолет пролетает над огромными полями Сибири, разноцветные лоскуты которых походят на шахматную доску. Синие реки огромными змеями тянутся по границам этих полей, уходят в леса, а местами срываются водопадами. Вдалеке стая птиц, черные точки по сравнению с огромным железным судном, которое летит на бешеных скоростях. Салон воздушного судна оформлен все в тех же бело-голубых цветах. Самолет был заполнен русскими туристами, мечтающими увидеть желанную Южную Корею, сходить на концерт любимой группы, поесть местную кухню. Стюардесса азиатской внешности элегантно вышагивала по коридору между рядами сидений и катила перед собой столик с продуктами. На нем были вода, чай, овощной салат и еще немного других легких блюд. Девушка, на бейдже которой было выведено красивым шрифтом "Ю Мин А" подошла к очередной паре сидений, приветливо улыбнулась и на идеальном английском предложила что-то взять из ассортимента блюд. Черноволосый мужчина, тоже азиатской внешности, с красивыми чертами лица посмотрел на нее, приветливо улыбнулся и отрицательно покачал головой. Стюардесса кивнула и прошла дальше. Мужчина потянулся в кресле и устало зевнул. Перелеты всегда вводили его в сонное состояние. Он предполагал, что это фактор перепада давления, высоты и комфортного полета. Он обернулся на стюардессу. Красивая фигурка, приятный голос и смугловатая кожа. Он уже и забыл как выглядит его нация. В десять лет он переехал в Россию с семьей. Мать очень любила эту страну, а отец не смог отказать своей любимой. Санкт-Петербург, город в котором мужчина провел свое детство и подростковый период. Сейчас ему тридцать лет и вот, спустя двадцать лет он летит на свою настоящую родину. Признаться, он привык к России, к городу и просто так он не променяет ее даже на родную страну. Он прикрыл глаза и запустил руку под свою джинсовую куртку, нащупал паспорт и достал его. Открыв страницу со своим фото, он увидел пригласительный билет на большие мотогонки, который прислал ему его друг. "Мин Юнги, мы очень хотим видеть вас на нашей трассе 27 июня в двенадцать ночи по Корее" Мин расплылся в улыбке. Он уже представлял как летит по трассе, как ветер обволакивает его тело. Он слышит рев мотора, уже чувствует крепкое сиденье мотоцикла. Перед его глазами встал образ его любимого Агуста Ди. Так он назвал свой мотоцикл от марки кавасаки, модели ниндзя. Агуст первый гоночный мотоцикл Юнги, его подарили ему в Америке, когда он летал туда на гонки. Сейчас его переправили в Корею и его любимый мальчик снова ожидает своего хозяина. После этой гонки он заберет Ди с собой в Россию. Юнги - король мотогонок России, он колесил почти по всем бездорожьям, по всем трассам и магистралям. Участвовал в ночном дрифте в центре Москвы и удирал от полиции. Больше всего ему нравился МКАД. Куча машин, между которыми он ловко пролетал и слышал в след грумкие гудки недовольных водителей. Но то было детскими шалостями. Все мотоциклы, на которых он сидел даже в подметки не гордились его мальчику. Агуст Ди родной железный ребенок для Юнги. Мин лично чинил его, красил и мыл. Иногда он мог проводить по несколько часов в мотосервисах, выбирая все только самое лучшее для Ди. Даже с женщинами Юнги не испытывал такого кайфа, какой испытывал, садясь на свой мотоцикл. Агуст Ди - это страсть. Это драйв. Адреналин, бегущий по крови Юнги и трубкам мотора. Юнги и Агуст сливались в одно целое на трассе и чувствовали друг друга так сильно, как никто другой в отношениях. Да, возможно, Мин был зависим от Ди, но он ловил с этого кайф. Мин открыл глаза и его передернуло. Он вернулся в реальный мир из своих мечтаний. Образ кавасаки растворился в воздухе и блаженным выдохом хозяина. Он посмотрел в окно. Леса Сибири. Тайга. Биом, характеризующийся преобладанием хвойных лесов, образованных в основном бореальными видами ели, пихты, лиственницы и сосны. Юнги любил Тайгу за ее размеры и богатство природы. Ни один его отпуск не проходил без этого по истине сказочного места. Еще ему нравится Байкал. Чистая вода, буквально кристальная. Природа России стояла на втором месте после его любимого мальчика Ди. Он снова представил себя на своем мотоцикле, но уже где-то в Тайге. Приятный ушам рокот мотора, сливающийся с пением природы. Рядом река, плескающиеся рыбы. Юнги буквально растекся по сиденью. Он поправил свои волосы, аккуратно зачесав из назад длинными пальцами. Он еще раз выдохнул и посмотрел влево, на второе сиденье. Черноволосая девушка, тоже азиатка. Тонкие и милые черты лица, миниатюрная фигура, маленький рост и небольшая округлая грудь. Ее звали Шин Рюджин. Девушка работает с Юнги уже шесть лет в качестве мотомеханика. Она заменила ему родную сестру, которая сбежала от семьи после банкротства отца. Мать умерла от рака, когда ему было всего 15 лет. У него остался только отец, который остался в Санкт-Петербурге и жил в дачном секторе. Папа Мина доброй души человек, всегда помогал людям, переводил в фонды и учил этому своего вот уже единственного сына. Он даже дочь простил. Где