Хризантема для Багульника.

Отец отменил собрание когда половина вопросов уже было рассмотрено.Очередное распечатанное письмо заставило его совершить немыслимое. — Остальное мы обсудим в следующий раз.- объявил он спешно поднимаясь со своего места и обтряхивая запыленные края своего кимоно. Он подходит к своей дочери и не объясняя ничего уводит за руку в сторону поместья. Он не отпускает ее руки, даже когда замечает как Итачи жмурится от боли. — Что случилось отец? — расспросы по дороге, что занимала чуть меньше пяти минут ни привили ни к чему. В левой руке девушка заметила сжатый и помятый листок. Новость явно была плохой, ведь Фугаку был строг и ни одно из ранее принесенных посыльным писем не заставило его прервать собрание клана. Этот раз стал исключением. Микото Учиха стояла в воротах поместья, а рядом с ней Итачи заметила балдахин с гербом их клана. В балдахине явно кто-то сидел, ведь она учтиво отвечала на вопросы незнакомца, но больше всего внимание юной куноичи привлекла охрана. Если это был какой-то вельможа из клана, то зачем столько охраны?       Фугаку замер в пяти шагах от супруги и учтиво поклонился ей, затем потянул дочь в сторону запасных ворот поместья, что было несвойственно ему вдвойне. Итачи молча следовала за ним, уже не понимая, что именно происходит. Он не объяснял и не говорил ничего, пока оба не оказались комнате старшей дочери наедине и лишь тогда он вручил мне злосчастное письмо.       Итачи пробежала взглядом по первым строчкам и ее дыхание сперло. Это письмо отличалось неровным почерком, а внизу красовалась восковая печать с гербом. Это письмо было от главы клана. Содержание самого письма повергло девушку в некий транс. Итачи призывали во дворец Хокаге, но перед этим глава клана хотел видеть девушку лично в своей резиденции через три дня. Несмотря на то, что Итачи отличалась хладнокровием и спокойным характером, сдержать маску спокойствия сейчас ни как не получалось, а вопросы в голове только прибавлялось с каждой строчкой, что она читала.       Мадара-сан, наш уважаемый глава, хотел видеть Итачи в своей резиденции через три дня, по срочному делу, но главное что сейчас, она была уверена, что он находился снаружи нашего поместья и что ее мать — Микото Учиха только что общалась именно с ним. — Что он хочет от меня? — первый озвученный вопрос словно прорезал тишину, Итачи стояла и смотрела на отца нервно покусывая нижнюю губу. Фугаку хмурился. Еще никогда она не видела отца таким хмурым и злым. — Старый чертов лис…- прорычал отец вслух, но объяснять причину злости не стал. Девушке было не столь интересно знать почему ее вызывают, чем почему отец такой злой. Возможно он знал намного больше, чем было написано в этом невинном послании. И просьба о поездке к главе клана скорей всего была с подвохом. Отец вырвал из рук дочери злосчастное письмо и хотел уже было порвать, но восковая печать с конце письма была своего родом предупреждением, что это письмо еще понадобится самой Итачи при встрече с Мадарой-саном. Он вдргу подошел очень близко и предложил присесть напротив. Девушка выполнила его просьбу, ожидая услышать объяснения его поведению — Что происходит отец? — лицо куноичи оставалось бесстрастным, но внутри, она вся уже издергалась и была натянута как струна ожидая услышать о чем-то очень плохом. — Итачи, пойми мне очень не хочется это делать, но меня практически поставили перед фактом. перед непростым выбором. Ты ведь уже знаешь, что в клане я практически являюсь правой рукой и прямым заместителем Мадары-самы. Она лишь коротко кивнула, не проронив не слова. Об этом знали все и эта была не новость, ни для кого из клана. Именно поэтому Фугаку мог созывать собрания и рассматривать на нем вопросы, без присутствия главы клана. Это считалось большой честью и отец Итачи как и мать гордились тем, что им оказана подробная честь. Дочь же пыталась соответствовать статусу родителей и быть прилежной. Когда Итачи назначили капитаном одного из отрядов Анбу Конохи, Фугаку был горд и счастлив теми успехами что смогла достичь его старшая дочь. Саске же был еще слишком мал, что бы похвастаться чем-то подобным. Он только поступил в академиюи ему еще предстояло показать себя. Но мужчину смущало что она ни как не могла найти общий язык с другими товарищами в Анбу и единственным другом его дочери был Шисуи.       Он стал для нее важным человеком, можно сказать вторым по важности, после младшего брата. В будущем Итачи мечтала, что он возьмет ее в жены. Что отец разрешит им поженится и одобрит брак. Она еще не говорила родителям, что они с Шисуи решили скрепить жизни браком, и что Итачи уже давно как и сам Шисуи испытывают далеко недружеские чувства по отношению к друг-другу. И что за годы дружбы, они переросли в нечто большее. — Итачи, моя милая Итачи, мне придется пойти на условия, что выдвинул глава нашего клана. — Какие условия? — брови девушки вопросительно изогнулись.Она смотрела на отца и сама начинала хмурится. Почему он говорит загадками? — Отец ты пугаешь меня. Что именно нужно от меня Мадаре-сану? — Я не могу рассказать тебе этого. он просил не к говорить, потому как сам хочет обо всем тебе рассказать при встрече. Поэтому завтра ты отправляешься к нему в поместье. Как бы странно не звучала просьба главы клана, а не явится на встречу И попросту не могла… Да и причин отказывать не было. Миссий срочных нет, а значит она свободна примерно на три дня. Хакаге всегда отправлял своего ястреба или посыльного что бы девушка прибыла к нему с докладом или же для обсуждения деталей миссии. Дальше говорить Фугаку не стал, а пожелал спокойной ночи своей дочери и вышел прочь из комнаты. Ей ничего не оставалось как лечь спать, в ожидании встречи с главой клана.