chronic wound

Минхо был старше. И для него это имело большое значение. Он всегда должен был быть опорой. За несколько лет совместной жизни они привыкли к ночным разговорам на балконе, аниме в четыре утра и мягким объятиям. Минхо всегда так нежно гладил его по голове и вырисовывал узоры на спине, пока Джисон увлеченно о чем-то рассказывал. Ли нравится слушать нежный голос парня и обсуждать с ним то, в чем сам совсем не разбирается. Хан любил много читать и снимать. Ему нравилось искусство. И в Минхо он видел много искусства. Он всем сердцем жалел, что он не пошел по стопам художника. Он хотел бы, чтобы все увидели Минхо так, как видит его Джисон. Минхо всегда был самым мягким. Джисон очень любил так его называть. Его волосы, губы, щеки, руки и голос были самыми мягкими. Были самыми успокаивающими. Минхо нравилось, что Хан постоянно готовит им вкусный ужин, набирает ему теплую ванну, играется с его волосами и делает огромное количество фотографий, которые потом магическим, как говорит Джисон, образом окажутся на стене над кроватью или в кошельке Хана. Джисон очень любит фотографировать Минхо. Он все время говорит ему о том, что тот всегда выглядит красиво. Хан никогда не забывает дома свой пленочный фотоаппарат, чтобы сфотографировать своего парня. Он постоянно просит прохожих сфотографировать их вместе. - Воспоминания со временем стираются, а фотографии останутся навсегда, - объясняет Джисон, складывая фотоаппарат в сумку. Минхо очень любил тихо говорить Хану что-то милое и смущающее, чтобы видеть, как тот слегка краснеет. Хан был для него теплом и домом. Был тем, что хотелось всегда держать рядом с собой. Ли часто вставал утром немного раньше и смотрел на мило сопящего парня, готовил ему его любимый завтрак и напоминал себе зайти после работы за чизкейком. Они пережили многое, и очередные проблемы никогда не вызывали страха. Эту проблему тоже надо пройти вместе. Надо было. Родители Джисона все еще жили в Малайзии. Он раз год навещал их, ближе к новому году. И Минхо всем сердцем ненавидел эти поездки. И не потому, что он оставался на месяц совершенно один. Каждая поездка заканчивалась ссорой. Ссорой Хана с родителями, которые настаивали на том, чтобы сын вернулся домой. Свою настойчивость они аргументировали тем, что кто-то должен был помогать им с их бизнесом. С бизнесом, который не был нужен никому из их сыновей. Никто не хотел оставлять свое дело. А родители не хотели понимать их. Джисон хорошо умел сглаживать семейные конфликты, но он чувствовал, что каждая поездка домой убивает его все сильнее и сильнее. Будто с каждым возвращением домой все начинает давить на него с новой силой. В эту поездку он слишком долго оставался наедине с этим разрушающим чувством вины и понимания, что их взаимоотношения рушатся. Они ссорились за завтраком, обедом и ужином. И он всем нутром чувствовал, что что-то не так. Он просто хотел домой. Джисон хотел домой, но в назначенный день не приехал. И когда он вернулся на два дня позже, он ни сказал ни слова. Хан лишь тихо скинул сумку с плеча, надел свои кроличьи тапочки, выключил свет в прихожей и крепко обнял Минхо. Хан дрожал с каждой секундой все сильнее и сильнее, и Минхо казалось, что ноги парня стали совсем ватными. Ли осторожно опустился с ним на пол и прижал его ближе. Минхо действительно сильно злился из-за резкой пропажи, но как только он увидел Хана таким, вся злость сменилась режущей тревогой. Эти несколько дней Хан не отвечал на звонки, а последнее его сообщение было о том, что он поссорился со своим братом. Он был максимально близок к тому, чтобы взять билеты на первый же рейс. Он знал, что тишина успокаивает Джисона лучше всего. Было уже поздно, поэтому он осторожно усадил его на диван и открыл окно, впуская свежий воздух. Он поставил чайник и вернулся к Джисону, который пытался спрятаться в широкой груди парня от всего вокруг. Дрожь в теле Хана никак не уходила, и Минхо чувствовал, что волнение настолько сдавливало грудную клетку, что Ли не мог спокойно вдохнуть. Он давно не видел Джисона таким. - Они не хотели отпускать меня обратно, - руки Хана сильно дрожали, и Минхо осторожно вложил их в свои. - Отец настаивает на том, чтобы я бросил академию, ведь лучше заниматься семейным делом и получать огромные деньги, чем учиться на режиссера.