она - Юнги не знает и знать не хочет. В 19 лет он первый раз сел на мотоцикл и выйграл гонку в Москве, получив полмиллиона рублей. Это помогло семье Мин подняться на ноги. С того времени мужчина и посвятил себя гонкам, собирал деньги и переводил части папе в Россию. Рюджин мирно спала на плече мужчины, по-детски обняв его руку. Мин часто замечал в ней повадки ребенка. Точнее она в глубине души была такой. Рю не была похожа на остальных людей, которых знал Юнги. Она была открытой для родных и близких, любила побеситься и подурачиться, мило выпрашивала что-то у него. Обычно все ходят угрюмые, торопящиеся куда-то, словно муравьи бегающие в муравейнике. Она же всегда полна энергии и энтузиазма, в ее голове постоянно рождаются какие-то идеи, которые Мин старается воплотить в реальность. Он был лишен сестринской любви, его сестра была эгоисткой, а Рюджин вернула ее ему. Юнги пообещал себе заботиться и оберегать девушку. Она же платила ему ответной заботой. Как-то Мин попал в аварию и все его друзья отвернулись, он стал им неинтересен. А она сидела с ним до самой его выписки, ночуя прямо в его палате на узком диванчике. Самолет попал в воздушную яму и неслабо встряхнулся. Стюардессы сразу стали бегать по рядам и успокаивать пассажиров, объясняя, что это совершенно нормально и такое переодически бывает. Дети заплакали, родители заулюлюкали им в попытках успокоить. В целом шумиха быстро утихла. Еще один плюс бортовому составу, быстро справились с нависшей проблемой в лице паники. Шин проснулась от внезапной встряски и инстинктивно сжала одной рукой подлокотник, а второй запястье Юнги. Мужчина на это улыбнулся и накрыл ее ладонь своей. - Все хорошо, просто воздушная яма. - продолжая улыбаться, Мин поглаживал ее руку и ждал пока девушка успокоится. Когда рука Рю расслабилась и отпустила его запястье, мужчина обнял ее плечи и заботливо провел рукой по затылку. - Сколько нам еще лететь? - она снова удобно пристроила голову на плече Юнги и нашла себе занятие в виде длинных волос Мина. Она накручивала мягкую прядь на палец и наблюдала как она юрко разворачивается. - Мы летим четыре часа, до Сеула от Москвы часов восемь. Считай половину пути мы уже проделали. - мужчина посмотрел на наручные часы. - Часов в шесть вечера по Москве мы будем на месте. - В Сеуле уже будет двенадцать ночи. - Девушка сказала это таким тоном, каким преподаватели исправляют своих учеников. Юнги посмеялся и согласно кивнул. - Ты не голодна? Сейчас как раз время, когда будут предлагать еду. - Мин посмотрел назад. Ю Мин А снова шла со своим столиком и раздавала горячее питание, пответливо улыбаясь пассажирам и желая приятного аппетита. - Съела бы слона. - Шин посмотрела туда же, куда смотрел ее спутник. Приятный запах еды заставил ее живот заурчать. Она улыбнулась, когда стюардесса подошла к ним, фирменно улыбнулась и поставила подносы с едой на столики, крепящиеся в передним сиденьям. На подносе красовалась красивая тарелка с платиковой тарой, которая была наполнена овощами и грибами в соусе. Также был суп, кусочки хлеба и новые, стерильные приборы в запечатанном пакетике. Из напитков чай и негазированная вода в бутылке объема пол-литра. Рюджин и Юнги поблагодарили девушку и распечатав приборы, приступили к трапезе. В иллюминатор светило солнце, слегка пригревало. Приломлялось в стакане с чаем, вырисовывая узоры на сиденье впереди. Шин аппетитно уплетала еду и постоянно поправляла распущенные волосы, которые лезли ей в глаза и в тарелки. Мин покачал головой, улыбнулся и достав свою резинку, заплел ее волосы в хвост. Она довольно улыбнулась, профырчала "спасибо" и продолжила расправляться с едой. После времени, отведенного на обед, бортпроводницы собрали всю грязную посуду, протерли и убрали все столики. Если во время еды все обсуждали как хорошо кампания обслуживает улиентов, то сейчас салон самолета погрузился в тишину. Юнги и Рюджин, сытые и довольные, пригретые солнцем, уснули в мягких сиденьях. Стюардесса, заметив очередных спящих пассажиров, достала плюшевый плед, мягкий подголовник и укутала пару, дабы им было комфортно спать ближайшие несколько часов. Мин проснулся от тряски. Он посмотрел в сторону иллюминатора. Было уже темно, огни города расползались гигантской паутиной. Наконец они прилетели в Сеул. Мин перевел взгляд на сидевшую рядом Шин, она недовольно хмурила брови. Наверно, из-за тряски и смены давления снова заложило уши. Посмотрев в салон, Юнги увидел привычную всем кучку людей, которым уже нужно выходить, людей, которые думают, что мы потерпели крушения, все еще спящих и тех, кто делает тысячу и одну фотку для соцсетей. Мужчина провел рукой по животу и почувствовав железный замок ремня, улыбнулся. О них позаботились и тут, пристегнули еще спящими. Он хотел сказать что-то утишающее Рюджин, но нынешнее появившееся состояние из-за посадки отбило желание вообще что-то делать. Просто побыстрее бы сесть и встать на твердую землю. Самолет касается шасси взлетной полосы и его немного встряхивает. Как