Израненная любовь.

      Прошло пару месяцев с того момента, как Магическая Англия чествовала героя! Гарри Поттер, мальчик, что одолел ужасное зло в лице Лорда тьмы — Волан-де-Морта! Из-за войны, что развязалась между Миром Магии и Повелителем тьмы, многие студенты решили поступить на дополнительный восьмой курс. Победа над злом принесла Гарри и без того небывалую славу. Девчонки пускали слюни на известного Гриффиндорца, профессора не могли нахвалиться, что Гарри их ученик, а парни топились в зависти, ведь большая часть девиц переключилась на знаменитого Гарри Поттера.       Наверное, вы подумаете, что такая жизнь — мечта, но, боюсь, Гарри — легенда этих подвигов — будет далек от представленной вами картинки. Только друзья знали, какой был герой на самом деле: любитель поспать, не особо следящий за своим внешним видом, часто опаздывающий на занятия, а главное, последнее время ставший безразличным ко всему. Глаза, которые некогда светились яркими лучиками жизнерадостности, стали походить на «серые», полные потрепанной жизни, опустевшие и унылые. В них, словно, пропала сама суть существования. Но, как обычно бывает, у знаменитостей этого никто не замечает. Для них — он герой, а значит, у него не может быть каких-либо отрицательных эмоций и слабостей.       Второпях собирая сумку, Гарри всеми словами ругал своего друга — Рона — за то, что тот его не разбудил. Проспав завтрак в первый же день учебы, а именно, второго сентября, Гарри сломя голову летел на занятие по зельям. Вчера ему не удалось узреть нового профессора по этому предмету, который, пришел на замену предыдущему. Гарри лишь знал, что сейчас профессор Снейп занимал должность профессора по ЗоТИ, а на его прежнее место пришел зельевар, что прославился благодаря войне. Именно его зелья спасли множество жизней на том кровавом поле.       Подходя ближе к кабинету, Гарри услышал, что за дверью шла перекличка. Голос, которым называл профессор фамилии, показался ему очень приятным и в тоже время невероятно равнодушным, словно все студенты для него последний мусор. Учтиво постучав, Гарри вошел в класс. Гробовая тишина встретила его, нависая опасливой тучкой. Осмотрев класс, он помахал рукой друзьям и хотел было уже пройти, но…       — Имя, молодой человек! — обратился к нему профессор, глаза которого в темноте блеснули стальным холодным блеском. — Я не люблю, когда на мой предмет опаздывают. Или Вы, сэр, считаете, что врываясь в кабинет, показываете свое уважение?       — Нет… Но Вы ведь можете меня простить, профессор. Я Гарри Поттер.       — Хм? Поттер?       «Отлично! Сейчас он, как и все, начнёт лебезить и стелиться! Проще простого», — подумал Гарри, в надежде услышать извинения, но… Его уши услышали совсем не приятную мелодию лести, а четкое и понятное недовольство.       — Опаздываете, мистер Поттер. Что же… Раз Вы так гордитесь тем, что Вы Гарри Поттер, значит Вам не составит труда весь мой урок сегодня простоять позади всего класса.       — Простите? — Гарри был ошарашен этим. Это был первый человек, что не выказывал ему благодарности, лести и выслуживания. Ровный и в какой-то степени безразличный голос резал слух Поттера, заставляя все больше обратить его внимание на мужчину, что сейчас с равнодушием смотрел на героя Мира Магии.       — Оказывается Вы не только любитель поспать, но еще и не понятливый. Хорошо… Мистер Поттер, либо Вы вылетаете с моего урока, либо стоите позади всех и слушаете мою лекцию стоя. Выбор за Вами. — Профессор кинул холодный взгляд на парня, а потом вернулся к списку. — Это всех касается. На будущее.       Тишина снова взяла права над кабинетом зельеварения. Ребята притихли, не собираясь спорить, а Гарри ничего не оставалось, как только встать в конце класса и слушать лекцию стоя. Монотонный голос профессора успокаивал его, погружая в сон. Но Гарри не мог себе позволить уснуть. Сейчас он точно встал на особый счет у нового профессора.       — Студенты, кто может мне сказать, что входит в состав зелья Мерцания? Вы когда-нибудь слышали о нем? — в классе начались перешёптывания. Девочка со второй парты тянула руку, как могла, но так и не смогла добиться интереса профессора. — Мистер Поттер, если Вы сможете назвать мне осной компонент этого зелья, то я позволю Вам вторую часть занятия провести за своим столом.       — Глянцевая пыль, — как само собой разумеющееся, ответил Поттер. — Она является основным ингредиентом, но не самым важным. Если брать все пять ингредиентов, что входят в этот элексир, а именно: мерцающий порошок, родниковая вода, глянцевая пыль, искрящийся ирис и блестящий корень, то наиболее значимым будет являться — мерцающий порошок.       — Неплохо. Для чего применяется это зелье?       — Чаще его используют для ослепления противника — это единственный способ известный мне на сегодняшний день.       — Прекрасно. Вы знаете рецепт, но не знаете полного комплекса свойств данной смеси, что ж… Десять баллов Гриффиндору, все же Вы неплохо ответили на мой вопрос. Можете сесть на своё место. — Гарри прошел на своё место, не сводя при этом глаз с профессора, который что-то записывал в блокноте. Его блондинистые волосы в полумраке класса почему-то напомнили Гарри серебро, а глаза — унылые серые тучи, словно в них скопилась вся боль мира.       Сев на место, Гарри, не особо слушая вторую часть лекции, смотрел на нового профессора. Нечто необъяснимое привлекало его в этом человеке. Неуловимое ощущение того, что у них есть нечто большее, чем просто будущие отношения учителя и ученика. Засмотревшись на то, как непроизвольно блондин убирает часто выбивающуюся прядь, покусывает кончик пера и кидает мимолетный взгляд на учеников: герой поймал себя на мысли о том, что профессор очень даже ничего. Против воли, в фантазии юноши стали проскальзывать довольно непристойные картинки. Ведь на взгляд Поттера, новый профессор зельеварения был преступно красив. В который раз переведя взгляд от ушей профессора к его губам, Гарри не на шутку ушел в себя. Из мечтаний его вывел голос рыжеволосого друга, что уже минуты три пытался достучаться до героя.       — Гарри! Гарри! Гарри!!! Да приди же ты в себя, мандрагоры кричащие!       — Рон? Извини, я задумался. — Поттер осмотрелся, но никого из сокурсников не было, лишь профессор, что перебирал какие-то бумаги.       — Вам бы в больничное крыло обратится, мистер Поттер, — с некой заботой пробубнил блондин. — Вы очень бледный.       — Спасибо за совет, профессор.       — Кажется, Вам не удалось услышать мое имя сегодня. Меня зовут Малфой, Драко Малфой. Надеюсь, это был первый и последний раз, когда Вы решили опоздать на мое занятие. — Он одарил парня ледяным взглядом. — Не приравнивайте меня к другим ополоумевшим магам, для которых Вы «иллюзия мира, воспевающийся, как идол». По моим меркам, Вы ничем не хуже и не лучше других.       — Профессор, Гарри — герой. — Поспешил разубедить его Рон. — Он смог одолеть сами-знаете-кого!       — И что? — скептический взгляд застыл на парнях. — Слава — вода, что струится сквозь пальцы, мистер Уизли. Вот ты в славе и лаврах, а чуть оступись, никто не поможет. Ты — герой, сам встанешь. — Гарри смотрел на Малфоя, как на явившегося воочию Мерлина. — Разве мои слова не верны, мистер Поттер? Вы молчите, но я уверен, что в Вашей голове идёт очень сильный мыслительный процесс.       — Может Вы и правы, профессор Малфой, — начал Рон, — но все же! Гарри — герой, которому уготовано ещё не раз спасти Англию!       — Возможно. Но поверьте, господа, — Малфой подошел к ним, — у каждого злодея свой герой, у каждого героя свой подвиг. Подумайте о моих словах на досуге, мистер Поттер. Свою же точку зрения в отношении Вас я выразил предельно ясно. А сейчас вам пора, джентльмены. Встретимся завтра.       — Спасибо за лекцию, профессор, — как заледенелый, ответил Гарри и вышел из кабинета.       «Профессор Малфой, кто же Вы? Что Вы скрываете в себе? Мне еще никогда не доводилось слушать что-то такое скучное, как философские мысли, с таким интересом… А его придыхание при отдельных фразах…»       В мечтах и раздумьях Гарри не заметил, как дошёл до комнаты. Из головы все никак не шли мысли о профессоре. В мыслях он снова представил этот холодный взгляд и то, с какой невозмутимостью говорил профессор Малфой. Закутавшись с головой под одеяло, Гарри попытался заснуть, что получилось сделать лишь на утро.