Ночные звонки

      Бяша видит уже десятый сон, тихо сопя себе в подушку. На тумбочке раздаётся громкая вибрация, которая заставляет парня приоткрыть глаза, раздражённо посмотреть на раздражающий гаджет и лениво взять его. Смотрит на контакт, где красуется до боли знакомое имя. Расслаблено выдыхает и, немного прождав, отвечает на звонок. На другом конце трубки слышится знакомый и родной голос. Чем-то встревоженный, немного дрожащий. — Чё случилось, на? — бурят принимает сидячее положение, точно не готовый сейчас утешать своего друга, особенно после того, как этот мудак прервал его сон. — Когда приедешь навестить меня? — голос у Ромки явно сиплый и вялый, совершенно безрадостный и унылый. Бяша знал, что его уезд из села плохо скажется на эмоциональном состоянии его лучшего друга, но он не мог передумать, поэтому сказал ему звонить, когда тот захочет.       Такие ночные звонки не были редкостью, Пятифан звонил всегда: когда ему скучно; когда ему одиноко; когда только потрахался с кем-то; когда радостно; когда весело. Если бы Игорь сказал, что ему надоедали эти частые звонки, то он бы не соврал. Они будто какая-то парочка, а младший свалил от своего парня в какую-то командировку и теперь получает ежедневные звонки. Но, к его сожалению, звонки были не то что ежедневные, они были почти ежечасные. Если бурят не отвечал хоть на один звонок, то старший начинал названивать и написывать. Бяша уже начал сходить с ума от всех этих разговоров и назойливого друга, у него нет ни минуты свободного времени в одиночестве.       Игорь немного тупит над вопросом. Ещё не до конца проснувшийся мозг пытается переварить всю информацию и сгенерировать ответ на вопрос, хотя довольно непросто. Вопрос лёгкий, но вот ответ на него младший не знал. Пока он не планировал приезжать обратно, особенно учитывая, что уехал он относительно недавно, прошёл всего лишь месяц. — Не знаю, на, пока не думал, — Бяша мешкается, но всё же отвечает, ждёт разгневанного голоса в трубку, но в ответ тишина. — А что? Ты соскучился? — Да, — прилетает быстрый и чёткий ответ, от которого бурят приходит в ступор. Он же просто пошутить хотел. — Без тебя очень одиноко, даже все эти звонки не возмещают твоего отсутствия. Младший слышит тихий всхлип и дрожь чужого голоса, который уже не казался таким родным. Звучит как-то по-новому, как-то необычно. — Ромк, ты это не грусти, на… — Бяша сглатывает ком в горле, который мешает нормально вздохнуть, смотрит вперёд, прислушиваясь к звукам в телефоне. — Найди кого-нибудь себе. — Мне ты нужен, идиот, — хулиган говорит уверенно, быстро проговаривает эти слова чуть ли шёпотом, будто боится чего-то. — Иди проспись, тебе уже плохо видимо, блять, — бурят выдыхает, терпеть не может тупые повадки товарища, знает, что сейчас сболтнёт лишнего, а потом его пошлют. — Бяша, ну, Бяша, как же ты не понимаешь, я уже с ума по тебе схожу, — Рома томно дышит в микрофон, слышится мелкий тихий стон, и младший охуевает. — Блять, ты чё там дрочишь, на? — Игорь сводит брови к переносице, осматривает тёмную комнату, смотря на электронные часы на письменном столе, которые показывали ровно четыре утра. — Хахахах, Бяша, боже, ты знаешь, какой у тебя приятный голосок? — Пятифан громко стонет, и бурят покрывается румянцем. К такому его жизнь не готовила. Он знает, что ему стоило бы сбросить трубку и заблокировать этот контакт навсегда, но совесть не позволяла сделать это. — Ты позвонил, чтобы подрочить на мой голос, на? Мудила, — Игорь откидывается обратно на кровать, всё ещё вслушиваяся в чужие томные вздохи и стоны. — Чтобы ты на мой тоже, — Рома громко гогочет в трубку, его голос немного осипший, грубый и сонный. Бяша и вправду не замечал собственного возбуждения, стараясь отогнать все сомнения и наконец выключить телефон, но как только он всё понял, мысли закрутились и сплелись в бесконечный поток матерных слов в голове. — Блять, — только и может проговорить младший, тихо припуская свои домашние шорты. Тихо стонет, когда головка члена соприкасается с прохладным одеялом и опускает на свой орган руку. — Давай, сделай это ради меня, — Рома томно дышит, заставляет друга закрыть глаза от удовольствия, полностью отдавая себя фантазии и слуху. — Сожми одной рукой свой член, а другой проведи по животу и груди.       