эти люди могут думать о преждевременном выходе. Двухсоттонная машина летит на скорости ста километров в час на маленьких колесиках. За стеклом иллюминатора пролетают виды взлетно посадочной полосы, другие самолеты, фонари, ангары, техника обслуживания. Юнги прикрыл глаза и медленно выдохнул, мысль о том, что сейчас он пойдет по твердой земле, а не будет зависать на высоте десяти тысяч метров радовала его. Мужчина все же обхватил ладонь подруги и поглаживал кожу большим пальцем. - Сейчас выйдем, нас встретят мои друзья и мы поедем в отель. - Мин смотрел в большие и в какой-то мере все же испуганные глаза девушки. Он улыбнулся и ласково провел теплой ладонью по ее щеке, на что та улыбнулась, кивнула и даже немного расслабилась. Тряска закончилась, пейзаж за стеклом остановился и стюардессы, отстегнув свои ремни, встали со своих мест и профессионально стали организовывать начало высадки из воздушного судна. Юнги смотрел в иллюминатор и видел, как к самолету подъезжает трап, а за ним медленно полз большой автобус. Поток людей уже хлынул к выходу, Мин посчитал попытки встать сейчас не безопасными как минимум для своих же нервов. Конец толпы, Юнги медленно встал и подал руку Рюджин. Открыл багажный отсек над сиденьями и достал оттуда ручную кладь, состоящую из маленькой сумочки Шин, ее рюкзочка и рюкзака Мина с документами. Пара двинулась к выходу, попрощалась с девушками стюардессами и спустились по трапу к автобусу. Из одного салона в другой, Юнги уже просто хотел лечь в теплую и мягкую кровать отеля. На улице полночь, вокруг темно и только яркие фонари освещают дорогу. Автобус вывернул с полосы и заехал на территорию аэропорта Инчхон. Юнги читал, что это самый загруженный аэропорт в Южной Корее и даже занимает двадцать третье место в мире из самых загруженных. На первом месте Атланта Хартсфилд–Джексон, который держет хватку еще с далекого тясяча девятьсот девяносто восьмого года. Высадка прошла без происшествий, все дружно прошли по коридору в аэропорт и огромная толпа растворилась в еще более огромной толпе. Юнги почувствовал как рука Рюджин крепко сжала его. Ее можно понять. Чужая страна, огромный аэропорт и масса людей, говорящих на родном для них, но чужом для слуха языке. Безусловно, парочка знала корейский и понимала обрывки фраз, вылетащих от случайных прохожих, но общая какофония только действовала на нервы. Юнги повел девушку к ленте, по которой вывозили груз. Простояв рядом с ней добрые немколько минут, они все же увидели свои чемоданы. Хотя Шин уже причитала о их потере и была готова устроить истерику. Но Мин с его железными нервами смог быстро успокоить девушку. Так же быстро он схватил вещи и протащил их вместе с Рюджин до выхода. Большое и красивое здание сменилось огромной парковкой и подъездными дорожками. Куча фонарей освещала территорию аэропорта. Куча такси ютилась около дверей, чтобы забрать своих пассажиров и развести по домам и отелям. Шумиха началась и на улице. Родственники, друзья, коллеги по работе, все обеимались, смеялись, садились в машины и уносились прочь. Юнги и Рюджин шли пр краю парковки, катя за собой чемоданы. Теплый воздух, не успевший остыть после очевидно жаркого дня расслаблял тело, а прохладный ветерок опустошал сознание. Шин увидела черный "Кадиллак" и ткнула в него пальцем. - Это не машина твоего друга? - она внимательно рассматривала очертания большого авто, которое красиво блестело намытым корпусом. - У Хейла такой, но нужно сверить номера. - Мин уверенно пошел к машине первый. Подойдя ближе, он увидел курящего друга. Тот, заметив Юнги, весело улыбнулся и обнял друга. - Как долго не виделись, брат. - черноволосый парень с карамельной кожей и лучезарной улыбкой отбил кулак Мину и изобразил звук взрыва, после чего звонко посмеялся. - Два года, Хейл, два года. - Мин похлопал друга по плечу, смотря в его глаза и так же ярко улыбаясь. Из машины выпрыгнул парень немного ниже Юнги. Его волосы были окрашены в ярко-рыжий, на лице был заметен легкий макияж. Блеск для губ придавал его большим губам еще большую сочность, подводка делала его глаза более заостренными. Одет он был в черные рваные джинсы, просторную футболку и поверх джинсовую куртку. - Чимин. - мужчина еще ярче улыбнулся и обнял второго друга. Парень в ответ радостно засмеялся и буквально напрыгнул на Мина, заключая в крепкие объятия. - Привет, Юнги, привет, Рюджин. - Чимин отлипнул от друга и заключил в свои цепкие руки девушку. Девушка была и не против. Она была знакома с этими двумя. Хейл и Чимин были лучшими друзьями Юнги. Последними, кто остался с ним после всех его неприятностей. Рюджин уважала их ровно так же, как и отца Юнги и его самого. - Короче, брат, мы решили, что отель это как-то не по-семейному по отношению к тебе, поэтому... - Хейл поднял палец вверх. У него появилась идея или он что-то уже придумал. - Я купил новый дом полгода назад, туда мы вас и заселим. Комнат много, да и я буду рад своему любимому другу. - он засмеялся и снова обнял Юнги. Мин даже не стал