Железный Дракон. История 2.

Глава девятая

За накрытым столом рядом с Графом сидел Гвоздь со своей матерью, а также Муром, Лили, Артист и Рыжик. Муза, сказав, что у неё дела, пошла домой, Снежок как сосед вызвался её проводить. - Ох! - восхищался Гвоздь. - Я ещё ни разу не проводил время так интересно!.. У меня в Дальнем городе нет друзей… - А ты, Гвоздь, приезжай к нам на каникулы. - Улыбнулся Рыжик. - А что у вас бывает на каникулах? - Спектакли для детей. - Разве это так весело?       Артист выскочил из-за стола и стал азартно рассказывать и изображать, как будто был на сцене: - В прошлый раз мы делали спектакль для самых маленьких – про «Репку». Муром в последний момент отказался быть репкой, поменялся со Шмелём, стал играть дедушку. Я был бабушкой, Снежок внучкой, младшеклассники играли остальных. Так вот, по сценарию, мы все должны были тянуть репку, а тут пол под Муромом вдруг проломился, и он застрял в проломе по пояс! Ни туда, ни сюда! И пришлось нам всем его тянуть! А самим так смешно, что сил нет тянуть, и виду показать нельзя. Кое-как вытянули и тут, наконец, за кулисами додумались занавес опустить. Оказалось, им там тоже смешно было на нас глядеть. - Да, только Мурому и Шмелю было не смешно, - кивнул Рыжик на насупившегося Мурома. - Да, Мурому понятно почему. - А что было потом? – с интересом спросил Гвоздь. - Мы вышли на сцену, и Шмель сказал ребятишкам, чтобы они помогали своим родителям, особенно стареньким! Все решили, что так и было задумано. - А кто вам шьёт костюмы? - поинтересовалась мать Гвоздя. - Мы сами. И декорации сами делаем. Ещё, правда редко, когда отец Шмеля не пьёт, приходит к нам с каким-нибудь изобретением. - Да, вроде того усилителя звука! - злорадно ухмыльнулся Муром. - Когда он его включил, жахнуло так, что у ближайших домов стёкла повылетали! И мы потом чуть не месяц стеклили! - Напрасно ты, Муром, так говоришь, здесь наверняка не обошлось без Очкастого. Ему в тот раз роли не досталось. «Ничего, зато Муза его потом «утешила!» - ухмыльнулся про себя Муром, вспомнив разговор Музы и Лили. - И что она в нём нашла?..»       Граф, не принимавший участия в разговоре и делавший вид, что дремлет в своём кресле, открыл глаза и, взглянув на часы, подозвал к себе Мурома: - Ты бы сбегал, посмотрел, вернулся ли Шмель.       Муром тоже взглянул на часы: «Вот, подходящий случай, чтобы уйти!» - И, прихватив Лили, ушёл, даже не подумав исполнить просьбу. Мать Гвоздя засобиралась, но сын уговорил её остаться ещё на несколько минут, так как Артист решил исполнить песню Василька. Очкастый, разобравшийся наконец почему взорвался сарай с оружием и, произнеся «надгробную речь» тому, что осталось от автоматов, решил побыть один и пошёл в дом. Но едва он вошёл, как дверь за ним закрылась изнутри. Очкастый обернулся. - Шмель?! Что ты здесь делаешь?! - Я пришёл серьёзно с тобой поговорить. - О чём это?! - Твой отец в реанимации… Его нашли пьяного в снегу. - Мне нет до него дела! - Он единственный твой родной человек и он умирает. - Плевать! - А ещё Муза уезжает жить в другой город. - На неё мне ещё больше плевать! - Очкастый потянулся было к своим очкам, но вспомнив, что их нет, достал из ящика стола запасные, такие же модные чёрные, через которые никто не мог разглядеть его глаз. - Я добуду оружие и стану хозяином города! - И что будешь делать потом? - Уничтожу своих врагов! Останутся только те, кто будет мною восхищаться! Я талантливый, я лучший! Я хозяин города! - Что же в тебе хорошего, если тебе на всех плевать? - Если тебе так жалко моего отца, можешь забрать его себе! И ещё… - в очках Очкастый снова придал своему лицу блатное выражение. - Знаешь, почему твой отец продал мотоцикл первому встречному? Он уже собирался войти в больницу, наверное, чтобы в очередной раз помириться с твоей матерью, и тут встретил женщину, она тоже собиралась войти. В общем, они ушли вместе! - Какую женщину? - Явно не свою сестру! Ха! Ха! Ха! - Почему ты так уверен? - Сёстры так на шею не вешаются! Одни только…! Твой отец такой же, как и мой, и рано или поздно также подохнет в канаве!! - Твой отец ещё не умер! - У меня есть дела и поважнее, чем спорить с каким-то ребёнком! - Наверное, собираешься взорвать оставшиеся сараи?! – осведомился Шмель, отпирая дверь. - Что?! - Если задумаешь взорвать и дом, не забудь из него выйти!!       Очкастый кинулся к врагу и разбил себе нос о захлопнувшуюся дверь. На улице послышался рёв мотоцикла.