Таких, как я, много и мне ничего не светит. Минхо хотел возразить, но Хан сжал его руку. Ли устало опустил плечи. - Я не понимал почему они так рьяно пытаются оставить меня дома, раньше все было хорошо и они поддерживали мой выбор, - Хан одной рукой пытался убрать пряди с лица, которые беспорядочно падали на его лицо. Минхо осторожно заправил его волосы за уши и чуть наклонился, чтобы четче слышать парня, голос которого становился все тише и тише. Они прижимались друг к другу коленями и Ли вновь чувствовал насколько сильно накрыло Джисона. - Мы с мамой поссорились в пятницу, когда я уже должен был ехать в аэропорт. Она порвала мой билет. Я не сдержался и наговорил ей всякой чуши, - Джисон окончательно затих и лишь сильнее сжимал руки своего парня. Минхо освободил одну руку и осторожно поглаживал Хана по голове. Он знал, что это его успокаивает. - Хани, - позвал его Ли, - мы можем поговорить об этом в любой момент, когда ты захочешь. Я рядом. Джисон отрицательно помотал головой и вздохнул, пытаясь избавиться от режущего горла кома. - Мама сказала, что отец серьезно заболел и им нужна помощь. И просто ушла. Минхо почувствовал, что на его руку упала капля. И потом еще одна. Джисон глубоко вздохнул, пытаясь остановить слезы. Он пообещал себе не плакать. Но безопасность, которую он ощущал рядом с Минхо, ломала все обещания. Ли нежно касался чужих плеч и затылка, всеми силами пытаясь показать, что он рядом. - Я узнал от брата, что у него лейкемия. Уже три чертовых года. И мне никто об этом не сказал, - его голос стал громче, - я приезжал домой и каждый раз они делали вид, будто все в порядке. Он склонил голову настолько низко, что приложил лоб на их руки. - Я не смог вернуться домой в тот вечер и больше суток пробыл в аэропорту. Я забыл зарядку и телефон быстро разрядился, извини... Минхо снова погладил его по голове, чтобы Хан поднял голову, и прижал его к себе. В ту ночь на улице пошел первый снег, которому почему-то уже не хотелось радоваться. Они провели новогодние праздники вместе с друзьями. Много времени проводили у родителей Минхо. Они всегда так тепло принимали Джисона и просили Минхо оберегать его. Они встретили новый год с легкой грустью. Через некоторое время Джисон снова уехал. Сразу же после зимней сессии. Хан долго извинялся перед Минхо, ведь они давно планировали поездку в горы. Этот отпуск Минхо провел один, каждый день разговаривая с Джисоном по телефону. Хан всегда ворчал на то, что Ли совсем не выходит из дома. И постоянно извинялся. Ли никогда не принимал эти извинения. Хан вернулся тогда, когда растаял снег. Минхо был рядом. Каждый день и каждый миг. Джисон выпустился из академии и отказался от предложенной работы. И Минхо все понимал. Он все понимал, когда Хан внезапно повез его на Чеджу и купил ему кучу сувениров, сводил ко всем достопримечательностям и подарил парные браслеты с вулканическим камнем. Минхо понимал, когда они внезапно поехали в дождливый день в Пусан и провели там целую неделю. Хан больше не позволял платить за себя и тратил все деньги, которые ранее отлаживал с подработки. Он дарил Минхо памятные подарки и помогал с открытием новой студии. Минхо все понимал и крепче прижимал к себе плачущего по ночам Джисона. Хан перестал носить свою одежду и носил только вещи Минхо, перестал встречаться с друзьями и засыпал последним, лишь бы подольше видеть Минхо. Он подарил Минхо огромное количество кошачьей одежды и просил больше ездить к Суни, Дуни и Дори. Хан Джисон подарил ему свое сердце, когда они стояли в аэропорту и до посадки оставались считанные секунды. Ли Минхо знал, что больше никогда не снимет этот кулон с красным сердцем. Минхо был старше, поэтому держался изо всех сил, чтобы не заплакать. Он лишь улыбался и вытирал слезы со щек Джисона. Он держался изо всех сил, поэтому сам не заметил, как быстро намокли его щеки. - Я вернусь, как только ситуация улучшится, - тихо обещал Хан и последний раз крепко обнял Минхо, уткнувшись ему в шею носом. Он еще раз вдохнул родной запах и оставил Минхо. После него остался только вишневый привкус на губах и чувство пустоты. Он не вызвал такси, а побрел в сторону района, где, теперь, он жил один. В тот день пошел ливень, который Минхо встретил в кофейне рядом с домом. Именно там они и познакомились. Ли с теплой улыбкой вспоминал, как Джисон перепутал его со своим одногруппником, с которым они должны были вместе делать какой-то проект. Минхо помнит эту стеснительную