спорить. Ему нужно было хоть где-нибудь отдохнуть и нормально выспаться. Они сели в машину, загрузив вещи в машину и поехали в сторону города. Огромный ночной город, светящийся немеренным количеством огней. Длинная река, тянущаяся вдоль и расстекающая его на две части. Черный "Кадиллак" гордо рассекал воздух, мчась по внушительных размеров и невероятной красоты мосту. Все это отражалось в кристально-чистой воде реки Хан. Этот город по красоте не уступал Москве или Санкт-Петербургу, но все же последние были роднее и ближе душе Мина. Сегодня двадцать пятое июня, гонка двадцать седьмого. У Юнги и Рюджин есть целых два дня, включая этот, чтобы адаптироваться и подготовиться. Юнги не волновался, гонка на мотоцикле для него обычное дело, его среда обитания и место, где он может быть собой. Мин снова задумался об Агусте. Они сейчас в одном городе, но где его любимый мальчик. Почему Хейл и Чимин не сказали ему ничего касательно мотоцикла. Он не переживет, если с Ди что-то случится, это часть его, часть его души и крови. Мужчина потирает глаза, смотрит на заснувшую на сиденье комфортного люкса Рюджин и обращается к рыжеволосому. - Чим, а где Ди? - мужчина поворачивается на третий ряд, где расположился Чимин. Он тоже выглядит сонным и уставшим. Наверно, они почти не спали, ожидая гостей. - Ди в гараже дома Чона. - он кивнул на водителя. - Мы намыли его, провели полную диагностику и заправили лучшим топливом. Все как ты и просил. - рыжеволосый устало улыбнулся, он понимал волнение друга за свой мотоцикл и знал как тот ему дорог. - Спасибо, парни, завтра утром посмотрю. - Мин положил тяжелую голову на мягкое сиденье и его сразу поклонило в сон. Машина погрузилась в тишину и только поворотники, которые включал Хейл нарушали тишину. Даже шума колес не было слышно, такая хорошая была шумоизоляция. Рюджин проснулась от трезвона будильника на своем телефоне. Она подняла голову с подушки и сначала ее поняла где она находилась. Просторная кровать, заправленная шелковым пастельным бельем, на которой спала девушка, огромная комната с панорамным окном, отделанная в стиле минимализма. В углу стоял стеллаж с различными фигурками, цветочками и фотографиями природы, письменный стол, кресло на колесиках, полка над столом из одной дощечки, на которой стояли различные папки. Справа большой гардероб и прикроватная тумбочка. Все гармонировало по цветовой гамме и вызывало чувство уюта. Шин села на кровати, свесив ноги к полу. Ее пальцы коснулись мягкого коврика, рядом с которым стояли плюшевые тапочки с ушками зайчика. Она улыбнулась и встала, надев эти тапочки. Из окна девушке открылся вид на утреннюю столицу Южной Кореи. Огромные многоэтажные здания устремлялись в небо, гордо нависая над огромными многополосными дорогами, по которым разъезжали по своим делам машины разнообразных марок и цветов. Тут и там пестрили рекламные полотна, цифровые изображения на домах и автобусах. Жизнь буквально кипела в этом месте. Ее наблюдение прервал стук в дверь. - Доброе утро, Рю. - дверь из белого тонированного стекла открылась и в комнату зашел Юнги. Он был одет в серые просторные шорты чуть выше колена и широкую белую футболку. - Доброе утро, Юн. - она разгладила руками черную футболку друга, которую очевидно на нее надел Мин, чтобы она не спала в дорожном. Она не стеснялась того, что он видел ее в белье, все же были ситуации и поэктримальнее. Например, когда она перепила с подругами и он забирал ее домой, лично мыл и укладывал спать. - Я приготовил завтрак с Хейлом и Чимином, я уже позватракал,потом пойдем прогуляемся по городу. - мужчина выждал паузу. - Прокатимся. Черноволосый покинул комнату, чтобы Шин привела себя в порядок в одиночестве и также позавтракала. Он уже запомнил все ее предпочтения в жизни. Одиночный завтрак, если она сама не проявляет инициативу завтракать вместе, латте с мятой днем, суши по выходным. Она предпочитает тихие кафе шумным клубам, но если в ней хлещет энергия может пойти и туда. Мин пошел в свою комнату и закрыл за собой дверь. Эта комната особо ничем не отличалась от комнаты Рюджин. Все тот же минимализм, который по всей видимости нравится Хейлу. Да он и в тренде всегда был. Не ярко, не режет глаза, уютно одним словом. Он залез в свой чемодан, подискивая себе вещи для выхода в город. Мужчина не хотел сильно бросаться в глаза людям, поэтому выбрал простую толстовку без рукавов, широкие джинсы и высокие конверсы. Из украшений он выбрал несколько серебряных цепей на шею, браслеты и кольца. В уши он вставил по три кольца. С волосами он решил сильно не заморачиваться, прошелся пару раз по ним расческой, поправил все пальцами и улыбнулся себе в отражении. Он быстро вышел из дома и направился в гараж. В его кармане уже лежали ключи от мотоцикла. Юнги предвкушал встречу с Агустом, он облизал пересохшие губы и перед глазами уже встал образ мотоцикла. Взявшись за ручку двери гаража, он глубоко вдохнул и поднял дверь-шторку вверх. Его глаза расширились и загорелись огнем. Перед ним стоял