Хризантема для Багульника.

Мадара все утро тревожит отсутствие Итачи, он знает, что девушка последовала за нарушителем и что этот нарушитель — Шисуи, но еще Мадаре известно, что между куноичи и Шисуи есть связь, романтическая и что Фугаку не одобрил эту связь. «Предаст ли меня девчонка? Или же предатели все так же прячутся в тени?» — он думал над этим сидя в саду и распивая в одиночестве саке. «Не подобает шиноби напеваться не свет не заря, но что делать если любимая женщина предала…» — он подумал об этом а перед взором тут же появился образ милой и обольстительной Кушины, ее огненно-красные волосы разметались по шелковым простыням. В ее взгляде читается страхи похоть. Она ненавидит его, но подчиняется, позволяя войти в себя, позволяя Мадаре любить ее прошлой ночью только как он хотел. Пользоваться ее телом, как тот считал нужным. Ее прерывистые вздохи и желание взять еще, подчинить и сделать покорной своей воле. «Она предала меня» — он прикрыл глаза и вспомнил как она на смотринах выполняла танец мечей. Ее грация и движения заставили уже тогда влюбится в нее. Потом она часто снилась ему исполняя танец с мечами. Она была всегда опасной его снах… Алое кимоно с расшитыми на нем фениксами, так гармонировало с белым траурным что его жена носила под тем алым, и вот она танцует в ее руках по катане, одно ловкое движение кисти левой руки и катана сделала полумесяц, разрезав воздух с характерным звуком. Мадара наблюдает, попивая саке на мягкий подушках за низким столом что ломился в тот день от яств. Движение правой и вот катана подлетев в воздух так же описала полный крус рассекая воздух, тем временем как кушина сделала полый разворот вокруг себя и ловко поймала катану в ту ж руку не поранившись. Еще один круг вокруг себя и то же самое провернула будущая невеста уже с левой рукой и оружием в той руке. Но столкнувшись взглядами, он видит гнев в ее взгляде. Видит боль, и ненависть. «За что?» — мелькает вопрос в голове. Но вскоре он узнает ответ, ведь уже тогда танцуя перед ним она знала что он убил Минато, убил того безумца что кинул ему вызов на дороге. Этот танец… Он был подарком клана Удзумаки клану Учих. Предсвадебным подарком показательным, показывая что женщины из рода Удзумаки выносливы и сильны как и мужчины, не хуже них могут защитить свой дом и обращаться с оружием. Но еще он служил предупреждением не стоит обижать женщин этого клана, не стоит их злить. Но Мадара уже совершил роковую ошибку уже стал причиной гнева Кушины, пусть и не знал этого наверняка в тот день. Сейчас эти воспоминание словно обрывки дорогой ткани, мелькали перед глазами и были наверное самым дорогим и одновременно самым болезненным из воспоминаний мужчины. Дверь в сад была открыта и потому легких шагов своей супруги он не услышал. Она приблизилась к нему со спины и нежные руки легки сами на его плечи. Он даже не вздрогнул. — Зачем ты пришла? — холодным голосом произнес он и отпил еще глоток саке. Его лицо словно маска вырезанная из фарфора, не показывала всех тех эмоций что он испытывал внутри. Снаружи он оставался как лед. холодный, беспристрастный. — Я, — голос Кушины дрожал… Она не знала как правильно высказать и сформулировать свою просьбу. — Мадара-сан… я прошу простите меня, я выполню свой долг, потом прошу убить меня… И тут он вздрогнул. Она не раскаивалась. не просила пощады.а наоборот требовала для себя самого серьезного наказания- смерти. в ее голосе не было ни толики жалости или страха. Да ее голос дрожал, но Мадара понял что дрожал он сокрей от сдержанного гнева. Она сдерживала его пытаясь выглядеть спокойной. — Хорошо, я выполню твою просьбу. -Он развернулся так резко что она не успела как-то отреагировать. Перехватив ее руки и сжав по сильней, Мадара подхватил свою супругу на руки и понес к кровати. Уложив ее он быстро расправился со своей одеждой и скинул ее сал раздевать жену. на кушине было лишь легкое нижнее кимоно, беглого цвета. Кушина не изменила своим традициям.Она носила его все время. с момента замужества. Мадара хмыкнул. Склонившись над распростертым на простынях телом он нежно сжал рукой ее правую грудь, припав губами тем временем в клевой. затем слегка раздвинул ее ноги и резко вошел в нее без предупреждения или каких либо нежности. Он брал ее жестко и сильно. Он мечтал он наследнике. Но мыслями сейчас он был далеко от супруги, что откровенно стонала не скрывая того, что ей нравится все что с ней вытворяет Мадара. От долгого отсутствия мужчины даже несмотря на всю грубость в ней проснулось желание.       Мадара же мыслями был далек. Он думал об Изуне, он думал об Итачи, о той ночи когда ему пришлось согревать тело юной куноичи что бы не дать умереть. Ее бледные губы, длинные ресницы, и имя что срывалось с ее губ пока она бредила и боролась за свою жизнь со смертельном ядом. В какой-то момент он перестал даже замечать крики своей жены, и кончив вовнутрь резко вышел из нее. Закутавшись в кимоно он снова вышел на террасу, луна уже взошла. Снег б поблескивали напоминал бриллианты, разбросанные небрежной рукой невидимых божеств надев сандали он вышел в сад. Затем свернул по тропинке к купальням, и лишь закрыв за собой сёдзи, ощутил облегчение. Он выполнить обязательно просьбу жены, и обезглавит ее обязательно, но только после рождения ребенка. Любви между ними не может быть, он чуть не допустил немыслимой ошибки и не выкрикнул имя Итачи когда ласкал Кушину. Но даже здесь оставшись наедине с собой он не мог выбросить куноичи из головы. «Неужели влюбился? Старый черт, она слишком хороша для тебя и слишком молода» — он выругал себя мысленно и погрузился в теплую воду по грудь, скинул одежду с себя, как не что грязное и ненужное. В голове наконец зашумело от выпитого, и Мадара позволил себе расслабиться, погрузившись с головой в воду.