улыбку. А, когда тот одногруппник так и не пришел, Хан подсел и первым завел беседу. Он помнит, как светились глаза Джисона, когда они нашли съемную квартиру прямо напротив этой кофейни. Они завтракали тут каждые выходные. Теперь ему казалось, что он больше не будет ходить туда. Минхо было трудно вернуться домой, где в воздухе витали воспоминания. Он тяжело вздохнул, когда он прошел в гостиную и увидел букет кустовых роз. Кустовые розы и письмо. Джисон уходил из квартиры последним, пока Минхо покупал им кофе и перекус. Ли скинул с плеча сумку куда-то в угол и сел на пол перед столиком. Розы были нежно связаны розовой лентой и поставлены в вазу. Он развернул письмо и поджал губы, принимаясь читать. "Дорогой, Минхо! Я надеюсь ты вернулся домой и не промок, ведь обещали дождь, а такого предмета, как зонт, ты не знаешь. Спонтанно решил написать это. Долго жду курьера. Спасибо, что дал мне побыть одному здесь. Пожалуйста, не уезжай отсюда. Я хочу жить здесь до конца моих дней. Забери сюда котов и живите счастливо. Я много работал последний год и много чего пережил. И ты был рядом. Это было важнее всего... Ты очень нравишься моей маме, она даже предлагала взять тебя с собой, но я ни за что не сделал бы этого. Даже, если бы ты очень просил. Останься в Сеуле, в этой квартире, общайся с друзьями и семьей, работай и живи счастливо. Это теперь наша квартира. Договор и остальные документы я оставил в комнате. Я много говорил с родителями и они знают, что я уеду при первой возможности. Мы хотим, чтобы мне было куда вернуться. Даже не думай о деньгах, оплату принимаю только твоей нежностью. Кроме того, спасибо тебе огромное за все. Я понял, что проблемы надо решать сразу... Это то, что ты всегда говорил мне. Я очень сильно люблю тебя, Минхо. Я оставил все свои футболки и толстовки, которые тебе нравились. В комнате лежит тот самый огромный кот, которого ты не смог выиграть на ярмарке. Я рассказал ему, что у тебя самые теплые объятия. Я напишу тебе как только приземлюсь, это будет поздно, поэтому ложись спать. И не пей больше кофе на ночь, и не задерживайся в танцевальных залах до утра. Обязательно забери сюда Суни, Дуни и Дори. И подари им игрушки, которые мы вчера купили!"

Я люблю тебя, Ли Минхо. Не будешь отвечать на сообщения, я тебя съем.

Минхо осторожно положил листок обратно на стол. Белая бумага в нескольких местах намокла. Он боялся нарушить целостность письма. Он видел, что до него на бумаге остались небольшие пятна. Джисон плакал, когда писал его. Его слезы падали на те же места, где ранее были оставлены слезы самого дорогого для него человека. От всех мыслей, что вертелись в голове Минхо, он громко выдохнул и сжал рубашку на груди. Это было больно. Слишком больно. Он слишком много чувствовал, и эти чувства разрастались по всему телу, заставляя его положить голову на колени и обхватить ноги руками. Минхо чувствовал, как намокают его джинсы. Даже смотря в зеркало в ванной, он вспоминал, как Джисон возмущенно ворчал на подкравшегося Минхо, и в итоге все зеркало было в зубной пасте, которая летела изо рта Хана вместе с громкими возгласами. Каждая вещь напоминала о том, что он уехал и больше не рядом. Минхо был старше и должен всегда держаться. Так было принято. Но, кто же знал, что отпускать самого дорогого человека настолько больно? Эта рана совсем чуть-чуть затягивалась, когда они говорили по телефону или переписывались каждую свободную секунду. Но, как только, Минхо открывал дверь их квартиры и не слышал приветственных криков Джисона, - она кровоточила все сильнее и сильнее. Минхо забрал к себе котов и в качестве домашней одежды носит только то, что оставил Джисон. Кроме того, Хан взял в привычку каждый понедельник заказывать доставку с любимой едой Минхо и цветами. Хан заботливо присылал игрушки и лакомство для котов. Ли стал больше времени проводить дома, а не в залах, чтобы коты долго не оставались одни. Минхо был старше, поэтому, когда, ему доставили острую лапшу и такие же кустовые розы, как и год назад, он не сдержал слезы. - Я сижу здесь уже полчаса пока наша принцесса моется, - недовольно проворчал Хан, подхватывая на руки Дори, который выскочил из приоткрытой двери квартиры. Когда теплые руки Джисона крепко обвились вокруг его шеи, а запах роз ударил в нос, Минхо оставил все накопившиеся чувства. Он слишком долго ждал того момента, когда его рана заживет.