его двухколесный брат. Весь черный, блестящий смотрел на Мина начисто вымытыми узкрими фарами. Его осиная форма так и манила Мина сесть, завести мотор и порвать всех мотоциклистов мира на куски. Мужчина двже забыл как дышать, он медленно пошел к Ди и провел рукой по объемной надписи "Агуст Ди" на хвосте мотоцикла. Мин перекинул ногу через корпус и сел на долгожданное сиденье, его аж передернуло от этих ощущений. Как давно он на нем не сидел. Теперь он никогда не расстанется со своим малышом. Блаженно выдохнув, он лег на бензобак и обхватил голову мотоцикла руками, обнимая Агуста. Медленно поглаживал прохладный металл и чувствовал будто Ди обнимает его в ответ. Появилось ощущение, что тело Мина засасывает под металл мотоцикла и вот уже Юнги чувствует как бьется железное серце, как расправляются металлические легкие от медленного и спокойного дыхания. Мин огладил зеркала, как бы почесывая того по ушкам. Медленно вдохнув и выдохнув, почувствовав запах кожи сиденья своего Ди, мужчина выпрямился в сидячем положении. Его руки уже были на ручках руля, а одна нога на рычаге ножного пуска. Из гаража раздался рев мотора и черный кавасаки элегантно вырулил из темного помещения, осветившись ярким солнцем. На пороге дома ужк ждала Рюджин. Она была одета в серые джинсы и белый топик, на ногах черные кеды. На ушах у нее были маленькие сережки, а волосы убраны в милый пучок. Она улыбнулась при виде Агуста и еще шире при виде довольного и счастливого лица Юнги. - Садись, прокачу. - Мин держал два черных шлема в руках, один из которых протянул девушке. Рю была одной из трех людей, кого Мин пускал на Ди. Остальные это Чимин и Хейл. Остальные люди по мнению мужчины были недостойны прикоснуться к его душе. - Погнали, железный любовник. - она быстро застенула шлем на шее и села сзади Юнги, обняв его торс. Она уже знала все нюансы второго человека на мотоцикле. Это в машине можно сесть и расслабить булки, а тут нужно играть роль рюкзака. Куда водитель, туда и пассажир, иначе мотоциклу будет трудно заходить в повороты и хуже того, может быть плачевная ситуация. Юнги поддал газу и мотоцикл буквально сорвался с места, радуя своего долгожданного папочку. Дорога. Рев мотора. Встречный ветер, обдувающий тело Юнги. В такие моменты он отпускает себя, все что внутри. Он становится счастью своего Ди и превращается в настоящего себя, он становится Шугой. Так его прозвали на гонках. Псевдоним Мина происходит от первых слогов термина «атакующий защитник» на хангыле - "шутинг гардэу". Она атаковал соперника своим превосходством и защищал этим свое имя. Пейзаж города пролетал по бокам кинолентой. Бутики, магазины, рестораны, кафе, жилые дома. Рюджин смотрела перед собой, на дорогу. Широкие полосы, куча дорогих машин. Глаза буквально разбегались. - Мы же заедем за кофе? - голос Шин прозвучал в шлеме Мина. Он встроил рации в шлемы, чтобы слышать друг друга и не перекрикивать ветер. - Конечно, за латте с мятой, все как ты любишь. - Юнги уже проложил маршрут на телефоне до ближайшего кафе. Он плавно повернул на перекрестке направо и завернул на парковку. Сняв шлем и встряхнув головой, он посмотрел вбок. Рядом стоял черный "Ламборгини Хуракан", а рядом белая "Тесла". Гоночные машины, Мин не понимал как люди получают кайф от гонок на машине. В салоне не чувствуется порыв воздуха, не слышно того рева двигателя, какой можно услышать сидя на мотоцикле. Нет ощущения полета. Посмотрев в сторону кафе, он увидел Рюджин на кассе. Она мило беседовала с девушкой бариста и часто смеялась. Он же ждал ее тут и лазил в своем телефоне. В его планах скататься по магазинам и просто поездить по городу, проводя время с Ди. - Эй ты, ты встал слишком близко к Ванте. - из кафе буквально вылетел парень. Одет он в порванные джинсы, белую футболку и кожаную куртку. Голубые волосы, карие глаза, чистая и слегка смуглая кожа. Рост где-то 179, выше Мина. Он подлетел к какому-то парню на "Лотусе Эсприте" и схватив того за шиворот наезжал на него, что тот мог бы поцарапать его машину. Юнги, конечно, тоже переживал за свой мотоцикл, но не до такой же степени. Хотя, он один раз набил мцжику лицо за плевок на колесо. Мужчина выгнулся и посмотрел на машины. Между "Эспритом" и "Хураканом" было достаточно места, чтобы выехать без происшествий. Странный тип с голубыми волосами, так отметил для себя черноволосый. Рюджин вышла из кафе, довольная после чашки любимого кофе. Она подошла к Ди и Мину, надела шлем и запрыгнула на свое место. Юнги завел мотоцикл и тоже надел шлем. Он поднял защитное стекло, чтобы надеть перчатки и встретился взглядом с голубоволосым. Тот как-то странно и настороженно рассматривал его фигуру и мотоцикл. Мин показал ему знак "пис", сдал назад и умчался с парковки, оставив этого типа позади. Остальное время мужчина думал о предстоящей гонке, ощущал крутые повороты, адреналин в крови и порывы ветра. Ему нетерпелось погонять по корейской земле вновь. Года три назад он уже покорял трассы гонок в Пусане и Тэгу, своем родном городе. Он