Бяша покорно слушается, прижимает телефон к уху плечом, сжимает правой рукой свой член, пока левая легко касается мягкой кожи живота, ведя вверх к груди. — Сожми свой сосок между пальцев, — бурят снова слушается, вводит рукой по члену, сжимает бусину и стонет. Стонет протяжно, сладко. — Молодец, хороший мальчик. Представляешь, что это делаю я, да? — Д-да, — слова просто срываются с языка, пока бурят не находит в себе силы думать над своими ответами, в его голове просто каша и куча запутанных мыслей. — Какой честный, — Рома стонет в унисон, оба представляют друг друга рядом. Оба желают этих прикосновений. Бяша рвано проводит рукой по стволу, прикусывает губу, дабы не издавать слишком много звуков. Пятифан довольно хмыкает на другом конце провода. — Вот ты чёрт, на, — бурят выдыхает, сжимает сосок ещё сильнее, быстрее надрачивая свой член. — Чувствуешь приближающуюся кульминацию? — голос у старшего совершенно незнакомых, очень грубый и возбуждённый. Точно не тот детский голосок. — Дааа, — младший чувствует, как все его мысли кричат о том, что это всё неправильно, но он не может отказаться от манящей сладости и запрещённого желания. Хочет представлять, как его лучший друг берёт его член в свою руку и начинает дрочить ему. Бурят подходит всё ближе и ближе к краю, как слышит грубый голос. — Ау, ты меня слушаешь? — А? Да-да, — Бяша сглатывает слюну, ждёт, когда он снова заговорит. — Убери руку со своего члена, — Пятифан отдаёт приказ, от которого Игорь не может отвертеться и отказаться, просто повинуется, как послушная собачка. — Представь, что я сжимаю твои ляжки и развожу твои ноги, а потом кладу свои два пальца в твой влажный ротик. Бурят делает всё так, как говорит хулиган, разводит свои ноги пошире и кладёт пальцы в рот. Облизывает их так, будто они не его. Посасывает и немного покусывает. Постанывает, когда слышит любимый голос. — Теперь подставь их к своему анусу и вставь один в себя, — Бяша жутко краснеет, но всё выполняет. Делает глубокий вдох и выдох перед тем, как вставить в себя палец. Он заходит худо, стенки ужасно тугие. Игорь стонет, толкается глубже, прислушивается к томному голосу на ухо. — Молодец.       Бурят толкается снова и снова, старается расслабиться, чтобы палец входил легче. Слышит очередной приказ и вставляет в себя второй. Разводит их в манере ножниц, растягивает себя и стонет. Представляет в себе не свои пальцы, а пальцы Пятифана, которые бы грубо толкались в него с нетерпением. Сводной рукой он вновь касается своей груди, сжимает соски, гладит всё своё тело, пока толкается в быстром темпе. — Бяша, — Рома стонет в микрофон имя друга, на что бурят в ответ проговаривает его. Не может остановится, толкается всё глубже и глубже, всё быстрее и быстрее. Проговаривает имя хулигана, как заклинание. Мозг представляет яркие картинки перед глазами. Младший обхватывает рукой свой член и толкается всё быстрее и быстрее. Стонет всё громче и громче. — Рома, — бурят в последний раз проговаривает имя друга и кончает. Чувствует, как сжимаются его стенки и быстро вынимает пальцы. Коленки трясутся от удовольствия, а мысли постепенно отрезвляются. — Блять, чё за хуйня? — Аххаха, понравилось? — Пятифан не упускает момента съязвить. Упивается дрожащим голосом Бяши. — Я позвоню завтра. Повторим. Бурят не успевает сказать ничего в ответ, как старший отключается. Слышатся гудки, и младший пытается успокоить бешено колотящиеся сердце. В мыслях проклинает друга, но он знает, что не откажется повторить этот телефонный звонок ещё раз, и не один, а может и не только по телефону.       Игорь берёт салфетки с тумбочки и вытирает свою руку, пальцы и член, надевая свои домашние шорты обратно. На губах гуляет шальная улыбка, и он снова ложится спать, ожидая завтрашнего звонка.