улыбался этим воспоминаниям. Вечером Мин загнал мотоцикл в гараж и накрыл полотном, чтобы не пылился. Зайдя в дом, он зашел на кухню, где собрались все жители дома. - Ребят, я схожу в бар, развеюсь, никто не против? - он поправил волосы и посмотрел в первую очередь на Рюджин. Та устало кивнула и улыбнулась. Она никогда не против, он же взрослый мальчик и сам может принимать решения. Чимин и Хейл тоже покивали. - Только я поеду с тобой, давно я не был в баре. - Пак посмотрелся в зеркало и подмазал губы блеском. - Это значит, что я... - Юнги перебил тонкий и ангельский голос друга. - Что ты поедешь на машине. - он улыбнулся и взял ключи от своего "Порше". Чимин в отличие от Юнги разделял любовь к машинам и мотоциклам. В его гараже своял "Кавасаки Вулкан" и "Порш Панамера". Мин состроил грустное лицо в надежде, что друг сжалится и они поедут на "Вулкане", но Пак был не из приклонных и ухватив черноволосого за запястье, утянул его на улицу к машине. Освещенная фонарями дорога, по которой ехал "Порш" Чимина казалась Юнги слишком длинной. Он сидел рядом с водителем, чтобы хоть как-то представить себя на мотоцикле. - Да не кисни, Мини, хорошая машинка. - Пак улыбнулся и нажал на педаль глаза. "Панамера" сорвалась с места и с ревом мотора неслась по темной улице. - Ты поворот пропустишь. - мужчина сидел со спокойным лицом. Его друг любил пугать всех скоростью, но забывал, что мотоцикл и скорость это синонимы, а рядом с ним всем известный Шуга. - Мистер "не боюсь скорости" снова начал бурчать. Ты как дед, ей богу, расслабься, друг. Сейчас пойдем в бар, выпьем по тумблеру виски и отдохнем. - Пак был младше него, ему было двадцать семь. Младший шлепнул Мина по бедру и снова посмеялся. Машина остановилась около большого бара, откуда тихоиграла музыка. Пара мужчин покинули салон машины и двинулись в сторону больших черных дверей. Внутри стояла атмосфера интима. Приглушенный свет, множество круглых столиков со стульями, выполненных в одном стиле и подходящих под общую атмосферу. Дальше располагались большие диваны, туда парни и пошли. В этом секторе было меньше людей. Почему то все предпочли стулья диванам, но это даже на руку Юнги. Ему так даже лучше. Он окинул бар взглядом и уже приметил девушку в короткой юбке и таком же коротком топе. Ее волосы вились черными локонами и блестели в свете прожекторов. Она уже была подвыпившая, об этом говорила ее шаткая походка. Она тоже заметила Мина и кокетливо улыбнулась мужчине. Мин подозвал ее пальцем. Чимин подошел с заказом и поставил на стол два тумблера и боллшую бутылку виски. За ним пришла и эта девушка. Мин вежливо усадил ее на свои бедра, придержав за тонкую талию. Его друг на это только улыбнулся. - Как тебя зовут, прекрасная леди? - черноволосый чокнулся с Паком и залпом выпил виски. После перелета и других заморочек организм мужчины быстро поддался алкоголю и уже первая порция расслабила его тело. - Я Дан А. - девушка уже водила своими руками по торсу мужчины и заглядывала своими пьяными глазами в глаза Мина. Чимин подлил Юнги алкоголь и тот быстро залил его в себя. Разум затуманился и мужчина улыбнулся девушке еще раз. Он положил руку на ее бедро, медленно поднимая ее на ягодицу и сжимая упругую задницу. Второй рукой он залез ей под топ, лаская большую и возможно накаченную грудь. - Вам лучше уйти в туалет. - Пак наклонился над ухом Мина и похлопал его по бедру. Юнги кивнул, поправил одежду девушки и встал вместе с ней. Он обхватил ее талию и повел в сторону уборной. Она, довольно пропищав что-то, пошла за ним. Мужчина завел ее в туалет и защелкнул за собой дверь. Дан А, стоящая за ним, уже расправилась со своим топом и юбкой, оставшись нагой в одних красных туфлях. Ничего не говоря, Мин усадил ее на мраморную раковину и встал на колено перед ней. Он облизал губы, рассматривая ее промежность. Все аккуратно выбритое, словно она готовилась к этому заранее. Он провел пальцем по половым губам и услышал воодушевленных вздох. Улыбнувшись, он наклонился лицом к девушке и широко провел языком по клитору и услышал уже тихий стон. С каждым движением языка стоны становились громче и довольнее. Обхватив бедра девушки, Мин старательно вылизывает каждый ее миллиметр, иногда входя языком в нее и вылизывая стенки влагалища. Дан А извивается, стонет и сжимает волосы мужчины, разводя ноги шире. Отстраняется и облизывает два пальца. Смотрит в затуманенные глаза девушки и снова припадает губами к ее половым губам. Теперь он засасывает своими губами ее клитор и ласкает его языком, вылизывая кончиком чувствительную и набухшую горошину. Параллельно своим действиям, он вводит два пальца во влагалище, надавливая на верхнюю стенку, создавая двойную стимуляцию девушке. От этого она взвизгивает и содрагается в первом оргазме. Мужчина продолжает вылизывать ее и растягивать ее пальцами, разводя их внутри подобно ножницам. Достаточно растянув ее, Юнги выпрямляется и расстегивает свои джинсы. Достав из кармана презерватив, он отодвигает кромку трусов, демонстрируя свой член. Дан А, улыбнувшись, обхватила его ладонью и медленно надрачивала головку, закинув ноги на плечи мужчины. Юнги, аккуратно порвав упаковку раскатал рукой презерватив по члену и вернул его в руку девушке. Она, словно ей дали любимую игрушку, улыбалась и активно надрачивала Мину. Ее рука свободно двигалась по длине благодаря смазке самого контрацептива. Мину было в падлу тащить целый тюбик ради одного раза, поэтому купил сразу такой. - Ну, наигралась? Можно тебя трахнуть? - Юнги посмотрел в глаза девушки и та закусив губу, отпустила его член. Мин улыбнулся и одним слитым движением вошел в ее тело и улышал первый громкий стон. Он больше церемонясь, сразу набрал быстрый темп и вдалбливался в хрупкое тело, слушая прерывистые вскрики. Ее грудь тряслась от каждого толчка мужчины, и он крепко сжал ее, ощущая всю ее мягкость. Он кайфовал от того, как тела шлепают друг об друга и от удовлетворенных стонах Даны. Дан А держалась за руки мужчины, пытаясь удержаться на одном месте, чтобы принять в себя как можно больше его члена. Она извивалась дугой под ним, ощущая как внутри все растягивается и приятно ноет. Юнги смотрел на закатывающиеся от удовольствия глаза девушки, на приоткрытый рот из которого вырывались разнообразные стоны, на сжатую его руками грудь и на влагалище, которое плотно сжималось вокруг его члена. Дан А прижалась своим телом к телу мужчины, ощущая новый подступающий оргазм. Юнги, прижимая ее к себе, ставил на ее шее багрово-красные засосы и продолжал нещадно трахать девушку, слушая стоны и вскрики. Заключительно толкаясь в тело девушки несколько раз, Мин кончает в презерватив. Он наблюдает на девушка, содрагаясь всем телом продолжительно стонет и обмякает на мраморной поверхности. Мужчина выходит из оттраханого тела, стягивает презерватив и выкидывает его в мусорное ведро, предварительно завязав его в узел. Он обтирает член бумажным полотенцем, которое висит около раковины, поправляет свое белье и застегивает джинсы, выкидывая ненужную салфетку вслед за использованным презервативом. Улыбнувшись, он помогает встать слабой девушке, одевает ее и выводит под руку из туалета. Сажает ее на свободный диван и услышав тихое "спасибо", удаляется к своему дивану с легкой улыбкой на лице. Оставшийся вечер Юнги с Чимином провели еще лучше. Они танцнвали под громкую музыку, выпивали алкоголь, пели в караоке и трахнули еще пару девушек прямо на барной стойке. Под утро Чимин с Юнги пешком добрались до дома, в зале Мин увидел Рюджин, которая смотрела новости. - Ну как отдохнули? - девушка услышала, что они пришли, но была увлечена речью диктора. Рассказывали о новом открывшемся музее Сеула. - Улетно. - мужчины улыбнулись, сняли обувь и разбрели по своим комнатам. Мину нужно выспаться, в двенадцать ночи его ждет большая гонка. Рюджин, досмотрев новости, тихо заглянула в комнату Юнги и услышала храп. Подойдя к кровати, она аккуратно раздела мужчину, отнесла вещи в стирку и ушла в гараж, готовить мотоцикл к гонке. Юнги проснулся в десять вечера и на удивление не чувствовал себя убитым. Видимо, его организм не потерял хватку за это время. Он быстро умылся, привел себя в порядок и оделся в свою любимую гоночную одежду. Кожаные брюки, черная майка и сверху кожаная куртка с шипами. Куча цепей, серьги в виде шипов. Также он не забыл про экипировку. Крепкие каколенники, налоконтики и укрепленный шлем. Выйдя на улицу, он увидел наполированного Агуста и рядом с ним стоящую Шин. Она гордо сидела на своем месте, одетая в серый комбинезон и черный шлем. На ее плечах висел рюкзак с инструментами для мотоцикла. Все трое были на все сто процентов готовы к гонке. Черный Кавасаки Ниндзя летит по дороге, держа курс на загородную гоночную площадку. Его обдувает вечерний прохладный ветер, в крови уже бушует адреналин, а в голове предвкушение. Минуя кучу перекрестков и световоров, мотоцикл выезжает на трассу и летит в горлом одиночестве, рассекая тишину своим ревом. Рюджин держется за него и ничего не говорит. Она знает, что до гонки с ним говорить нельзя. Такой у них ритуал на удачу. Мужчина завторачивает на лесную дорожку с большой трассы и едет среди деревьев. Чистый лесной воздух, яркий свет луны, пробивающийся сквозь верхушки деревьев. Срава расположилось большое озеро, а где-то слева шумит река. Мин выехал на большую площадку, все оборудовано под гонки, а рядом с гоночной трассой стоят мотоциклы его соперников. Дорога представляет собой огромный дугообразный круг. Тут устраивают гонки как мотоциклы, так и машины. Последние сюда приедут ровно через сорок пять минут, поэтому затягивать не стоит. Рюджин слезла с мотоцикла и толкнула кулаком Юнги в плечо, желая этим "ни пуха, ни пера". Мин кивнул ей, что означало "к черту". Все молча, все как обычно. И как обычно, Шин удаляется к остальным механикам, чтобы слушать как эти идиоты перемывают кости своим недоброжелателям. Скорее всего на половине всех историй она уйдет в туалет делать расклады на вопросы друзей, чтобы хоть как-то скоротать себе время и избавить от лишних вопросов. Шуга подъехал к стартовой линии, перебросился колкостями с соперниками и устремил взгляд вперед. Адреналин охватил его тело, он уже был в гонке, он уже ощущал ветер и слышал своего Ди, который будет нести его на бешеной скорости, отбирая все шансы у остальных. - Дорогие мотогонщики, с вами снова я, Ким Джин Хек. - раздалось из динамиков. - Сегодня пройдет ваша гонка, победитель которой получит три миллиона долларов наличными. - в динамике показушно щелкнул чемодан с обещенной суммой. Все как обычно. Другого места для хранения милоионов не нашлось у этих миллионеров. - Счастливой вам гонки и пусть удача будет только на вашей стороне. Прозвучал выстрел в небо и площадка разразилась хором рева моторов. Шин посмотрела на трассу. Агуст Ди вместе с Шугой вырвались вперед, оставляя остальных позади. Не зря она продула топливную систему Ди, теперь его бешеная тяга стала просто адской. Шуга несется вперед, нападая на противника своим превосходством и защищая себя скоростью от скуки. Так и живет гонщик внутри него. Требует драйва, сумасшествия и адреналина. И сейчас он его получает. Мужчина слышит рев чужого мотоцикла сзади, не дает пройти вперед, виляя синхронно с тем по дороге. Не выдержав такого, соперник теряет управление и вылетает за пределы трассы. Вроде, там и была та река. Ди рвется дальше, набирает скорость. Спидометр указывает на огромные цифры, но двигатель даже не думает перегреваться. Агуст чувствует своего хозяина и тоже как он требует этой победы, не смея испортить ситуации. Мужчина снова становится одним целым с мотоциклом, они уже прилично оторвались от сзадиидущих. Шуга выдыхает с рыком, подобая рыку своего Ди. Он почти слышит его голос, подбадривабщий его на победу. Они входят в крутые повороты, прижимаясь почти перпендикулярно земле, снова набирают скорость и рвутся к желанному. И они это получают, на огромной скорости разрывая красную ленту пополам, за ним пролетает чужой синий "Ямаха". В зеркало он видит как тот бьет кулаком по рулю. Вот и причина поражения. Мотоцикл нужно любить так же, как любишь близкого человека. Он должен стать частью тебя. В этом и весь секрет. Юнги разворачивает мотоцикл и подъезжает к большой площадке. Колеса красиво дымятся, все горячее. Он слезает с Ди и отдает его Рюджин, которая улыбается и уходит в один из гаражей, чтобы сменить резину и дать мотоцикну отдохнуть. Мужчина блаженно выдыхает, прямо как после прошлого секса, достает сигарету из пачки и затягивается, выпуская клуб дыма. Он рассеивается перед ним и видит перед собой чемодан денег. - Поздравляю, Шуга. Я в тебе и не сомневался. - Джин Хек коротко кивает и удаляется готовиться к новой гонке. Юнги относит чемодан Рю и садится в кресло передохнуть. Его потрясывает от переизбытка чувств. Он доволен своим мальчиком, доволен собой и доволен своим механиком, который быстро и старательно сменил стертую резину на новую. Не услышав больше металлических стуков в моторе, характеризцющих его остывание, Мин улыбнулся Рю, усадил ее на свое место и повез свой "Кавасаки" к выезду из леса. Он решил прогуляться после такой бешеной езды. Шин держала в руках чемодан, на ее плечах висел ее рюкзак. Мужчина задумался он дальнейших планах. Больше в этой стране его ничего не держит, но он и не провел время в друзьями. Из мыслей его резко выдернул визг девушки. Она чуть не упала и Мин крепко схватил ее, не давая столкнуться с землей. В этот же момент прямо перед ними резво затормозил черный хуракан. - Ты придурошный? - Мин возмущенно вышел вперед. Из машины вышел тот парень с парковки. - Детское время вышло, малыш, теперь время настоящим гонкам. - голубоволосый встал перед мужчиной и мерзко улыбнулся. - Тебе хоть сколько лет, сосунок? - Юнги смотрел в лицо нахальному парнишке своим холодным и пронизывающим взглядом. - Злой дядя с холодным взглядом, боюсь боюсь. - парень положил руку на сердце и изобразил притворный испуг. Его губы снова искривились в противной улыбке. Из хуракана вышел второй, механик. Парень еще моложе этого с голубыми волосами. Он был шире, накачен, его губа и бровь были проколоты, а правая рука забита татуировками. Он молча встал у капота и скрестил руки. Рюджин недовольно посмотрела на него. - Свалите, а, а то понос вам наколдую. - она перетасовала карты. Татуированный вскинул брови при виде таро и приоткрыл рот. - Сумасшедшая баба с картоном и злой дед, ах какая пара. - первый парень все же нарвался на кулак Юнги и того отбросило в сторону завороженного процессом тасовки карт качка. - Скажи спасибо, что не раздавил тебе череп колесом, молокосос, еще раз увижу тебя - с асфальта не соскребут. - мужчина отодвинул Шин на место пассажира, запргнул на свое и завел Агуста. Пришедший в себя татурованный придурок бросился поднять своего водителя и злобно посмотрел на мотоциклистов. Быстро и гордо уезжая на мотоцикле прочь, Рюджин повернула голову назад и показала парочке фигуру из двух пальцев, второй рукой крепко держась за корпус Мина.